Тот самый перекрёсток

- Ты попался, Кулак! Не вздумай рыпаться! - Бо Берджес пошарил на боку. Никакой кобуры он там не обнаружил и увяз толстыми пальцами в густом синтетическом меху. В костюме кота Берджес напоминал скорее чёрта, который пожаловал по мою душу прямиком из преисподней. Мой же револьвер давно валяется разряженный и укутанный кучей тряпья в шарабане. - Что за дребедень, Бо?! - возмутился я. - Отныне я честный человек, а кто старое помянет… - Я было и впрямь поверил тебе, Рэнди! - Бо с досадой наморщил нос-картофелину. - Впервые в жизни поверил бандиту… - Но-но-но, - прервал я, покосившись на Мери. - Бывшего бандита. Быв-ше-го! - Рэнди, - тихо позвал Мери. - Погодите, молодой человек! - запальчиво перебил Берджес. – Скажи-ка мне, Кулак, не ты ли чинил теплицы у старика Джоуэла вчерашним вечером, - он выставил перед собой лапу-варежку с бархатными подушечками и когтями из зубочисток. Миссис Берджес, к слову, постаралась с нарядом на совесть. Она стояла чуть поодаль в окружении благовоспитанных матрон в остроконечных шляпах и с накладными ведьминскими носами-крючками и бросала на мужа свирепые взгляды. Но Берджес в запале ничего не замечал. Верно говорят: фараон уходит на пенсию только в могиле. - Ну я, - подтвердил я, не понимая, к чему он клонит. - После твоего ухода старик обнаружил пропажу своих драгоценных роз сорта "Жемчуг", очень и очень дорогих. Кто-то срезал их все до единой под самый корешок, - Берджес победоносно ухмыльнулся. - Поверьте, мистер, Рэнди совершенно не причём! - Мери вырос между мной и Бо. Крупные красные цветы колыхались вокруг его головы. - Никаких роз при нём вчера не было, мисс Аделия подтвердит. Он заозирался в поисках мисс, но уже смеркалось, а в толчее чертей, призраков, фей и вурдалаков разглядеть кого-либо оказалось невозможно. - Послушайте, мистер… - Берджес сделал паузу и с подозрением оглядел венок Мери. - Мерлин Лэсси, - подсказал тот и гордо вскинул подбородок. Я только глаза вытаращил. Вы поглядите-ка на него - Мерлин! Да разве кто-то называет детей такими именами?! Видать, фантазия у Блохи разыгралась ни на шутку, либо он перечитал сказок о короле Артуре, либо просто рехнулся. Ну Мери! Этот паренёк не перестаёт меня удивлять, хоть ты тресни. Мы путешествуем бок о бок на протяжении месяца, и Мери – просто сундук с сюрпризами, вы уж мне поверьте. Он может проливать слёзы над мёртвой куропаткой, но делается беспощадным, если в лавке у него на глазах обсчитывают многодетную мать. - Мистер Лэсси, я вам вот что скажу, - Берджес неуклюже почесал затылок. В шерсти ему явно было неуютно. - Эти самые жемчужные розы - жуть какая редкость, а покупателя, говорят, найти несложно, особенно, если задаться целью, - он мрачно на меня воззрился. - Не задавался я никакой целью! – огрызнулся я. Дьявол разбери чёртову деревню! И зачем только мы зависли здесь до Хэллоуина! В глубине души я прекрасно знал, в чём причина. Я привык во всём потакать Мери, да и как иначе, если он чудо во плоти, а мне выпало счастье его сопровождать. - Кулак, ты узнавал по поводу заработка, - напомнил Берджес. - Честного заработка, - уточнил я без особой надежды его переубедить. Ясное дело, фараону ничего не докажешь. Берджес не худший представитель профессии, но моя репутация говорит за себя. - Лучше признавайся, Кулак! – напирал Берджес. - Розы - невеликое преступление после твоих выходок в банде. Я вообразил себя опять за решёткой и окончательно сник. Меня не столько страшил новый срок, как расставание с Мери и то, как сильно я его разочарую. Эх, зря я сразу не поведал о своих грехах. Теперь-то Мери точно от меня отвернётся. - Мистер Берджес, уверяю вас, Рэнди невиновен! - настаивал Мери. - Он один из лучших людей из всех, кого я знаю! И он никогда бы так подло не поступил с мистером Джоуэлом! - голос его зазвенел. Сердце моё разрывалось, я бы дорого отдал, чтобы услышать эти слова раньше. Берджес, казалось, поразился