Господин консильери

      Эндрю Миньярд столько раз видел людей в гневе, что лучше не начинать считать. И ни один гнев не был так прекрасен как гнев Натана Веснински. Ох, уж эта вздувшаяся вена! Ох, уж этот дёргающийся глаз! Великолепно. Эндрю был готов кричать браво! И вызывать на бис. Он действительно профессионально выводил людей из себя, но ничей гнев не доставлял ему столько удовольствия, сколько гнев Натана Веснински.       — Я выпишу тебе чек, — с победоносной ухмылкой сказал Эндрю.       — Да как ты смеешь, щенок? — процедил Натан, уже было двинувшись на Эндрю. Топорик для разделки мяса в его руке всё ещё представлял некую опасность, но все, даже сам Натан, знали, что он не ударит. — Я не подчиняюсь тебе, чью бы фамилию ты не носил. Безродный ублюдок.       Эндрю видел, как Натан переложил топорик в другую руку, видел, как тот замахнулся. И видел, как рука, занесённая для пощечины остановилась в сантиметрах от его лица. Ни один мускул на лице Миньярда не дрогнул. Он даже не моргнул. А Натан застыл. Либо в миг осознал, что, ударь он сына Кенго, в секунду станет покойником. Либо испугался вызова, с которым на него смотрел Эндрю. Вызов и нетерпение. Вся поза и взгляд говорили: ну, давай. Эндрю на секунду даже обидно стало, что Натан его не ударил. Эта вечеринка просрала свой последний шанс на оценку “сносно”. Как жаль, как жаль…       — Это ты зря, — ухмыльнулся Эндрю и с силой ударил Натана кулаком в челюсть. Тот повалился на пол, но ни одна его шавка не двинулась с места. Позади щёлкнула зажигалка. — Я же хотел по-хорошему, — с досадой в голосе проговорил Эндрю. — Чего ломаться, если я и так заберу то, что хочу. А хочу я твоего сына. Заметь, даже не бесплатно.       И, размахнувшись, он ударил Натана ногой прямо в живот. Кажется, он слышал хруст ломающихся костей. Упс. Эндрю секунду смотрел на скорчившегося на полу Балтиморского Мясника, борясь с желанием плюнуть тому в рожу. Это уже было, повторяться он не станет. Какое жалкое зрелище. Выразительно щёлкнув языком, Эндрю, наступил ногой на лицо Натана, прижимая того к полу, и обернулся на Ичиро.       — Ичиро, будь так добр, дай чековую книжку. А то я как-то не предвидел крупные покупки.       Ичиро закатил глаза, сунул в зубы сигарету и полез во внутренний карман пиджака. Лучше б таскал наличку, а то даже сигареты иногда купить не может. А ещё будущий глава клана! Ичиро что-то написал на чеке и передал его Эндрю вместе с ручкой.       — Сколько, говоришь, Мэри украла денег? — спросил Эндрю у… кого-то. У любого, кто знал ответ.       — Вроде, пять миллионов.       Эндрю написал на чеке сумму, оставил размашистую подпись, оторвал и — отпустил. Бумажка, стоимостью пять миллионов долларов опустилась перед Натаном на пол.       — Я бы сказал, что с вами приятно иметь дело, если бы мне не хотелось блевануть.       Он убрал ботинок с лица Натана, одернул пиджак и посмотрел на Натаниэля. Тот так и стоял на коленях. В глазах — ни капли страха. Только отвращение и презрение. Мда, не каждый мог так смотреть на того, кто сначала тебя чуть не прикончил, а потом на того, от кого вообще не знаешь, что ждать. На того, в чьих — буквально — руках твоя жизнь.       — Поднимайся, бегунок.       — Пошёл нахуй, — искрив губы в усмешке, ответил Натаниэль.       Ой-ой-ой. Смелый маленький кролик. Эндрю бы ещё поиграл, но они и так задержались. Он наклонился к Натаниэлю и тихо сказал:       — Советую тебе идти своими ногами, зайчик. Переломы, а особенно в нескольких местах, это так болезненно.       — Ответ тот же: пошёл…       — Я предупреждал, — вздохнул Эндрю.       Один точный удар, и Натаниэль повалился на пол, лишённый сознания.       — Сам его потащишь, — сказал Ичиро, сунув руки в карманы брюк.       