Тонкая грань

      Гоуст не понял, как это произошло, но вот, этот идиотский сержант собственной персоной стоял прямо перед его лицом, а Райли ничего не мог с собой сделать.       — Ну, как Вам моё личико, лейтенант? — Шёпот, льющийся в уши, окутывал разум, мешал здравым мыслям брать верх в этой придурковатой ситуации.       Мускулистые руки опёрлись по бокам от нервно сидящего на своей койке Райли. Синие глаза МакТавиша в темноте казались сгустками тьмы, безграничной ночью, чёрной дырой, в которую хотелось упасть и забыться.       — Соуп, какого хрена ты делаешь? Отъебись от меня, это приказ! — Гоуст буквально рычал сквозь зубы, откровенно не понимая, какого хуя тут происходит.       Соуп не отвечал, лишь рассматривая лицо Саймона вблизи. Одна рука медленно легла на край маски, приподнимая чёрную грубую ткань выше. Указательный палец той же руки подцепил цепь с военным жетоном. Потянув за неё Гоуста к себе, Соуп уткнулся ему куда-то в районе шеи, тяжело дыша — в нос Саймона ударил аромат виски и ненавязчивого одеколона. Горячий воздух грел шею, а руки по обеим сторонам от бёдер становились ближе.       — Ощущаете наличие чего-то, кроме лица, сэр? Или я настолько плох?..       Соуп вдруг коснулся руки Саймона, обхватывая предплечье длинными пальцами. Татуировку под ними словно жгло, а дышать в этой грёбаной маске становилось всё тяжелее и тяжелее.       — Лейтенант…       Гоуст, несколько взволнованный, но всё ещё находящийся в недоумении, поднял на него глаза. Он не мог пошевелить ни одной частью тела, что начинало наводить лёгкую панику, хоть он бы и не признался в этом самому себе. Соуп смотрел на него в ответ, не говоря ничего более. Саймон не мог понять, чего тот от него хочет.       Внезапно почувствовав грубоватые пальцы, схватившие левое предплечье, Райли инстинктивно дёрнул рукой, наконец обретя возможность двигаться.       Полностью отдаваясь инстинктам, он двигался молниеносно, будто кобра. Точным движением ударив нависшего над ним человека под кадык и одновременно вскочив с кровати, он потянул чужую руку на себя. Спустя какое-то ничтожное мгновение, некто уже лежал лицом в пол, с заломанной за спину рукой. Колено Гоуста упиралось ему между лопаток, надёжно прижимая к полу и предупреждая любые попытки освободиться.       — Ёбаный ты в рот, Гоуст, это я! Успокойся! Это я, Соуп! — Хриплый голос сержанта эхом звенел в ушах снайпера.       До Гоуста кое-как наконец дошло, кто лежал под ним. Помедлив, словно что-то обдумывая, он отпустил его.       — Извини, — скорее из приличия, чем из реального сожаления.       — Чёрт, чувак, полегче! Позавчера только познакомились, попрошу не убивать меня раньше времени! Спящая красавица, блин, — Соуп перевернулся на спину и с шипением потёр ушибленные места, состроив оскорблённую гримасу, — И что-то я не чувствую искренности в твоих извинениях.       Гоуст проигнорировал неуместное «чувак» и прочее нытье напарника, протянул руку для помощи.       Соуп, как ни в чём не бывало, усмехнулся самому себе и схватил руку Саймона. Он уже собирался встать, как вдруг его взгляд случайно метнулся выше. На долю секунды МакТавиш застыл. Гоуст не сразу это заметил, но, когда он обратил на Соупа внимание, тот снова принял привычный вид и поднялся с колен.       — Что?       — Да ничего. Собирайся, Прайс вызывает нас на брифинг. Сгоняй… Э-э… В душ, зубы почистить, что ещё там люди в масках делают. И не забудь уделить время своему дружку, а то обидится, — усмехнулся сержант.       Соуп вышел из комнаты, не дождавшись ответа и оставляя Саймона в небольшой растерянности.       Когда до Гоуста наконец дошло, о чём ему говорил Соуп, он вздохнул. Выпитый вчера вечером алкоголь не делал ситуацию лучше, голова гудела, а внизу живота будто завязали тугой узел. Гоуст крутил головой, в попытках размять шею, а потом…       А потом, опустив голову вниз, увидел прилично выпирающий бугорок под своими армейскими штанами.       — Ебучий ад!

