Ich liebe dich

Так прошла неделя. Анастасия оказалась довольно ценным работником и свои обязанности выполняла на ура. Более того, с ней было легко разговаривать почти на любую тему. И вот очередной рабочий день, всё как всегда. Ну или почти всё. Во-первых, за неделю между Михаэлем и Настей установились дружеские отношения. Первое время Анастасия продолжала, конечно, обращайтесь к нему на «вы», но после пары замечаний перестала. А во-вторых, сегодня всё предприятие было занято в приготовлениях к празднику: 9 Мая. Сегодня погода была достаточно теплой, если не жаркой, птицы всё также по весеннему пели (что порой раздражало Штока), в воздухе витал праздник и весна. Штокхаузен спешил на работу. Нет, не потому что он ее настолько любил, а потому что проспал. Да, один из гениев великого СССР проспал на работу. Всё дело в том, что утром, когда сработал будильник, Михаэль подумал, что поваляется еще пять минуточек и встанет. Но как это всегда бывает, он заснул и пять минуточек превратились в 25. Его разбудил звонок Сеченова, академик был крайне не доволен, когда узнал, что Шток еще даже не вставал. Выговор Штокхаузену был обеспечен. Сломя голову, он наспех сделал все утренние дела, оделся и помчался на работу. Да, он был предан своей работе, но скорости его действиям придавали слова Дмитрия Сергеевича о том, что для него (Штока), Воробьевой и П-3 будет особое задание. Что это за задание, академик не сообщил, но приказал явиться побыстрее. В принципе, Шток мог бы и за 5 минут «долететь», но на улице было очень людно даже несмотря на раннее время. Приходилось пробираться через толпу. На улице в преддверии праздника играла музыка. Сейчас, например, была песня " Звездное лето» Пугачевой. Но Михаэль не обращал ни на что внимание, он торопился. Через 10 минут он был в Челомее. Быстрым шагом дойдя до лифта, Штокхаузен прибыл на нужный этаж. Открыв мощные двери, Михаэль вошел в кабинет своего начальника, где его тут же встретили близняшки —Пропустите, —приказал Сеченов своим телохранительницам, и они расступились. Шток прошел. Как оказалось, в кабинете уже стояли и П-3, и Анастасия. Штокхаузен не удержался от вопроса —Они уже здесь? , —вопросительно посмотрел на Сеченова Шток —В отличие от тебя, Михаэль, да, они уже здесь. Нечаев и Воробьёва прибыли ко мне в кабинет уже через минуту после моего звонка, так как были уже на работе. И, Анастасия Воробьёва, я восхищён вашей пунктуальностью, —обратился он уже к Воробьевой. Шток хмыкнул и встал к остальным. Нечаев с победой в глазах посмотрел на Михаэля, Настя приветливо улыбнулась и кивнула в знак приветствия. Дмитрий Сергеевич продолжил —Итак, для вас троих есть задание. К нам поступила информация о сбое в работе роботов в театре Майи Плисецкой и в Вавилове. Вам нужно это проверить. П-3 отправиться в Вавилов, а Штокхаузен и Воробьёва в театр. Если у роботов сбой, то сообщаете мне немедленно. Всё ясно? —Сеченов строгим взглядом осмотрел присутствующих. Никто не смел возразить. Академик подытожил свои слова —Если возражений нет, то… Левая, Правая, выдайте Михаэлю и Товарищу Нечаеву ключи активации автомобиля Турбина, —приказал он близняшки-балеринам. Ключи активации были выданы и вся компания вышла из кабинета учёного, а затем и из Челомея. Нечаев сел в свой автомобиль и вылетел на место назначения. То же сделали и Шток с Воробьевой. Михаэль сел на водительское сиденье, а Анастасия рядом, на соседнее. Машина взлетела. Летели коллеги молча. Никто не знает почему. Просто мысли каждого были заняты разными вещами. И вот они прибыли на место назначения, в театр Майи Плисецкой. Сначала вышел Шток, а потом и Воробьёва. Вокруг было безлюдно, что выглядело подозрительно. Коллеги вошли внутрь. Внутри было пусто. Ну то есть вообще пусто. Не было ни людей, ни роботов. Всё было чисто. Однако Штокхаузен и Анастасия решили проверить еще немного. Зря, лучше бы пошли домой. Пройдя чуть дальше, они увидели......