Эндрю бы, наверное, выглядел очень эффектно с истекающим кровью парнем на руках, но а) тот истекал кровью, б) не его это работа. Поэтому эффектно с истекающим кровью парнем на руках выглядел тот мужик в чёрном свитере, который привёл их в подвал. Он донёс Натаниэля прямо до машины, которая уже ждала у крыльца, и положил его на заднее сиденье.       — Эндрю, какого… Твою мать! — увидев Натаниэля, воскликнул Аарон, которого оторвали от выпивки, вкусной еды и травления баек. Аарону не очень нравилось, когда его отрывали от травления баек. И ещё ему не нравилось уезжать с вечеринки раньше времени. — Это кто вообще? Откуда он здесь?       — Новая домашняя зверушка, — ответил Ичиро, и понятнее ни черта не стало. — Пять миллионов в обличии человека.       — Сколько?! Эндрю, чт…       — Ой, да не ори ты так, — поморщился Эндрю и достал сигарету. — Я ж не твои деньги потратил.       — Ага, ты потратил мои деньги, — напомнил ему Ичиро.       — Вообще-то, всё твоё — наше, пупсик.       — Будете продолжать трепаться, — с угрожающей улыбкой, сказал подошедший к ним Кенго, — и у вас вашего ничего не останется. Аарон, остановимся на выезде из Балтимора. Осмотришь его. А теперь в машины. Сейчас же.       Ичиро бросил сигарету на дорожку и пошёл за отцом в машину, у которой стоял Джейсон. Аарон сел спереди в ту, в которой они ехали, а один охранник и Эндрю — на заднее. Увы, с лежавшими на его коленях ногами Натаниэля ехать было не очень комфортно, и Эндрю уже подумывал остановиться, чтобы переложить того в багажник.       — Ну, рассказывай, — проговорил Аарон, когда они ехали по ночным улицам Балтимора. — Кто этот парень?       — Не поверишь, но сын Натана, — просто ответил Эндрю.       Аарон повернулся на него и вопросительно уставился поверх своих очков.       — Чего, блять? В смысле сын Натана?       — Аарон, ну ты же медик, — закатил глаза Эндрю. — Должен знать в каком смысле бывают дети.       — Чак, пиздани его, пожалуйста, я не дотянусь, — со вздохом обратился Аарон к сидевшему сзади охраннику.       — Ой, ладно тебе. Ну подумаешь, выкупил сына Натана. Ну подумаешь за пять миллионов. Что с того?       — А с того, что, если я всё правильно помню, он, — Аарон указал пальцем на Натаниэля, — и его мать сбежали от Натана вместе с пятью миллионами долларов. И, если я всё правильно помню, Хэтфорды нас за это чуть всех не выпотрошили. А теперь спроси у себя ещё раз: что с того? Этим ты просто объявил Натану войну.       — Он меня и так ненавидит, — фыркнул Эндрю. — Ничего не поменяется.       — Эндрю, ты не идиот. Идиот бы не стал консильери. Но это самый идиотский поступок в твоей жизни. Не знаю, чем ты руководствовался, но явно не головой.       Дуется. Точно — дуется. Да и, наверное, не без причины. Да, они все прекрасно знали, кто такой Натаниэль Веснински и кем он должен был стать. Все они прекрасно знали, чьё место занял Эндрю. Натан готовил сына стать правой рукой главы клана. Тот, повзрослев, должен был войти в ближний круг. Стать союзником, братом. Но увы и ах! Мэри наплевала на чужие планы и сбежала с сыном под мышкой. А место Натаниэля Веснински занял безродный Эндрю Миньярд, который не просто будущий консильери, а ещё и Морияма. Иногда Эндрю с огромным удовольствием представлял, как орал Натан, узнав, об усыновлении. Эндрю бы очень много заплатил тому, кто смог бы предоставить записи его воплей. Он бы даже под них засыпал.       