горячности моего защитника. Я же залюбовался Мери. В алом плаще и цветами в длинных блестящих волосах он напоминал духа или эльфа, недостижимого и прекрасного. - Мистер Лэсси, - вкрадчиво начал Берджес. - Понятия не имею, откуда вы знаете Стального Кулака, но, уверен, его подноготная вам неизвестна… Он панибратски ухватил меня под локоть, а Мери поманил за собой. Мы втроём обогнули площадь и уселись на скамью подальше от смеха, криков и музыки. Девицы с рогами и длинными хвостами кружились со скелетами и зомби. Огонь в открытой жаровне отплясывал в такт. Дети в самых невообразимых одеяниях шныряли между танцующими. - Сладость или гадость?! - пищали они. Я чувствовал себя выброшенной на берег рыбиной - нормальная жизнь кипела так близко, но мне в ней места нет. Берджес сверлил меня тяжёлым взглядом, наверняка, предполагал, что я дам дёру. Прежде я так бы и поступил, но не сейчас. Уж лучше проведу с Мери последние минуты на свободе. Сколько раз меня могли пристрелить, как собаку, пырнуть ножом или вздёрнуть на виселице при всём честно́м народе. Но даже тогда я не испытывал такого оглушительного отчаяния, которое накатило на меня в тот момент, когда Бо Берджес, фараон в отставке, излагал Мери мою биографию во всех неприглядных подробностях. Я стянул с головы глупую шапку с усиками и уставился под ноги. Мери смастерил мне костюм шмеля, а потому свитер на мне был в чёрно-жёлтую полоску. Почти как у арестантов. Я старался не слушать монотонную речь Бо и размышлял, как меня угораздило вляпаться в дерьмо, хотя ничто того не предвещало. После отъезда из родного городишки Мери, мы долго не могли составить маршрут. Мери смущался порушить мои планы, я же не решался признаться, что планов у меня нет. Однажды вечером я объявил, что мне совершенно плевать, куда ехать, и расстелил на траве карту. Мери задумался и закусил губу. Хорошенько пораскинув мозгами, он предложил направиться в Теннеси, а там уж определиться с колледжем. «Далеко не везде будут рады обучать индейца, - объяснил он. – А потому выберу из доступного». Я не сразу понял, что он имеет ввиду, ведь усерднее Мери не занимается никто на свете. Периодически он читает и пишет дни и ночи напролет даже в подпрыгивающем на кочках шарабане. Я не хочу давить, но иногда чуть ни силком выволакиваю Мери на прогулку, чему он противится, но позже обязательно благодарит. «Что бы я делал без тебя, Рэнди!» - восклицает Мери. И на душе у меня теплеет. К сожалению, предрассудки в нашем обществе неискоренимы, а потому некоторые наглецы таращатся на Мери как на диковинного зверька. Один гнусный мужлан спросил, не продам ли я ему красавчика-служку. Если бы не Мери, который буквально повис на мне, клянусь, нахал остался бы без зубов. Что ж, если какое-нибудь из хвалёных учебных заведений откажет Мери, им же хуже! Не сомневаюсь, впереди у него великие дела, и всё задуманное он непременно совершит. Такой уж у него характер - редкое сочетание мягкости и упорства. По правде говоря, я надеялся, что моя спонтанная симпатия стремительно и угаснет. Но тут я крупно просчитался. С каждым днём я влюбляюсь в Мери только сильнее, хотя специально он ничего для этого не делает. Итак, мы следовали по бездорожью от одного захудалого поселения до другого. Посёлки попадались все паршивее, дороги - ухабистее. Дошло до того, что Оливия глядела на меня с нескрываемым укором. Оливия - моя кляча по кличке Шельма. Но Мери её переименовал. Он страсть как привязался к лошади и невероятно её разбаловал: чистит через день, кормит сахаром и тянучками, вычёсывает. Лично я считаю, что кляча с её-то дурным норовом почтительного отношения не заслуживает, но Мери другого мнения, и спорить с ним я не мастак. Когда он прижимается к лошадиной морде лбом и целует в нос, я и сам не прочь оказаться на месте Оливии, будь она неладна. Надо сказать, что с того поцелуя, который получился по чистой случайности, ничего