Ящик спелой черешни

       Как бы то ни было, оставшаяся прогулка с Хенджином прошла неплохо, тот даже не так сильно перегибал палку, хоть и не без этого. Разойдясь ближе к вечеру, там же где и встретились, Хван оставил на щеке Чонина аккуратный нежный поцелуй, а после взял с него обещание увидеться как можно скорее, в следующий раз, желательно дома. Тут уже отвертеться никак не вышло, пришлось пообещать, как на зло он еще и вспомнил о таком способе времяпрепровождения как “ночевка”, ладно скакать на задних лапках перед Хенджином, так еще и его родители могут подслушать их интересные разговоры и возню в закрытой комнате. Почему-то об этом парень не заботился, видимо хорошо знал, что родителям давно плевать на нахождение Чонина в комнате их сына. То ли догадываются о чем-то, то ли наоборот, настолько слепы, что не замечают ничего, а может и все сразу. Так или иначе, следующие выходные тоже, судя по всему обойдутся без отдыха в одиночестве. Зато удастся поспать на мягкой кровати, а не на диване со старыми пружинами в матрасе, это все же какой-никакой плюс. Дома у Хенджина уютно и приятно находится, там всегда так чисто, даже в его комнате, одна из хороших вещей в нем, это чистоплотность, посему в такой атмосфере, можно не особо волноваться о чем-либо. То чего парень хотел от него, он так и так получит, а в закрытой от лишних глаз и ушей комнате, так тем более, обычно Чонину даже нравится их посиделки, просто быстро устает, все таки хочется иногда побыть наедине с собой, больше чем пара часов перед сном.        Сейчас же, когда постепенно начинало темнеть, он шел по улице, думая над тем стоит ли говорить маме о том, что на следующих выходных не будет ночевать дома. С одной стороны, скажет, а она может не разрешить, еще и проверит потом, точно ли он спит в своей кровати или тайком умыкнул, так что наверное лучше не говорить. С другой, врать матери тоже не хотелось, в прошлый раз ведь она ведь разрешает ему иногда ночевать у Джисона, да и к Хенджину отпускала, но почему-то все равно ему казалось, что на этот раз может случиться по другому, а интуиции Чонин предпочитал доверять. В любом случае, на размышления об этом есть еще неделя, главное решить все до субботы, остальное уже будь как будет.        Не могло не радовать то, что пока он идет на встречу с Чанбином, к парковке у магазина, может спокойно подумать о чем-то своем или не думать вовсе, расслабиться и идти, в одиночестве, уже даже на улицах редко кого можно было встретить, все, либо дома, либо идут домой со всяких парков, леса, площадок и прочих немногочисленных мест где у них развлекается молодежь. Чонин оглянулся нет ли кого поблизости, потянувшись рукой к карману на груди и убедившись, что в длинном переулке действительно находится один, вытащил оттуда последнюю свою сигарету. Пришлось хранить ее дня два, пока они с Чанбином не встретятся и не договорятся о том, что он купит ему новую пачку. Парню всегда продавали в ларьках, почему именно, Чонин плохо помнил, то ли знакомые там работают, то ли просто принимают за взрослого, что не далеко от правды, да и это не так важно. Курить он начал, когда познакомился с Чанбином, вернее сказать, уже когда они начали встречаться, хотя между этими событиями, технически не такой большой временной промежуток, так что можно считать это одним и тем же. Зажигалку достал из того же кармана, ее подарил ему, как иронично, Минхо, человек, который при любом удобном случае высказывался против курения именно Чонина, на остальных парню было все равно, как наверное и в других аспектах. Сказал, мол она красивая и пускай будет у него, что бы это не означало на языке Минхо. По правде, зажигалка как зажигалка, ничем особо не примечательная, с рисунком волка на фоне луны, таких полным полно на той же заправке где парень работает, оттуда скорее всего и притащил ее. Еще раз оглянувшись, все еще не заметил поблизости ни души, зажег сигарету, разнося по тихой местности резкое “чирк-чирк”. Затянувшись, горький вкус табака проник через горло до самых легких, никотин вместе с дымом, будто каждый раз затмевали неприятные чувства внутри, от чего, пускай ненадолго, но морально становилось легче. Но более правильным, в случае Чонина, это будет назвать еще одной гадкой привычкой, ничем не лучше и не хуже тех с кем он проводит время.        Шел он себе вдоль пустой дороги, засунул руку в карман, второй управлял сигаретой, дышал полной грудью, свежестью природы и мерзким дымом уходящим назад. Солнце, весьма слабо, но пока еще светит, но уличные фонари уже включили, так тихо, никто не разговаривает под ухом, не разъезжают машины, ничего не гудит, телевизор или холодильник, сплошная благодать. Всегда бы оставаться в таком состоянии души, Чонин даже начал чувствовать себя немного лучше и это с одиночной прогулки прошло меньше получаса. Намеренно шел как можно медленнее, пускай Чанбин подождет, если он вдруг по каким-то причинам не опаздывает, главное здесь и сейчас, а сейчас ему хорошо. Сигарета плавно подходила к своей середине, издавая тихий шипящий звук, пепел падал под ноги или его сдувало легким ветерком и вот уже здания в округе начинали покрываться яркими пятнышками света. Самые спокойные и приятные минуты за последнее время.        