This Is Hell And We Can't Leave

— Надо идти за ней. Агент Ада была бессердечной сукой, и никто не смог бы убедить Криса в обратном. Леон безвольно лежал в его руках, его брови нахмурены от боли даже в бессознательном состоянии, хотя он не издал и звука, когда его подстрелили, и Крис, если честно, думал, что Леон молчал, когда чувствовал боль, из-за какого-то извращенного детства и боже, чёртова федеральная агент хотела бросить Леона. — Он защищал тебя, — он не мог оторвать взгляд от молодого лица Леона. Он просто был пацаном, лежащим на полу, истекающим кровью из-за выстрела, который он принял вместо женщины, которая даже не пыталась выглядеть благодарной. У Криса была повязка, давящая на рану, и Ада сняла свой плащ, открывая довольно непрактичное красное платье, которое подходило к её тёмным колготкам и каблукам. Она выглядела абсолютно спокойной и контролирующей ситуацию, хоть Леон и был без сознания, истекал кровью и испытывал боль из-за неё, — Я не могу поверить. — Остановить Аннет - это наша основная задача, — бросила Ада в ответ, — Ты был в особняке, ты видел, чем занимается Амбрелла. Я знаю, что это сложно, но я готова потерять ещё одного человека ради спасения мира. — Я не готов, — выпалил Крис. — С ним всё будет нормально, — подчеркнула Ада, её миндальные глаза сузились, и блестящие губы опустились. Криса бесило, насколько строго-красивой была эта женщина, потому что это означало, что ничто не повлияет на неё, и она выглядела готовой бежать после трёх дней в апокалипсисе. Каким таким элитным агентом она была, чтобы быть способной на такое? Из-за этого у него появлялось лишь больше подозрений, — Мы не можем позволить Аннет сбежать. У неё есть Г-Вирус, и нам нужен этот экземпляр, чтобы начать официальное устранение Амбреллы, — Ада подсела к Крису, в её глазах читалась мольба, и всё же… он не верил ей ни на секунду, — Пожалуйста. Леон бы хотел, чтобы ты помог мне. Крис видел её насквозь. Может его и можно было обмануть раньше, когда он верил, что убийства были делом поехавших каннибалов, и что он может доверять каждому в своей команде, но после предательства Вескера Крису хотелось думать, что он учится на своих ошибках, — Тебе всё равно на него. — Это не так, — настояла она, её выражение смягчилось слишком откровенно. Как будто она специально открывалась, чтобы Крис посчитал, что он верно её понимает, в то время как, скорее всего, она просто скармливала ему ложь за ложью, — Никто… никогда не делал такого ради меня. Я бы никогда не подумала, что кто-то захочет, — или может она говорила искренне, потому что мягкость её голоса и то, как она не могла долго смотреть на Леона, были слишком сложными эмоциями, которые можно было бы подделать, — Я понимаю, что не могу воспринимать поступок Леона с лёгкостью, и я отказываюсь это делать. Но он верит в эту борьбу так же сильно, как и я, и я не смогу сделать всё в одиночку. Я не хочу, чтобы его жертва была потрачена впустую. Прошу. Просто пойди со мной. В любом случае, ему будет безопаснее здесь, чем в лаборатории Амбреллы. Прошу, Крис. Ты нужен мне. Крис сжал зубы, — Прости, но я не могу этого сделать, — мысль, что Леон проснётся в одиночестве в тёмной канализации с пулевым ранением и воспоминаниями, которые видимо постоянно преследовали его, была ужасной, — Я не могу оставить его. Он рассчитывал, что Агент Ада погрустнеет. Он был удивлён, когда вместо этого она посмотрела на него с жалостью и сказала, — Мне жаль, Крис, но если ты будешь следовать за ним как собачка, он всё ещё не будет чувствовать к тебе то же, что и ты. Эта фраза ощущалась как пощёчина. Он отдалённо услышал, как сказал, что не понимает, о чём она говорит, и пожелал, чтобы это было правдой. Он был поражён, что она заметила это ещё до того, как он сам это понял, сейчас она воплотила это в жизнь и использовала против него. Его непоколебимая привязанность к этому новичку уже начинала поражать его, пока она не сбросила эту пресловутую бомбу ему на голову, и в его чувствах наконец-то появился смысл. Он желал Леона Кеннеди. Он был не уверен, как сильно и в каком смысле, но он всегда испытывал желание прикоснуться к нему, и его инстинкт защиты, который он считал братским, заходил дальше этого. Крис был женат на работе, он редко размышлял об отношениях, но не то, чтобы он был как кирпичная стенка, которая не может рассмотреть, на сколько привлекательным был Леон Кеннеди в самых банальных смыслах. Его мягкий взгляд компенсировался жесткой сосредоточенностью, когда Леон встречался с дьяволом, его руки дрожали, но он всегда игнорировал страх и заставлял себя быть смелым, он всегда разряжал тишину в один момент ради других, но молчал, когда монстры швыряли его о стены. Леон был не похож на других людей, которых Крис знал. На него можно было положиться, он был сильным и смелым, и если он когда-либо подвергал других опасности, он тут же останавливался и исправлялся. С тех самых пор, как Крис случайно сорвался на паренька за его провалы в концентрации, Леон не повторил своей ошибки. Он был чётким, сконцентрированным и всегда наготове, иногда даже более беспокоящимся за Криса, чем за себя. Что-то в Леоне мать его Кеннеди внушало Крису эту мантру «до последнего вздоха», которую Крис обычно чувствовал только к своим командирам, которым он действительно доверял, да и тех было немного. И кроме того, было… всё остальное. Надобность прикоснуться, желание быть близко к Леону, его кислотная ревность. Агент Ада слишком много смотрела на Леона с тех пор, как они встретились, и Крис ненавидел идти сзади, ибо это означало, что она была ближе к Леону, чем он, и чаще, чем хотелось бы, и из-за этого у него кровь кипела в жилах. И мучительный страх, который он ощущал, когда Леона преследовал тот проклятый крокодил, который больше подходил юрскому периоду, чем современному Ракун Сити, как Крис без промедлений спрыгнул вниз и помчался за существом, хоть и понимал, что его дополнительное вооружение ничего не изменит. Спрыгивать было безрассудно, у него не было причин так делать, кроме как чтобы остаться с Леоном. Из-за него они оба могли умереть и бросить Агента Аду на произвол судьбы, и единственная причина, по которой решение Криса не аукнулось им ничем губительным, это то, что Леон был чёртовым гением и таким невозможно сообразительным и смог вынести крокодила самостоятельно. Господи, а как Леон улыбнулся ему, когда Крис перелез через труп, отчаянно желая увидеть паренька без дыр от зубов на теле. Как Леон всегда улыбался. Крис желал его так сильно, что это причиняло боль, и на хер эту Агента за то, что обвиняла его в этом. — Мои чувства к Офицеру Кеннеди не имеют ничего общего с моим решением остаться, — защищался Крис, запихивая в дальние расщелины разума все свои проблемы, которые никогда не увидят свет, — Канализация опасна: мы только встретили крокодила в два раза больше нас самих, и Леон самостоятельно убил его. Сейчас он абсолютно беззащитен, и оставить его - означает приговорить его к смерти. На сколько я знаю, Леон – лучший напарник, который у нас есть. Мы не можем потерять его. Жалость не оставила её прекрасное лицо, и Крис поборол желание накричать на неё. Он не был каким-то чёртовым эмоциональным подростком, который не знал, как абстрагироваться от чувств и сконцентрироваться на задании. Он отказывался оставить Леона не из-за каких-то чувств в его сторону, а потому что они встретили крокодила в два раза больше их самих, и, если бы Ада была сообразительной, она бы тоже осталась. Было глупо оставлять даже одного из них в одиночестве, неважно, в сознании или без. Агент Ада вздохнула. Она взяла своё пальто, которое использовала, чтобы прятать платье, и положила его поверх Леона, случайное действие, которое всё ещё было больше, чем от неё требовалось, но очевидно сделанное со вдумчивостью. — Он будет в такой же большой опасности, если Аннет доберётся до лаборатории, — слова Ады звучали отдалённо, — Но… я понимаю, — она улыбнулась