***

      На брифинге Райли сидел пиздецки тихо. То есть, ещё тише обычного.       С самого утра ему пришлось устраивать адские гонки, быстро дроча в душевой кабине под струями ледяной воды, дабы избавиться от проблемы в своих штанах.       Да, Гоусту действительно нравились не только девушки. Далеко не только девушки. Но он никогда, блять, не подумал бы, что у него встанет на простые прикосновения от такого идиота как Соуп, да ещё и в блядском сне.       «Ебаный придурок».       Гоуст в принципе был поражён. Ему никогда не снились настолько реалистичные сны, в которых, к тому же, были люди, не стремившиеся его убить, а прижимавшиеся ближе и горячо дышащие в шею.       Ещё одной загадкой было то, что Гоуст не мог понять, почему же он ему приснился. Вроде бы он не настолько много пил вчера, чтобы ему снились всякие солдаты, которых он знает всего два дня. Может, на миссии он надышался дымом или перепил этого мерзкого скотча (как хорошее виски признавал он только бурбон), но это внезапное происшествие не давало снайперу покоя.       Всегда хладнокровный и расчётливый, Райли не поддавался ни влечению, ни мимолетным чувствам, будь они негативными или относительно хорошими — без разницы. Теперь же, когда этот нонсенс раз за разом всплывал в голове, Гоуст не находил себе места. Он ничего не понимал.       МакТавиш расслабленно стоял по левую сторону от лейтенанта, совершенно невозмутимо слушая то, что говорил Прайс. Сложив руки на груди, он лишь изредка перешептывался с Газом, обсуждая с ним армейские тачки и жёсткие сапоги, натирающие кожу.       Да, он был красив, даже по меркам армии. Рельефные мышцы, ровный загар, симметричные и красивые черты лица. Его синие глаза напоминали сапфиры или ночной океан, а голливудская (чёрт возьми, что за пасту он, блять, использует?) улыбка слепила глаза. Всем своим видом и поведением он только ужасно раздражал, не вызывая более никаких чувств, вроде симпатии или интереса.       В конце концов, Райли взял себя в руки, сфокусировав внимание не на мыслях о стоящем рядом шотландце, а на предстоящей миссии.       Прайс и Ласвэлл ввели сто сорок первую в курс дела. Террористическая банда в Индии, Южная Азия. Прячутся, как последние крысы на своей базе, пережидая рейды правительственных органов.       — Кажется, это будет чертовски интересно, — Соуп усмехнулся, шутливо толкая в плечо Газа. Тот согласно кивнул, сказав, что они, вероятно, умрут не от пуль, а от антисанитарии.       Согласно данным, предоставленным оперативникам, этих ублюдков там не меньше сотни и все они планируют устроить невъебический пожар.       В джунглях, блять.       «О да, это будет интересно».

