Господин консильери

      Вокруг и всюду — будто туман или толща воды, из-за которой не доносятся звуки внешнего мира. Люди, люди… бесконечное количество людей в доме, которые приезжали проститься с Кенго, люди на кладбище… Эндрю держался только благодаря джину, который налил в небольшую флягу, и сигаретам, коим потерял счёт. Ему бы отключиться. Забыться в чём угодно, лишь бы не быть тут, на кладбище Грин-Вуд, и не слышать речи о том, каким был Кенго. Был… Блять.       Эндрю вновь приложился к фляге. Натаниэль, стоявший рядом и державшим над ними зонт, многозначительно кашлянул, но Эндрю решил не обращать внимания.       Народу вокруг могилы было много. Члены клана Морияма, Хидэко Маэда с советницами, главы Чикагского Синдиката, французы, главы кланов со всей страны, кто знал и уважал Кенго Морияму. И — Тэцудзи, стоящий в отдалении от основной семьи. Они говорили, а Эндрю смотрел куда угодно, лишь бы не на гроб. Аарон стоял слева от Эндрю, рядом с Адамом, и, совершенно не сдерживая слёз, плакал тихо и беззвучно. Ичиро был таким же белым, как и снег, падающий с неба крупными хлопьями. Он сжимал руку Элисон, словно та — единственное настоящее и живое, что осталось в его мире. Эндрю всё ещё злился. Злился, что Ичиро ничего ему не сказал, а отправил делать шоу в тот день. Да, миссию бы точно свернули. Да, им бы многое пришлось отложить. Да, это бы не вернуло Кенго. Но… но… Эндрю до одури хотел придумать это “но”, хотя понимал — Ичиро поступил правильно. Кенго болел давно и сильно. Сильнее, чем знал сам Эндрю. Видимо, единственный, кто был осведомлён об истинном состоянии Кенго, был Адам. Адам, который чуть лоб не расшиб, вымаливая прощения у Ичиро за то, что там долго бездействовал и не переубедил господина обратиться к врачу. Ичиро на Адама зла не держал. Дворецкий вызвал врача, как Ичиро и приказал, но уйти — выбор Кенго. Они ничего не могли с этим сделать.       Кенго действительно будто убил себя сам. Не пулей в лоб, не таблетками, ни чем таким. Он будто позволил болезни победить. Вот так. Раз — и всё. Зачем? Возможно, устал. Возможно, убедился, что Ичиро стал, наконец, достойной заменой. А, возможно, в этом не было никакого скрытого смысла, и Эндрю лишь оправдывал то, что Кенго решил не бороться.       Злость и боль утраты сдавливали грудь, не давая нормально дышать. В первую ночь Эндрю, напившийся до зелёный соплей, распахнул окна в своей комнате в особняке Морияма, ибо ему не хватало воздуха. Натаниэль, чья комната была по соседству, любезно пришёл под утро и закрыл их, а самого Эндрю укрыл одеялом. Когда Натаниэль уходил, ему показалось, что он слышал, как Эндрю плачет. Может, и да. Впервые за столько лет, ему было простительно.       Эндрю старался держаться. Ради Ичиро, который вмиг стал жалкой пародией самого себя. Ради Аарона, за которого и так всю жизнь нёс ответственность. Ради Натаниэля и Элисон, Диклана, которого на ногах удерживала лишь Симона. Ради людей клана и их будущего. Ради себя самого.       Когда урну с прахом опустили в могилу и принялись её закапывать, Эндрю шумно втянул носом воздух и на секунду поднял глаза к небу, а затем почувствовал ладонь на своей спине, к которой невольно прижался сильнее.       Снег, перемешанный с дождём, усилился, когда все начали расходиться. Люди подходили к ним, чтобы ещё раз выразить соболезнования, и спешили покинуть кладбище, дабы не промокнуть. У земляного холмика остались только Морияма, Натаниэль, Элисон, Диклан, Адам, Симона, Джейсон, Ганси и охрана, державшаяся в нескольких метрах от могилы. И — Тэцудзи, не сдвинувшийся со своего места и на сантиметр. Надменный в своём молчании и безразличии. На кой хуй припёрся, Эндрю не знал. Ичиро сказал, что так будет правильно. Ичиро сказал, что Тэцудзи имеет право проститься с братом. Вот только — Рико он не звал, ибо «какой смысл прощаться с незнакомым человеком?».       — Вот и всё, — прохрипел Диклан.       Действительно — всё.       Отпустив руку Элисон, Ичиро, осторожно, словно каждый шаг причинял ему боль, подошёл к могиле, встал на колени, пачкая брюки в грязи, соединил руки в молитвенном жесте и что-то зашептал. Затем он встал и глубоко поклонился.       — Да, всё, — сказал Ичиро, сунув руки в карманы тяжёлого пальто. — Поехали домой.       Бросив последний взгляд на могилу человека, давшего ему смысл и цель, Эндрю зашагал за Аароном, которого Элисон держала под руку, по дорожке. Позади всех шёл Тэцудзи. На кладбище было тихо, и Эндрю пытался подготовить себя к встрече с папарацци, которые толпились у ворот кладбища в ожидании и желании сделать снимок убитой горем семьи. Когда они подошли к воротам, охрана обступила их плотным кольцом, закрывая от журналистов.       — Ичиро! Пожалуйста, пару слов для нашего издания!       — Ичиро! Ответьте на пару вопросов!       Ублюдки давили, не давая пройти к машинам. Они обступали, пытались схватить за рукава, и им было плевать на здоровенных амбалов охраны, которые отпихивали журналюг в стороны, пытаясь расчистить путь. Эндрю шагал, борясь с желанием сломать кому-нибудь пару пальцев. Он упорно шагал за Аароном и чувствовал ладонь на своей спине, подталкивающую вперёд.       Оказавшись в машине, Эндрю, наконец, выдохнул. Выдохнул и закурил. Аарон, сидевший на переднем пассажирском, открыл бардачок и достал початую бутылку виски. Открутив крышку, он сделал из горла несколько больших глотков и передал её Эндрю. Так как джин у него в фляге уже закончился, сойдёт и виски. До дома ехали молча, только бутылку передавали туда-сюда. Эндрю старался не думать, но выходило крайне паршиво. Натан, Рико, Орхидея, голодные стервятники, которые слетятся дабы отхватить кусок от клана. Война наступала им на пятки и буквально дышала в затылок, да и не за горами был тот день, когда Морияма вновь придётся выгрызать себе право просто быть. Только теперь им есть, что терять. Куда больше, чем несколько месяцев назад. И это немного пугало.       Когда автомобили остановились перед особняком, Эндрю разбудил задремавшего Натаниэля, и они все вышли на улицу. Охрана тут же обступила Тэцудзи, которого привезли послушать завещаниею, будто им с Рико перепадёт что-то больше, чем они имели сейчас. Дождь прекратился и мелкий снег укрывал гравийные дорожки. Эндрю втянул носом морозный воздух, пытаясь не обращать внимания на боль в груди и противный ком в горле. Он оглядел окна особняка, в один день ставшего чужим и неприветливым. Словно без Кенго дом перестал быть домом. Аарон и Ичиро явно чувствовали тоже самое, ибо они буквально не решались войти внутрь за Адамом и Дикланом. Они остались стоять, дымя сигаретами, вкуса у которых не было абсолютно. Элисон, тоже было направившаяся в дом, остановилась и оглядела их.       — И долго вы будете морозить задницы? — спросила она, когда Эндрю достал ещё одну сигарету, а Аарон сделал большой глоток из бутылки виски. — Пошлите в дом.       Элисон Рейнольдс, как Эндрю, Аарон и Натаниэль, перебрались в особняк сразу после известия о смерти Кенго. Ичиро автоматически стал главой клана, ибо Кенго не распорядился иначе, а, значит, им всем пока лучше пожить в одном месте. Элисон, пусть и заняла отдельную комнату, совсем не радовалась переезду. Её не устраивали цвета отделки, мебель, запах сигарет, но Ичиро она ничего не говорила, а бубнила лишь себе под нос. Аарон назвал это тактичностью, а Эндрю назвал это отсутствием у какого-то хорошего секса.       — Дай докурить, — бросил Ичиро и демонстративно глубоко затянулся.       — У вас никотин скоро из ушей польётся, — заявила Элисон. — Пошлите. Ещё успеете пострадать.       — Да пошла ты, — скривился Ичиро.       — А ты не веди себя как ребёнок. — Твёрдо и хлёстко, словно удар наотмашь. У Эндрю машинально сжались кулаки.       — Мы вообще-то отца только что похоронили, — напомнил Аарон. — Ну так, если ты успела забыть.       — Люди умирают каждый день, — сказала Элисон, не отрывая взгляда от Ичиро. — И их помрёт ещё больше, если вы не возьмёте себя в руки. Война…       — Отъебись, Элисон, — процедил Ичиро. Эндрю видел, как тот сдерживается, чтобы не отволочь Рейнольдс в дом за шкирку. — Ты свою семью просрала, а в мою не лезь.       Губы Элисон растянула такая ухмылка, будто она была готова в любую секунду перегрызть Ичиро глотку. Рейнольдс низко и наигранно рассмеялась, а потом вздохнула.       — Ох, Ичиро. Милый мой Ичиро. — Элисон поправила лацканы его пальто и, притянув его за них к себе, поцеловала. — Мне муж размазня не нужен.       — Как хорошо, что он твой фиктивный муж, — встрял Эндрю. Ему совсем не нравилось, что Элисон из себя строила.       — Пока ещё даже не муж. — Спасибо, Аарон, за поддержку.       Элисон смерила их самодовольным взглядом, задержавшись на Ичиро, покачала головой и, развернувшись, зашагала в дом.       — Интересно, у нас есть что-нибудь слабительное? — спросил Ичиро, глядя Элисон в спину.       — Найдём, — отозвался Аарон. — На крайний случай есть мышьяк.       — Подойдёт.       — Труп прятать сами будете, — сказал Эндрю.       — А зачем прятать? — повернулся на него Ичиро. В тёмных глазах — тусклая искорка веселья. — Свалим всё на Рико или Натана. От него тогда точно мокрого места не оставят.       — Давай только после свадьбы, — отозвался Аарон. — Так мы сможем претендовать на наследство.       Ичиро задумчиво почесал подбородок.       — Хороший план. Убьём сразу двух зайцев. Вот только…       И в этот момент раздался звук открывающихся ворот и колёс автомобиля по снегу и гравию. Все четверо повернули головы. Серый БМВ был Эндрю не знаком, но он догадался, кому принадлежала машина — Оливеру Страуссу, нотариусу Кенго. Когда автомобиль остановился, из него вышел среднего роста и возраста мужчина в коричневом пальто и старомодной шляпе.       — Приветствую, господа, — поздоровался Оливер. Ичиро подошёл к нему и протянул руку для приветствия. — Ичиро, мои соболезнования.       — Спасибо. — Оливер мягко улыбнулся и ободряюще хлопнул Ичиро по плечу. — Пройдёмте в дом.       Отдав Адаму пальто, Ичиро повёл Оливера в кабинет Кенго, где они собирались вскрыть завещание. Эндрю попросил Адама принести туда чай, кофе и джин. Умывшись, он ещё с минуту смотрел на себя в зеркале, уперевшись руками в столешницу по обе стороны от раковины. Эндрю не хотел туда идти. Не хотел слушать содержание завещания, не хотел быть в том кабинете. Без Кенго. Им никогда не разрешалось туда входить. Только, если Кенго был тут, и только с его позволения. Пойти в его кабинет без него… неправильно. Ичиро явно чувствовал то же самое, сидя в кожаном кресле. Словно Кенго мог в любой момент прийти и выгнать его отсюда. Но Кенго уже никогда не придёт.       Сев рядом с Аароном на диван, Эндрю налил себе джин из графина и сделал большой глоток. Тэцудзи тоже был тут. Он сидел напротив Эндрю и выглядел так, словно уже прочёл завещание и лишь ждал момента, чтобы всех вышвырнуть из его особняка. Вскоре подошли Джастин и Диклан. Адам присоединился последним. Они принёс кофе Оливеру и уже собрался уходить, но Ичиро попросил его остаться.       — Ну что ж, — начал Оливер, надев очки в тонкой оправе, — раз все собрались, можем начать. — Он достал из портфеля из коричневой кожи папку и открыл её. Зачитав перечень имущества, которым владел Кенго, Оливер взял конверт, нож для писем и вскрыл его. Внутри был всего один лист. Откашлявшись, Оливер начал читать: — Я, Кенго Морияма, будучи в здравом уме и твёрдой памяти и так далее, и так далее, завещаю свой особняк и всё находящееся в нём имущество своему сыну Ичиро. Денежные средства на своих личных счетах в равной доле завещаю своим детям: Ичиро, Эндрю и Аарону. Контрольный пакет акций компании Морияма Индастрис, которым я владел на момент смерти, завещаю своему сыну Ичиро. Пятнадцать процентов акций Морияма Индастрис я завещаю Джастину Бэкланду. Двухэтажный коттедж во Флориде и всё находящееся в нём и на прилежащей к нему территории я завещаю Адаму Польгаузену. — Оливер отложил завещание и снял очки. — На этом всё.       Всё.       Ни ругани, ни делёжки, ни притензий. Никого не обидев и не забыв. Кенго даже об Адаме позаботился. Ичиро и сам хотел на Рождество подарить ему этот коттедж, в котором они были всего пару раз много лет назад. Но Кенго… Кенго позаботился о человеке, который служил им долгие годы. Позаботился о них всех. Адам, сидевший в кресле практически напротив Эндрю, услышав последнюю строчку, закрыл морщинистое лицо руками и уже не сдерживал слёзы. Диклан положил руку ему на плечо и сжал. Ком в горле Эндрю стал ещё противнее.       — В смысле всё? — раздался голос того, кого в этой комнате в принципе не должно было быть. — У Кенго, вообще-то есть ещё брат. И родной младший сын.       — Тренер Морияма, — вздохнул Оливер, — я понимаю ваши родственные связи, но у нас есть завещание. Согласно ему…       — Да плевать я хотел на вашу бумажку.       — Сейчас я не сдержусь и плюну тебе в харю, дядя. — Молодец, Диклан! А Эндрю с удовольствием поддержит.       — Я его родной брат! — повысил голос Тэцудзи, будто от этого плевать на него станет меньше. — Мне полагается…       — Нихрена тебе не полагается, — перебил его Ичиро. — Всё своё имущество отец завещал. Вы с Рико, как владели вашими пакетиками акций, так и будете владеть. Но больше вы ничего не дождётесь.       Тэцудзи яростно раздувал ноздри, сжимал набалдашник трости до побелевших пальцев, но ничего не говорил. А что он скажет? Старикан понимал, что он не сможет ничего добиться.       — Это мы ещё посмотрим, — проговорил он, глядя Ичиро прямо в глаза. Затем Тэцудзи встал, посмотрел на Эндрю сверху вниз, скривил губы и вышел из кабинета.       — Диклан, будь добр, проводи его, — сказал Ичиро, потянувшись за сигаретой. — А то вдруг ещё ваза какая пропадёт.       Усмехнувшись, Диклан вышел.       Когда Оливер и Джастин уехали, отказавшись от обеда, они спустились в столовую, где Натаниэль, Элисон и Диклан пили чай. Ичиро остался в холле поговорить с Адамом, а Аарон пошёл в душ. Эндрю сел рядом с Натаниэлем и откинулся на спинку стула.       — Теперь мне никогда в жизни не придётся работать.       — А то раньше ты прям упахивался, — заявил Диклан, сидевший напротив.       — Я всё ещё не забыл, как в шестнадцать улёпетывал от копов.       — Ой, ну нашёл, что вспомнить, — отмахнулся Диклан и сделал глоток из чашки.       — А потом сидел в участке, потому что одному конченному взбрело в голову меня проверить.       — Всё ж хорошо закончилось.       — Ага, тебе повезло, что я тогда стрелять не умел.       — О, а ты что уже научился?       Натаниэль рядом рассмеялся. Эндрю зыркнул на него, тот зажал рот ладонью, но смеяться не перестал. Эндрю покачал головой и сам улыбнулся уголком губ. Шуточки Диклана часто вызывали желание двинуть тому посильнее, но сейчас действовали успокаивающе. Напряжение и скорбь мрачной тучей висели над их головами, давя и буквально прижимая к полу. Прогнать её способно лишь время и они сами. Простой поддержкой, находясь рядом, язвя и шутя дурацкие шутки. Возможно, они так создавали иллюзию того, что всё в порядке, что они живут как раньше, но лучше так, чем поддаться боли от потери и пустоте, наполнившей каждого из них. Кенго бы не хотел, чтобы они раскисли.       — А что тогда было? — спросила Элисон.       — Да ничего особенного, — ответил за Эндрю Диклан. — Эндрю, как обычно, раздувает проблему там, где её нет.       — Ну да-а. Просто один идиот решил, что подставная облава копов — это весело. Проверить мою верность ему, видите ли, захотелось.       — Подождите, вы что реально натравили на него копов? — выкинула брови Элисон.       — Ага, — Диклан явно был до сих пор горд своим решением. — Я не знаю, чё он обижается.       Эндрю мог бы выкатить километровый список «чё он обижается», но доказывать чего-то Диклану бесполезнее, чем забирать у Аарона ключи от байка.       — М-да-а, — протянула Элисон и отправила в рот ложку йогурта. — Я, конечно, уже поняла, что у вас всех не порядок с головой, но чтоб на столько…       — Нет, идея-то хорошая, — задумчиво проговорил Натаниэль.       — Но, блять, не на мне же её использовать! — громко возразил Эндрю. — Тоже мне, нашли подопытного кролика.       — Ну, не кролика, но хомяка точно, — усмехнулся Диклан. —Ты вообще себя видел, когда злишься? Ну вылитый хомячок! Ути-пути!       Диклан перегнулся через стол, чтобы потрепать Эндрю за щёку, но получил ложкой по пальцам и тут же отдёрнул руку. А вдогонку Эндрю ему ещё и язык показал. А нечего!       — Детский сад, — покачала головой Элисон.       — Теперь тебе в этом жить, дорогуша! — рассмеялся Диклан и запустил в Эндрю виноградиной.       — Я собираюсь составить брачный договор и занять отдельное крыло дома, чтобы никого из вас не видеть, — без ноты расстройства в голосе ответила Элисон.       Эндрю уже было ответила, что из отдельного ей максимум светят только тапочки, как в столовую вошли Ичиро и Аарон.       — Как Адам? — спросил Эндрю.       — Решил, что мы хотим от него избавиться, — ответил Ичиро. Он обошёл стол и остановился у стула, на котором всегда сидел Кенго. Ичиро будто не знал, куда ему сесть. Он теперь был главой семьи, клана, но занять стул отца не решался. Сев на своё обычное место, он налил себе кофе. — Я его еле успокоил.       — Так успокаивал, что отправил в отпуск, — сказал Аарон.       — Ох отпуск, — вздохнул Эндрю. — Меня б кто туда отправил… — и посмотрел на Ичиро.       — Не смотри так на меня. Теперь ты официально мой консильери, а это значит — никакого отпуска нам обоим до конца жизни.       — Значит, в свадебное путешествие я поеду одна, — изрекла Элисон. Эндрю бы очень сильно и нагло соврал, если бы сказал, что она расстроилась.       — Нет уж, милая, — с улыбкой покачал головой Ичиро. — Либо мы едем вдвоём, либо никак.       Губы Элисон растянулись в улыбке, которая для Ичиро не предвещала ничего хорошего.       — Да? Ты уверен?       — Ув…       Слава всем богам, что Адам в этот момент вкатил в столовую тележку, гружёную тарелками и блюдами. Натаниэль тут же встал и под недоумёнными взглядами принялся помогать. У Адама был не менее долгий и тяжёлый день, чем у них. Эндрю в этот момент почувствовал себя неловко. Как и остальные. Когда стол был накрыт, Ичиро сказал:       — Адам, присядь с нами.       Тот начал возражать, говоря, что это не удобно, что у него полно работы, но Аарон, поднявшись из-за стола, мягко подтолкнул Адама к свободному стулу рядом с собой. Разлив по бокалам алкоголь, они молча выпили. Опустив свой на стол, Ичиро повернул голову туда, где совсем недавно сидел Кенго. Эндрю увидел, как рука Элисон дёрнулась, видимо в порыве прикоснуться к Ичиро, но она положила её к себе на колени.       — Мне его так сильно не хватает.       Никто ничего не сказал, но все чувствовали то же самое. Сидеть в столовой без Кенго было странно и неправильно. Они буквально ждали, что вот сейчас за дверью раздатся стук его трости, и он войдёт в столовую. Сядет во главе стола и выслушает очередные истории Аарона про научника и подработку в больнице, улыбнётся на шутки Эндрю и вновь скажет, что Элисон Рейнольдс станет хорошей женой. Но этого никогда не произойдёт. Трость никогда не застучит по полу, а стул во главе стола так и останется пустым.       Обедали практически молча. Аарон пытался разговорить Адама, чтобы тот чувствовал себя не так неловко. По началу Адам отвечал неохотно, но потом поддался влиянию Аарона, хотя остаться на чай отказался. Перед тем, как уйти, Адам пообещал Ичиро сообщить даты своего отпуска в ближайшие пару дней. Ичиро сказал, что он может уехать тогда и на сколько хочет, и что они без него очень постараются не помереть с голоду. Диклан пообещал о них позаботиться, а Эндрю припомнил, что тогда, когда его загребли копы, Диклан говорил то же самое. Когда чай был подан, у Диклана зазвонил телефон.       — У аппарата. — В трубке говорили совсем не долго. В ответ Диклан только угукал, а потом сказал: — Отлично! Спасибо, Ганси. — И положил трубку. — Смотрите новости.       Аарон тут же сгонял за ноутбуком, Элисон и Ичиро достали телефоны.       — Вашу мать! — раздалось громкое из малой гостиной.       Прошлёпав обратно, Аарон опустил ноутбук перед Эндрю и Натаниэлем. Челюсть Эндрю была в секунде от того, чтобы упасть на пол. На экране — свежая фотография, на которой они покидали кладбище Грин-Вуд. Вокруг — репортёры и камеры, охрана, пытающаяся расчистить путь. Ичиро закрывает собой Элисон, вцепившуюся ему в руку, Натаниэль подталкивает Эндрю вперёд, — Эндрю помнил ощущение чужой руки на спине — наклонившись к его уху. Но главные на этом снимке никто из них, а Тэцудзи, остановившийся в стороне. Тэцудзи, до которого никому нет дела. Тэцудзи и заголовок: «ГДЕ РИКО МОРИЯМА?!». Идиотский заголовок по мнению Эндрю, но что связь со статьи, которая вышла спустя пару часов после похорон? Интересно только, как.       — Нас обсуждают везде и всюду, а вечером выйдет репортаж с Рико по спортивному каналу, — не без гордости объявил Диклан.       — Как тебе это удалось? — удивлённо округлил глаза Аарон.       — Не мне, — ухмыльнулся Диклан. — Нам.       Аарон присвистнул, Ичиро во все глаза пялился на Рейнольдс, словно ждал, что та скажет, что это шутка. Но Элисон лишь лучезарно улыбнулась, а Эндрю увидел, как Ичиро сгинул окончательно. Чтобы не наблюдать за смертью брата и лучшего друга, Эндрю опустил взгляд на снимок. Лицо Натаниэля к его было так близко, что поверни голову и врежешься губами в чужие. А он даже не заметил этого.       Снимок вызвал больше шуму, чем они предполагали. Несколько дней все новости только и гудели о том, что Рико не было на похоронах собственного отца. Вопрос: почему? Его задавали и Рико, который то и дело мелькал по телевизору, и Аарону, которому чёртовы журналюги буквально не давали спокойно ходить в университет. Их не смущала ни охрана, ни молчание Аарона. Но Аарона это не особо заботило. Он отказывался от комментариев, быстро усаживался в машину и уезжал. А Эндрю задавался вопросом: когда же Натан сделает следующий шаг?       — Надеюсь, долго он себя ждать не заставит, — проговорил Ичиро, выпустив из носа сигаретный дым. Они с Эндрю сидели в кабинете Ичиро, пили виски и джин и обсуждали дела клана. Точнее — прятались от Аарона, который, по скольку Адам уже уехал в отпуск, решил приготовить обед. Пару часов ему на глаза не попадаться.       — А что делать с Рико? — спросил Эндрю. Он лежал на диване с сигаретой.       — Пусть развлекается, — усмехнулся Ичиро. — Пока может.       — Надеешься, что он сделает какую-нибудь хуйню и ты сможешь пустить ему пулю в лоб?       Ичиро рассмеялся:       — Я не такой изверг, но ты прав. Мне нужен повод, чтобы вмешаться в дела “Воронов” и Тэцудзи.       — Из-за Элисон?       — В том числе, — кивнул Ичиро. — “Вороны” приносят клану хорошие деньги, но они охуели, и с этим нужно что-то делать.       — И какой план?       — Пока я думаю воспользоваться связями Аарона.       Эндрю непонимающе нахмурился:       — Имеешь в виду Дэя? Думаешь, Аарон настолько… близок с ним? — Почему-то от этой мысли Эндрю стало не по себе.       — Ну, ты сам видел, как мило они общались на хэллоуинской вечеринке. И я немного спалил их переписку. — Эндрю выгнул бровь. Ичиро пожал плечами. — Пока ничего конкретного, но, думаю, Дэй сможет нам помочь.       Эндрю задумался. Кевин Дэй — названный брат Рико. Сын Кейли Дэй, которая вместе с Тэцудзи придумала экси много лет назад. Кейли, как Эндрю знал, погибла в автокатастрофе, когда Кевин был совсем маленьким. Его забрал Тэцудзи и воспитывал, как будущую звезду экси. Никто не знал, что тогда произошло, но Эндрю почему-то почти на девяносто процентов был уверен, что в аварии без Тэцудзи не обошлось.       — Значит, — Эндрю сел и потянулся в бутылке джина, — нужно как-то выманить Дэя из Гнезда и поболтать.       — Сначала нужно поболтать с Аароном. Может, он уже что-то знает. Но это после того, как мы с Элисон поженимся.       — Ого, — рассмеялся Эндрю. — А предложение ты уже сделал?       — Формально — да. Но мы пока это не обсуждали.       — Тогда, почему мы ещё не отметили вашу помолвку? Зажал вечеринку, да? — Эндрю осуждающе покачал головой. — Эх, Ичи, я был о тебе лучшего мнения. — Ичиро закатил глаза и щёлкнул языком. — Думаешь, раз брак фиктивный, то сможешь отделаться от попойки? Нихуя. Сегодня пьём. Мы заслужили немного расслабиться и отвлечься.       Ичиро погрустнел, но кивнул. Он понял, что именно имел в виду Эндрю. Ни для кого не было и минуты, чтобы они не думали о Кенго. Пусть они и знали, что этот день настанет, но горе и боль от потери душили каждого. Сколько ни пытайся занимать себя работой, делами, отделаться от грустных мыслей не удавалось. Да и не удасться.       Ичиро против вечеринки не возражал. Они с Эндрю оба понимали, что это хороший способ повыведывать у Аарона подробностей про Дэя. И, да, Ичиро тоже хотел напиться. Аарон — хотя, его возражения никто бы и слушать не стал — тоже согласился, ибо “не зря столько наготовил”, у Натаниэля не было выбора, как, впрочем, и у Элисон.       Вечером они собрались в гостиной перед большим телевизором, который уже давненько никто не смотрел. На столике — кулинарные шедевры Аарона, парочка коробок с пиццей, которые любезно — как будто у него был выбор — привёз Микки, бутылки с алкоголем, миски с чипсами и попкорном. Эндрю уселся в кресло-мешок рядом с Аароном и потянулся к куску пиццы. Элисон заняла место на диване с бутылкой вина и мягким пледом. Ичиро, будто решая, куда ему сесть, переводил взгляды с кресла рядом с Эндрю на место рядом с Элисон. Вздохнув, он схватил коробку с пиццей и пошёл к Рейнольдс.       — Нет-нет-нет, — запротестовала она. — Тут занято.       — С чего вдруг? — нахмурился Ичиро.       — Если у меня нет другого выбора, как торчать с вами, то я хочу сидеть рядом с Натаниэлем.       — А Натаниэль-то вкурсе? — усмехнулся Ичиро и вновь попытался сесть рядом с Элисон, но та отпихнула его.       — Мне он не откажет. Я куда обаятельнее, чем вы.       Эндрю чуть джином не подавился.       — Спорим, если Эндрю позовёт его сесть рядом с ним, Натаниэль не откажет?       — Спорим, что он пошлёт Эндрю и будет сидеть рядом со мной, — ухмыльнулась Элисон.       Ичиро изогнул губы в ответной ухмылке и протянул ей руку.       — Спорим.       — На что спорите-то хоть? — спросил Аарон. Он был занят тем, что перебирал диски с фильмами. — На интерес не интересно.       — Если я выиграю, — начала Элисон, не разжимая руки Ичиро, — поеду одна в свадебное путешествие.       — Если выиграю я, ты переедешь из гостевой комнаты в мою спальню.       Эндрю аж присвистнул от запросов Ичиро. И он будет и дальше утверждать, что между ним и Элисон, якобы, ничего нет? Ну-ну. Удачи ему. Эндрю очень постарается помочь братцу победить.       — Идёт, — произнёс Ичиро и наклонился с Рейнольдс, словно собираясь поцеловать.       Та вырвала руку и поднесла к губам бокал вина, что стоял на столике рядом с диваном.       — Кто-нибудь вообще собирается его поторопить? — спросил Аарон, всё ещё выбирая фильм. Эндрю мог бы поспорить, что выберет он какой-нибудь тупой фильм, типа Терминатора. Эндрю, если что, всеми руками против.       Ичиро вышел в коридор и прокричал:       — Веснински!? Долго тебя ждать или как?       Ответа не последовало, но Натаниэль появился буквально через пару минут. В серой футболке с длинными рукавами и серых спортивных штанах. Тёмно-рыжие волосы его были мокрые после душа.       — И даже не позвал спинку потереть? — сказал Эндрю, повернувшись на него. На губах — совсем не двусмысленная улыбочка, а вполне им обоим понятная.       — Да я вроде… сам справился, — залился Натаниэль краской.       — Жаль, — отозвался Эндрю и сделал глоток из бокала. Глядя Натаниэлю прямо в глаза.       — Мы только тебя ждали, — сказал Ичиро, всё ещё стоявший посреди комнаты. — Выбирай, куда сядешь, и поехали.       — Иди ко мне, котик, — буквально промурлыкала Элисон, убрав ноги с одной половины дивана. — Специально тебе заняла.       — Ну нет уж, — возразил Эндрю. — Он сядет рядом со мной. Да, котик?       Натаниэль открыл рот, чтобы что-то сказать, но тут же закрыл его. Что Эндрю, что Элисон, оба смотрели на него так соблазняюще, на сколько вообще были способны.       — Не заставляй себя ждать, — нараспев произнёс Аарон, рассматривая очередную коробку с диском.       — Иди сюда, котёнок, — продолжил давить Эндрю. — Спинку не дал потереть, так хоть посиди рядом. Мне было мало того твоего прикосновения к моей спине.       Натаниэль явно понял, о чём Эндрю говорил, и покраснел ещё сильнее.       — На диване тебе явно будет удобнее, — мурлыкала Элисон.       А Натаниэль всё стоял на месте. Эндрю уже было решил, что перестарался, но Веснински, будто на подкашивающихся ногах, побрёл к нему. Когда он сел рядом Эндрю, Ичиро засветился, словно начищенный Адамом серебряный поднос.       — Двигайся, милая, — плюхнулся он рядом с Элисон.       — Держи дистанцию, — запротестовала она, сдвинувшись на другой край.       Ичиро ничего не ответил, а лишь рассмеялся.       — Неужели, — вздохнул Аарон и сунул диск в проигрыватель.       По появившейся на экране заставке, Эндрю узнал “Назад в будущее”, который они смотрели столько раз, что невозможно сосчитать.       — Ты, блять, серьёзно? — простонал Ичиро. — Мы ж его миллион раз смотрели.       — Если тебе что-то не нравится, можешь поменяться с Натом местами, — отозвалась Элисон. — Я не буду возразать.       — Поздно, детка. Твой Нат сам выбрал, куда ему сесть.       — Если вы продолжите звать меня Натом, я разобью вам об голову бутылку.       Второй раз за вечер Эндрю чуть не подавился джином.       — Прости, я не знала, что тебе не нравится.       — Давайте уже просто посмотрим фильм, — ответил Натаниэль и сделал глоток из бутылки пива. Его настроение вмиг сменилось, и Эндрю — лишь бы никто не видел — аккуратно провёл пальцами по ноге Веснински. Тот резко повернул голову на Эндрю, который лишь улыбнулся уголком губ.       Начался фильм. Марти Макфлай отправился в будущее на машине времени, которую изобрёл его дед. Знакомые сцены, диалоги. Знакомы настолько, что Аарон и Ичиро буквально дословно цитировали фразы, пародируя персонажей, чем заставляли Элисон постоянно на них шикать. Натаниэль что-то вечно переспрашивал у Эндрю, ибо с двумя дебилами, у которых напрочь отсутствуют мозги, вникнуть в сюжет было сложно. От сильного удара их спасало только то, что так Эндрю хотя бы меньше думал о Кенго.       Когда фильм закончился, они сделали перерыв, а потом включили вторую часть фильма, а затем и третью, которая Эндрю нравилась не так сильно, как предыдущие. Он жевал пиццу, запивая её джином, и периодически косился на Натаниэля, который неотрывно смотрел в экран. Ичиро и Элисон притихли на диване. Удивительно, но они даже не поругались за все часы просмотра кино. Эндрю всё ждал, когда они закончат с просмотром и перейдут к разговорам в ходе которых попытаются что-то узнать у Аарона про Дэя, но Ичиро, словно решив, что сегодня не подходящий момент, не прерывал череду фильмов, которые они уже видели и не раз.       После “Назад в будущее” Аарон поставил первую часть “Шрека”, до конца которой досидели не все. Аарон уже лежал в своём кресле и периодически дремал, Элисон, закинув ноги на Ичиро, спала, как и сам Ичиро, устроив голову на спинке дивана. Натаниэль продержался почти до конца, но вырубился прямо перед самой свадьбой Фионы и Фаркуада. Эндрю досмотрел мультфильм до конца, а потом встал, решив, что, перед тем, как всех будить, сначала выйдет покурить. Спустившись в холл, он увидел двоих охранников, дежуривших у двери. После смерти Кенго, Ичиро усилил охрану особняка. Так, на всякий случай.       — Парни, сделайте перерыв, — сказал им Эндрю, надевая пальто. Те переглянулись, словно в его словах мог скрываться подвох. — Не сходите за кофе сейчас, не отойдёте от двери до самого утра.       И кивнув, охранники направились на кухню. Они сменились около часа назад, а до утра, как на собственном опыте знал Эндрю, продержаться тяжелее всего. Он не стал ждать, пока охранники вернутся, а вышел на улицу и сразу отправил дежуривших снаружи тоже за кофе. Эндрю хотелось побыть одному. Как только те вошли в дом, Эндрю опёрся локтями о кованый парапет и закурил. Тихо. До него доносились только обрывки фраз охранников у ворот, негромко переговаривающийся между собой. Эндрю успел сделать только несколько затяжек, как дверь позади него открылась, и на крыльцо кто-то вышел. Он уже подумал, что это Ичиро, но фигура была слишком низкой и такой широкой в плечах.       — Чего? — спросил Эндрю, узнав в фигуре с накинутым на голову капюшоном чужой толстовки Натаниэля.       — Ничего, — пожал плечами Натаниэль. — Просто тоже решил выйти покурить.       Эндрю протянул Натаниэлю пачку. Курили молча. К концу первой сигарету тишину начал нарушать стук зубов Натаниэля, но он, повторив за Эндрю, закурил вторую. Что за человек? Ну если хочешь что-то спросить, так ты спроси! Зачем все эти бестолковые прелюдии?       — Не хочешь продолжить нашу игру в правду?       Ну и время ты выбрал! Видимо, мозги всё же отморозил. Ну, не страшно. Эндрю не холодно. Эндрю умный и предусмотрительно надел пальто, а не выперся как идиот в толстовке.       — Не хочешь раздеться?       Бедолага Натаниэль в этот момент делающий затяжку, подавился дымом, а Эндрю, сдерживая смех, посмотрел на него со всей серьёзностью.       — Ч… что? — прохрипел Стефан. — В… в смысле?       — В смысле, что тебе, видимо, очень жарко, раз ты выперся на улицу в одной толстовке. Аарон, к слову, отмороженный пальцы ещё ни разу на место не пришивал.       Натаниэль выбросил сигарету и сунул руки под мышки. Видимо, возвращаться в дом он не собирался. Ладно, упрямое создание. Эндрю затушил сигарету о стоявшую рядом пепельницу и вошёл в дом. Схватив с вешалки чьё-то пальто, он вернулся обратно и набросил его на плечи Натаниэля.       — Теперь можем поиграть, — сказал Эндрю, вставая рядом с Натаниэлем.       — Твоя очередь задавать вопрос.       — Не-а, — улыбнувшись, покачал головой Эндрю. — Это ты вышел поговорить. Так что, спрашивай. А потом… — он сделал вид, что задумался. — Ну не знаю. Спрошу что-то очень личное. Или, может…       — Я девственник, — выпалил Натаниэль громче, чем, должно быть рассчитывал, и залился краской. — Так что, можешь не тратить на это свой вопрос.       Такая внезапная откровенность ввела Эндрю в ступор. Он хоть и догадывался, что его замечание на полигоне о девственнице и члене правдиво, но он не думал об этом спрашивать.       — Ладно, — пожал плечами Эндрю. — Это не последнее личное, что я могу спросить. — И он потянулся за сигаретой. — Ну?       — А-а, ну… что будет, если объявятся Хэтворды и захотят меня забрать? Такое же возможно, учитывая, что мы теперь у всех на виду.       — А ты сам чего хочешь? Уйти с ними или остаться? — тут же ответил Эндрю и глубоко затянулся.       — Какая разница? — нахмурился Веснински. — Я же принадлежу Морияма, но Хэтфорды…       — От твоего ответа будет зависеть мой, — перебил его Эндрю. На самом деле, нет. Ему просто любопытно, как на это смотрит сам Натаниэль, и есть ли вероятность того, что он станет играть за другую команду и этим увеличит шансы того, что Морияма не выстоят в этой войне.       — Я… не знаю. — Натаниэль плотнее закутался в пальто и, вздохнув, посмотрел куда-то вдаль. — Я никогда не хотел быть связан с мафией. Мать все восемь лет долбила мне, что Морияма зло, что Хэтфорды не лучше, и мы должны держаться от них подальше. Но вот я тут, и меня пока ещё даже не убили.       — Всё оказалось не так, как говорила Мэри?       Натаниэль закивал, закусив губу, словно ему было стыдно за плохие мысли о них.       — И вы не такие, как она говорила. Ублюдки, конечно, но…       — Но сексуальные ублюдки? — усмехнулся Эндрю.       — Я этого не говорил, — рассмеялся Натаниэль.       — А мог бы.       — Ну, — Натаниэль почесал подбородок, словно задумался об этом, — Ичиро наве-ерное, может быть.       — Понятно, кто в твоём вкусе. Ты ранил меня в самое сердце, малыш Натаниэль. Возможно, всё-таки стоит отдать тебя Хэтфордам.       — И потерять такую удачную инвестицию? — Натаниэль приложил руку к груди, словно слова Эндрю его ранили.       — Я не говорил, что ты удачная инвестиция, — ответил Эндрю, сунув руки в карманы пальто. Он уже начал замерзать.       — А мог бы.       Ох, Натаниэль-Натаниэль… С огнём играешь. Эндрю не идиот. Эндрю всё видит и всё понимает. Конечно, он не мог залезть Натаниэлю в голову и узнать все его мысли, но Эндрю был уверен, что Ичиро в его вкусе только наличием члена. Они оба понимали все фразочки друг друга, подкаты без подкатов, но не делали серьёзных шагов. Отношений бы у них двоих определённо точно не вышло, но Эндрю бы не отказался от пусть даже неумелого минетика. Ичиро бы сказал, что Эндрю нужно уже кого-нибудь оттрахать. А Эндрю ответил бы, что, пока тот не подарит свою девственность Элисон, его идиотские советы не имеют никакой ценности. Но, да, Эндрю был бы не против поставить Натаниэля Веснински на колени. Запустить пальцы в тёмно-рыжие волосы и оттянуть…       — Так что с Хэтфордами?       Эндрю моргнул и тряхнул головой, прогоняя образ Натаниэля, стоявшего перед ним на коленях.       — Ну, они точно попытаются заявить на тебя свои права. Но ты теперь — Морияма. Так что, никто не посмеет тебя забрать. — Натаниэль закусил нижнюю губу и кивнул. — Конечно, потом, возможно, я подумаю о том, чтобы продать тебя им. Надо же как-то возвращать долг Ичиро.       — Мудила, — фыркнул Натаниэль.       — Сексуальный мудила, — поправил Эндрю.       — Я этого не говорил.       — А мог бы.       Они смотрели друг другу в глаза непозволительно долго. Так непозволительно долго, что, по всем законам тупых романтических фильмов, просто обязаны были поцеловаться, но они не в тупом кино, а в реальной жизни, где Эндрю, качнув головой, отвернулся от сделавшего к нему шаг Натаниэля.       — Это плохая идея. — Руки сами потянулись за сигаретой, пусть Эндрю уже порядком замёрз, да и курить не хотелось. — Ничего не получится.       Натаниэль нахмурился.       — Почему? Я думал, ты…       — Что? — усмехнулся Эндрю. — Подкатываю к тебе? Возможно, я совсем не против переспать с тобой, но все мои отношения имеют тенденцию заканчиваться чьей-то смертью. Как видишь, я вполне себе ещё жив.       Эндрю сделал всего одну затяжку и затушил сигарету. Его уже подташнивало от никотина. Натаниэль молча смотрел на него, словно ожидая подробностей, но Эндрю не собирался рассказывать. Веснински и так задолжал ему парочку ответов.       — Пошли в дом. Холодно.       Натаниэль молча кивнул и двинулся к двери. Эндрю, ещё раз окинув взглядом ворота и охрану, пошёл за ним. Сняв в холле пальто, Натаниэль направился на второй этаж. Видимо, слова Эндрю задели его куда больше, чем сам Эндрю предполагал. Ну, что ж. Пусть так. Эндрю не пытался выглядеть перед Натаниэлем или кем бы то ни было ещё лучше, чем он есть на самом деле. Он лишь сказал Натаниэлю правду. Да, возможно, с целью отпугнуть. Да, возможно, с целью не давать призрачную надежду. И, да, для них обоих так действительно будет лучше.       Вернувшись в гостиную, где они смотрели кино, Эндрю разбудил Аарона, Ичиро и Элисон, чтобы они пошли в свои комнаты, выслушал парочку нелестных комментариев, прибрался, ибо Адама нет и убирать бардак некому, и пошёл к себе. Уснуть у него не вышло.       