Леону так, что Крис возненавидел её. Чёртовы недавно-осознанные чувства, Ада достаточно долго пренебрегала безопасностью Леона, Крис не позволит ей подобраться близко к Леону несмотря ни на что. И судя по тому, что он знал, она поняла, что Крис был безнадёжным, и искала другой подход, в случае если Леон скоро проснётся. Боже, Крис, такой грёбаный параноик. Однако у него было право. Вескер всё ещё был уродливым пятном в его памяти, и даже Девид Трапп не доверял никому больше, чем себе. У Криса не было ни одной другой причины доверять этой женщине, кроме её бейджика, да и тот мог быть подделкой. Нет, Крис точно не подпустит её близко к Леону, даже если это будет стоить ему разума. — Я пойду за Аннет, — выражение лица Ады было мрачным, и её можно было легко прочитать без этих безвкусных солнечных очков, — Если он проснётся… — Когда, — прервал Крис, — Господи, это всего лишь плечевое ранение. — Мы не знаем, задело ли артерию. Она была права, но Крис был уверен в обратном. Кровь была недостаточно тёмной, и хоть на повязке на плече Леона расползалось красное пятно, скорость была медленнее, чем если бы это была смертельная рана. И его ранили в левое плечо и… У Криса закружилась голова, когда он понял, на сколько близко к сердцу прошла пуля. Перед глазами зарябило, и он не мог оторвать взгляд от паренька, лежащего на грязном полу. Крис поборол желание приложить пальцы к артерии на шее и натянул смелое выражение лица, — С ним всё будет нормально, — безоговорочным тоном сказал он Аде, — Если бы ты и правда так беспокоилась, ты бы осталась. Если бы выстрел пришёлся на тебя, ты бы умерла. Либо будь благодарной и уходи, либо останься и поблагодари его лично. В любом случае, твоя задача не такая же, как моя. — И какова же твоя задача? — Я пообещал Марвину Брэнагу, что я вытащу Леона Кеннеди отсюда живым, — тихо сказал Крис, позволяя убеждённости переселиться в свои слова. Он уже потерял так много: свой дом, работу, друзей, Роберта и Эмму, господи, маленькая девочка, чей смех напоминал ему звон церковных колоколов, такой чистый, искренний и счастливый, была превращена в нечто нечеловеческое Г-Вирусом. Крис потерял так много, и хоть он и хотел разрушить Амбреллу, хотел, чтобы они никогда больше не появлялись в этом городе, он понимал, что это безнадёжно. Ракун Сити больше нет. Он может либо уничтожить Амбреллу и умереть в попытках, либо выбраться и вытащить отсюда последних оставшихся людей, которые были ему дороги. Амбрелла больше никогда и никого у него не отнимет, — Я сохраню своё обещание. Леон – моя основная задача. Если он захочет пойти за тобой в лабораторию Амбреллы, когда проснётся, то я с ним, но, если он захочет уйти, на меня не рассчитывай. Это не имеет ничего общего с моими чувствами или твоей задачей или чем-либо ещё. Я исполняю последнее желание умирающего мужчины, которого я уважал, и прослежу, чтобы Амбрелла не уничтожила очередную хорошую вещь. Агент Ада покачала головой, — Если ты не уничтожишь Амбреллу здесь, вместе со мной, они вернуться назад сильнее, чем раньше. Ты не спасаешь его… ты просто откладываешь неизбежное. Крис решительно посмотрел на неё, — Мне всё равно. Никто больше не причинит ему боль, пока я живой. Эта фраза наконец сделала своё дело. Агент Ада кивнула и отвернулась от него, вытаскивая какое-то странное устройство, которое выглядело больше, как лазерный термометр, нежели как настоящее оружие. Она ушла, цокая каблуками, и Крис пожелал, чтобы она надела что-то более практичное. Его всегда поражали женщины, которые могли хоть что-то делать на каблуках, но это всё ещё казалось ненужным и очень похожим на показуху. Просто сними их и следи, куда наступаешь, не то, чтобы тут везде валялось стекло. Но всё же, она выглядела так, будто знает, что делает. Агент Ада прошептала что-то себе и нацелила устройство на огромный вентилятор сверху, он включился и начал быстро вращаться, а затем взорвался, давая Аде проход. Крис попытался не поражаться этому, когда женщина взобралась по лестнице и исчезла из виду. С ней всё будет нормально. Леон был его основным приоритетом. Он развернулся к бедному пареньку и принялся перевязывать рану, понимая, что ему придётся снять несколько слоёв одежды. Он был благодарен Л-т. Брэнагу за то, что тот дал Леону полное тактическое снаряжение, но сейчас его надо было снять. Крис быстро ослабил пряжки на бронежилете и аккуратно снял его с Леона, потом верхнюю часть формы РПД, потом рубашку, и потом… Леон… выглядел чертовски хорошо для своего возраста. Крис вспыхнул до кончиков ушей, развязывая бинты, которые Ада носила с собой, и обвязывая их вокруг медленно кровоточащей раны. Он решительно смотрел только на лицо Леона. Он всё ещё чувствовал его дыхание сквозь грудь, так что не то, чтобы у него была причина изучать его голый торс, не было ни одного оправдания, которое избавило бы Криса от чувства вины. Леон выглядел абсолютно ошарашенным его вопросом о прикосновении, так что ни в коем случае Крис не совершит чего-то даже на столько невинного, как простой взгляд, когда Леон без сознания. Когда он сконцентрировался на том, чтобы не быть жутковатым, Крис посмотрел на плечо Леона, где должна быть рана, но увидел… чёртовы отпечатки зубов на его шее, господи боже, идеальная кровавая вмятина тридцати двух зубов, красный след на коже трапециевидной мышцы. Рана выглядела болезненно и достаточно свежо, так что Крис мог предположить, что это произошло сегодня, но заражения не было видно, и он понимал, что Леон достаточно умён, чтобы продезинфицировать любое ранение, особенно от грёбанного зомби. Крис провёл рукой по лицу, подождал немного, чтобы просто начать дышать и замедлить панику, которая возрастала несмотря на логику. Он знал, что укус не распространял инфекцию, и он знал, что с Леоном всё в порядке. Он знал, что укус был всего лишь очередным ранением. Он просто… чертовски ненавидел видеть его на Леоне. Чтобы спасти себя от дальнейших размышлений, Крис обвязал его бинтом, спрятав его от посторонних глаз, пока он раздевал Леона, и понадеялся, что это предотвратит риск заражения здесь, в канализации. Затем он повернулся к левому плечу и занялся делом. Крис быстро прочистил рану, чувствуя облегчение, когда он понял, что пуля прошла сквозь плечо и не надо было вытаскивать осколки, крепко обвязал его, и быстро развернулся, чтобы подобрать одежду Леона и одеть его и не смотреть и… Что-то зацепило его взгляд. Что-то, что усмирило даже жар в его груди. Леон был сильным, не обязательно накаченным, но ему было двадцать один и он был молодым, у него всё ещё оставался детский жир, который и делал его красивым в таком невинном смысле. Он был подтянутым, и Крис видел мышцы под его кожей, видел спрятанную силу, но ещё он видел… Эти… Шрамы. Расползающиеся по правой части Леона, следующие за широким краем его грудной клетки, эти белые шрамы, теряющие видимость сквозь года, но они всё ещё были тут и всё ещё… Они были как колотые раны, но не от ножа. Крис знал, как выглядело ножевое ранение, он знал множество вещей, которые можно было бы вонзить в человеческое тело, и какие отметины они оставят. Ледорубы, ломы, открывашки для пробок и карандаши. Но эти колотые раны выглядели по-другому, впрочем, они выглядели как… Крис видел много ужасающих вещей во время его службы в ВВС и в С.Т.А.Р.