***

(От лица Соупа)

      Это что получается, лейтенант по утрам страдает от стояка в штанах? Прямо как обычный человек?       Сидя в военном вертолёте, который направлялся прямиком в Индию, он размышлял о несуразице, которую застал с утра пораньше. Да и в целом о том, что изменилось в его жизни в последние дни.       Саймон Райли был живой легендой среди тех, кто когда-либо связывался с армией. Для кого-то жуткая, а для кого-то идиотская маска скрывала его лицо, нагоняя ужас на тех, для кого она была последним, что они видели в своей жизни. В личном деле не было ни одной фотографии, зато папка с информацией о его операциях и успешных миссиях чуть ли не лопалась от количества бумаг в ней.       Непоколебимый и жестокий, он разбирался с врагами за считанные секунды. Неважно, будь то нож или огнестрельное в его руках, а может даже ничего — он всегда справлялся на все сто.       И вот теперь, когда Соуп попал в отряд один-четыре-один, а потом ещё и в напарники к самому Саймону Райли, казалось бы — живи да радуйся. Все старания в академии были не зря, успех в его прошлом отряде дал свои плоды.       Но сегодняшнее утро и прилагающиеся к нему картинки, отпечатавшиеся в памяти, не покидали разум МакТавиша.       — Эй, Соуп! А это твоя первая такая серьёзная миссия? — Из транса его вывел Газ, наклонившись к МакТавишу, чтобы слышать его лучше. Уж больно громко разговаривали солдаты других отрядов.       — Обижаешь, Газ, — усмехнулся он в ответ, — Была пара похожих, но действительно полегче.       — Ну смотри, не облажайся, а то Гоуст тебя на куски порвёт, — рассмеялся Гэррик.       «Да уж, на куски».       Гоуст отстранённо пялился на свои пальцы, крепко сцепленные в замок. «Интересно, о чём он там думает?»       Капитан Прайс о чём-то переговаривался с Кейт по коммуникатору, уточняя, где им высадиться.       Когда вертолёт приземлился, Соуп спрыгнул на мягкую землю, потянувшись. Влажный климат особо не радовал, тут было чересчур душно.       — Гоуст, ты не брал случайно спрей от насекомых?       Саймон скептически посмотрел на МакТавиша. Соуп подумал, что он наверняка вскинул бровь, но этого не было видно под маской.       — Мне он не потребуется.       Соуп недоумённо моргнул и только потом понял, что Гоусту он не нужен, всё его тело сплошь было закрыто тканью и экипировкой.       — Что, даже ночью эту черепушку с лица не снимаешь?       Гоуст отрицательно качнул головой.       — Надо было самому об этом позаботиться, сержант.       От сдержанного тона лейтенанта внутри у Соупа всё холодело, как будто кто-то проветривал его нутро сквозняком.       — Окей, Эл-Ти, я понял. Прошу прощения за беспокойство.       Соуп вернул максимально безэмоциональное выражение лица, поправляя коммуникатор в ухе. Гоуст смотрел на него пустым взглядом какое-то мгновение, перед тем, как двинуть дальше. От этих глаз, смотрящих на него чуть ли не презрительно, Соупу становилось не по себе.       Ещё на брифинге им объяснили, что все разделятся по группам. Гоуст и Соуп должны были вместе контролировать периметр со своими снайперскими винтовками, точечно убивая террористов, отделившихся от своих, пока группа «Альфа» штурмовала базу. Они сделали всё как и требовалось: засели вблизи стратегически важного здания, убивали редких одиночек, подстраховывали свой отряд. Задание должно было продлиться максимум сутки, но…       Но всё как обычно пошло не так.       Когда в паре десятков метров от напарников раздались оглушительные взрывы и автоматные очереди, Гоуст тут же попытался связаться с остальными.       — Капитан, что у вас там? Капитан Прайс!       — На..с обстре..вают, ва..ите от..юда! Их нам..ого больше!       — А вы? — Соуп судорожно сжал коммуникатор в пальцах, оглядываясь вокруг.       — Отобьёмся и найдем вас! Доложите Хранителю, нужна подмога! У них есть заложники и готовые детонаторы, наступать нельзя!       У Газа ситуация явно была получше, чем у Прайса. Вдруг в их сторону полетели свинцовые пули, едва не задев плечо Гоуста. Саймону хватило секунды, чтобы подхватить Соупа и рвануть в глубь джунглей. Густые растения и высокие деревья помогут им спрятаться, главное отбежать как можно дальше, чтобы их не нашли.       