И даже их вселенная умудрилась разрушить. Из-за угла, метрах в 15-ти, появились две до боли знакомые фигуры, взрослый парень и маленький мальчик. Мозг Чонина еще никогда так быстро не работал, моментально разложив все по полочкам, только по одному очертанию, он понял, что ему на встречу идет Чан с младшим братом. Из мозга информация тут же перешла в руку, в которой парень держал сигарету, последнее, чего ему хотелось, так это предстать перед человеком, которого он уважает больше себя, в таком мерзком виде. Дабы не совершать подозрительных резких движений, хоть взгляд Чана и был направлен в данный момент на брата, Чонин просто выронил сигарету себе под ноги и тут же наступил на нее, в надежде, что это сработает. Оставался лишь запах, сейчас он благодарил всей мощью себя из прошлого, заботливо оставляющего по всем карманам подушечки мятной жвачки, зная, что такая ситуация может произойти в любой момент. Не сильно, конечно, но хотя бы немного запаха она скроет. После проделанного фокуса, сердце забилось с новой скоростью, даже отдышка появилась, пройти рядом с Чаном придется, хочет он этого или нет, Чонин, как ни в чем не бывало, пошел себе дальше. На удивление парень тоже быстро узнал его и добродушно помахал, подходя все ближе, держа младшего за руку. Как-только они оказались в метре друг от друга, самым трудным для него оказалось не скрыть запах табака, коим пропиталась одежда и волосы, а сдержать свою радость от встречи, и того, что он видит на лице парня. Чан редко улыбался, даже в детстве, да и в целом являлся весьма спокойным человеком, но почему-то от него всегда веяло домашним теплом, И сейчас он улыбался. С братом Чан улыбался практически всегда. Хотя смотря на Ёнбока, можно понять почему, мальчик, лет шести, будто был рожден самым ярким летним лучом солнца, наградившим его не такими темными волосами как у старшего брата и очаровательными веснушками, покрывающими все тело с ног до головы. Чонину даже немного грустно стало, с большой вероятностью, когда мальчик вырастет, судьба у него мало чем будет отличаться от его. Но пока Ёнбок счастливо улыбался, показывая всем свои маленькие молочные зубки, шансы на хорошее будущее все еще не равны нулю. ー Привет, а ты чего так поздно тут? ー Тот неловко замялся, засмотревшись на волшебные ямочки на щеках Чана. ー Гулял… ー Голос сам собой стал на тон выше, а интонация мягче. ー Один, что ли? ー В это время, Ёнбок скучающе раскачивался, крепко держась за руку брата. ー Да нет… Со знакомым одним… ー Зачем то повернулся назад, будто этот самый “знакомый” стоит позади. ー Ясно. ー Неловко произнес Чан, чувствуя как младший тянет его вниз все настойчивее и настойчивее. ー Будь аккуратнее, я там неподалеку Со Чанбина видел. Джисон сказал, что он недавно накинулся на тебя. Ты как? ー Но ответить Чонину не дали, что даже хорошо, не хотелось говорить о их с Чанбином вчерашней перепалке. ー Джисон это тот мальчик с большими щеками? ー Ёнбок отпустил руку брата и показал своими маленькими ручками, большие, чуть ли не до самой земли, щеки. Пускай не настолько большие, но они действительно были отличительной чертой парня. Чан усмехнулся, глядя на младшего, заставив Чонина расплыться в самой искренней и широкой улыбке. ー Да, Ёнбок… ー Он положил большую ладонь на крошечную голову брата, контролируя его активность хотя бы так. После чего сел на корточки, взяв мальчишку за хрупкие плечи, покрытые веснушками. ー А это Чонин, помнишь? Я о нем тебе тоже рассказывал. ー Ёнбок так широко распахнул глаза, в восхищении глядя на парня снизу вверх, даже рот приоткрыл в изумлении. ー Тот мальчик, которого ты назвал милым как… ー Чан испуганно прикрыл брату рот, но тот с легкостью вырвался и убежал на пару метров вперед. ー … Он сейчас запоминает только то, что не нужно… ー От неловкости у него покраснели уши, а у Чонина щеки от смущения, было приятно думать, что именно это парень решил рассказать о нем брату. В попытке уйти от неудобного разговора, Чан прокашлялся и направил свое внимание на младшего. ー Хэй, Ёнбок! Не убегай от меня! Заберешься куда-нибудь, тебя там поймает страшный монстр и съест! ー На это мальчик лишь захихикал, продолжая бегать кругами, снося все мелкие камешки на своем пути. ー Мама потом нам обоим голову открутит… ー Ёнбок засмеялся еще громче. ー Хи-хи-хи! Голову открутит! ー Повторил он за старшим, от чего тот явно не был рад, в безысходности смотря на его беготню. ー Страшный монстр? ー В разговор вмешался Чонин. ー Ты же сказал, что Чанбин в другой стороне. ー Чан сдержанно улыбнулся, печалясь одними бровями. ー Правда, будь аккуратнее с ним. ー До ужаса хотелось послушаться, иногда очень хотелось, чтобы парень стал и его старшим братом, быть может тогда все прошло бы совсем иначе. А возможно, как раз благодаря нему, у Ёнбока все будет хорошо, он такой светлый, еще более невинный чем Чонин был в детстве, страшно за него. Уже сейчас они с Чаном говорили раза в два больше чем за недели до этого. Плевать на попросту выброшенную сигарету, наплевать хотелось и на встречу с Чанбином, посидеть в этом переулке, поговорить еще немного, наблюдая за тем как Ёнбок играет сам с собой