С., и это было очень похоже на то, как он видел катастрофу и коллегу женщину пилота, чьи рёбра были сломаны так сильно, что вырывались сквозь кожу, колотое ранение изнутри, сделанное собственными рёбрами, самое сокровенное предательство, что её собственное тело убило её. Она истекала кровью на асфальте, а из её медленно остывающего трупа торчали четыре ребра. Крис помнил, как видел её тело позже, когда они отрезали кости, чтобы лучше изучить дыры, которые они оставили, в образовательных целях. Крис снова видел эти отметины, побелевшие и исцелившиеся, и на теле Леона. Его рёбра были сломаны достаточно давно, скорее всего, когда он был маленьким и смог излечиться, и они прорезались сквозь его собственное тело. Взгляд Криса опустился ниже, к резкому изгибу бёдер Леона, который обрамляла мягкая дорожка из пушистых волос, и заметил блёклые следы от сигарет, усеивавшие выступ тазовой кости, как звёзды. Он подозревал и боялся, но надеялся до конца и молился, что Леон просто был на взводе и имел какой-то особый случай травмы, и что он не— его родители не— что Леон— Крис медленно вдохнул через нос, выдохнул через рот, подавил панику, тошноту и страх. Допустим. Леона избивали. Это имело смысл, и хоть он ненавидел это, сейчас ничего нельзя было сделать. Он никогда не узнает ни обстоятельства, ни продолжительность, ни даже частоту, и всё, что он знал, так это то, что был минимум один случай крайнего насилия, и последствия затянулись. Крис начал считать свои вдохи и выдохи и подумал логически. Он не мог рисковать предположениями. Леон бы не хотел, чтобы Крис копался в этом. Он просто должен был… абстрагироваться от всего этого и сконцентрироваться. Если он потеряет концентрацию, Леон может умереть. Это сработало. Крис быстро одел Леона, радуясь, что бронежилет наконец снова был на нём, но желая, чтобы пуля попала в закрытое место. Какой толк был в бронежилете, если пули попадали куда-угодно, но не в него? Крис позволил себе секунду смятения, и прислонил Леона к стене, чтобы кровь не скапливалась на плече, а затем осмотрелся. Он… должен был уйти. Этот факт неприятно отозвался у него в животе. Крис знал, что он вернётся, но он должен был пойти вперёд и убедиться, что ничто на них не набросится. Леон не мог защитить себя сейчас, и Крис не мог встретиться с очередным крокодилом, учитывая свои ограниченные патроны. Он многое сказал Агенту Аде, но оставаться на месте тоже было нельзя. Он должен был пойти вперёд и удостовериться, что ничто не выскочит на них, пока Леон был ранен, в сознании или без. — Я вернусь, — пообещал он Леону, ненавидя себя за то, что уходит, но понимая, что так было нужно, — Я вернусь, ты даже не заметишь. Крис взял себя в руки, позволяя один последний взгляд на парнишку, который проникал в каждый уголок его души, и развернулся, заходя в лифт, который Агент Ада полностью проигнорировала. Он вернётся прежде, чем Леон проснётся, иначе никогда себя не простит.

***

Если честно, Крису казалось, что он должен был уже привыкнуть к тому, что всё идёт не так, как надо. Если особняк Спенсера и научил его чему-то, так это тому, что всегда надо ожидать, что всё полетит к чёрту, хоть он и был уверен в своих в возможностях. После того, как он нашёл извилистую головоломку с шахматами и электрическими деталями в комнате для наблюдения, Крису пришлось вернуться назад и обнаружить ещё больше проблем. Какая-то богом забытая канатная дорога, скрученный лабиринт канализации, путь обратно в полицейский участок, из-за которого у Криса кружилась голова, монстры, которые сильно напоминали ему о том существе, с которым Леон боролся в машинном зале, и ужасающий факт, что Крис спустился так глубоко, что уже не знал, как подняться. Ему всё ещё надо было вернуться к Леону, но он не понимал как. — Всё становится только лучше, — проворчал он самому себе, когда зомби выпрыгнул из воды и с воем потянулся к нему. Он выстрелил с Лайтнинг Хаука, который недавно был модифицирован и работал как заклинание, и насладился тем, как голова взорвалась. Теперь, когда у него была чёткая задача – защищать, он обнаружил, что всё меньше и меньше винит себя за устранение зомби. Да, они были людьми, и иногда людьми, которых он знал, но он начинал мириться с фактом, что ходячие трупы были не его друзьями, а чем-то иным. Становилось легче, когда он представлял, как одно из этих существ вонзает зубы в Леона: ярости, которую он чувствовал от такого сценария, было более чем достаточно, чтобы избавиться от любых привязанностей, которые могли у него быть. Крис вздохнул и вернулся к работе с небольшой головоломкой: используя королевскую пешку, чтобы попытаться добраться до грёбанного огнемёта, который находился за запутанным лабиринтом из ворот. У него было несколько вопросов: почему ворота складывались в лабиринт; почему ему надо было использовать шахматные фигуры, чтобы открыть двери; почему в канализации с горючим газом находился огнемёт? Это не имело смысла, и он был уверен, что это было гротескным нарушением санитарного кодекса, но дарёной лошади в зубы не смотрят. После борьбы с этими лукообразными монстрами, которые были похожи на космических пришельцев и паразитировали всю канализацию, Крис возьмёт любое оружие, которое достанет. Он разобрался, как войти, после того, как длительное время таращился на панель и молил свой мозг заработать. Было сложно решать головоломки, когда половина его мыслей сейчас была о Леоне, он не мог выкинуть из головы образ парня, привалившегося к стене и слабо дышащего. Это, и это чёртово тело, неприятное осознание, как Агент Ада, кажется, поняла всё задолго до него. Женская интуиция, мать её— она была не простым агентом ФБР. Он не был уверен, была ли она вообще из ФБР. В любом случае, её манеры не работали. Агенты ФБР хоть и были эгоистичными, но не безрассудными. Если только они не работали под прикрытием, они никогда бы не рискнули навредить стражу порядка из-за тонн бумажной работы и всех проблем, которые это на них навлечёт. Участок мог засудить агентство, и будет множество новостей. Неосторожность Агента Ады по отношению к невинному копу сильно расходилась с тем, как работало большинство федеральных агентов. Потом Крис был уверен, что Аннет Биркин не представляла такой опасности, как говорила Ада. В особняке Крис нигде не видел имени Аннет, Ребекка отчитывалась, что нашла больше имён в Бухте Калибан, но даже там не было имени Аннет. Крис знал, что Амбрелла обожала выставлять напоказ свою работу и гениальных людей, так что если Аннет и правда создавала вирусы самостоятельно, как сказала Агент Ада, то Крис бы точно увидел где-то её имя. Что-то подсказывало ему, что Аннет была отвлекающим маневром, и у Агента Ады были скрытые мотивы. Отговорка в засекреченности информации была довольно слабой. Она прятала что-то, что выходило за пределы засекреченной информации— она врала им. Крис просто не знал о чём. Лампа на ящике загорелась зелёным, и Крис торжествующе сжал кулаки, прежде чем открыть ворота и забрать огнемёт. Обычно, он не позволял себе чувствовать себя в безопасности, просто потому что у него было мощное оружие, но огнемёт в руках придавал ощущение неуязвимости, и ему нравилась такая перемена. Он привык к весу, убирая Лайтнинг Хаук, и усмехнулся себе от такой абсолютной мощи, которую он ощущал, держа в руках эту массивную машину. Крис прицелился, тихо пародируя звуки пламени, необъяснимо кружилась голова, когда в руках было такое оружие. Это ощущалось чертовски хорошо, будто он и правда был неприкосновенен, будто он и правда мог защитить Леона. Никто не доберётся до пацана, пока у Криса было это. Никто больше не причинит Леону боль. Он открыл вторую по счёту дверь, забрал фигурку короля, и резко остановился, слыша грохочущий стон мертвеца. Он поднял огнемёт и нацелился на шатающийся труп, даже не смотря ему в лицо, чтобы распознать. Он просто должен был устранить этого ублюдка и вернуться к Леону. Он найдёт путь наверх — если бы пришлось, он бы переполз через стены из пульсирующих кишок, смешанных с дерьмом – и вернётся к Леону, прежде чем тот проснётся, и они найдут путь дальше. Может глубже в лабораторию или наверх в город или ещё куда-то. Это не имело значения, ибо это был выбор Леона, и Крис последует за парнишкой до конца. Раньше ему сильно хотелось, чтобы Амбрелла выкусила… теперь он просто хотел, чтобы Леон был в безопасности. Зомби потянулся к нему, его отвисшая челюсть болталась, а язык подрагивал. Крис поморщился от противного вида, но упивался возможностью использовать огнемёт, — Надеюсь, тебе нравятся шашлыки, — нахально усмехнулся