Натан все эти годы искал жену и сына не для того, чтобы вернуть деньги. И даже не для того, чтобы Хэтфорды их не переубивали, а чтобы попытаться восстановить свою гордость и самолюбие. И Эндрю с абсолютной уверенностью мог заявить, что и сегодня Натан бы не убил сына. Он всё ещё видел шанс Натаниэля войти в клан. Шанс на ещё большую власть для Натана. Но выкуси, хуйло. Эндрю Миньярд уничтожил все шансы. Зол ли Натан? Ещё как! Попытается ли он убить Эндрю? К гадалке не ходи. Но будет интересно посмотреть, что он сделает. А интересно Эндрю не было уже очень давно. Даже дела мафии однажды превращаются в рутину.       Когда они выехали из Балтимора, двигаясь к аэропорту, машины остановились. Эндрю вышел, чтобы Аарон мог осмотреть Натаниэля. Тот, вооружившись фонариком, задрал кофту парня и принялся ощупывать кожу. Эндрю отошёл к стоявшим у второй машины Ичиро и Кенго. Все трое закурили.       Ичиро смотрел на Эндрю взглядом мамаши нашкодившего сынули. Только красноречивого вздоха не хватает. А нет, вот он.       — Ох, уж этот твой многословный взгляд, Ичи, — хмыкнул Эндрю.       — Ты мне должен денег, — ответил он, затянувшись.       — Отдам с первой зарплаты, — парировал Эндрю, не получавший никакую зарплату. По крайней мере, официально.       — Эндрю, это нихуя не шутки. Ты понимаешь…       — О, я уверен, он прекрасно всё понимает, — перебил сына Кенго. Наверное, кому и нужно было злиться, то это ему. Сегодня началась война между его сыном и самым приближённым после Джейсона и Ичиро человеком. Но Кенго был спокоен. Хотя, нет. На губах его была какая-то хитрая улыбочка. Словно он уже знал, что будет дальше. Улыбочка человека, который с большим удовольствием собирался понаблюдать за шоу. — И что Натан это так не оставит. И Хэтфорды вскоре объявятся. И что Натаниэль — это только его ответственность. Я не буду прикрывать твою задницу, — обратился он к Эндрю. — Но я знаю, что ты сделал то, что сделал, не просто так.       — Да…       Кенго перебил собравшегося возразить Ичиро одним легким взмахом руки. Глаза — пытливые и немного хитрые — смотрели на Эндрю.       — Ну, он хотя бы не итальянец.       — Уже хорошо, — усмехнулся Кенго. — Хотя, кто знает, где его носило все эти годы.       И они втроём обернулись на автомобиль, на заднем сиденье которого Аарон орудовал иглой и ниткой. Он работал и в это время что-то рассказывал охранникам. Что-то, от чего они посмеивались.       — Натан не заставит себя долго ждать, — продолжил Кенго. О да, Эндрю это знал. — Надеюсь, ты не пожалеешь о своём решении.       — Если бы мы оставили Натана Нуари, проблем бы не было, — ответил Эндрю, выпустив дым сигареты из ноздрей. — Хотя, наверное, его ещё лет семь назад нужно было отдать Хэтфордам. Потому что…       — Дай угадаю, — перебил его Кенго. У него настроение сегодня перебивать всех? — Проблем было бы меньше? В чём-то ты прав. Мы бы действительно избежали некоторых потерь, если бы отдали им Натана. Но клан от своих не отказывается. Веришь ты или нет, но Натан сделал для развития клана больше, чем кто-либо. Ну и Хэтфорды тоже накосячили. — Эндрю выгнул бровь. — Длинная история. Скажем так, Джонатан Хэтфорд, отец Мэри, повёл себя не очень… правильно. Он всегда был вспыльчив, и с одной стороны я могу его понять, но Хэтфорды из-за его действий много что потеряли. И это несмотря на то, что мы им выплатили и отдали.       Эндрю не знал таких подробностей. Он знал лишь то, что брак Мэри и Натана — гарант некоего соглашения и сделки между Хэтфордами и Морияма. Когда Мэри сбежала, сделка рухнула, Морияма выплатили бриташкам ебанистическую сумму денег, пожертвовали частью бизнеса, но он впервые слышал, что Хэтфорды тоже пострадали. Ичиро, судя по его лицу, тоже об этом не знал.       — Так что, ты должен понимать, что отдать Натана хоть Нуари, хоть кому-то ещё значит признать свою слабость. А мы не слабые.       — Но нельзя же всё спускать ему с рук, — ответил Эндрю. — Вы же прекрасно понимаете, к чему Натан готовил Натаниэля. Вы и без меня знаете, как он ведёт дела. Так что, позволить тем же самым Хэтфордам выпотрошить эту сволочь не самый плохой вариант.       — Тогда войны не избежать, — проговорил Кенго. — У Натана десятки головорезов и убийц, похлеще него самого. И они точно пойдут за ним. А война внутри клана это то, что ослабит нас быстрее, чем мы успеем что-то предпринять.       — А это, — Ичиро жестом указал на второй автомобиль, — разве не объявление войны?       — Это проблема, да, — кивнул Кенго, — но ещё не война. А, я уверен, Эндрю сделает всё, чтобы этого не допустить.       Эндрю мысленно добавил: иначе я придушу тебя собственными руками.       — Натаниэль с рождения принадлежал клану, — ответил Эндрю. — Я лишь забрал то, что по праву наше.       — Ага, но заплатив за это пять миллионов, — скривился Ичиро.       — Боже, Ичи, хватит быть таким мелочным, — поморщился Эндрю. — К тому же, — он затянулся и посмотрел на автомобиль, — уверен, мы сможем получить куда больше.       — Что ты задумал? — подозрительно сощурил глаза Ичиро.       — Терпение, господин Морияма, — уголком губ ухмыльнулся Эндрю. — Мне ещё нужно всё обдумать.       У Эндрю действительно уже были кое-какие мыслишки насчёт Натаниэля. Разные гипотетические варианты развития событий. С кровопролитием, возможно, — ему бы хотелось — с парочкой перестрелок. Может, с несколькими сломанными костями и перебитыми сухожилиями. Ну, это будет зависеть от того, как поведёт себя Бегунок. А, судя по тому, что Эндрю уже видел, пора доставать припрятанные дома наручники. И, может, даже плётки.       Когда Аарон закончил, все вновь расселись по машинам и поехали в сторону аэропорта. Как оказалось, Натаниэль пострадал не сильно. Из видимых повреждений: разбитая губа, ссадины на лице, рваная, будто его протащили голым пузом по асфальту, рана, старые пулевые, которые уже начали затягиваться, порезы разной величины, куча синяков и застарелых шрамов. В общем, до Нью-Йорка точно протянет. Даже если они поедут на машинах, а не полетят на чёртовом самолёте.       Эндрю Миньярд ненавидел летать. За годы он научился справляться со страхом высоты, но самолёты… Они всё ещё вызывали желание упиться до бессознательного состояния, выпить горсть снотворного и умереть от передоза. Ладно, не умереть, а хотя бы проспать весь полёт. Эндрю доверял только автомобилям и себе за рулём. И Кенго разделял это, пусть и не так сильно.       В аэропорту Балтимора их уже ждал личный самолёт Морияма, готовый к взлёту в любой момент. Самолёт и — бутылка джина, которую Эндрю заграбастал себе сразу, как только оказался в салоне. Кенго и Джейсон пошли переговорить с пилотом, Ичиро отлучился в уборную, а Аарон пошёл проследить за тем, чтобы Натаниэля нормально разместили в имеющейся на борту спальне. Плюхнувшись на полукруглый диван, обтянутый светлым материалом, Эндрю налил себе добрую порцию джина и сделал большой глоток. Он ненавидел летать. И да, лучше бы он поехал с охраной на машине. И да, он знал, что будет происходить все полтора часа полёта.       — Как думаешь, скоро Хэтфорды узнают о том, что Натаниэль у нас? — спросил Ичиро, сев рядом на диван.       — Мне больше интересно, что они будут делать с этой информацией, — ответил Эндрю, сделав глоток из стакана.       — Да ясно что, — хмыкнул Ичиро. — Попытаются заявить на него свои права. Припомнят сделку. Пообещают переубивать нас, если мы его не отдадим… Чёртовы бриташки, — вздохнул Ичиро, взяв со стола бутылку виски, — никакой оригинальности.       — Почему вообще Мэри согласилась выйти замуж за Натана? — спросил Эндрю. Он в общих чертах знал о сделке, какую скреплял брак Мясника и Мэри, но разве Хэтфорды понятия не имели, кто такой Веснински? Если да, то они ещё большие идиоты, чем Эндрю думал. — Они что, таким образом хотели от неё избавиться?       — Я не знаю подробности сделки, — ответил Ичиро. — Отец не расскажет, пока не настанет пора мне взять управление кланом. Но, на сколько я знаю, Мэри была… — он сделал паузу, словно подбирал слова. — инициатором того, чтобы сделка скрепилась именно таким образом. Может, так она хотела что-то кому-то доказать. Чёрт знает.       Пару минут они сидели в тишине. Будто обдумывая всё, что произошло сегодня. Ну, Ичиро обдумывал, а Эндрю просто пытался надраться. Когда вышел Аарон, Эндрю допивал уже четвёртую порцию. Миньярд плюхнулся на диван с другой стороны от Эндрю и, сняв очки, потёр глаза.       — Хочу кофе. Много.       — Так вызови стюардессу, — ответил Ичиро. — Что мешает?       — Они не умеют его готовить, — скривился Аарон. — Потерплю до дома.       — Мда, — протянул Ичиро и посмотрел на Эндрю. — Ну и разбаловал ты его.       — Не я даю ему деньги на мороженое, — ответил Эндрю. — Если бы это был я, думаешь, чёртов мотоцикл стоял бы в нашем гараже?       — Ну началось, — закатил глаза Аарон. — Тебя послушать, так мой байк — враг народа.       — Он пытается отнять моего братишку. Как я,по-твоему, должен к этому относиться?       — То есть, — наставил на него указательный палец Аарон, — бросаться на амбалов в два раза больше тебя, у которых в руках чёртов огнестрел, с ножом это нормально, а мой байк хочет меня убить?       Эндрю смотрел на брата какой ты догадливый взглядом, а Аарон лишь вздохнул, ибо спорить с Эндрю так же бесполезно, как учить кита летать.       — Так и что, Натаниэль едет к нам домой? — спросил Аарон, налив себе виски.       — Ага, — кивнул Эндрю.       — К вам? — переспросил Ичиро. — Не лучше, пока мы не знаем, что с ним делать, всем перебраться в особняк?       — Не лучше. Ты же слышал Кенго: Бегунок моя ответственность.       — Да, и только тебе решать, что с ним делать.       Вот умеет же Кенго вовремя появиться. Как будто стоял под дверью и подслушивал. Он сел в кресло и поставил свою тростью рядом с собой.       — Джейсон, попроси приготовить чай.       Кивнув, консильери удалился.       — Да, — не унимался Ичиро, — но в особняке будет безопаснее. Если мальчишка решит сбежать, или Натан что-то выкинет.       — Натан ничего не выкинет, — покачал головой Кенго, — а вот если Натаниэль попытается сбежать, то останавливать его Эндрю. Вам уже давно пора научиться отвечать за свои поступки и нести ответственность за… домашних зверушек.       — Тем более, — ухмыльнулся Эндрю, — одной больше, одной меньше.       Ичиро хмыкнул, а Аарон непонимающе нахмурился.       — Погоди, ты только что назвал меня зверушкой?       — Ну да. Милым кокер-спаниелем, — шире улыбнулся Эндрю.       — Мне кажется, он больше похож на пуделя, — рассмеялся Ичиро.       — Или на ретривера, — с улыбкой поддержал Джейсон. Если бы это был кто-то другой, решивший пошутить над Аароном, Эндрю бы переломал тому ноги, но это же Джейсон. Джейсону можно.       — Да вы охуели?!       — Не-не, орёт он как чихуахуа.       — А покусаю я вас как бультерьер!       Аарон уже почти бросился на Эндрю, но тут из динамиков раздался низкий голос пилота. Они готовы взлетать. Точнее — самолёт готов, а вот Эндрю ещё нихрена не готов.       — Пакетик дать? — ухмыльнулся Аарон, глядя на побелевшее лицо брата.       — Чтоб я тебя им придушил? — процедил тот.       — Ой-ой, какие мы нервные.       