подобного между нами не происходило. И причина не в том, что я не хочу. Напротив, я желаю этого всей душой, и никакие сокровища мне даром не нужны, если Мери ласково мне улыбается. Он может болтать с фермерами про урожай пшеницы, или задумчиво чертить что-то на земле пальцами ног, или жевать бутерброд с ветчиной, или заплетать гриву Оливии в хитрые косицы, или гадать на костях, или стрелять из рогатки, тренируя меткость, я же наблюдаю за ним, и ощущаю спокойствие, какое испытывал разве что в отчем доме, много лет тому назад. Встреча с Мери повлияла на меня крайне благотворно, и я на полном серьёзе решил завязать с разбоями и прочим безобразием, но благие намерения имели и весьма обременительную сторону. Приличных денег праведным способом не заработаешь. Вот и брались мы за всё, что умели, чтобы перехватить доллар-другой. Мери отнюдь не белоручка и привык вкалывать по хозяйству от зари до зари, но я пытаюсь всячески его оградить от ручного труда и оставить побольше времени для учёбы. Живописная деревушка на холме выгодно отличалась от своих предшественниц: аккуратные домики, чистые улицы, приветливые жители. Мы планировали провести здесь пару ночей и, если повезёт, подзаработать. Пока я узнавал по поводу гостиницы, Мери разговорился на улице с вертлявой девицей. Та оказалась дочкой мирового судьи и предложила остановиться в гостевом доме её отца за умеренную плату, что выходило дешевле, а потому я не имел ничего против. Мери отправился обустраиваться, я же пошёл справиться в лавке, не требуется ли кому работник. Зазвонили колокола, из белоснежной церкви мне наперерез высыпали чинные люди: джентльмены в крахмальных сорочках, под руку с дамами в воскресных платьях и шляпках. - Кого я вижу! - окликнул меня коренастый пожилой здоровяк, в котором я без труда узнал Бо Берджеса. - Стальной Кулак собственной персоной! Бо располнел, но был ещё бодр и крепок. И, к несчастью, злопамятен. - Моё имя - Рэнди, - поправил я и подошёл поздороваться. В конце концов, своё я отсидел и могу общаться с Берджесом наравне. Хотя он, очевидно, полагал иначе. Мы познакомились в Бирмингеме при весьма сумбурных обстоятельствах. Бо был одним из тех, кто плотно присел на хвост нашей банде, а двоих-таки упёк за решётку. У меня к Берджесу, впрочем, претензий не имелось. Он делал свою работу и всегда поступал по совести. Бо представил мне миссис Берджес, сказал, что уже год, как ушёл со службы и переехал поближе к внукам. Мы немного поговорили о том, о сём, а напоследок я побожился, что с тёмным прошлым покончено, и волноваться ему не стоит. - Смотри у меня, Кулак! - предупредил Берджес. - При оказии я сам повяжу тебя и отправлю под суд. - Подскажите лучше, не пригодится ли где рукастый парень вроде меня? - ухмыльнулся я. Бо посоветовал обратиться к пастору: при церкви, мол, помощь не бывает лишней. Вечером Мери начал упрашивать меня задержаться в деревне подольше. - На главной улице пройдёт маскарад в честь Дня всех святых. Мисс Аделия с друзьями готовят костюмы и взяли на себя украшение. Мне бы очень хотелось поучаствовать, - Мери вопросительно склонил голову к плечу. - Даже не знаю, - заколебался я. Мы примерно рассчитали дни, где и когда будет проходить наш путь и старались следовать графику. - Это может быть накладно, - начал я. - Ты прав, Рэнди, - поспешно согласился Мери. - Прости, я - ужасный эгоист! - он кивнул, но заметно опечалился. - Но ничего страшного не случится, - стал рассуждать вслух я. - Наверстаем на поезде... Я прикинул, что по железной дороге наша поездка прилично подсократится, да и надо ли её сокращать? - Пожалуй, мы сможем остаться, - торжественно провозгласил я . - Ох, Рэнди! – Мери захлопал в ладоши, ринулся вперёд, но застыл в паре футов от меня, как вкопанный. - Спасибо! - он покраснел и потупился. Видать, от меня здорово разило краской – весь день я шпатлевал и красил задание приходской школы. - Пойду