он, прежде чем положить палец на спусковой крючок и… Кто-то стоял за зомби. Крис не знал кто и был ли это вообще человек, но огнемёт имел такой же радиус, как и у дробовика, может даже хуже, и если кто-то стоял за зомби и не был угрозой, то его тоже заденет пламенем. У него не было времени проверить, кто или что это, но ещё у него не было времени не стрелять, и не было времени сменить оружие, а зомби больше не шатался, он ринулся вперёд, вытянув руки, собираясь схватить Криса за плечи, чтобы удержать его на месте и вонзить зубы в шею и Крис и правда умрёт так? Когда внезапно— Прозвучало четыре выстрела, и зомби рухнул на Криса, его голова была кровавой смесью костей и хрящей, и Крис посмотрел за него, видя— Леон мать его Кеннеди, бодрствующий и дышащий, поднимающий Матильду со смертельной решимостью в глазах, — Простите, Сэр, — Леон не опустил пистолет, — Я должен был убедиться, что получится точный выстрел. Крис абсолютно и полностью блядь ненавидел себя. Леон проснулся в одиночестве – единственное, чего Крис хотел избежать, и это всё равно произошло. Леон проснулся в одиночестве. — Я не хотел так долго задерживаться. Оставить меня было рациональным решением. — Пошёл нахер, — пробормотал Крис, потому что мозг отключился, и он не знал как ответить, — Я… я имею ввиду, блять, нет, Леон… Леон, я не оставлял тебя. Я должен был убедиться, что ты будешь в безопасности и собирался вернуться за тобой, я… мне так жаль, — он спотыкался о самого себя, и это было очевидно. Он заметил, как взгляд Леона переметнулся на его дрожащие руки, и он смутился, — Я бы никогда не оставил тебя, — выдавил Крис сквозь комок в горле, — Мне так жаль, я не хотел, чтобы ты оставался в одиночестве. — Ничего страшного, — Леон опустил пистолет и поднял другую руку, изображая примиряющий жест, — Я в порядке, это была небольшая неприятность. Я просто рад, что вы в безопасности. — Я бы никогда не оставил тебя, — повторил Крис, он нуждался в том, чтобы Леон поверил ему, — Ты должен это знать. — Хорошо, — согласился Леон, немного улыбаясь, эта сладкая маленькая улыбка не достигла его глаз, — Вы правы, я знаю, что вы бы так не сделали. Просто неподходящая ситуация, тут нет вашей вины, — это была целиком и полностью вина Криса, это он разделил их снова. Он только начал верить в то, что учится на своих ошибках, и вот опять, наступал на те же грабли. Не разделяйся с Кеннеди. Надо было написать это на руке. — Мне так жаль, что ты проснулся в одиночестве, — Крис был не в силах отпустить это. Он мог себе представить момент, когда Леон открыл глаза и увидел, что его бросили, как бы его лицо приняло разбитое выражение, прежде чем он сказал бы себе, что ничего страшного, он достаточно силён, он сможет выжить, так будет даже лучше. Как Леон бы попытался избавиться от боли и убедить себя, что это к лучшему. Боже, Крис ненавидел себя, — Это последнее, что я хотел для тебя. Я так сожалею. Леон сделал вдох и прерывисто выдохнул, — Если честно, приятно слышать, что вы не специально, — признал он с очередной слабой улыбкой, — Я… я должен был предугадать это. Может Агент Ада поступила бы так, но не вы, — Леон подошёл, перешагивая зомби, которого он застрелил для спасения Криса, — Спасибо. Что рассказали мне, — Леон протянул к нему дрожащую руку, будто думал, что касание не примут, и положил ладонь на предплечье Криса. Все существо Криса сместилось к прикосновению, и всё, что он мог чувствовать, это тепло, лучащееся к нему от Леона и говорившее ему, что парень живой и дышит и всё такой же стойкий. Леон пришёл за ним с пулевым ранением, и Крис уважал его так сильно, что это приносило боль, — Какой план, Сэр? — спросил Леон. — Решение за тобой, — ответил Крис, заставляя себя работать и сконцентрироваться несмотря на вину, — Мы можем либо последовать за Агентом Адой в лабораторию, либо найти выход, вернуться в участок и покинуть город. — И просто… убежать? Крис поморщился, ненавидя понимание того, что Леон уже принял решение остаться. — Мы не может просто оставить Амбреллу нетронутой, Сэр, — Леон выглядел немного нервным из-за спора. Крис вспомнил ожоги от сигарет и колотое ранение на его ребрах. Скорее всего, именно из-за высказывания своего мнения он и получил эти шрамы, — Даже если Агент Ада способна, много чего может пойти не так. Она может нуждаться в нас. И если Амбрелла уйдёт безнаказанной, то никто не гарантирует, что такого не повториться. Я знаю, вы наверняка устали, и я знаю, что вас утомляют подобные вещи, но… я правда считаю, что нам надо продолжать. Остановить Амбреллу раз и навсегда. Вы согласны? Последнее, чего хотел Крис, так это разочарования Леона, — Я пойду за тобой. Это тебя подстрелили. Если ты чувствуешь, что физически не готов, то я сильно рекомендую не идти. Но если ты считаешь, что сможешь, то и мы сможем. — Я смогу, — твёрдо сказал Леон, — Я не задержу вас. Крис покачал головой, — Ты никогда никого не задерживал, Офицер Кеннеди. Леон выглядел так, будто не поверил ему, — Куда дальше? — Я… застрял, — признавать это ощущалось глупо, но Леон точно решал головоломки лучше, чем он, — Я собрал все пешки, которые помогут нам пересечь весь водный путь и, вероятнее всего, последовать за Агентом Адой. Если нам повезёт, мы встретим её до того, как она уйдёт дальше, до куда мы уже не достанем, — в конце концов, он не знал, как попасть в лабораторию, — Я не знаю, какие замки нам встретятся, но я видел канатную дорогу. Говорилось, что нужен браслет. — Я тоже видел это. И я видел, что у Агента Ады есть браслет под рукавом плаща, — боже, пацан был внимателен, — У вас есть все части пазла? — когда Крис кивнул и вытащил их, Леон тихо усмехнулся, — Хотите, чтобы я решил его за вас? — Пожалуйста. Улыбка Леона стала шире, он забрал части и спрятал их. Крис внимательно следил, доставляет ли движение левой рукой неудобства, но ничего не увидел, Леон не хмурился и не шипел от боли. Он принимал огнестрельное ранение как чёртов солдат, и Крис молился, что это не означало то, что он думал это означало, — Идём, Сэр, — сказал Леон. — Я Крис, — бесполезно поправил он, прежде чем пойти вперёд и вернуться к привычному ощущению Леона за своей спиной. Найти путь обратно в комнату для наблюдения было просто благодаря тому, как часто он заблуждался в этом месте. Он ожидал, что Леон решит эту головоломку в два счёта, и они последуют за Агентом Адой. Грёбаные монстры с извивающимися головами и гигантскими глазами не имели и шанса против огнемёта, и оглушительный смех восторга, который Леон издал, когда они отрубались один за другим, заставлял сердце Криса биться сильнее. Канализация была смехотворно менее ужасающей, когда Леон был с ним, и Крис был полон уверенности, когда они дошли до комнаты для наблюдения. Крис подошёл к головоломке, готовясь к тому, что Леон поразит его, но он издал какой-то звук, из-за которого Крис развернулся и нахмурился, — Всё хорошо? Леон стоял рядом с окном, выходящим в комнату с мусором, его рука была прижата к стеклу, и Крис уже собирался повториться, как Леон сказал, — Агент Ада лежит внизу и не двигается. Крис прилип к стеклу рядом с Леоном, и увидел, что он прав, — Её там не было в прошлый раз, когда я был здесь. Боже, она ранена? — он посмотрел на Леона и увидел… что тот выглядел очень взволнованным. Его брови озабоченно поползли вверх, и он прикусил нижнюю губу, таращась на Агента Аду. Что-то предательское зародилось в груди Криса, ревность сомкнулась на его горле. Он сжал зубы. Он ненавидел то, как голубые глаза Леона наполнялись тревогой из-за женщины, которая не сделала ничего, кроме как думала, что он бесполезен, — Мы спустимся за ней, — заверил Крис, — Она, наверное, в порядке. — Мы идём, Ада, — сказал Леон в пустоту. Крис стиснул зубы и оторвал Леона от стекла, беря его за голый локоть, мускулы вздрогнули под его прикосновением. Крис сдержал каменное выражение лица и подвёл Леона к головоломке. Разгадывание заняло у него пару секунд, он взглянул