До утра Эндрю пролежал, думая обо всём, что произошло с той вечеринки Натана. Об Орхидее, Вацетисе, Хэтфордах, Рико и Тэцудзи. Думал до самого утра, прикидывая, в какой момент и как именно Натан начнёт действовать. Не было слова “если”, только — когда. Натан Веснински — гордый ублюдок, обвиняющий Эндрю во всех своих проёбах. Пусть. Эндрю не против. У него уже давно руки чешутся пустить пулю в его наглую физиономию. Только вот повода не было. Пока.       Миньярд проворочался в постели ещё какое-то время, затем встал и направился в душ. Лучше бы вообще не пытался уснуть. Может, не чувствовал бы себя таким разбитым. Переодевшись после душа, Эндрю вышел в коридор, где увидел, что дверь в комнату Ичиро и теперь уже Элисон открыта. Эндрю не верил, что они уже встали. Заглянув в дверной проём, он увидел красный неоновый свет, льющийся из под кровати и с потолка, ногу Ичиро, высунутую из под одеяла, и копну светлых волос Элисон, разметавшуюся по подушкам. Ну, вроде всё нормально. Оставалось надеяться, что они оба проснуться.       Когда Эндрю спустился в холл, охранники у двери прервали тихий разговор и вытянулись по струнке, словно испугались получить нагоняй. Эндрю лишь мельком оглядел их и продолжил идти на кухню. Там он щёлкнул кнопку кофе-машины и прислонился спиной к кухонной тумбе. Часы на стене показывали начало седьмого утра. До смены охраны оставалось почти три часа. Эндрю разогрел в микроволновке вчерашнюю пиццу, сделал сэндвичи, наполнил кофейник и, поставив всё это на тележку, которой обычно пользовался Адам, выкатил её в холл.       — Поешьте, — сказал Эндрю на недоумённые взгляды охранников. — Кто на улице, тоже. Но по очереди. И тихо.       Получив молчаливый кивок, Эндрю вернулся на кухню. Взяв чашку кофе и тарелку с сэндвичами, он сел за островок. Закончив завтракать, открыл ноутбук, который вчера оставил здесь же, и полез смотреть новости. Рико… Рико… Чемпионат экси… Опять Рико… Похороны Кенго, от статьи о которых в груди Эндрю всё болезненно сжалось. О, какая-то газетёнка не унималась по поводу того их шоу в центре Нью-Йорка. Прошло столько времени, но копы так и не нашли виновных, о чём автор статьи довольно категорично высказывался. Эндрю загрузил страницу со статьёй, чтобы прочитать полностью. Две группы неизвестных, сопротивление полиции, скрылись в неизвестном направлении и всё в таком духе. Ничего нового. Эндрю такое уже читал. Ни имён, ни фотографий крупным планом. Кроме одной, которую Эндрю ещё не видел. На ней Натаниэль уж слишком кинематографично замахнулся для удара. Надо будет сказать Ганси, что его физиономия, пусть и скрытая балаклавой, попала в газету. Фото Натаниэля в новостях — хорошо. Все, кто нужно, сложат два и два и поймут то, что нужно. Осталось лишь дождаться ответного хода от Натана.       Когда встали Ичиро, Элисон и Аарон, Эндрю всё так же сидел за кухонным островком, но уже с книгой. На плите — яичница, на поверхности островка — тарелка с сэндвичами.       — О, смотрите, Адам помолодел, — с улыбкой сказал Ичиро.       — О, смотрите, кое-кто сейчас договорится и останется без завтрака, — ответил Эндрю, не отрываясь от книги.       — Во сколько ты встал? — спросил Аарон, зевнув.       Он сразу направился к кофе-машине. Ичиро достал две чашки, одну из которых поставил ближе к Аарону, молча прося сделать кофе и ему, а во вторую налил чай для Элисон. Та уже, с какой зелёной хернёй на лице, села напротив Эндрю и взяла с тарелки сэндвич.       — Я не ложился, — ответил Эндрю, откладывая книгу, что взял в малой гостиной. Аарон бросил на него взгляд через плечо. Выглядел Аарон так, будто это он не спал всю ночь, а не Эндрю. Светлые волосы торчали во все стороны, лицо — несколько помятое, а футболка, в которой он спал, — надета задом наперёд. — Не мог уснуть.       Ичиро, стоявший рядом с Аароном, сузил тёмные глаза, но ничего не сказал.       — А где Натаниэль? — спросила Элисон. Её светлые волосы были собраны в высокий хвост, верх красной шёлковой пижамы съехал с одного плеча. — Не вставал ещё?       — Не видел, — ответил Эндрю. — Аарон, сделай и мне кофе.       Тот выразительно цокнул языком, но возражать не стал.       — Может, его пойти разбудить? — не унималась Элисон. Ичиро поставил перед ней чашку чая. Интересно, как одна совместная ночь сделала его таким заботливым?       — И упустить возможность посплетничать за глаза? — усмехнулся Эндрю. — Ну уж нет.       — Посплетничать? — переспросил Ичиро, садясь напротив Эндрю. Тот молча взял ноутбук, открыл статью и повернул его Ичиро. — Нихуя себе! Вот это фото.       — Наш малыш Натаниэль теперь знаменитость, — улыбнулся Эндрю.       — Вы о чём? — На кухню вошёл Натаниэль, одетый в футболку и пижамные серые штаны. Эндрю повернул ноутбук и ему. Тот подошёл к островку, чтобы разглядеть фотографию. — А.       Налив себе чай, Натаниэль сел в торец стола, хотя рядом с Эндрю было свободное место. Кое-кто, видимо, дулся после ночного разговора. Забавно. Как будто Эндрю хоть раз подкатывал к Натаниэлю всерьёз. Флирт — как стиль общения, и он не собирался с этим что-то делать. То, что Натаниэль себе что-то надумал, — его ебаная проблема, не Эндрю. Да, Натаниэль Веснински был целиком во вкусе Эндрю — большие голубые глаза, россыпь веснушек, подтянутое жилистое тело, выразительные скулы. Но он — всё ещё опасная головоломка, которую Эндрю начал разгадывать больше из-за долга, нежели из-за собственной прихоти. Да, Натаниэль Веснински — целиком и, блять, полностью во вкусе Эндрю, но это не значит, что он будет с этим что-то делать.       — Кстати, — начал Натаниэль, намазывая джемом тост, — я уже не думаю, что уехать к Хэтфордам не такая уж плохая идея.       Эндрю был уверен, что услышал, как чужие челюсти упали на пол. От слов Натаниэля он охуел — да, другое слово не описало бы его чувств — так, что не нашёлся с ответом. Эндрю молча хлопал глазами, а Натаниэль жевал свой тост и смотрел куда-то перед собой с таким оскорблённым видом, будто Эндрю пообещал ему кольцо, сердце и домик у моря, а теперь передумал. Охуеть.       — Что между вами произошло? — осторожно спросил Ичиро. — Эндрю как-то опять неудачно пошутил?       — Нет, — вздохнул Эндрю. — Просто у кого-то слишком богатое воображение.       — Просто кое-кто полный мудак, от которого меня тошнит, — заявил Натаниэль.       Эндрю усмехнулся.       — Ночью ты, вроде, согласился, что я сексуальный мудак.       Аарон подавился кофе и принялся громко кашлять.       — Что? — прохрипел он между приступами кашля.       Ичиро поднёс к губам кулак, пытаясь скрыть улыбку.       — И это одна из самых моих больших ошибок.       Эндрю стоило огромных усилий, чтобы не рассмеяться в голос. Ну и что делать с этим обиженным маленьким ребёнком?       — Не стоит винить меня в том, что ты сам себе надумал, — ответил Эндрю. — Я не давал тебе никаких поводов.       — Да ты…       — Так! — громко перебил Натаниэля Ичиро. — Давайте вы не будете выяснять отношения здесь…       — Было бы, что выяснять, — буркнул Эндрю.       — Хотите поругаться, делайте это в другом месте. У меня от вас аж аппетит пропал.       — А у меня нет, — заявила Элисон и стащила с тарелки Ичиро последний тост.       Эндрю и Натаниэль несколько долгих секунд смотрели друг другу в глаза, пока Эндрю не отвернулся. Натаниэль фыркнул, поднялся из-за стола, громко отодвинув стул, и вышел из кухни.       — Что? — вскинул брови Эндрю на молчаливый вопрос остальных. Видимо, им всё же придётся поговорить обо всём этом.       — И ты даже не пойдёшь за ним? — спросила Элисон.       — Нет, а зачем?       — Ну и идиот, — простонал Аарон. — Нет, ты на самом деле имбицил или прикидываешься?       — Да что я сделал? — равнодушно ответил Эндрю и потянулся к карману за пачкой сигарет.       — Хватит ломать комедию, — закатила глаза Элисон. — Что между вами произошло, что Натаниэль так обиделся?       — Ничего, — пожал плечами Эндрю. Он сунул сигарету в зубы и закурил. — Я не виноват, что Натаниэль навыдумывал себе какую-то херню и обиделся, когда я его отшил.       — Ты что?!       — Аарон, ну к чему такая бурная реакция? — вздохнул Эндрю. — Я что, обломал тебе крупный выигрыш?       — То есть ты, — Ичиро поставил локти на стол, соединив пальцы, и положил на них подбородок, — сначала хуй знает сколько времени флиртовал с ним, а потом, когда Натаниэль поддался, просто отшил? Ты хоть объяснил ему, почему?       — А что вы так за него переживаете? Как будто не знаете, что обычно случается, когда я начинаю с кем-то встречаться.       — Я поэтому и спрашиваю. — Ичиро тоже достал сигарету и закурил. — Ты разве до этого не понял, что Натаниэль… втюрился в тебя? — Любой ответ Эндрю определённо точно бы их не устроил. — Ты не видел, как он на тебя смотрит?       — Давайте мы сойдёмся на том, что я — бесчувственный ублюдок и закроем тему. — От этих разговоров у Эндрю начала болеть голова, и он встал, чтобы сделать себе ещё кофе.       — Да в том-то и дело, что ты не бесчувственный. — Аарон развернулся на стуле и протянул Эндрю пустую чашку, чтобы тот сделал и ему ещё порцию кофе. Эндрю молча забрал её и поставил на кухонную тумбу. — Если ты думаешь, что ты весь такой скрытный, нихуя подобного. — Ичиро рядом кивнул. Элисон молча таскала виноград из вазочки. Зелёная жижа на её лице почти застыла, но та не спешила уходить, чтобы её смыть.       — Кто бы говорил, Аарон, — буркнул Эндрю, прекрасно зная, что брат его услышит.       Оставив реплику без ответа, Аарон продолжил:       — Будь тебе на самом деле плевать, ты бы относился к Натаниэлю совсем иначе. — И Ичиро снова кивнул. Элисон хмыкнула.       Вот же блять! И за что ему, Эндрю, два придурка, которые знали его как облупленного?       — Допустим. — Эндрю нажал кнопку на кофе-машине и повернулся к остальным лицом, скрестив руки на груди. — Допустим вы, Шерлок и Ватсон недоделанные, правы. — Ичиро и Аарон с победным видом переглянулись. — Но это не отменяет того, что между мной и Натаниэлем ничего и никогда не будет.       — А это ты так решил? — проговорила Элисон и отправила в рот виноградину.       — Нет, не я, — покачал головой Эндрю. — Судьба — злая сучка, которая постоянно подкидывает мне ублюдков, жаждущих выгоды или как-то нам испоганить жизнь. Сколько их было? Ичи, ты помнишь?       — Но это не значит, что и Натаниэль такой же. — Идиоты решили поиграть в сводников? Серьёзно? — Насчёт него же уже всё решили. — Ох, Аарон…       — Да он не влюбится боится, а что потом ему сделают больно, — вместо Эндрю ответила Элисон. Ну бабка Ванга, не иначе. — Он не предательства клана боится, а своего собственного.       Не зная, что ответить, Эндрю развернулся к кофеварке. Да и что тут скажешь, если они правы? Эндрю столько раз предавали, что пробовать открываться кому-то снова сложно. Он каждый раз давал шанс, надеясь на другой исход событий, но из отношений живым выходил лишь он. Может, сглаз, порча. Или судьба — действительно та ещй сучара, но в отношениях Эндрю никогда не везло от слова совсем.       — Ты бы хоть поговорил с ним нормально, — раздался голос Ичиро у него за спиной.       Вроде — обычная фраза, без двойного дна и скрытых смыслов, но она на Эндрю — словно на быка красная тряпка.       — Вместо того, чтобы советы раздавать, Ичи, лучше б своих отношениях разобрался.       Ичиро молчал. Пискнула кофе-машина, оповещая, что напиток готов. Эндрю взял его и повернулся. Садиться за островок он не спешил.       — Как можно разобраться в том, чего нет? — ответила Элисон.       — Отношения-то у вас, может, — я делаю акцент на слове может — у вас и фиктивные, но затевали вы это ради свадьбы. — Не можешь защищаться — нападай. Брак Ичиро и Элисон — часть работы, а лучше Эндрю будет обсуждать работу, чем свои дела сердечные.       — Кстати, да, — пришёл на помощь Аарон, который наверняка уже давненько прикупил себе костюмчик для банкета. — Когда вы нас порадуете сей замечательной новостью?       — Я готова хоть завтра, — ответила Элисон. — Чем быстрее поженимся, тем быстрее разведёмся.       Ичиро молчал, но его глаза говорили за него. Тоска и грусть. Ичиро не торопился жениться, на уговоры Кенго отвечал, что ему ещё рано, ходил на организованные им свидания чисто из уважения к отцу, но никогда по собственному желанию. Это Кенго хотел, чтобы Ичиро женился, и вот, когда до этого дошло, пусть и фиктивно, Кенго рядом не будет.       — Я позвоню в окружной секретариат и выбью лицензию, — вздохнул Ичиро. — Эндрю, на тебе поиск церкви.       Эндрю кивнул.       — А я? — спросил Аарон. — Мне что делать? Ресторан? Приглашения?       — Найди костюм для Натаниэля, — ответил Ичиро и потянулся за сигаретой.       — И всё? — нахмурился Аарон. — По вашему, мне нельзя доверить ничего серьёзного?       Эндрю бы с удовольствием отдал Аарону свою задачу, если учесть, что тот куда лучше общался с людьми, чем Эндрю. Но Аарон вряд ли смог бы оценить, сколько людей понадобится, чтобы обеспечить их безопасность, где и как лучше перекрыть дороги и комиссар полиции вряд ли стал бы с ним разговаривать. Поэтому Эндрю, взяв ноутбук, пошёл в малую гостиную, чтобы ему никто не мешал.       Через пару часов Ичиро пришёл к нему и сказал, что лицензия на брак у них есть. Обсудив всё, они сошлись на том, что свадьба должна состояться завтра.       Ближе к вечеру Эндрю и Ганси съездили в выбранную церковь. Небольшой храм, который не пользовался особой популярностью, не значился в туристических путеводителях и не имел очереди на бракосочетание. Обсудив детали и несколько раз напомнив священнику о том, что о церемонии трепаться нельзя, Эндрю и Ганси покинули церковь. Когда Эндрю уже почти выехал из города, ему пришло сообщение от Аарона, в котором тот писал, чтобы Эндрю заехал за костюмами. Выругавшись, Эндрю повернул обратно. В магазине, где они всегда заказывали костюмы, уже ждали четыре чехла с его фамилией на бирках. Интересно, сколько они отвалили за четыре костюма, да ещё и за срочность? Эндрю спрашивать не стал. Он пожелал Оливии хорошего вечера и, взяв костюмы, вышел.       Следующим утром Элисон, в сопровождении охраны, уехала из особняка. Ичиро сказал, что она приедет сразу в церковь вместе с родителями. Сказал и сразу закурил вторую сигарету. Эндрю не стал спрашивать, в порядке ли он, а сразу плеснул в стакан добрую порцию виски. Свадьба хоть и фиктивная, но волновался Ичиро, как перед настоящей. В голове Эндрю промелькнула мысль, что дело до развода может и не дойти. Только он пока не понял, радоваться этому или нет. К Элисон он относился… никак. Конечно, её прошлое в “Воронах” заставляло прислушиваться и приглядываться ко всему, но чутьё Эндрю не вопило КАРУЛ ОНА КРЫСА. Сделка с Элисон была полезна клану, их дальнейшему развитию. Бизнес Рейнольдсев откроет им новые двери и расширит империю. С этим бы поспорил только идиот. После свадьбы Элисон встанет во главе семейного дела, а потом передаст его Ичиро, своему самому заботливому мужу, который не хочет, чтобы его ненаглядная жена работала, а только тратила его денежки на всяких курортах и дорогих бутиках. А потом случится “не сошлись характерами” и — развод, которые ещё пару месяцев будут обсуждать все, кому не лень. Элисон получит не только кругленькую сумму, акции компании, но ещё и Рико. Прекрасный план, в результате которого обе стороны в выигрыше.       Оставив Ичиро собираться, Эндрю пошёл к себе, чтобы принять душ и переодеться в костюм. Слава богу, Аарон не стал извращаться, а заказал для них всех похожие чёрные костюмы. Единственное, что у них отличалось, — цвет галстука. Эндрю достался тёмно-синий.       