умоюсь, - сказал я, ещё не подозревая, как сильно пожалею о своём решении. На следующий день к мисс Аделии нагрянули подруги и белобрысый тощий парень, похожий на призрака. Они заполонили беседку, галдели, спорили и хохотали так, что у меня заложило уши. Я поскорее начал собираться по делам, благо работы в деревне нашлось немало. Уже в дверях я столкнулся с Мери, который намылился подметать двор какому-то прощелыге, чему я категорически воспротивился. - Готовься к Хэллоину, а я уж как-нибудь нас прокормлю, - заявил я. - Ты уверен, Рэнди? – озабоченно уточнил Мери. - Не сомневайся! – я ободряюще улыбнулся. - Но на праздник пойдём вместе, - Мери выстрелил в меня указательным пальцем и вприпрыжку побежал к остальным. Хэллоуин приближался. Мери со своими новыми приятелями что-то вырезал, клеил, рисовал и раскрашивал. Оставшееся время он просиживал в библиотеке или дома с толстой книгой и карандашом. Я тоже не сидел без дела. Пастор свёл меня со своим приятелем бакалейщиком, тот искал умельца – соорудить навес для повозки и подлатать сарай. Как-то в обед у закусочной я внезапно наткнулся на Мери. - Что ты тут делаешь? – спросил я. - Мою посуду, - невозмутимо ответил он. - Не одному же тебе горбатиться, Рэнди! Он хлопнул меня по плечу и помахал рукой мисс Аделии, которая уже крутилась на другой стороне дороги и жеманно смеялась. Увидев Мери, мисс вертихвостка зарделась. - Не нужно было, я же сказал, - процедил я, наблюдая, как Аделия заправляет завитой локон за ухо. - Знаю, что сказал, Рэнди, - кивнул Мери. - Но так не пойдёт! Ты засыпаешь без задних ног, а вчера мы и словечком не перемолвились… - он закусил нижнюю губу и принялся ковырять мыском землю. - Мери, ты идёшь? – окликнула мисс Аделия. Возле неё маячили товарки и белобрысый, имена которых я никак не мог запомнить. - Тебя зовут, - я недружелюбно зыркнул на компанию. - Да, - Мери словно хотел сказать что-то ещё, но передумал. – До вечера! Я смотрел, как он перебегает дорогу и как ликующе его встречают. И как Мери уходит прочь, живо обсуждая что-то в окружении цветущей молодёжи. Я почувствовал себя стариком. Конечно, Мери гораздо интереснее с ровесниками, благополучными и беспечными. Я же не могу предложить ему ничего, кроме себя и своей преданности. *** Вернулся я поздно, перекинулся парой слов с хмурым судьей, который мне гораздо симпатичнее его дочери, умылся и лёг в постель. С улицы доносились голоса Мери и мисс Аделии. Они курлыкали, как голуби. Я старался не слушать и гнал печальные мысли. Хэллоуин завтра, но вдруг Мери не захочется уезжать? Он никогда бы не запрыгнул в мой шарабан, будь у него хоть какая-нибудь альтернатива. Мисс Аделия явно неровно дышит к Мери, а ему хорошо с новыми друзьями... Думать дальше у меня не хватало выдержки, да силы за день кончились. Едва я прикрыл глаза, входная дверь скрипнула, Мери просочился в комнату. Сквозь полусомкнутые веки, я наблюдал, как он быстро раздевается, скручивает волосы и перекидывает их через плечо. - Рэнди, ты спишь? – шёпотом спросил он. Я затаил дыхание и подавил желание ответить. - Ну вот… - обречённо вздохнул Мери. Судя по звукам он взбил подушку и упал на кровать. Постепенно меня сморило. Мне приснилось, как Мери сказал, что я - болван, а потом громко заржал в ухо... Я мигом проснулся, кругом стояла кромешная тьма, из распахнутого окна торчала лошадиная морда, Мери гладил Оливию по голове и шептал ей что-то успокоительное. - Мери! - окликнул я. - Какого чёрта ты там делаешь? Мери обернулся, глаза его сверкнули, как у камышового кота. - На улице кто-то есть, - забормотал он. - Это ачери! Или вендиго! Хотят наказать меня за то, что не уважаю предков и не чту обычаев! Они могут вселиться в лошадь... - Помедленнее, Мери, не части, - попросил я. - Постараюсь. То и дело сбиваясь, он объяснил, что проснулся от лошадиного истошного ржания и услышал шорох - кто-то крался по двору. Мери открыл окно, у которого