на инструкцию и издал звук, напоминающий удовольствие, — Могло показаться, что если тут так много загадок, то кто-то хорош в них, но в реальности они все сосут, — глаза Леона расширились через секунду, как он это сказал, — Конечно, я ничего не имею в виду, Сэр. Такие напряжённые обстоятельства усугубляют ситуацию. Я просто, эм… Когда Леон не смог продолжить, Крис приподнял брови, — Хорошо работаешь под давлением? — Да, — согласился Леон, — Типа того, — он быстро прошёл мимо Криса, будто хотел спрятать лицо, и подошёл к двери, которую они разблокировали, — Пойдёмте за ней, — предложил он, — Я не думаю, что она бы просто лежала там, если бы не была ранена, и мусор явно плохо повлияет на какую-то ни было рану. Она может войти в септический шок. Крис хотел бы рассказать ему, как легкомысленно вела себя Ада по отношению к его собственному ранению, но он не хотел ранить пацана ради своей злобной выгоды. Крис просто кивнул и встал Леону за спину, позволяя ему вести. Извилистый коридор впереди точно не вёл в комнату с мусором, как думал Крис, но Леон выглядел невозмутимым, — Тут есть энергоотсек, — сказал Леон, ведя их, — Могу поспорить, что мы откроем нужную дверь оттуда, — Леон первым прошёл в комнату и подошёл к коробке силовой панели, щёлкая какими-то переключателями, пока Крис следил за дверью. Он отказывался смотреть на его зад. Это… время и место, никогда, Крис Редфилд, господи Иисусе. Леон был полностью сконцентрирован на задаче, включая электричество, почему вообще Крис думал о… — Получилось! — победно выкрикнул Леон. Он развернулся к Крису, широко улыбаясь, ища что-то, и Крис собирался сказать ему, что он проделал хорошую работу, как… Чёртовы когти, сделанные из мокрых мышц и сочащейся плоти, прорвались сквозь потолок, заставляя Криса выпрыгнуть из энергоотсека, когда разорванные электрические части вспыхнули пламенем, разделяя его с Леоном. — Леон! — крикнул Крис, слыша грохочущие шаги над ними, и когти снова прорвали потолок. Леон откатился назад, но огонь не давал ему выбраться. Внутри Криса вспыхнула паника, — Уходи оттуда! Но как? Тут были подъёмные ворота, но Крис не понимал, как их открыть. Огонь рос в геометрической прогрессии, и эта отвратная рука снова пробилась сквозь потолок. Леон громко хмыкнул, когда нечеловеческие кости оцарапали его раненую руку, и паника переросла в холодный ужас. Крис отшатнулся назад, начиная бежать в комнату для наблюдения, зная, что там есть огнетушитель. Он мог потушить огонь, добраться до Леона и вытащить его. Агент Ада была последней, о ком сейчас думал Крис, он ввалился в комнату для наблюдения и разбил защитное стекло, чтобы забрать огнетушитель. Вбегая в энергоотсек, он увидел… что Леон пропал. Крис выкрикнул проклятие, позволяя себе единственный момент необузданного смятения, прежде чем начать тушить огонь. Он мог слышать рык монстра за подъёмной дверью, которая превратилась в измельчённый металл, разорванный чем-то, что Крис не мог назвать. За рыком последовали выстрелы, и Крис понял, что Леон затеял драку. Он поблагодарил бога за то, что он был там, а не в огне. Потухшее пламя не успокоило его страх. Он считал выстрелы, которые слышал, и понял, что не знает, сколько патронов оставалось у Леона изначально. Крис снова проклял себя, потушил остатки пламени, разделяющие его и офицера, и откинул огнетушитель, чтобы ринуться туда, откуда исходили звуки битвы. Длинный бетонный коридор, ноги Криса проскользили по земле, когда он обогнул резкий поворот, он пробежал по решётке и увидел бой снизу. Это было что-то вроде помещения для очистки воды с краном и огромным транспортным контейнером на цепи, огромная платформа, на которой работал кран с застрявшим Леоном, отвесные обрывы вокруг и… Это существо, то самое грёбаное существо в машинном отделении, которое раньше было человеком с глазом на плече, но теперь выглядело по-другому. Теперь у него было два лица, и ужасающая рука стала больше, более скрученная и свернувшаяся спиралью как монстр Франкенштейна, слияние частей тела создавало нечто ужасающее. В конце отвратительной руки были длинные когти, которые могли разорвать кости так, будто они были сделаны из картона, и каждый шаг заставлял землю дрожать. Вторая голова была менее человеческой, чем первая, у неё были глаза-бусинки, компенсирующие один выпуклый оранжевый глаз на плече, три пары глаз, три линии обзора. Три глаза были направлены на Леона Кеннеди, который стоял прямо, смотря на этого монстра с мрачной решимостью. — Леон! — крикнул Крис, не в силах справиться с нарастающим ужасом в груди. Он уже собрался спуститься, добраться до Леона и помочь, когда прозвучал крик, заставляющий его резко остановиться. — Не спускайтесь! — приказал Леон, его голос был резким и требовательным, — У меня есть план! У Криса тоже был план: спуститься и удостовериться, что это существо не тронет Леона. Тот выстрелил в глаз, из которого полилась отвратительная жидкость, — Доверьтесь мне! — крикнул Леон, — Всё под контролем, Сэр! Крис не верил ему, не мог поверить, но потом он увидел, как Леон врезал по кнопке, контролирующей кран, прежде чем два раза выстрелить в существо. Монстр припал на одно колено, поражённый, и кран протрубил предупреждение, а потом прокрутился и врезался контейнером на конце цепи прямо в него, почти сбрасывая его с платформы. Существо еле удержалось, цепляясь за транспортировочный контейнер, и снова встало ровно, когда кран вернулся в исходную позицию. Монстр всё ещё был на одной платформе с Леоном, но он стал существенно медленнее, тяжелее, слабее, и ради бога, Крис хотел спуститься и помочь Леону, но если у него был план, о котором думал Крис, то он будет только мешаться. Крис отошёл и схватился за волосы, когда Леон выстрелил ещё два раза и увеличил дистанцию между ним и монстром. Леон вытащил дробовик, закричал, чтобы существо последовало за ним, загоняя его обратно туда, где его можно было снова сбить контейнером. Монстр кричал и бился, Леон откатился по земле, чтобы его кишки не разбросали по полу. Крис даже отсюда слышал, как пацан напряжённо хрипел, и он безумно боялся, что Леон выдохнется раньше, чем существо. У него было огнестрельное ранение на плече, он уже сбежал от крокодила, он был слишком молод. Леон снова нажал на кнопку, и кран протрубил всё то же предупреждение, Леон поднял дробовик, чтобы снова замедлить существо, и щелчок пустого дробовика был хуже, чем визг любого монстра, — Ох чёрт. Крис быстро вытащил Лайтнинг Хаук и дважды выстрелил в живот существа, с такого расстояния это была самая простая мишень. Когда оно развернулось, чтобы увидеть Криса, и эти отвратные глаза уставились на него, Крис выкрикнул имя Леона и кинул пистолет так сильно, как мог. Он вращался в воздухе в замедленной съёмке, и на секунду Крис испугался, что Леон не поймает его, учитывая все свои травмы, но все его опасения рассеялись, когда Леон всё же поймал пистолет, прокрутился на левой ноге по инерции, вскинул его, прицеливаясь в монстра, и сделал три сокрушающих выстрела в этот громадный глаз. Монстр завизжал и поник, и в тот же момент в него врезался контейнер. Он был подвешен над бездонным спуском и как только его лапы соскользнули с контейнера, он завыл и упал в темноту. Крис молился, чтобы на этот раз он подох навсегда. — Сэр! Крис посмотрел вниз и увидел, как Леон смотрит на него с платформы с той же усталой, но лёгкой улыбкой, как когда он взорвал крокодила. Леон смотрел на него с выжиданием, а потом поднял руку, — Хорошая работа, да? Не поможете? — спросил пацан, его глаза мерцали. Крис знал, что сейчас чувствует Леон: успокоение после выигранной битвы, удовольствие и гордость за победу над Голиафом, как же потрясно ощущалось осознание, что мастерство и отвага спасли его. Крис понимал, что Леон сейчас был на коне от доказательства, что он лучше, чем этот монстр, и он понимал, что Леон также ждал от него гордости за себя. Но он не мог ему этого дать. Так что, когда он