или даже поиграть вместе с ним, получился бы славный вечер. Но с таким исходом, голову открутят уже Чонину и далеко не в страшных пугалках Чана, а в самой, что ни на есть реальности. ー Хорошо, Хён, постараюсь. ー Нини! Нини! ー Резво позвал его Ёнбок, почему-то от него это сокращение не звучало так неприятно, интересно откуда он взял его. Чонин повернулся к нему и присел на корточки, судя по лицу мальчика, ему очень срочно нужно было, что-то сказать. ー Ты очень! Красивый! ー Практически крикнул он. ー Когда я вырасту… Я буду таким же как ты! ー Такая перспектива в будущем младшего мало чем нравилась, но парень упорно старался держать лицо, видя в мальчишке себя. ー Обещай, что будешь дружить со мной! ー Ёнбок протянул ему свой мизинец для клятвы. “Может если я буду рядом, пока он взрослеет, то смогу чем-то помочь?” - Надежда не угасала, посему они поклялись на мизинцах, что с этих пор они друзья. Теперь Чонину было ой как интересно, что же такого Чан рассказал своему брату о нем, раз тот так слёту захотел подружиться. ー Ладно, Ёнбок, пойдем, нам домой пора… ー Он растрепал мягкие волосы младшего и взял его за руку. ー Пока, Чонин… ー Взъерошил и волосы парня, пока тот продолжал сидеть на корточках, а теперь по всей видимости больше никогда не сможет встать с этого места, прокручивая момент в голове. ー Пока… ー Еле слышно произнес он. ー Пока, Нини! ー Радостно прикрикнул Ёнбок, напоследок, вырвавшись из братской руки, чтобы обнять нового друга, введя Чонина в полную отключку. Кажется только, что он разговаривал не с людьми, ангелы посетили его, чтобы поддержать своим присутствием. Что Чан, что Ёнбок, замечательные и прекрасные, те с кем действительно с радостью бы проводил время, жаль они не так близки как хотелось бы. Но раз они с мальчишкой теперь друзья, возможно получится видеться чаще, об этом Чонин думал всю оставшуюся дорогу, вспоминая пальцы парня, что касаются волос и крепкие объятья Ёнбока.        Окольными путями, дабы не обходить множественные здания у магазина и парковки, пройдя к ней практически напрямую, он решил срезать путь через небольшую подворотню. Она хоть и не была освещена, но заглянув туда, она показалась абсолютно пустой, прятаться здесь негде, там в ширину с трудом поместятся двое, посему волноваться не о чем. После встречи с Чаном и Ёнбоком, чувствовал себя так хорошо, что даже не особо волновался за тем где идет, думая лишь о том как устал и хотел бы поскорее домой, под мягкое одеяло, уснуть, и проспать завтра до самого обеда. И вот Чонин уже почти дошел до конца подворотни, хорошо виднелись огни фонарей, уезжающие с парковки машины и даже старенькая синяя хонда Чанбина, стояла себе неподвижно, в ожидании. Но не успел кроссовок парня ощутить на себе свет уличного фонаря, чуть высунув нос из подворотни, как неведомая сила, причем судя по амплитуде не малая, потащила его обратно в темноту. От неожиданности, Чонин только и смог, что издать наполненный страхом вздох и тут же ударился спиной и затылком о кирпичную стену, рефлекторно зажмурившись. И уже в этот момент, когда неизвестный, которого он еще даже не успел увидеть, кинулся целовать его, хищно впившись в губы, до него дошло. Со всей накопившейся злостью, он оттолкнул от себя этого человека, но тот лишь залился громким, до омерзения знакомым хохотом. ー ЧАНБИН, ПРИД… ー Остановил себя Чонин на полуслове, вспомнив, что еще хочет жить. ー Че-че ты сказать хотел? ー Играясь с ним словно кошка со своей жертвой, парень прижал его к стене, а когда тот нервно промямлил, что-то невнятное, то вновь засмеялся. ー Что, еще раз? Че то я нихуя не могу расслышать… ー Левая рука ловко подобралась к талии Чонина, выправляя футболку из шорт, напугав еще больше. ー Придурок? ー Холодная ладонь прошлась по ребрам, от чего он чуть не подскочил, упорно стараясь увернуться от всех этих тактильных атак. ー Отстань! Боже… Специально напугал так?! ー Лицом Чанбин уже уткнулся в его шею, пока не предпринимая каких-либо настойчивых действий, просто играл с ним и наслаждался возмущением парня. ー Ну да. ー Без каких-либо зазрений совести пробурчал он ему прямо в ухо, после чего по телу Чонина пробежали мурашки. Он умело поймал руки парня и плавным движением, что свойственно ему лишь в самом, что ни на есть хорошем расположении духа, обвил ими свою шею, а сам прижал его к стене еще сильнее, приподняв за бедра, с такой легкостью, будто тот весил не больше пустой картонной коробки и заставил повиснуть на себе, набрасываясь с легкими, но от этого не менее жаркими, поцелуями, пройдясь от, прикрытых футболкой, ключиц до подбородка, чуть ли не зарываясь в нежную кожу. ー Прекрати! А если кто-то пройдет мимо? ー Не хотелось упасть, посему держаться за Чанбина приходилось, аккуратно постукивая ему по плечу и спине, параллельно с этим извиваясь в его руках словно червь, от чувства щекотки, и небольшого пьянящего аффекта. ー Да кто тут, блять, пройдет? Поздно уже. ー Сказав это, он в нетерпении укусил Чонина за мочку уха, за что получил чуть более увесистый шлепок по спине. ー Пойдем в машину. ー На секунду Чанбин забыл, что может не спрашивать ничего и не уведомлять парня о том куда им нужно, так как просто мог перенести его, чем и