паслась Оливия, и решил постеречь лошадь, чтобы духи её не тронули. - Кому ещё разгуливать по ночами, как не духам накануне Дня всех святых, - наивно заключил Мери. Несмотря на цепкий ум и тягу к наукам в некоторых вопросах Мери очень суеверен. В детстве его напичкали россказнями о демонических существах, которых он боится до умопомрачения и по сей день. - Ну и дичь! - я облокотился на локоть. - Никаких духов не существует... - Тогда что это? - сердито спросил Мери. Словно в подтверждение его слов под потолком бахнуло, будто кинули литой бильярдный шар - Кошки или... птица залетела на чердак и бьётся, - неуверенно предположил я. - Пойду посмотрю, - я откинул одеяло и свесил ноги вниз. - Не надо, Рэнди, - Мери в два прыжка преодолел расстояние от окна и накрепко вцепился в мою руку. - Ты и понятия не имеешь, какие это коварные чудища! Они способны обратиться кем угодно и заговорить тебе зубы! - Встречал и похуже, - я усмехнулся. До алчных головорезов из «Пороховой бочки» любому злобному индейскому духу пахать и пахать. - Не ходи, Рэнди - взмолился Мери, не отпуская моей руки и искоса посматривая на лошадь. Он примостился на краю матраса, всклокоченные волосы стояли дыбом, губы дрожали. Мы напряжённо прислушивались несколько минут, но было тихо, только лошадь всхрапывала и громко пыхтела. Мне очень хотелось спать, но Мери трясся, как в лихорадке, и в таком состоянии, конечно, не угомонится, а праздник, ради которого всё и затевалось, пойдёт насмарку. - И чем же опасны эти ваши духи? - спросил я. К такой хитрости я уже прибегал и на самом деле в ней не было абсолютно ничего хитрого. Когда Мери заводит лекцию и обстоятельно меня просвещает, он успокаивается и расслабляется. - Вендиго – всепожирающее зло, - неуверенно начал Мери. - Лучше приляг, - я мягко толкнул его на подушку. - Так удобнее. Мери послушно устроился у стены и потянул меня за руку. - И ты ложись, Рэнди. С тобой я не буду бояться, - попросил он. - И Оливия не будет, - он задрал голову и проверил лошадь. Я лег так, чтобы лицо Мери оказалось напротив моего, подложил ладонь под щёку и сказал, что и кляче не помешает узнать о потусторонних силах. - Вендиго может превратить любого человека в ещё бо́льшее зло – Муниту… - увлечённо заговорил Мери. Жестокие предания из его уст звучали как нежная колыбельная, но я держался, пока Мери не умолк, а дыхание его не выровнялось... Проснулся я от того, что шелковистые волосы щекотали мой нос, а Мери сладко посапывал, уютно привалившись щекой к моему плечу. После той ночи ни мисс Аделия, ни её товарки, ни белобрысый тип нисколько меня не раздражали. Вместе мы с полпинка украсили улицу бумажными растяжками в виде пауков и привидений, огоньками-гирляндами, фонариками-тыквами и цветными флажками. Я старался быть обходительным, следил за языком и даже повеселил всех байками о том, как охотился на скунса. Покончив с украшением, мы приняли предложение одной из подруг мисс Аделии перекусить у неё в саду. Мы ели сэндвичи, обсуждали предстоящий Хэллоуин, и я впервые не казался себе чужим среди этих беззаботных молодых людей. Позже мы с Мери отправились переодеться к маскараду, а перед уходом я щедро угостил Оливию песочным печеньем. Но как только мы ступили на главную улицу, меня подловил Берджес с таким видом, словно раскрыл преступление века. Мери не перебивал, но едва Бо закончил, выпалил: - Рэнди уже сказал, повторю и я: всё это в прошлом, мистер Берджес, - не похоже было, чтобы повествование бывшего фараона его смутило. Наоборот, выглядел Мери решительно и даже воинственно. – Прошу, подождите всего десять минут, я отыщу мисс Аделию. Не дожидаясь ответа, Мери кинулся в пёструю гущу ряженых. - Обзавёлся адвокатом, Рэнди? – хмыкнул Берджес. – Откуда ты выдрал этого индейчика и кто он тебе? - Мери – индеец лишь наполовину, - отрезал я. – Сын старого знакомого, я везу его в колледж. - Уж не Блохи ли? – сходу угадал Бо. – Слыхал, он