Часть 2
3 апреля 2023 г., 17:53
— Что ты знаешь о Дарах Смерти?
Было раннее утро, и Малфой всë ещë сидел, откинувшись на подушки, наполовину укрытый одеялом. Он удивлëнно выгнул бровь.
— То же, что и все. Это три артефакта, такие же древние, как истории о Салазаре Слизерине и других основателях Хогвартса. Воскрешающий камень, бузинная палочка, мантия-невидимка… Сказочный сюжет из детских книжек.
— Да, я ещë в школе заметил, что вместо фактов в магическом мире предпочитают полуфольклор. — Гарри поставил на прикроватную тумбочку чашки с кофе и опустился на покрывало. — Между тем, ничего сказочного здесь нет.
— Брось, — Драко недоверчиво качнул головой. — Артефакты того времени уже отжили свой век и, скорее всего, были уничтожены. Это в том случае, если вообще существовали.
Поттер какое-то время молчал, глядя в сторону. Проснувшись, он принял решение всë рассказать, но почему-то не подумал о том, что во время войны они жили в разных мирах. Малфой зачастую был в тылу. Не в штаб-квартире Ордена Феникса, но, по крайней мере, за крепкими стенами Хогвартса. Откуда ему было знать про крестражи и Дары Смерти?..
— Меня всегда интересовало, почему я остался в живых, — заговорил Поттер в конце концов. — И никто не дал мне внятного ответа. Мои родители умерли, многие сильнейшие маги погибли, а я каким-то образом уцелел. И всë благодаря «материнской любви», если верить Дамблдору, — Гарри невесело усмехнулся. — Полная чушь, — он поднял взгляд и наткнулся на внимательный взгляд Драко. — Я до сих пор не знаю, что именно произошло. Мне было некогда задумываться об этом на войне, да и после смерти Лорда долгое время было не до того. Я уже начал работать, когда понял, что не смогу жить спокойно, оставив этот вопрос без ответа. И тогда я пошëл в библиотеку. Это ведь не запрещено законом. Оказалось, что артефактов, способных противостоять Смертельному заклятью, не так уж и много. Всего пять, два из которых действительно были уничтожены. Остальные три — Дары Смерти. И единственное, что можно прочитать о них в открытой библиотечной секции — ту самую детскую сказочку.
— Только не говори, что ты воспользовался мантией, чтобы проникнуть в закрытые секции, — Поттер самодовольно улыбнулся, и Малфой раздражëнно нахмурился. — Мерлин великий, это засекреченные государственные архивы, ты хоть представляешь, что тебе грозит, узнай об этом кто-нибудь?
— Знаю, — заверил его Гарри. — А теперь послушай. Я ожидал найти две-три книги по теме, ну, максимум полку или стеллаж. Но Дарам Смерти посвящëн отдельный зал. Зал, Драко. Засекреченный настолько, что я даже не знаю, кто, кроме Кингсли, имеет туда доступ.
— Кингсли, хоть и Министр Магии, далеко не самый влиятельный человек в магической Англии. Такие маги не любят, чтобы их имена звучали в прессе, и, поверь мне на слово, ты не хочешь, чтобы они тобой заинтересовались, — теперь Драко выглядел по-настоящему встревоженным.
— Верю на слово.
Какое-то время Малфой молчал.
— Итак, ты нашëл зал, — серьёзно повторил он. — Что дальше?
— Я прочитал столько, сколько смог. А затем вернулся на следующий день. И ещë раз, и ещë. Но если ты думаешь, что меня поймали там, то ошибаешься. Я совершил гораздо большую глупость, — Поттер устало взъерошил волосы. — Понимаешь, всë, чем наполнен этот зал, это записи магов, прежде владевших каким-либо из Даров. Отдельно стоят несколько трудов, где министерские теоретики пытаются свести данные воедино, но никто, никто не знает наверняка, что это за артефакты, откуда они появились и какой силой обладают, будучи соединëнными вместе. Всё указывает на то, что в покое артефакты как будто мертвы. Их магия никак не проявляется. Они не реагируют ни на что извне, при этом оставаясь невредимыми даже под воздействием самых жутких черномагических проклятий. О чëм мне не хватило ума подумать, так это о том, что попытки взаимодействовать с такими артефактами будут... очень своеобразными, и их легко обнаружить.