собрался заняться, пока тот его не отвлек. ー Подожди-подожди… ー Он прижался к нему так сильно как только могли уставшие за день ноги и руки, обвивающие какую-никакую, талию и шею. ー Да, блять, что опять. ー Уже приятным было ощущать бедра Чонина в своих мощных ладонях, но больно мало для удовлетворения всего, что Чанбин успел себе нафантазировать за дни, пока они были порознь. ー Так сразу? ー Даже для него это было странно, хотя не то чтобы очень сильно, только встретились, а уже гонит в машине уединиться. так еще и на открытой парковке, где вовсю светили фонари, и изредка проходили люди. ー А че? ー На такое и ответить нечего. ー Ну… Быстро как-то. Только встретились. Не хочешь прогуляться? ー Чанбин подсадил его повыше, с таким взглядом, будто Чонин предложил ему сходить в библиотеку, почитать классику. ー Не хочу. Я, блять, не для этого ждал тя, хуй знает сколько. ー И не поспорить, очевидно для чего была назначена эта встреча, парень был готов к такому исходу, но хотелось как-то настроиться, а не делать все слету. ー Думал ты хочешь увидеться... ー Он немного прогнулся в пояснице, играя дурачка. ー Ну так для этого не обязательно гулять. Можем и в машине неплохо увидеться. ー Чанбин еще раз подсадил его чуть выше своего таза, так как тот постоянно соскальзывал и уже было направился к машине, с ним на руках, не заботясь о том, что кто-то может увидеть их, а это уже Чонину совершенно не нравилось. ー Знаешь же, я не могу так быстро! ー Парень снова остановился, по всей видимости идти и вести диалог, для него было чересчур сложной задачей, что шло на руку. ー А ты смоги! Или че мне, блять? Сплясать те еще? Или симфонию спеть? ー Чонин усмехнулся. ー Поют серенаду, а не симфонию… ー Ласково запустил кончики пальцев в волосы парня, приятно массируя в районе затылка. ー Малыш, мне похуй. Пойдем в машину и не еби мозги, ради бога. ー Как бы грубо это не звучало, молящий тон говорил о том, что сейчас Чанбин находится под его чарами, а не в своем эгоистичном мирке, а это уже не могло не радовать. Услышав нежный голосок, с большой вероятностью он согласится на любую просьбу, которая в конце концов приведет к тому чего ему хочется. ー Мы можем хотя бы до твоей машины прогуляться? ー Практически мурлыча произнес Чонин, продолжая мягко массировать его голову, отчего тот расплылся в сладкой улыбке. По сути машина даже не принадлежала Чанбину, он просто пользовался машиной отца, но он так хорошо себя чувствовал, когда кто-то говорил, что это именно его машина, это действовало на него как эликсир смягчения. ー Отъехать куда-нибудь подальше… Здесь так не комфортно… ー Правда есть правда, мало того, что в салоне автомобиля в целом не сильно то удобно заниматься всем, так еще и на открытой местности, о какой- то романтике здесь вовсе речь даже не идет. Чанбин одновременно довольно и раздраженно промычал сквозь тонкую ниточку губ. ー Хер с тобой… ー Одна из любимых его фраз при проигрыше в каком-либо разногласии, где он ничего больше не мог ответить. Был бы на месте Чонина любой друг парень, уже точно получил бы по лицу. ー Поедем к лесу. Сойдет или еще, блять, что-то не нравится? ー Он отпустил парня на землю и гневно засунул руки в карманы, оставив торчать лишь большие пальцы. Тот ласково прикоснулся ладонью к его груди, немного встав на носочки, хотя с их схожим ростом, в этом не было необходимости. ー Спасибо… ー Чонин флиртуя смотрел исподлобья, а после поцеловал Чанбина в уголок губ, видя как тот недовольно закатывает глаза и тяжело дышит, постукивая ногой по асфальту. ー Не дуйся… ー Оставаясь все так же близко, произнес он и у парня не осталось ни единого шанса держать обиду еще хоть полминутки. Чанбин искоса глянул на него, поджав губы, после спокойным, но топорным движением подтянул Чонина к себе за шею подарив недолгий обиженный поцелуй. Долго целоваться он в целом не особо любил, считал, что это как-то не по мужски, спрашивать считается ли чисто мужским занятием, спать с другими мужчинами, парень не стал, слишком рисково для жизни, посему более длительные поцелуи, если и происходили, но только во время уединения, да и инициатором зачастую становился Чонин.        Всю дорогу, от того самого переулка, вплоть до приезда к лесу, откуда он только вернулся около двух часов назад, ему приходилось всячески словесно флиртовать, хоть как-то заводя диалог, дабы Чанбин окончательно остыл, это же было в интересах Чонина, дабы все прошло с хорошим душевным состоянием, а никто кроме него в их “паре”, разумеется заниматься поднятием настроения, ведь наверняка это тоже не по-мужски. И кажется даже неплохо получилось, то ли от приближения к цели, то ли действительно врожденный дар убеждения, но парень будто вовсе забыл о небольшом разногласии, что не могло не радовать. Машине скрипела и гудела как в последний раз, так происходит всегда, Чонину уже интересно было, когда же наконец наступит этот самый “последний раз” и старая хонда больше не заведется. Однажды это почти произошло, когда они точно так же ехали в гараж отца Чанбина, собственно для того же, для чего сейчас приехали к лесной опушке. Тогда машина заглохла на половине пути, парень возился с ней больше часа, так как на тот момент еще слабо разбирался в том где по ней надо ударить, чтобы она заработала. Сказать, что в тот день он расстроился из-за такого облома, значит поместить мир в вакуум. Чонину даже жалко его стало, а такое бывает не часто, наверное это вовсе единственный такой момент, поэтому предложение встретиться еще раз, поступило Чанбину уже на следующее же утро. И такие моменты бывают. Зато парень так искренне радовался, почти как ребенок, в нем уже сложно было увидеть того самого непробиваемого как танк громилу, интересный опыт, быть может будь он таким всегда, Чонин с удовольствием проводил бы с ним время гораздо чаще.        