Эндрю не стал отвечать. Сейчас важнее удержать внутренности в себе, а не выблевать их на Аарона. Уши заложило, а голову сдавило. Самолёт набирал скорость, и Эндрю считал секунды до взлёта. Ему станет легче. Он почувствовал, как шасси оторвались от земли, и самолёт взмыл в воздух. Вскоре пилот объявил, что они могут отстегнуть ремни безопасности и свободно передвигаться по салону. Со своего сиденья Эндрю передвинулся обратно на диван поближе к бутылке джина. Остальные так же вернулись за стол, куда стюардесса принесла чай и кофе, при виде которого Аарон поморщился.       — Ну и пока мы не сели, я бы хотел обсудить кое-что ещё, — сказал Кенго, несколько подозрительно глядя на Ичиро. О Эндрю знал этот взгляд! — Как тебе та девушка, Маэда? Вы, как мне показалось, довольно мило общались сегодня.       — Отец, — выдохнул Ичиро, прикрыв глаза рукой.       Последние года полтора Кенго уж очень активно начал играть роль сводника, что Ичиро совсем не нравилось. Он из вежливости и уважения к отцу ходил на свидания с дочками глав кланов, с советницами и много кем ещё, кого для него находил Кенго. Но Ичиро это было неинтересно. Ичиро не интересовали женщины в плане отношений и семьи. Ичиро, в силу своей харизмы, обаяния и привлекательной внешности, мог заполучить любую, что периодически и так делал, но истинной — и больной — его любовью всегда оставалась работа и клан.       — Ну что “отец”? Тебе уже двадцать пять, и пора бы задуматься о женитьбе.       — Отец, мне всего двадцать пять. Да и какая жена, когда у нас столько работы?       — Сейчас самое время об этом задуматься, — не унимался Кенго, глядя на Ичиро поверх чашки чая. — Я уже не надеюсь увидеть наследников, но я хочу покинуть этот мир, зная, что ты не остался один.       Покинуть этот мир? Неужели, Кенго болен серьёзнее, чем они думали? Да, они все знали, что со здоровьем Кенго всё… достаточно плохо, но неужели настолько? Эндрю сделал мысленную пометку вытрясти информацию у Ичиро, когда они вернутся в Нью-Йорк, ибо Кенго, видимо, не собирался пока им рассказывать подробности.       — Я? — голос Ичиро дрогнул. Да, он определённо был в курсе состояния Кенго, но старался не подавать виду. — А эти? Что-то я не заметил, чтобы они так рвались обзавестись штампом в паспорте.       — А у нас есть паспорта? — выгнул брови Аарон, за что получил недовольный взгляд Ичиро. — Да ладно, я же пошутил.       — Чувствую камень в наш огород, — проговорил Эндрю покручивая стакан джина в руках. — Даже не камень — булыжник. Думаете, мы сможем бросить этого идиота?       — Не сможете, — ухмыльнулся Кенго. — Но уж лучше всю жизнь в одиночестве, чем с вами.       — Аарон, нас не любят. Аарон, уходим, — с наигранной грустью сказал Эндрю. — Батрачишь тут на благо клана, а вы… — И он, чтобы показать разочарование, залпом выпил содержимое своего стакана.       — Не прибедняйся, — всё так же ухмылялся Кенго. — Все мы знаем, что у Аарона сейчас в голове только учёба. А у тебя, Эндрю… Стоит ли напоминать, чем заканчиваются твои отношения?       — Нет, это не булыжник. Это — ебучий самосвал с камнями, — вздохнул Эндрю.       — Заведу отношения, когда получу Нобеля, — заявил Аарон, закинув ногу на ногу.       Эндрю захотелось сказать: значит, никаких мне племянников? Но он промолчал, увидев оттенок грусти в глазах Кенго.       Кенго Морияма, как Эндрю знал, женился по расчёту. Для укрепления отношений между двумя кланами. Были ли там хоть какие-то чувства, Эндрю не брался утверждать, ибо он помнил, каким холодным и отстранённым был Кенго тогда, десять лет назад. Жена Кенго, Хидэко, погибла уже тут, в Штатах, вскоре после рождения Рико, которого по традиции отдали Тэцудзи. Почему-то Эндрю был уверен, что, не будь сделки между Кенго и Тэцудзи, Рико бы остался в клане. Возможно, тогда Кенго бы не был таким холодным. Возможно, в его сердце нашлось бы место для Рико так же, как нашлось для них с Аароном. Жалел ли Кенго о том, что Рико — не часть семьи? Как знать. Оттаял ли Кенго за эти десять лет? Определённо. Подтверждение этому — подобные разговоры, шутки, за которые не простреливали колени, еженедельные ужины, даже бесконечные свидания, устроенные для Ичиро.       