наклонился, взял парня за руку и подтянул обратно на дорогу, вместо того чтобы сказать ему, что он проделал отличную работу, и вести себя как мужчина, поздравляющий сослуживца, Крис обернул руки вокруг шеи Леона и вцепился в него. — Хватит разделяться, — выдавил он в ухо Леону, — Моё сердце этого не выдержит. Он почувствовал, как Леон замер в его объятиях, но расслабился намного быстрее, чем в прошлый раз. Леон руками обхватили Криса за спину и крепко прижал к себе, — Простите, Сэр, — ответил он, улыбка всё ещё ощущалась в его голосе, — Но вы как минимум можете говорить мне, что предупреждали. — Господи, пацан, — выдохнул Крис, позволяя себе секундную слабость, и повернул голову, носом утыкаясь в кожу за ухом Леона. Он пах кровью, потом и смертью, и Крис понимал, что сам наверняка был не лучше. Крис поднял одну руку, чтобы запутаться в волосах Леона на затылке, притягивая его к собственной шее, просто пытаясь физически стать так близко, как только возможно, при этом сохраняя свой хрупкий рассудок. Леон был живым, и даже несмотря на всех этих демонов и ужасные кошмары, ничто этого не изменит. Леон Кеннеди был как сила природы, и Крису повезло, что он на его стороне. Несмотря на свой опыт, Крис был не уверен, что сможет побороть столько же монстров, сколько Леон, и при этом выжить, — Больше никогда не сражайся с таким в одиночку. Когда Леон сказал, — Конечно, Сэр, — Крис почувствовал это всем своим телом, почувствовал, как его губы двигались рядом с местом, где бился пульс, и из-за внезапно пронзившего его трепета от близости, Крис отдёрнул себя от Леона, двигаясь так быстро, что у него почти закружилась голова. Леон выглядел поражённым такой резкостью, но улыбка не полностью сошла с его лица, — Извините, — сказал он со слабым смешком, звучащим как будто он пытается что-то скрыть. За что он извинялся? — Видимо я ещё не до конца привык к такому. — Тебя не обнимали в детстве? Господи, блядь, боже, Крис. Он тут же пожалел о сказанном, понимая, что вопрос вырвался скорее на подсознательном уровне. Глаза Леона дрогнули, и голубизна стала немного тусклее. Крис вздрогнул и вспомнил ожоги от сигарет, — Ничего страшного, если нет, — с трудом выдавил он, отчаянно желая исправить ошибку. Он сказал первое, что пришло в голову, — Мои родители умерли, когда я был маленьким, так что и меня не часто обнимали. Он надеялся, что так Леон будет чувствовать себя лучше… он ошибался. — О боже, — выдохнул Леон, — Мне так жаль. Теперь настала очередь Криса чувствовать себя некомфортно, — Это не имеет значения, — сказал он пареньку, — Мы… Агент Ада нуждается в нас. Нам стоит идти. Теперь Леон выглядел только хуже, — Как я мог забыть про неё? — спросил он в пустоту, пробегая обратно в энергоотсек. Крис последовал за ним, мысленно отчитывая себя за то, что напоролся на свои же грабли. Он в целом плохо ладил с людьми, и становилось ещё хуже, если это был кто-то, кто ему нравится. Чудо, что у него вообще были друзья. Леон подошёл к воротам, ведущим к комнате с мусором, его переполняла нервная энергия, пока он ждал, когда они откроются, — Давай, давай, — бормотал он себе под нос, пока не появилось достаточно места, чтобы протиснуться под воротами и упасть в мусор. Крис последовал примеру, морщась от запаха, который грозил сбить его с ног, — Ада, где ты?! — выкрикнул Леон, его голос был окрашен отчаянием. Крис видел, как в парне начала нарастать паника, когда никто не ответил, но потом он услышал другой крик. — Сюда! Леон тут же побежал на звук, и Крис последовал за ним. Как только они обогнули кучу мусора, они увидели Агента Аду, сидящую на боку, из верхней части её бедра торчал кусок уродливого металла. Внутри у Криса всё перевернулось, когда он представил боль, которую это должно причинять. Даже несмотря на то, что он недолюбливает агента, он никому не желал боли, и подобное дерьмо наверняка чертовки болело, — Я уж было начал беспокоиться, — сказал Леон, будто это не его оставили, будто Агент Ада не бросила его ради преследования, которое закончилось так же, как Крис и предсказывал. Леон присел на колени рядом с Адой, пока Крис стоял за ними, поднимая Самурай Эдж и следя за обстановкой. — Не могу вытащить. Плохой знак. — Не знаю, стоит ли, ну… — Леон запнулся, — Крис мог бы… Крис поморщился и подошёл к Леону, оседая рядом с ним, и готовясь к тому, что ему придётся вытащить металл, но Ада вскинула свои острые глаза, и взгляд, которым она одарила их обоих, заставил Леона резко остановиться, — Вытаскивай, Леон, — приказала она, подчёркнуто выделяя имя Леона, — Я не смогу ходить с этой штукой. Леон взглянул на Криса, как ребёнок, ожидающий разрешения родителя. Крис не позволил себе раздражаться и кивнул, слабо улыбаясь. Он знал, что Леон сможет. Не то чтобы он уже не преуспевал буквально во всём, что делал. Леон вздохнул, — Хорошо, — сказал он, — Но будет больно. Крис, возьми… — Уже, — ответил Крис, убирая пистолет, чтобы вытащить дезинфицирующее средство, которое у него осталось с прошлого раза, когда он обрабатывал раны Леона. Когда Леон взялся за кусок металла, и Крис смочил остатки марли в средстве, Агент Ада отвернулась и сжала зубы. Он был даже немного впечатлён её преданностью своей миссии. Затем Леон быстро вытащил осколок, и Агент Ада тихо простонала, проглатывая боль, пока Крис передавал Леону марлю и повязки, а тот быстро перевязал её бедро, ни на секунду не прикасаясь к коже. — Я в порядке… — Просто успокойся, хорошо? Агент Ада упрямилась, и Леон не собирался терпеть это дерьмо, — Ну… что теперь? — спросил он. Леон был близко к Аде, пока перевязывал рану, она повернулась к нему и… почти столкнулась с ним носом, её голос понизился, и она говорила с придыханием, может из-за боли, может из-за чего-то ещё. Она посмотрела Леону в глаза и сказала, — Уходи отсюда. Пока ещё можешь. — Мы не оставим тебя, — недоверчиво ответил Леон, отсаживаясь назад. Криса немного раздражало то, что она говорила с Леоном и только с ним, — Тем более в таком состоянии. Агент Ада покачала головой, излучая отчаяние, — Ты не понимаешь. Всё хуже, чем я предполагала. — Тебе от нас так просто не отделяться. Ты спасла меня. Теперь моя очередь. Это… было кучей настоящего грёбанного вранья. Крис постарался не показывать, каким злым он сейчас был, тот диалог с Адой, пока Леон лежал без сознания с пулевым ранением, пробежался у него в голове. Агент Ада всё говорила и говорила, что Леона надо оставить, что Аннет была важнее, что Леон будет в безопасности, хоть и зачистка канализации подтвердила обратное. Агент Ада едва ли спасла Леона, а теперь вот они тут сидят, ложная вера доводит Леона до могилы. Но Крис не собирался ничего говорить, потому что он хотел, чтобы Леон принимал самостоятельные решения и чувствовал контроль над ситуацией, и это… просто было враньём. Агент Ада снова покачала головой, — Не думала, что ты считаешь… Эта сука. Леон протянул ей руку, чтобы помочь подняться, и они оба встали. Когда Леон предложил плечо, она оттолкнула его, издавая фыркающий смех и говоря, — Погоди пока, новичок, — Леон Кеннеди находился на громадной дистанции от понятия «новичка», и Крису уже хотелось кинуть её через прогиб, к чёрту систему подчинения. Если бы она только знала половину того, через что Леон прошёл… — Ладно, я просто хотел помочь, — сказал Леон, смотря на Криса и улыбаясь ему, — Может Крис понесёт тебя? Ада метала кинжалы в Криса одним взглядом, — Только через мой труп, — сказала она, прежде чем начать двигаться, её хромота значительно замедляла её, несмотря на все усилия. Крис остался позади, позволяя Аде идти спереди, а Леон остался между ними. — Вы хотите помочь, мальчики? — спросила она, — Нам надо добраться до Гнезда. — Гнезда? — повторил Леон, пока Крис проклинал склонность Амбреллы к загадочным именам. — Лаборатория Амбреллы, — ответила Ада, — Прямо под нами. Аннет проболталась. Там находятся образцы вируса. — Где ещё им быть? — спросил Крис, хмурясь, — Конечно они