Но сейчас они в машине у леса, Чанбин все тот же танк, которым научиться достойно управлять пришлось ой как постараться и то, даже сейчас иногда выходил из строя, идя по своему неведомому маршруту, снося на пути, что под ноги попадется. Пускай поездка не была долгой, Чонин все равно успел немного морально подготовится и расслабиться, да даже какое-никакое желание начинало давать о себе знать. А все потому, что Чанбин снова невольно сделал на своем лице тот самый несчастный взгляд, которому можно простить что угодно. Как хорошо, что парень не знает о этой своей способности, иначе точно бы начал ей пользоваться. Когда такой грубый и, в своей степени не серьезный человеку как Чанбин выглядит грустным, он не прячет эмоции, то у Чонина мгновенно просыпаются почти намертво потухшие угольки эмпатии. Уже не важно чего именно хочет парень, хуже от этого не станет в любом случае, а значит можно со спокойной душой делать то о чем он просит, даже если просьбой будет интим. Всяко лучше чем насильно, по крайней для Чонина это было так.        Если взглянуть в окно машины, можно подумать, что атмосфера вполне приятная, даже уединенная, к лесу действительно никто не пойдет в такой поздний час. А деревья в темноте, хоть и выглядели немного пугающими с их таинственной неизвестностью, но благодаря приливу адреналина, наступала поднимающая настроение эйфория, что немного затмевала все неудобства. Из-за того, что Чанбину зачастую было плевать на какую-либо романтику или же он попросту забывал про нее, не столь важно, заниматься этой частью приходилось Чонину. Собственно приехали они сюда не только, потому что на парковке могли быть люди, а еще и за атмосферой. С ней как ни крути комфортнее, будто они находятся в каком-нибудь фильме, хотя с такой местностью, скорее в фильме жанра ужасов и как-только они приступят к делу, Чанбину кто-то отрубит голову, а Чонину придется в крови бегать по лесу от маньяка.        Остановив машину, все еще держа руки на руле, парень изнеможенно посмотрел в его сторону, будто мысленно спрашивая “Надеюсь теперь ты полностью удовлетворен? Потому что я еще нет”, правда там явно не хватает штук пять ругательств, что вылетали у Чанбина изо рта только так. Так или иначе, немой ответ Чонина прозвучал как “Да”. Он сладко облизнулся, чуть прикусив нижнюю губу, потянулся к щеке Чанбина оставив на ней два мягких поцелуя, а после, так же ласково и зазывающе прикоснулся к его губам, практически не получив никакой отдачи, все еще обижается, причем не пойми на что, сам прямо сейчас отказывается, заметно еле держа себя в руках при этом. Но стоило Чонину расстроенно простонать в полной тишине заглушенной машины, как тот невольно расплылся в улыбке, закатив глаза. После чего подтянул парня за воротник футболки, отчего позиция в которой он тянулся к нему, становилась все неудобнее, и таки ответил на поцелуй более эмоционально, напоследок несильно прикусив его губы. Они с Хенджином так любят кусаться, и если в случае с Хваном, тот просто уже не знает куда деть всю переполняющую страсть, то с Чанбином менее понятно, то ли он действительно очеловеченное животное, то ли любил причинять боль даже в таком легком формате. ー Пересядешь сюда? ー Чонин аккуратно постучал ладонью по своему креслу. ー На мое место... ー Отныне и до конца действа, его губы не сомкнуться дольше чем на полсекунды, ито, чтобы увлажнить их, так как вместе с тихим придыханием, и чуть опущенными веками, это выглядело уж больно соблазнительно. Чанбин даже слова не сказал, просто лихорадочно открыл дверь со своей стороны, выходя из машины. Взбудораженный с ног до головы, он часто выглядел так забавно, а в последнее время и вовсе неплохо поддается воздействию, чего нельзя было добиться нивкакую еще год назад. Его силуэт мелькнул в передних фарах, между мотыльками и комарами, собравшимися на яркий свет и спустя секунды, открылась дверь уже со стороны Чонина. Не спеша он вышел из машины, стойко выдерживая контакт глазами, так как это было очень важным, нельзя дать парню выйти из под контроля, иначе ничем хорошим это точно не кончится.        