Эндрю не смог бы сказать, что любил Кенго подобно отцу, но он точно бесконечно его уважал и был благодарен. Не за деньги, нет, а за шанс и возможность доказать, что он чего-то стоит. И Эндрю не мог подвести Кенго. Не из-за угрозы сдохнуть в канаве, а из-за того, что он не смел его разочаровать. Семья — не только кровь. А Кенго — семья.       — Да не переживайте вы так, — ухмыльнулся Эндрю. — К тридцати мы его, если понадобится, силой отправим под венец.       — Ну спасибо, блять, — ответил Ичиро. — Соглашусь, если только свадьбу оплатишь ты.       Кенго наблюдал за перепалкой сыновей с лёгкой улыбкой на губах, а через какое-то время, когда они угомонились, задремал. Эндрю же так и не смог вырубиться. От количества выпитого джина уже порядком тошнило, но мозг вообще не желал отключаться.       Когда самолёт приземлился в аэропорту Нью-Йорка, было уже почти утро. Аарон ныл о нехватке кофеина в его организме, а Эндрю лишь хотел оказаться на улице и закурить.       Ганси, Рич, Альфредо и Малыш Бобби ждали их у трапа, чтобы отвезти домой. Ганси, по приказу Эндрю, поднялся в салон самолёта, чтобы отнести Натаниэля в машину. Увидев парнишку, Ганси удивлённо вскинул брови и покосился на Эндрю, но не получив никаких объяснений, что было совсем не удивительно, поправил шапку, которая и так сидела как всегда, взял Натаниэля на руки и вынес того на улицу.       — Не делай глупостей, Эндрю, — почему-то предостерёг его Джейсон.       На это Эндрю лишь сощурил глаза и кивнул, словно понял, к чему он. Эндрю нихрена не понял, что на сегодня с него глупостей достаточно.       До дома они ехали в тишине, с так же лежавшими на коленях Эндрю ногами Натаниэля. Ганси с водительского места лишь косился на незнакомого побитого пассажира, словно ожидая, что тот в любой момент подскочит и перережет их всех к чёртовой матери. Но в Бегунке было столько снотворного, что он, как сказал Аарон, рискует проспать аж до второго пришествия. Это было Эндрю на руку, ибо он хотел всё обдумать в тишине и покое.       Уже в квартире, когда Ганси занёс Натаниэля в гостевую комнату, Эндрю приковал руку того наручниками к изголовью кровати, а Рич проверил парковки и систему безопасности, Аарон смог сварить себе огромную чашку кофе. Он со стоном наслаждения сделал глоток и, стащив с тарелки Эндрю сэндвич, уселся за островок.       — Ну, теперь ты можешь возмущаться сколько тебе влезет, — сказал Эндрю, присоединившись к Аарону за островком.       — Возмущаться? — выгнул светлую бровь Аарон. — Я тебе уже всё сказал. Это, — он мотнул головой в сторону гостевой комнаты, где спал Натаниэль, — пиздецки глупый поступок. Но что сделано, то сделано. Вернуть его, как не подошедший товар, не получится, а жаль. — Аарон помолчал, словно ожидая ответа Эндрю. Но потом продолжил: — Я просто надеюсь, что ты знаешь, что делаешь.       А Эндрю не знал. Вот ни капли. Обычно он — думай, потом делай, расчёт, но последние несколько лет и под пули, и самоубийственные задания, и разборки, в которые он бросался, очертя голову. Бросался, надеясь почувствовать хоть какой-то интерес и азарт. Его не зря боялись. Не зря ссались в штаны, когда он входил в помещение. Эндрю Миньярд выполнял свою работу лучше, чем превосходно. Всегда без лишнего шума и грязи. Всегда с холодом и безразличием в глазах. Но это ебучая рутина. А вот сегодня он наконец почувствовал хоть какой-то интерес.       Эндрю нихрена не знал, что делает. Но ему интересно посмотреть, что будет дальше.