в лаборатории, большинство учёных точно не станут носить подобные вещи с собой. Леон пожал плечами, оборачиваясь, чтобы посмотреть на Криса, ожидая кивка, или спрашивая, пойдёт ли Крис? Конечно он пойдёт, он будет следовать за Леоном до конца. Он кивнул, и Леон сказал, — Думаю, смогу выкроить время. — Тогда идём, — Ада поманила его, пока Крис пытался побороть дурацкую улыбку от нелепой фразы, — За работу. — Как скажете, мэм, — ответил Леон. Агент Ада провела их из комнаты для мусора, — По канатной дороге мы доберёмся до Гнезда. Этот браслет – наш билет. — Неплохо. — Где ты его достала? — спросил Крис. — Позаимствовала. В любом случае, мы почти пришли, — она шла медленно, её хромота почти мучила самого Криса, ибо его нервы из-за возвращения в очередную адскую дыру Амбреллы заставляли его желать, чтобы она шла быстрее. В один момент она полностью остановилась, и Леон тут же подошёл к ней, — Эта чёртова нога, — хмыкнула она. — Позволь нам понести тебя. — Нет, — жёстко отрезала Ада, — Из-за этого мне станет только хуже. — Уверена? — спросил Леон, — Даже я должен признать, что Крис больше похож на рыцаря в сияющих доспехах, нежели на кого-либо ещё. Если он тебя понесёт, то ты скорее будешь чувствовать себя королём, а не обузой. Крис чуть не подавился собственным языком, а Агент Ада просто выглядела раздражённой. Ей точно не нравилось, как Леон привлекает внимание Криса, когда она просто хотела изолировать себя и парня. Крис знал, что она пытается как-то использовать Леона, хоть он и не знал, на что она пойдёт ради этого и почему. Пока что, всё, что он мог сделать – оставаться рядом и проследить, чтобы Леона не втянули ни во что серьёзное. — Я думаю, такое эмоциональное потрясение будет слишком даже для Федерального Агента, — лениво прокомментировал он, когда Ада ничего не сказала. Леон усмехнулся, и Крис подавил желание позлорадствовать Аде в лицо. Может она и могла заставить Леона делать дурацкие вещи, но Крис мог рассмешить его. Потом Ада спросила, — Как плечо? — и хорошее ощущение пропало. — Ощущается хуже, чем выглядит. — Что за пара, — вздохнула Ада, — Оба одной ногой в могиле. — Крис наверняка сможет понести нас обоих, — отметил Леон. — Мне кажется, он хочет нести только тебя, — поспорила Ада. — Не может быть… Крис, нести Агента Аду будет проще простого, верно? — У меня есть плечо для каждого из вас. — Видишь? — Леон немного замедлился, оставляя больше пространства между собой и Адой, и меньше между собой и Крисом. Он улыбнулся ему, и Крис осознал, что он протягивает Лайтнинг Хаук, — Крис уже однажды победил Амбреллу… он сможет сделать это снова. — Оставь себе, — приказал Крис, — У тебя кончились патроны. — Я бы не хотел забирать ваш пистолет. Крис взял Леона за предплечье и протянул руку к его груди, — Оставь себе, — повторил он тихим тоном, — Для него есть семь патронов, у меня около пяти. Патроны и так на исходе, и я не хочу, чтобы ты полагался на один только боевой нож. И хей, пока у тебя есть пистолет, я буду знать, что ты сможешь присмотреть за мной. Он посмотрел за Леона и увидел, что Агент Ада зашла в тупик, хоть их с канатной дорогой и разделяли всего пара метров. Женщина строго смотрела на них с чем-то вроде пренебрежения. У него появилось подозрение, в чём же заключается её проблема. Её план сильно полагался на то, что один из них станет фанатически относиться к её суицидальной миссии, и так как она поняла, что Крис – пропащее дело, она фокусировала своё внимание на молодом офицере. Однако, было очевидно, что если встанет выбор, Леон выберет Криса, а не её. И ей очень это не нравилось. Когда Леон посмотрел вниз на пистолет, погружённый в какие-то мысли, Крис позволил себе секунду мелочности и усмехнулся Агенту через плечо. Она нахмурилась и отвернулась. Крис приложил пистолет к груди Леона и наклонил голову, чтобы посмотреть ему в глаза, — Хей, — мягко позвал он, — Я серьёзно, оставь его. Мне будет лучше с осознанием того, что у тебя есть оружие. Леон поморщился, — Если вы так уверены, Сэр. — Я уверен, — пообещал Крис, — И меня не так зовут. Невозможно, но Леон слабо улыбнулся ему, — Извини. Уже вошло в привычку. — Откажись от привычки. Меня зовут Крис. Мне хочется думать, что мы уже не просто напарники. — Конечно, С… — Леон запнулся, прочистил горло и быстро заморгал, — Крис. Конечно, Крис. Крис не мог убрать улыбку со своего лица, он похлопал Леона по плечу, — Пойдём дальше, — предложил он, — Не хотелось бы оставлять Агента Аду без её лучших людей, не так ли? — Конечно нет, Сэр. Ах, ладно, детские шажки. Когда-нибудь Леон доберётся до туда. Они быстро нагнали Агента Аду, которая нетерпеливо ждала их у канатной дороги, — Закончили, господа? — спросила она, её тон так и излучал кислоту. Леон выдавил извинение, но Крис взглядом метал в неё такие же ножи, как и она прежде. Ни за что на свете она не станет осуждать его за это. Агент Ада закатила глаза, потом провела тем браслетом, который она «позаимствовала», перед дверью в фуникулёр. Двери открылись, показывая шероховатый интерьер, где было больше ступенек, нежели сидений: панель управления сверху и снизу и одна единственная скамейка в середине. — Это может быть путь в один конец, — сказала им Агент Ада, — Так что приготовься, Леон. Крису начинало казаться, что они вернулись в школу, учитывая ребяческий порыв Ады игнорировать его. Леон посмотрел на Криса, чтобы получить разрешение, и Крис пожал плечами, — Я последую за тобой, Леон. — Вы точно ничего не имеете против? — спросил он, спускаясь вниз по ступенькам, ведущим глубже под землю, в Гнездо, в Амбреллу. Крис правда ценил беспокойство, и, если честно, последнее, где он хотел находиться – снова в лапах Амбреллы, но он не мог позволить пареньку пойти в одиночку, — Я… не хочу заставлять вас делать это снова, если это слишком. Сердце Криса сжалось, и он улыбнулся Леону той же улыбкой, которую тот так ценил, — Я с тобой, — заверил его Крис, — Идём. Лицо Леона снова приобрело то знакомое, непоколебимое и целеустремлённое выражение, и он потянул за рычаг, не разрывая зрительного контакта. Дух братства повис между ними: двое мужчин, плечом к плечу спускающиеся в ад в который раз за эту ночь и уверенные, что находятся в нужном месте. Крис не хотел ничего, кроме как снова прикоснуться к Леону, почувствовать его пульс, упиваться бурлящей кровью под кожей, и сказать себе, что они выберутся отсюда живыми, когда автоматический голос сообщил им об их пункте назначения и определил их судьбу. Затем Агент Ада издала болезненный звук, громкий и тревожный, и Леон побежал по ступенькам, чтобы помочь ей, от него исходило ещё больше беспокойства. — Знаешь, о чём я думал? — начал он, осматривая её и садясь рядом, чтобы проверить раненную ногу, — Не могу дождаться момента, когда ФБР совершит налёт на штаб-квартиру Амбреллы и привлечёт этих ублюдков к ответственности. Он снова говорил, чтобы заменить тишину и всех успокоить, но Ада не поддавалась, — Я согласна, — уклончиво ответила она, — Но хочу прояснить, что ты работаешь не официально. Это государственное дело. Как только мы добудем Г-Вирус, я снова сама по себе, — когда Леон отвернулся, очевидно в смятении, оскорблённый тем, что Агент Ада думала, что он делал это ради славы, она неправильно поняла его и сказала, — Хей, Леон… доверишься мне? Леон хмыкнул и стрельнул в ответ, — А ты мне? Агент Ада горько усмехнулась, — Если честно… если бы я тебе не доверяла, ты бы уже давно был мёртв. Крис нахмурился, понимая, что это ложь, — Верно, — всё, что мог ответить Леон приглушённым голосом. Крис встал рядом с парнем, надеясь, что это как-то ему поможет. Даже если Агент Ада видела его как всего лишь какого-то копа, Крис знал гораздо больше. — Смотри, я думала, что мне понадобится ваша помощь, и оказалась права, — быстро сказала Ада, замечая, что она случайно оттолкнула его. Когда Леон повернулся, чтобы снова посмотреть ей в глаза, она прильнула вперёд, — Если вы двое сможете обезопасить