— Для того, чтобы взаимодействовать с Дарами Смерти, нужно обладать хоть одним, — о взгляд Драко можно было порезаться. — Сколько у тебя ещё козырей в рукаве, Поттер? Мантия-невидимка, ещё со школы, теперь… — и тут Малфой осёкся.
— Да, именно. Мантия-невидимка. Насколько мне удалось восстановить историю, она передавалась из поколения в поколение внутри семьи Поттеров, — не обращая внимания на оторопь Драко, Гарри продолжил перечисление. — Бузинная палочка — палочка Дамблдора, та самая, которую за несколько дней до его смерти ты выбил у него из рук. Старый сукин сын всё продумал. Воландеморт не смог ей воспользоваться просто потому, что не знал, кому она подчиняется. Ну и воскрешающий камень — родовой артефакт Мраксов, перешедший впоследствии к Риддлу, от него к директору и, наконец, ко мне.
— И тебе позволили оставить их всех? — неверяще спросил Драко.
— Ни Министерство, ни Аврорат ничего не знали. Никто не знал. Единственные, кто были в курсе — Том Риддл, Дамблдор и я. Что-то слышали Гермиона и Рон, но даже они не знали всей правды, — Гарри, наконец, призвал с тумбочки остывший кофе и сделал глоток. — Думаю, и Тёмный Лорд, и директор стоили друг друга. Каждый вёл свою игру, и я по сей день не знаю, какую именно. Но что ясно наверняка — в центре интересов их обоих находились Дары Смерти. После войны мне хватало проблем с нестабильностью магии, поэтому я солгал, что сломал палочку Дамблдора. А про остальные артефакты говорить было некому.
Драко перевёл задумчивый взгляд за окно. Он по-прежнему хмурился, но у него на лице не было недоверия.
— Получается, у тебя, Дамблдора и Риддла было по Дару Смерти, но в итоге все они оказались в твоих руках, — повторил он спустя несколько долгих секунд. — И где они теперь? Надеюсь, в Грингготсе?..
— Шутишь? Нам было семнадцать, когда мы успешно ограбили хранилище Беллатрикс.
— Поттер, вы были безумцами, и шла война.
— Мне всё равно,— отрезал Гарри. — Раз это получилось у меня, получится и у кого-то другого. Нет, я спрятал артефакты в других местах. По отдельности. Только мантия осталась под рукой. Это меня и подвело… Я предположил, что моё спасение во младенчестве напрямую связано с Дарами. И мне захотелось проверить.
— Ты использовал Непростительное, — начал догадываться Драко.
— Не просто Непростительное… я использовал модифицированное Риддлом Смертельное заклятье.
Драко смотрел на него так, будто не мог поверить в услышанное.
— Большей дурости придумать было просто нельзя, — сказал он, наконец. — Министерство отслеживает все известные им комбинации темномагических чар. Они мгновенно узнают, где, а в твоём случае и кто использовал заклятье. Ещё и в связке с сильнейшим артефактом.
— Теперь я тоже это знаю, — согласился Гарри.
Какое-то время они молчали. Драко потерялся в своих мыслях и теперь бездумно постукивал пальцами по одеялу, а Поттер ждал, сам не зная чего.
— Почему ты пришёл? — спросил он в конце концов.
— М? — Малфой удивлённо взглянул на него.
— Одного только расследования должно было хватить, чтобы больше ко мне не приближался. Но вчера ты пришёл, и помог, и ты всё ещё здесь… Почему?
— Я бы оскорбился, не будь мы знакомы столько лет, — Драко снова перевёл задумчивый взгляд куда-то в сторону. — Потому что ты мой друг, Поттер. Потому что что-то не так. Ты сглупил и сглупил по-крупному, но слишком уж всё странно.
