Only time will tell

Сигаретный дым растворяется в ночном воздухе. Ада прячется за капюшоном от холодного ветра, бьющего по щекам. Отряд Редфилда шныряет из стороны в сторону, спешит куда-то, проглатывая очередной день в работе.       Привыкшая наблюдать, Ада и сейчас остаётся в тени, кожей ощущая косые взгляды почти союзников. Странное чувство, что в этот раз совместная работа принесёт пользу, когда времени критически не хватает.       Лёгкие горят и сдавливают грудь кашлем. Крис косится, вслушиваясь и держась с особой осторожностью рядом с той, кого тринадцать лет назад обещал убить собственными руками, а теперь едва ли не вынужден сотрудничать. Ада сама не верит в успех настолько глупой затеи, но идёт по тернистому пути дальше.       — Леон тебе доверяет. — Крис, кому-то махнув, делает несколько шагов ближе. Складывает руки на груди, будто стараясь стать ещё больше, заслоняет едва долетающие к ним луч фонаря. — Оправдаешь доверие?       Это забавно. Ада ему не верит, но чернеющие под одеждой пятна связывают их куда более плотной лентой. Зараза сочится по коже, отравляет организм и выдавливает последнее живое.       Под тяжестью чужого взора неуютно и хочется обороняться. Отряд наблюдает со стороны, автоматы мерцают красным индикатором, предупреждая о режиме боевой готовности. Каждый изображает повседневную работу, пока нет прямого приказа. Вожак давно натянул цепи.       Ада тушит сигарету, втаптывает сапогом окурок в сырой от недавнего дождя асфальт. Прислоняется спиной к прохладной стене, лениво поднимая взгляд. Под воротом черной водолазки расплывается новое пятно, и Крис тут же старательно скрывает его за пальто.       Леон бы сделал то же самое.       И это мысль неприятно давит изнутри.       — Мы в одной лодке. И оба хотим выжить, — Ада выдыхает, поправляет перчатки. Онемевшие ладони почти не чувствуют ткани, и от этого впервые за долгое время снова страшно. Она привыкла цепляться за жизнь всеми силами, а теперь не может вырваться из лап мерзкой болезни.       Возможно, Леон уже на полпути к решению, и отстают они.       Или вирус всё же оказался сильнее.       О последнем Ада старается не думать, лишь поджимает дрогнувшие губы и сжимает ладони в кулаки, пряча их в карманах куртки. Страх заставляет терять контроль.       — Хорошо. — Крис согласно кивает в такт, закуривая. Скопившиеся морщины выдают в нём многолетнюю усталость, и им Ада верит куда больше, чем всем словам до этого. Плечи слегка расслабляются и, кажется, напряжение немного отпускает. — Нам понадобится твоя помощь.       — Хорошо. — Ада зеркалит ответ, криво усмехается. — Не люблю сидеть без дела.