Усевшись в кресле поудобнее, Чанбин с нетерпением похлопал по своим бедрам, без слов, словно язык проглотил, приглашая Чонина к себе, а тот, на удивление, медлить и не стал. Внутри машина не такая большая как хотелось бы, посему, сидя на ногах парня одно колено упиралось в закрытую дверь, неприятно давя, а второе в консоль между сиденьями, но тут уж ничего не поделаешь, лучше здесь чем как в прошлый раз, где-то в глухой подворотне у заброшки, до сих пор забыть не может. Оставалось надеяться только на то, что старые шорты не порвутся от таких фокусов, их все таки жалко, хотя Чанбину это наверняка бы понравилось. А пока Чонин усаживался так, чтобы испытывать как можно меньше боли от неудобства, специально или нет, терся бедрами, которые руки парня уже успели по полной оккупировать, о его ноги. Думал, что это будет неплохой жизненный опыт, сделать это именно в машине, так он говорил себе каждый раз, когда Чанбин не находил более удобного места для уединения, правда не ясно где такой опыт вообще пригодится может. В попытках продлить хоть какую-то прелюдию, в первую очередь для себя самого, Чонин прошелся руками по массивной шее парня, поглаживая его, заставлял расслабиться и быть более размеренным в своих будущих действиях. А дабы отвлечь, снова поцеловал, используя язык, чему когда-то давно научил Хенджин, уж откуда он знал как это делается, Чонин тогда решил не спрашивать, постеснялся. Почувствовал как по телу Чанбина пробежали мурашки, удивительно, что даже такой жесткий, во многих смыслах, человек, тоже может испытывать подобное от простых прикосновений к шее и языку. Резко вспомнив про наличие удобной шторки на окне, пришлось разорвать поцелуй и закрыть ее, в чем впрочем большого смысла не было, поскольку остальные окна все еще оставались открытыми. Руки Чанбина забрались к нему под футболку, с сильно прижимая к себе за талию, из-за чего поясница до радости неприлично выгибалась, удовлетворяя все внутренние пожелания парня. Сами собой, ладони, проходившиеся вдоль позвоночника и по ребрам, спустились ниже, ловко расстегнув пуговицы шорт Чонина, далее забравшись под его нижнее белье. ー Сними их уже или я порву их к херам… ー Тихо прошептал он, чувствуя как чужие губы оставляют горячие как языки пламени поцелую на плече. Пришлось прерваться, парень достал из заднего кармана запакованный презерватив и практически всучил его Чанбину. ー Это так обязательно?... ー Ему казалось, что с этим слишком много мороки и ничего страшного не случится если один раз они обойдутся без него, каждый раз приходилось настаивать, в конце концов он сдавался, понимая, что из-за споров постепенно уходит и настрой. ー Обязательно… ー Чонин тяжело вздохнул, в надежде, что не придется объяснять, почему это так важно, по десятому кругу, вновь повторив трюк с тем чтобы зарыться пальцами в короткие волосы на затылке. ー Блять… ー Тихо сошло с зацелованных губ. Он взял упаковку из его рук, недовольно закатив глаза. На это ответом стал соблазнительный поцелуй в шею и настроение снова поднялось. Не дожидаясь пока Чанбин еще раз рявкнет на него по поводу мешающих шорт и белья, Чонину пришлось нехило постараться, чтобы снять их, при этом не выглядя нелепо, сейчас он должен быть идеальным со всех сторон, впрочем как и всегда. Хотя наверняка парень ничего бы не заметил, пока возился со своими штанами, ему в этом плане было немного проще, спортивки в которых он ходил постоянно, поддавались гораздо легче. Дольше он провозился с резинкой с которой спустя такой большой опыт, все никак не мог совладать.        Наконец, Чанбин дождался чего так жаждал, вот он Ян Чонин, снова на нем, с покрасневшими от стыда щеками, прелестными формами и прикрытыми от наслаждения глазами, выдерживал неспешный темп, постепенно садясь на его колени все ниже, вцепившись пальцами в плечи, еле сдерживая приятные слуху стоны, стряхивая с лица мешающие волосы. Все части тела парня были такими мягкими, что оторваться от них оказалось совершенно невозможным, а кожа такая приятная, что губам, что рукам, настолько, что от чувств, выходящих за край, хотелось разорвать его на кусочки. Сдерживаясь лишь оставлял на его нежных бедрах и спине красные следы, топорно выдыхая каждый раз когда Чонин ускоряется на пару движений. Такой красивый, с какого ракурса не глянь, словно Галатея созданная Пигмалионом из слоновой кости, а может и вовсе сама Афродита или Фрея в мужском обличии решили посетить эту землю, но точно не человек. Так мог бы выразиться Хенджин, Чанбин же, находясь на своем собственном уровне образованности, думал лишь о том, что происходит сейчас у него ниже пояса, в чем тоже винить его не за что, так как он такого зрелища и ощущений, оторваться это надо иметь немалую силу воли. Желание овладеть всем телом Чонина до последней клетки, настигало все настойчивее, от удовольствия, он кусал ладони парня, запястья, ключицы и все до чего мог дотянуться, не скупясь на силу, наблюдая за тем как на белой коже проявляются следы зубов. В какой-то момент, вывозить этот размеренный темп уже не было никакого терпения и Чанбин самостоятельно стал подгонять его, ускоряя ритм, отчего Чонин тихо проскулил и уткнулся лбом в его плечо, не говоря ни слова против, посему напор продолжался с каждым толчком заставляя парня провалить миссию по беззвучию. Позднее он, с трясущимися коленями, прямо ему под ухо, издал звонкий дрожащий стон, что помог Чанбину добиться желаемого окончания. По стеклу внезапно застучали капли, удивительно быстро и резко, полностью забрав внимание Чонина на себя, каким бы важным делом тот не занимался в данный момент. Теперь его мысли были о том, как вернуться домой сухим, хотя эта идея почти сразу ушла из его головы. ー Дождь идет… ー По прежнему сидя на коленях парня, осведомил он. ー Похуй… ー На выдохе выдал Чанбин,успокаивающе поглаживая его бедро.        