взял в жёны красотку из чероки. А парнишка, значит, хочет получить образование... Мда, нелегко ему придётся, - он сочувственно поцокал языком. - Мери даст фору многим, а способностей ему не занимать, - разозлился я. Я собрался разразиться гневной тирадой, но из-за лотка с карамельными яблоками выскочили Мери и мисс Аделия в костюме красной шапочки. Позади них семенил старик Джоуэл в высоком цилиндре, рядом - белобрысый, по бокам головы которого висели слоновьи уши, хобот же уныло болтался на подбородке. В хвосте процессии пристроились многочисленные товарки мисс в костюмах русалок, пастушек и принцесс. - Мистер Берджес, произошло недоразумение! – заверещала мисс Аделия. – Майк готовил сюрприз... - Мой внук - недоумок! – бесцеремонно вклинился старик Джоуэл. - Как ты мог обворовать родного деда!.. - Дедушка, ты никогда бы не позволил! - взвился белобрысый. – Свои розы ты любишь гораздо больше людей! А Аделия без ума от цветов и заслуживает самого лучшего! Он взглянул на мисс полным обожания взглядом. - Мог бы просто спросить! – рявкнул старик. - Ты бы отказал! – Майк топнул ногой, обутой в слоновье копыто. - И почему тебе понадобились именно жемчужные? – запричитал Джоуэл. - Розы расцветут заново, - с неприязнью отозвался Майк. - По случаю предложения руки и сердца я должен был преподнести Аделии нечто особенное, - он опустился на колено и извлёк из-за пазухи изрядно помятый, но пышный букет мелких бледных розочек, стебли которых были перевязаны атласной лентой. - Я согласна! – взвизгнула в восторге Аделия. Она кинулась Майку на шею, её подруги заголосили, как хор голодных кошек по весне. Начались объятья, поздравления, ахи и вздохи. Старик Джоуэл промокнул глаза огромным носовым платком и принялся благословлять молодых. И всё это под улюлюканье, вой и дудение губной гармошки снующей вокруг ребятни. - Рэнди, Мери, я, вероятно, здорово вас напугал, - Майк поднялся с колен. - С крыши гостевого дома я следил, пока дедушка уйдёт из теплицы, оттуда открывается отличный вид. - Без проблем, - растерянно отозвался я, ещё не до конца понимая, чем проделка Майка в итоге обернётся для меня. - Раз всё прояснилось, мы можем идти, мистер Берджес? - Мери взял меня за руку. Бо озадаченно пялился то на свежеиспечённых жениха и невесту, то на растроганного старика, то на нас с Мери. - Ну, Кулак, - он пришёл в себя и погрозил лапой. - Сейчас ты отделался, но на будущее… - Его зовут Рэнди, мистер Берджес! - Мери улыбнулся и прильнул ко мне. – И, знаете, любой самый отъявленный негодяй заслуживает шанс на исправление! Идём, Рэнди. Я отсалютовал двумя пальцами, натянул шапку с усиками и последовал за Мери в круг хохочущей нечисти. - Я не был самым отъявленным, - тихо сказал я, позволяя вовлечь себя в хоровод. - Знаю, Рэнди, - Мери кивнул. - Я сказал для красного словца, прости. - Но это же надо - грабануть своего же деда! – вспомнил я. - Не суди, Рэнди! – Мери подмигнул. – Каждый имеет шанс на исправление, - повторил он и плутовато улыбнулся. Чуть погодя мы отошли за напитками, и я наконец рискнул поднять неприятную тему. - Мери, я хотел тебе рассказать, но понятия не имел как, - я вздохнул. - Извини. - Рэнди, я знаю, кто мой отец и подозревал, для чего ты его разыскиваешь, - Мери выдернул цветок из своего венка и подал его мне. - И ты не побоялся уехать со мной? – удивился я. - Ты рискнул жизнью, заступившись за мою семью, это что-то да значит, - ответил Мери, его волосы переливались в свете фонаря, глаза сияли. – И у меня тоже есть недостатки! - лукаво прибавил он. - Это какие же? – фыркнул я. – Имя? - Мне нравится моё имя! – Мери всплеснул руками в притворном негодовании. – И поосторожнее! Я могу тебя околдовать! – он отобрал цветок и повёл им в воздухе перед моим носом. - Кажется, это уже произошло! – совершенно искренне признался я. Заиграла весёлая музыка, на небе взошла яркая луна, и Мери снова потянул меня танцевать.