— Мы уже не на войне, знаешь. И я больше не Мальчик-Символ-Света, — помедлив, сказал Гарри. Он не хотел доводить до конца мысль, противился ей всей душой. Но гриффиндорская честность или простая человеческая совесть подталкивали его вперёд: — Я и вправду могу быть опасен.
— Что, метишь на позицию нового Лорда? — Драко неожиданно повеселел и усмехнулся. — В таком случае сам Мерлин велел завербовать меня на свою сторону. Иначе кто будет командовать твоими приспешниками? Ты сам даже домовика завести не способен.
— Иди к чёрту, — жар смущения опалил шею, и Поттер неловко перевёл тему. — Лучше скажи, чего мне теперь ждать.
Малфой пожал плечами.
— Аврорский протокол прост, как дубина, и ты его знаешь. На твою магию настроены поисковые заклятья, магический фон Лондона под пристальным наблюдением. Если хочешь знать моё мнение, следующие трое суток тебе лучше не высовываться.
— Да, но… если меня всё-таки схватят?
— Ты же это не всерьёз, правда? — так и не дождавшись ответа, Драко потянулся к своему кофе и раздражённо бросил: — Азкабан. Само собой, после длительного расследования и сдерживающих чар такой мощности, что ты едва ли сможешь удержать палочку в руке. Впрочем, еë к тому моменту уже сломают, — Драко сделал глоток и посмотрел Гарри прямо в глаза. — И думать забудь. В крайнем случае, я всë организую. Уедешь во Францию.
— Кто меня выпустит, — Гарри криво улыбнулся. — Лучше о себе подумай, организатор. Ты теперь тоже под наблюдением.
— И я уеду, если всë так пойдëт, — Малфой отбросил одеяло и без всякого стеснения поднялся, вполголоса призывая из кухни свою одежду. — С Министерством всë понятно, гораздо интереснее, замешан ли здесь кто-то ещё. Что ты собираешься делать дальше?
Стараясь не смотреть на обнажëнного Драко, Поттер перевëл взгляд в сторону. И правда, что делать ему? В закрытые архивы Министерства его толкало любопытство. Любопытство и необъятная искушающая сила, волей случая оказавшаяся в его руках. Всё виделось шуткой, игрой, интересным увлечением. В конце концов, никому не удавалось соединить артефакты, что если получится у него?.. Именно этот болезненный азарт заставил его забыть о предосторожности и подставиться. И он же сейчас не давал спать, подталкивал вперёд, поднимая голову всё сильнее…
— Мне нужно собрать Дары вместе, — в конце концов сказал Гарри, выныривая из собственных мыслей, от которых неожиданно сделалось холодно.
— Мантия, как я понимаю, уже у тебя, — Драко, кажется, не заметил его замешательства и сейчас набрасывал рубашку на плечи, глядя серьёзно и собранно.
— Была у меня. Вчера я испугался, что меня схватят с ней на руках и… нашëл место неподалёку.
— Возвращаться сейчас — это безумие. Три дня, Поттер. По крайней мере, три дня тебе нельзя появляться в Лондоне. Даже с моим зельем.
— Мы можем отправиться в другое место, — он не собирался говорить это, не собирался предлагать Драко таких опасных путешествий, но слова опередили сознания.
Малфой удивлённо выгнул бровь,
— Мы? Предлагаешь пойти вместе?
— Учитывая, что мне нельзя использовать магию, только так что-то может получиться, — враньё. Чтобы добраться до места, он мог воспользоваться исключительно маггловскими способами, а там… та магия признает его сама собой, и колдовать не придётся. Но почему-то Гарри цеплялся за возможность отправиться за артефактом в компании Малфоя. Ему как никогда сильно не хотелось оставаться наедине с собой и древней мрачной силой, которую он в последний месяц чувствовал слишком остро.
Драко окинул его взглядом и коротко кивнул, а затем набросил мантию и несколькими короткими заклинаниями привëл себя в порядок.
— Я буду к восьми. И не вздумай устроить нечто, подобное вчерашнему.
Гарри даже не успел ответить — он всего на долю секунды отвлёкся на мелькнувшую за окном почтовую сову, а когда обернулся, Драко в комнате уже не было.