Г-Вирус, я прослежу, чтобы ситуация Ракун Сити никогда больше не повторилась. — Погоди, а ты не с нами? — спросил Крис. — Ада, ты сама сказала: это государственное дело, ни у кого из нас нет доступа… — Леон, посмотри на меня, — прервала Ада, снова выделяя Леона и игнорируя Криса. Она хорошо играла свою роль, и хоть Крис не сомневался в умственных способностях Леона, он был уверен, что и сам бы поверил ей. Ничто не вызывало привыкание так сильно, как ощущение собственной важности, — Теперь я обуза. Если я хочу закончить это дело, то ты – моя последняя надежда. — Мы не можем просто оставить тебя, — поспорил Леон, — Я серьёзно. Крис сильнее, чем ты думаешь, мы сможем закончить это. Что если на тебя нападут, что если тебе понадобится помощь… Ада сдвинулась быстрее, чем Крис успел среагировать, её рука опустилась на щёку Леона, как она… поцеловала его, останавливая, забирая его голос и заглушая. Леон отодвинулся назад, его голубые глаза были широко распахнуты, он сам был в шоке и не в силах среагировать на внезапное прикосновение от человека, которого он еле знал, прикосновение того, кто не спрашивал разрешения. Крис и сам впал в тихий шок из-за такой полнейшей непрофессиональной манипуляции, которую он наблюдал. Он заметил, как пальцы Леона задрожали. Крис впал в ярость. Он схватил Агента Аду за плечо и оттолкнул её, даже не пытаясь быть мягким. Она возмущённо вскрикнула и убрала руку от Леона, уже собираясь ударить Криса из-за резкого прикосновения, но тот поймал её за запястье и оттолкнул дальше на лавочку, подальше от Леона. — Господи Иисусе! — огрызнулась она, — Тебя мать не учила прилично себя вести? — Моя мать, блядь, мертва, — выпалил Крис, — Но даже она была рядом достаточно долго, чтобы научить не целовать кого-то без разрешения! — Он не ребёнок, может целовать кого захочет! — Он тебя не целовал! — прокричал Крис, приближаясь, его рука потянулась к пистолету на боку, ибо он не мог здраво мыслить сквозь ярость, которую чувствовал, и она побеждала, — Ты, блядь… ты его командующая, ты не можешь просто взять и поцеловать его! Ты даже не спросила! — И не должна была, — защищалась Ада, скрещивая руки на груди, — Я по глазам вижу, он хотел меня. Крис не мог сосчитать, сколько раз он слышал такую же фразу от насильников. — Крис. Голос Леона, такой тихий, прорвался сквозь желание Криса ранить Государственного Агента, к чёрту последствия. Он посмотрел на парня – каким маленьким он выглядел, у него всё ещё было храброе выражение лица, хоть взгляд и оставался таким же диким – и тут же вспомнил свои подозрения по поводу обстановки, в которой Леон вырос. Боже, повышенные тона, крики, злость… это наверняка никак не помогало. — Я в порядке, — сказал Леон, натягивая такую улыбку, от которой у Криса разбивалось сердце, — Я в порядке, она не собиралась причинить мне вред. — Прибываем в Гнездо. Крис развернулся, чтобы посмотреть на агента, — Оставайся на месте, — потребовал он, не в силах сдержать опасные нотки в своем голосе, хоть и смог прекратить кричать, — И если я снова увижу, как ты трогаешь его без предварительного разрешения, я отрежу тебе пальцы. Она не ответила, даже не осмелилась. Двери фуникулёра открылись, и Крис взял Леона за руку, поднимая с места и выводя отсюда, подальше от Федерального Агента, которая считала, что может играться с ним и использовать в своих целях. Как она посмела так поцеловать его. Крис даже не ревновал; если бы Леон сам начал поцелуй, то Крис бы проглотил боль и позволил бы этому случится, но она… она просто решилась, просто взяла, что хотела, и ни черта не заботилась о том, что хотел сказать Леон. Как она могла? Разве она не почувствовала, что он отстранился, что замер как стена? Боже, а что, если бы Леон что-то сказал, сказал «нет»? Она бы вообще остановилась? Что если бы Леон всё равно позволил ей сделать это, потому что она была выше по рангу, и он всё ещё называл Криса «сэр», и… — Я в порядке, я в порядке, — повторял Леон, отклоняясь назад, тем самым заставляя Криса замедлиться, — Сэр, я серьёзно. Крис не мог этого принять, это самопожертвование, как Леон усваивал собственные страдания. Он развернулся к нему и спросил, — Могу я прикоснуться к тебе? — Конечно, — выдохнул Леон, — Конечно можете, Сэр. Крис положил руку на бок его шеи, туда, где был скрыт укус, и Леон прильнул к прикосновению, полностью в противовес тому, как он пытался отстраниться от Ады. Крис подумал о том, что знал про парня, про его жизнь до этого, про шрамы и про то, как он вздрагивал. Он сомневался, что у него вообще был хороший образец для подражания. Кажется, Крису придётся подключиться и сделать всё, что в его силах. — Подобное дерьмо, — аккуратно начал он, — Не нормально. Она твоя командующая, и ей стоило лучше знать. Ты… стоишь намного больше, чем что-либо, ради чего она пытается использовать тебя. Если ты не хочешь, чтобы тебя касались, заставь их слушать, борись, если это требуется. Ты стоишь намного больше, чем подонок, берущий без разрешения. — Хорошо, — согласился Леон, всё ещё натянуто улыбаясь и стараясь убедить Криса, что он в порядке, — Правда, Сэр, ничего страшного, не то, чтобы она хотела ранить меня. — Люди могут ранить тебя не только кулаками, Леон. — Это был просто поцелуй, Сэр, он безобиден. — Если это было так безобидно, то почему ты попытался отстраниться? Выражение лица Леона сменилось, и он наконец перестал пытаться убедить Криса в том, что всё нормально. Его плечи упали, и он избежал взгляда, — Я в порядке, — снова сказал он, хотя это была тусклая и болезненная ложь, — Я просто… не ожидал такого. И потом, может это со мной что-то не так, — он горько улыбнулся, и Крис ненавидел это. Он хотел бы вернуться в фуникулёр и уйти отсюда, но они были слишком глубоко, и пути назад не было, — Когда тебя целует красивая девушка, тебе говорят, что ты спасёшь мир… кто бы не хотел такого, верно? Я просто… бесполезен. Крис сжал плечо Леона и поборол желание встряхнуть его, — Заткнись и слушай меня, Леон Кеннеди: ты намного полезнее, чем она когда-либо станет, ты лучше, чем я, лучше, чем кто-либо другой. Не имеет значение, что говорит тебе этот мир, какое дерьмо скармливает тебе общество, когда никто не убеждает в обратном; если ты не хочешь, чтобы кто-то касался тебя или целовал тебя или хуже, ты говоришь им прямо, понимаешь меня? Ты защищаешь себя. Любой ценой. Ты достойнее людей, которые сделали бы это без разрешения. Не недооценивай себя, Леон Кеннеди. Ты стоишь больше нас всех вместе взятых. Леон выглядел так, будто был в страданиях. Он поднял одну руку, колеблясь. — Могу я… — он резко замолчал и посмотрел вниз. — Можешь что? — подтолкнул Крис, — Я дам тебе что угодно, Леон, — что угодно, если это заставит Леона осознать свою ценность. Впрочем, Леон покачал головой. Но он поднял руку и положил её поверх руки Криса, какое-то время держа его на месте. Даже сквозь перчатки, прикосновение Леона Кеннеди ощущалось как рай посреди ада. Крис ненавидел, что ему приходится иметь дело не только с монстрами, но и с агрессивными Агентами ФБР, пытающимися манипулировать им. Этот пацан заслуживает отдыха, — Пойдёмте дальше, — сказал он, — Не хотелось бы заставлять её ждать. — Она может пойти нахуй, мне всё равно, — горячо заверил Крис, — Но если ты хочешь разрушить Амбреллу, то я с тобой. Леон выглядел только хуже, — Не идите на смерть ради меня. Крис слабо улыбнулся, — Ты бы не смог остановить меня, даже если бы попытался. За мной? Леон сжал руку Криса, а потом отстранился, — Идём. Сильнее всего остального, Крис хотел спросить, чего от него хочет Леон, что он мог дать, чтобы помочь ему, но он понимал, что такое давление не будет приветствоваться, и они уже многим рискуют. По колено на борту Амбреллы, в Гнезде, они должны сфокусироваться или это станет их концом. Всё же… Крис со знакомым ужасом пошёл спереди и пообещал себе, что Леон под конец обязательно узнает, что он значит для него. Каким бы то ни было способом.