Несмотря на, то что парень подвез его практически до самого дома, Чонину все равно пришлось бы пройти под дождем, уж слишком подозрительно вернуться с прогулки полностью сухим, учитывая ни с того ни с сего начавшийся ливень. По дороге он успел и выкурить одну сигарету из новой пачки, что дал ему Чанбин, после того как они собрались уезжать. Пришлось немного постараться, чтобы весь дым уходил в окно, не распространяясь по и без того прокуренному салону, при этом не затушив сигарету, но тот ясно дал понять, что запах тех, что курил Чонин заметно отличается от тех, что курили здесь они с отцом. Хоть на этот раз не пришлось выкидывать еще пригодную для использования сигарету, только сейчас ему стало обидно за ту, что выкинул при встрече с Чаном, но совсем немного. Он мог бы запросто покупать себе подобные вещи, если бы на них имелись деньги. Мама по прежнему слепо верила, что ему хватает тех карманных, которые она дает, мбо сын ни разу не жаловался по этому поводу. А не жаловался Чонин, потому что деньги давал Хенджин или вовсе самостоятельно покупал какие-то вещи. Первое время было ужасно неловко, но уже давно стало ясно, что в его случае, это скорее еще один способ нарядить любимую куклу, дабы после любоваться ей и видеть как она улыбается. После осознания этого факта, стало гораздо легче.        Весь мокрый до нитки, Чонин подходил к входной двери своего дома, медленно открывая ее сам не зная на, что больше надеясь, что мама пришла и ждет его, или же уже уснула. Во всяком случае, морально ему был бы приятнее первый вариант. Уже проходя мимо окон кухни, он видел свет, горящий в одной из соседних комнат, но заранее радоваться не стал, мама могла просто забыть выключить его или вовсе так и уснуть с ним. Шум телевизора, услышанный при входе в коридор, тоже не убедил, в данном случае нужно все видеть своими глазами и то даже им иногда верить нельзя. Тихо прикрыв скрипучую дверь, сняв ботинки и оставив их аккуратно стоять на коврике, дожидаясь своего времени, Чонин на цыпочках прокрался к гостинной, где, судя по звукам и свету, как раз должна была сидеть мама. Страха перед ней он не чувствовал, просто надеялся, что она хотя бы там, а упомянет ли его позднее, уже не столь важно. Осторожно заглянул в комнату, словно любое неверное движение может спугнуть ее и там парень увидел, то чего действительно ожидал меньше всего. Мама не спала, уже поразительно. Сидела на диване, все еще в рабочей одежде, лишь туфли остались где-то в коридоре, их Чонин нашел позднее, заботливо поставив у входа, чтобы утром или когда бы там ни было, ей не пришлось искать их по всему дому. Она закинула ноги на небольшой журнальный столик и скучающе переключала канал за каналом, уже еле открывая глаза, по всей видимости, изо всех сил дожидаясь сына. Какое-то время Чонин просто смотрел на нее, пытаясь понять не чудится ли ему всякое в темноте, как пару раз бывало в детстве, но нет, на диване действительно сидит мама, сомнений нет. Даже не знал, стоит ли прерывать эту сцену какими-то своими разговорами или же стоит посмотреть за тем как она живет, хотя бы еще немного. К несчастью, уже через полминуты, мама заметила присутствие сына в комнате, чему по каким-то причинам не удивилась, быть может на самом деле все это время знала, что он тут. “Мама…” - Только это почему-то крутилось в его голове, не нашлось и слов заговорить первым. ー Чего не оставил записку, что поздно вернешься? ー Тихим усталым голоском произнесла она. Видимо для нее это действительно считалось весомым фактом прощения, после долгого отсутствия, поскольку сама не раз его использовала. ー В следующий раз, если будешь гулять так долго, напиши хотя бы где ты будешь… Мало ли… ー Чонин стыдливо опустил взгляд в пол, разглядывая рисунок на пыльном ковре, не понимал, как еще утром мог злиться на маму, а теперь жалобно стоял перед ней, мысленно чуть ли не вымаливая прощение, хотя его даже не ругали. ー Я ведь вчера говорил… ー Она немного задумалась, глупо хлопая ресницами и уставившись в потолок, но ничего вспомнить все равно не смогла. ー Правда?... ー Ее лицо вдруг стало таким грустным, так как искренне сожалела, что не помнит даже таких простых вещей сказанных сыном еще вчера вечером, буквально когда они виделись в последний раз. Чонин вяло кивнул, не зная есть ли смысл разочаровываться или уже давно пора бы смириться. В том или ином случае, ему ужасно хотелось спать, на самом деле он даже на несколько секунд заснул в машине Чанбина, пока колеса не наткнулись на чересчур дерзкую кочку. Но у него оставалось еще одно незавершенное дело, один ритуал, повторяющийся изо дня в день, о котором не знает ни единая физическая душа, а значит придется дождаться, когда мама все таки пойдет спать, что кажется произойдет совсем скоро, одновременно к сожалению и к счастью. ー Ох… Прости, Солнце… Видимо я слишком сильно хотела спать… ー И так всегда. Чонин нервно поджал губы, еле заметно кивнув, когда мама выключила телевизор, вставая с дивана. Медленно, шаркая босыми ногами по полу, она подошла к сыну, взъерошила его мокрые волосы и устало поцеловала в лоб, осматривая его так, будто только-только он был маленьким мальчиком, а не успела моргнуть, как тот уже расцвел в прекрасного юношу. ー Высуши голову перед тем как лечь спать… А то продует… ー Обидно если мама не вспомнит этот разговор уже завтра утром, но как бы грустно это ни было, скорее всего именно так и произойдет. ー Доброй ночи, Нини… ー Ее рука плавно соскользнула с плеча сына. ー Спокойной ночи, мам… ー Тяжело было как-то эмоционально окрасить это сухое пожелание, впрочем это и незачем, она наверняка не заметила ничего. Женская фигура скрылась за дверью спальни, под его четким наблюдением.        