Переодевшись, он спустился в холл. Через пару минут пришли и остальные. Ичиро в таком же чёрном костюме, как и у них, с белой рубашкой и тёмно-красным галстуком. Аарон же — с тёмно-серым галстуком с какими-то психоделическими серебристыми узорами. Гармонично и достаточно торжественно. Ну, для людей, которые сутки назад и не думали ни о какой свадьбе. А вот Натаниэля за его внешний вид хотелось прибить. И, судя по недовольным цоканьям языками, Аарону и Ичиро тоже.       — Где костюмчик потерял? — нахмурился Аарон.       — Я в нём не поеду, — отозвался Натаниэль и сунул руки в карманы серой толстовки. — И вообще, я могу и тут остаться.       — Хренасдва! — возразил Аарон. — Ты вообще знаешь, чего мне стоило, достать твой костюм?       — Не волнует, — буркнул Натаниэль и отвернулся.       Ещё секунда, и Аарон бы точно запустил ему в голову ботинком.       — Хватит вести себя как ребёнок, — сказал Эндрю.       — Это я-то веду себя как ребёнок? — фыркнул Веснински. — Кто бы…       — Так! — громко перебил его Ичиро. — Натаниэль, бегом переодеваться. Не заставляй тебя связывать и переодевать насильно. Эндрю, помоги ему.       — Я? — выгнул брови Эндрю. — С хрена ли?       — С того, что Аарон его точно пизданёт чем-нибудь тяжёлым. Бегом. У вас пять минут.       Эндрю понял, что с Ичиро лучше не спорить, и вздохнув, последовал за Натаниэлем.       В гостевой комнате, где Веснински жил, на кровати лежал чёрный костюм с изумрудного цвета галстуком. Не было похоже, что Натаниэль его вообще надевал.       — Уходи, я сам справлюсь, — пробурчал Натаниэль, обернувшись через плечо.       — Сам ты будешь справляться до второго пришествия, — ответил Эндрю. Он обошёл Натаниэля, взял с кровати костюм и сунул ему в руки. — Надевай.       Натаниэль сжал челюсти и посмотрел на Эндрю так, будто он заставлял его идти голым.       — Хорош выделываться. Нам обоим будет лучше, если ты просто переоденешься.       — Мне будет лучше, если я никуда не поеду.       — Из-за меня? — ухмыльнулся Эндрю. — Или боишься, что начнёшь шипеть, когда войдёшь в церковь?       — Меня от тебя тошнит, — процедил Натаниэль, вырвав из рук Эндрю одежду.       — Так я тебе и поверил.       — Да плевать, веришь ты или нет. Отшил меня, а теперь делаешь вид, будто ничего не было.       — Я тебе ничего не обещал, — Эзра сунул руки в карманы штанов.       — Но ничего и не объяснил. Зачем вообще ты ко мне подкатывал?       — А что я должен был тебе объяснить? Что я не собирался мутить с тобой, потому что меня обычно используют в своих целях, а потом я их убиваю? Что я подкатывал к тебе только, чтобы ты начал мне доверять? Это ты хотел, чтобы я тебе объяснил? — Натаниэль смотрел на Эндрю широко распахнутыми голубыми глазами. — Меня предавали. Использовали. Думали, я полный идиот. А я за это вспарывал им брюхо и пускал пули в голову. — Лицо Натаниэля — в паре сантиметрах. Эндрю услышал, как тот шумно сглотнул. — Хочешь, чтобы тебя постигла та же участь, м? Малыш Натаниэль.       — Я тебя не предам, — сдавленно выдохнул Натаниэль.       Эндрю усмехнулся и провёл языком по своим губам. Натаниэл проследил за этим шестом.       — Давай мы не будем это проверять. Не хочу терять ценную инвестицию.       И, проведя носом по носу Натаниэля, Эндрю отвернулся.       — Мне кажется, ты не предательства боишься. А того, что ты влюбишься, а я сделаю тебе больно.       Кто-то явно переобщался с Элисон и Аароном…       — Думай, что хочешь, — ответил Эндрю, обернувшись через плечо. — Но между нами ничего никогда не будет. Иди переодевайся.       Закусив нижнюю губу, Натаниэль взял вещи и скрылся в ванной. Эндрю потёр лицо ладонью, тяжело вздохнув. Вот жил себе спокойно, работал, и надо же — свалилось ему на голову голубоглазое чудо, решившее залезть в самую душу. Дверь туда — с надписью “не влезай убьёт”, а Натаниэлю — всё равно. Ни чувства самосохранения, ни здравого смысла. А Эндрю как будто — нравится.       Когда они, наконец, спустились в холл, Ичиро и Аарон многозначительно переглянулись, но им хватило ума ничего не говорить. Взяв верхнюю одежду, они вышли из дома. Их уже ждали несколько машин охраны, чтобы сопроводить в церковь. Поздоровавшись с Микки, который курил, прислонившись к капоту, парни залезли в машину. Примерно через час кортеж припарковался у небольшой церквушки. Тут уже стояли несколько чёрных автомобилей, Рич, Большой Сэл, Ганси и Диклан.       — Только гляньте на себя! — присвистнул Диклан, на носу которого, несмотря на чёрный костюм, красовались неизменные очки с золотыми стёклами. — Какие красавчики! Ичиро, поздравляю, — он энергично потряс руку Ичиро и хлопнул его по плечу. — Ты стал таким взрослым. А чего Натаниэль такой хмурый?       — Какашку съел, — ответил Эндрю. Ну не мог он удержаться от комментария.       — Мог бы хоть раз не быть таким гандоном, Малыш, — покачал головой Диклан. — Твой брат сегодня женится. Хоть на этот день оставь свои тупые шуточки.       — Как будто в последний раз, — закатил глаза Эндрю.       — Надеюсь…       — Давайте уже зайдём внутрь, — перебил Диклана Ичиро. — Может хоть перед лицом Господа вы, идиоты, будете вести нормально.       Эндрю бы ответил, что Господь уже давно забил на них, а если бы ему было не всё равно, точно бы поджарил молнией за все их делишки, но Ичиро сегодня и так был слишком нервным. Нечего ещё сильнее усугублять ситуацию.       Внутри небольшого храма уже ждал священник. Ему явно было не по себе от такого количества охраны, расставленной вдоль стен и у дверей, но он выдавил из себя улыбку в ответ на приветствие Ичиро. Эндрю, Аарон и Натаниэль встали позади Ичиро, как и положено шаферам. Диклан занял место на скамье в первом ряду. Вскоре в церковь вошли Ричард и Виктория. Ичиро спустился к ним, чтобы обменяться с новыми родственничками любезностями. Оба светились гордостью, но явно не за дочь, которая выходила замуж, а за то, что она выходила за Морияма. Эндрю аж перекосило на секунду.       Когда двери церкви открылись в следующий раз, Диклан, Ричард и Виктория встали и обернулись на Элисон, которая шагала по проходу в длинном белом платье. Эндрю бы не назвал его вычурным и слишком нарядным, но даже у него на секунду спёрло дыхание. Юбка в высоким разрезом аж до середины бедра, один рукав из белой сетки, второй — из прозрачной, вышитый серебристыми узорами на ключице и запястье. Светлые волосы Элисон были собраны в высокую прическу. В руках — букет красных цветов. Под цвет галстука Ичиро. Пока она шагала к алтарю, Эндрю посмотрел на Ичиро. Тот стоял, буквально затаив дыхание, и не отрывала взгляда от будущей жены. Эндрю чуть приблизился к нему и прошептал:       — Рот закрой.       Элисон остановилась напротив Ичиро, и священник завёл стандартную речь про двух любящих сердец, решивших соединить свою судьбу перед лицом Господа, про болезнь и здравие, горе и радость. Ичиро и Элисон произнесли короткие клятвы, которые заставили Викторию всплакнуть, обменялись кольцами, священник объявил их мужем и женой и сказал поцеловаться. Если бы не Эндрю не знал, что всё это — показуха, он бы поверил в искренность происходящего. Не по словам, а по взглядам, голосу, которым Элисон и Ичиро произносили свои клятвы. Что ж, тут Эндрю мог только пожелать удачи. Им обоим.       После церемонии и поздравлений, они вышли на улицу и сразу закурили. По плану, они должны были поехать дальше в ресторан, чтобы чисто случайно попасть в объективы камер и разнести новость о свадьбе. Ганси давал указания, Диклан болтал с Ричардом и Аароном, Виктория что-то говорила Ичиро и Элисон, лучезарно ей улыбающимся. Натаниэль стоял чуть в стороне и курил. Вздохнув, Эндрю уже хотел пойти к нему, чтобы извиниться за своё мудацкое поведение. Почему-то желание попытаться всё исправить возникло во время церемонии. Видимо, на него так церковь повлияла, куда Эндрю зарёкся больше никогда не ходить. Он сделал шаг и заметил краем глаза несущийся на полной скорости чёрный автомобиль.       Раздался громкий выстрел и женский вскрик.