Пробежав достаточно далеко, они остановились. Мягкая земля слегка проседала под берцами, вода капала с верхушек растений прямо на их головы. Гоуст выглядел так, будто проворачивал что-то подобное каждый день (хотя кто его знает), потому что выглядел он крайне спокойно и собранно. Соуп тяжело дышал, повышенная влажность мешала нормально функционировать, ему было жарко и чертовски душно. Проживя большую часть жизни в Шотландии, он привык к прохладе и снегу, а не к этой хуйне.       — Что теперь делаем? — Соуп бегло огляделся по сторонам, проверяя территорию на безопасность.       Гоуст настроился на нужный канал в коммуникаторе, но ничего слышно не было.       — Докладываем Хранителю и заседаем где-то, чтобы дождаться наших. Если их возьмут в плен, то нужно будет найти их и вытащить из этого гадюшника.       — Вас понял, сэр.       Соуп снова тяжело выдохнул и попытался связаться с Ласвэлл. К счастью, ответ последовал сразу же.       — Слушаю, сержант. Как обстановка?       — Хранитель-один, запрашиваем срочную подмогу на место операции, Прайс доложил, что у террористов пленники и взрывчатка. Врагов куда больше чем нас, нам с Гоустом пришлось отступить.       —Вас поняла. Отправляю солдат. Придётся подождать несколько часов, постарайтесь продержаться. С остальными связи нет, поэтому действуйте сами.       Коммуникатор стих, а Соуп устало опустил плечи.       — Надо ночлег приготовить, — Гоуст пошёл вперёд, начав искать подходящее место для остановки.       — Серьёзно? Просто спать пойдём? — Соуп вопросительно пялился на лейтенанта, оставшись стоять на месте.       — Уже темнеет, связи с нашими нет, вдвоём мы им никак против сотни террористов не поможем. Нужно ждать подкрепления. Ещё вопросы? — Соуп лишь закатил глаза, но в душе с доводами Саймона был согласен.       Гоуст всё же отыскал небольшое «строение», созданное самой природой: ветки деревьев склонились к земле, создавая что-то вроде навеса. Разложив там свой инвентарь, он принялся собирать более-менее сухие ветки, которые не были вымазаны грязью.       Соуп решил не пререкаться, идя следом и подбирая по пути широкие листья каких-то тропических растений.       Они постелили на землю то, что собрали и закрыли временное убежище нависающими сверху ветками. На некоторых из них висели красивые лианы, прямо как на рисунках в детских книжках.       Соуп оглядывал сидящего рядом Райли с ног до головы. Карие глаза, обрамлённые светлыми ресницами, смотрели в ответ.       Гоуст встал и вышел проверить обстановку. Оглядевшись, он зашёл обратно и достал из инвентаря небольшой сухпаёк. Соуп поражался спокойствию лейтенанта.       — Тупить долго будешь? Свой доставай, надо восстанавливать силы, — раздражённым тоном сказал Гоуст.       — Неужели романтический ужин, а где тогда свечи? — попытался съязвить МакТавиш.       Гоуст лишь закатил глаза.       В тишине повисло напряжение. Саймон решил, что ничего не теряет.       — Шутку хочешь, сержант?       МакТавиш не смог скрыть искреннего удивления и покорно кивнул.       — Окулист сделал пациенту неудачную операцию и теперь не знает, как смотреть ему в глаза.       Соуп рассмеялся, откидываясь спиной на импровизированный пол.       — Не думали пойти в стенд-ап, лейтенант?       — Времени нет.       — Если появится, я обязательно приду на Ваше выступление.       Гоуст тихо усмехнулся. Соуп смотрел на него, пытаясь разглядеть под маской хоть какие-то эмоции, но ничего кроме равнодушия он не видел. Белый череп на лице лейтенанта раздражал и восхищал одновременно. Соупу хотелось снять его и посмотреть Саймону в глаза.       МакТавиш частенько ловил себя на мысли, что ему ужасно интересно, почему Райли получил позывной «Гоуст» и почему носил эту пошарпанную маску, вшитую в чёрную ткань, но спрашивать более не осмеливался.       Когда они выпивали в своей комнате, Гоуст сказал, что она нужна для простого сохранения анонимности. Естественно, Соуп не поверил.       Закончив с едой, они прибрались и сдвинули ветви укрытия поплотнее.       — Ложись, надо поспать. Я буду дежурить первым, — сказал Гоуст. Соуп благодарно кивнул, положив своё оружие рядом с собой.       Остаток времени они провели в тишине. Соуп уснул, как только его голова коснулась земли.