После самого быстрого похода в душ, который Чонин только мог совершить, поскольку уж очень побыстрее хотелось закончить этот день, выжатый как лимон, он направился к дивану, расстелить постель. Наконец наступил момент, который парень и ненавидел, и ценил всеми оставшимися осколками сердца, источающими запах черешни с подвальной сыростью. Он встал на колени перед своим спальным местом, уперевшись в него локтями, расслабленно выдохнул, отпуская всю тяжесть из легких, сомкнул руки в замок и закрыв глаза уперся в них лицом. Так молча, и внутри, и снаружи, Чонин просидел несколько минут, на удивление, практически не чувствуя сонливости. Безо всяких слов или действий, он молил кого-то таинственного и незримого о том, чтобы все проделанное за день, не оказалось чем-то, что навредит ему или его близким. Осознавал, что завтра или послезавтра повторит тоже самое, не смотря на свои извинения, но прекратить молить о прощении никак не мог, только это помогало чувствовать себя в норме, будто небольшая таблетка обезболивающего, крошечный шанс, мол вся жизнь имеет под собой твердую почву, а происходящее лишь сложное испытание, которое он должен пройти какой бы не была цена. Хотелось верить. И Чонин верит, ежедневно становясь на колени перед самим собой, не зная, что произойдет дальше. Надежда всегда умирает последней, но он до конца даже не знал на, что именно надеется проделывая этот ритуал. Явно не на божье прощение, иначе, как минимум, обещал бы прекратить все чем занимается, а не с уверенностью просил прощение за то что это будет повторяться и дальше, возможно это правда просто успокаивало. Изредка в такие моменты ему мерещился Чан, в каком-нибудь балахоне, в ярком свету, словно какой-то святой, таким он видел его каждый день и порой ни на грамм не сомневался в святости человека, что поможет каждому кто того заслуживает, будь то человек, животное или даже вещь. Сегодняшний день, словно старая кассетная пленка, прокручивался в голове, деталь за деталью. Непонятно откуда взявшийся флирт с Сынмином, без которого с легкостью можно было обойтись, встреча с Хенджином, где хотелось взойти на каменный пьедестал парижской галереи искусств, и конечно время проведенное с Чанбином, вызвавшее больше всего сомнительных эмоций во время ритуала освобождения. Да, “освобождение” наверное самое лучшее определение для происходящего. Вспоминая все это, Чонин мысленно выпускал из себя всю грязь, стараясь не стыдиться ее и принимать как уже сделанный выбор, который он не в силах уже изменить, устраивает его это или нет. Событие просто есть, оно ни хорошее, ни плохое, просто существует в пространстве как и все остальное, включая самого Чонина. Обесценивание подобных глобальных вещей, неплохо помогало смириться, мир просто есть и это ничего не значит, молится он или нет, никому хуже или лучше от этого не станет, кроме него самого. Следит за ним кто-то или же нет, парень никогда не узнает, а значит это тоже не имеет значение и он просто должен существовать, до момента пока не придет его время, чего бы там ни было, сейчас это тоже не важно. Что такое это самое “его время”, Чонин узнает как-только оно наступит. Часто получалось убедить себя во всем этом кавардаке мыслей, лишь на момент ритуала и последующую ночь, после все возвращалось на круги своя, продолжая дальше по колесу сансары и бытию.        Засыпать от этого становилось проще, особенно если во время процесса хорошенько поплакать, главное тихо, иначе можно привлечь к себе ненужное внимание. Сегодняшний раз обошелся без слез, хотя под конец очень хотелось. Истощенный, на сей раз своими мыслями, парень, с трудом забрался на диван, под тяжелое мягкое одеяло, где мог запросто спрятаться от всех внешних врагов, коими считались не только страшные демоны темноты, но и мерзкие насекомые, что так и норовят залезть в уши или укусить, какую-нибудь часть тела, в этом плане ему уже хватало двоих людей из своего окружения. В импровизированном домике под одеялом всегда так уютно, хоть никогда не выходи отсюда, но каждый раз приходилось. Приятно было особенно зимой, когда мерзнет нос и все конечности в целом, будто крохотная теплая юрта, где-нибудь далеко-далеко от цивилизации. От всего спокойствия отвлекало только шуршание мышей под полом и стук дождя в старое окно в метре от него, но даже с ними, Чонин смог уснуть, не успев и начать размышления о неприятных ему вещах. Хороший сон - лучшая награда для плясавшего весь день под чужую дудку циркового пса.