Ты правда хочешь на мне жениться?

В твоих красных глазах не было льда, Спасибо тебе, благодарю тебя! Нежность — Крек

(мне нравится кавер на эту песню от Шуры Кузецовой)

       К тому моменту, как они заканчивают трапезу, к ним стучится служанка.        — Госпожа, молодой господин Цзинь искал вас.        — Спасибо. Я сейчас буду.        Она гладит Вэй Ина по щеке, кланяется Лань Ванцзи и уходит, оставляя их наедине. Вэй Ин чувствует себя намного лучше, — ему хочется подышать свежим воздухом, а заодно показать Лань Ванцзи Пристань Лотоса.        — Лань Чжань, прогуляешься со мной? — спрашивает он.        Лань Ванцзи кивает, и Вэй Ин улыбается.        — Тогда пойдем!        Первым делом Вэй Ин показывает ему озеро, в котором он учился плавать и дышать под водой; угощает его семенами лотоса, которые не утратили своей сладости; а затем они посещают рынок, где многое изменилось за то время, что его не было, и знакомит Лань Чжаня с местными вкусностями.        По возвращению в свои покои, они натыкаются на особое для Вэй Ина дерево.        — Я помню это дерево! — восклицает он.        Вэй Ин сам не замечает, как забирается на него.        — В детстве мне казалось, что тут высоко. Однажды я забрался на него и не мог спуститься, — вспоминает он.        Лань Ванцзи стоит внизу, прямо как его сестра много лет назад, и внутри Вэй Ина что-то щёлкает, если он меня поймает то я, думает он и, не долго думая, прыгает.        Он чувствует столкновение их тел, чувствует руки на своей спине, и обнимает Ванцзи за шею.        — Будь аккуратней, ты еще полностью не восстановился, — слышит он голос Лань Чжаня прямо у своего уха.        — Хорошо, — шепчет он в ответ.        Лань Чжань опускает его на землю; он такой замечательный, думает Вэй Ин, и вдруг его осеняет: он знает куда ещё хочет отвести Ванцзи.        — Пойдем со мной, — говорит он, берет его за руку и ведет за собой.        Он приводит его в храм предков клана Цзян, — дядя Цзян и мадам Юй заменили ему родителей, и он считал своим долгом выразить им свое уважение и почтение.        Они зажигают благовония и кланяются, и Вэй Ин просит духов помочь ему сохранить этого человека рядом с собой.

***

       Вэй Ин с детства был для Цзян Чэна как родной брат, — они проводили много времени вместе, и их всю жизнь готовили к тому что, Цзян Чэн станет следующим главой клана, а Вэй Ин будет его правой рукой.        А потом случилось обучение в клане Гусу, и Цзян Чэн начал замечать, что вниманием Вэй Ина завладел второй господин Лань.        Это не нравилось Цзян Чэну, — это отвлекало его шисюна от главного.        Затем началась война: его родителей убили, его золотое ядро уничтожили, и пока он восстанавливал его, - Вэй Ин пропал на три месяца.        Цзян Чэн уже думал, что потерял его, но Вэй Ин вернулся, только вот сильно изменившимся, и если по началу это мало кого смущало, то после завершения войны многие стали видеть в нем угрозу.        Цзян Чэн не терял надежды, что все наладиться, но Вэй Ин продолжал творить безрассудные вещи, словно забыл о данном ему обещании: быть рядом и помогать. И вот, спустя много лет, он снова видит его вместе с Лань Ванцзи, идущего к храму предков, и Цзян Чэн чувствует себя преданным, брошенным, — в нем вскипает злость, и ему хочется сделать Вэй Ину больно.        Потом он будет об этом жалеть, но сейчас он не может держать себя в руках.

***

       — Вэй Усянь, а ты и правда не считаешь себя посторонним? Приходишь и уходишь как хочешь, а теперь еще и приводишь сюда кого вздумается! Или может ты забыл кому принадлежит этот дом? Кто здесь хозяин?        Вэй Ин вздрагивает, когда слышит эти слова, и понимает, что этот день, кажется, не обойдется без неприятностей.        — Мы лишь пришли отдать уважение дяде Цзяну и Госпоже Юй, и уже уходим.        — Ты и правда не понимаешь? Ты теперь не часть ордена, ведь ты отказался от него, но все равно имеешь наглость приходить сюда, да еще и не один!        — Где твои воспитание и манеры? Разве так должен разговаривать глава клана?        — И ты еще говоришь мне о манерах? Ты?! Не забыл ли ты, что задолжал моей семье?! Они вырастили тебя и как ты их отблагодарил?!        Вэй Ин чувствует горечь, которая подкатывает к нему.        Как бы он не хотел, но он не мог просто жить дальше, не мог забыть, сколько боли он принес близким ему людям, и не может винить Цзян Чэна в его словах.        — Ты прав Цзян Чэн. Лучше бы дядя Цзян не подобрал меня тогда, лучше бы меня загрызли собаки, лучше бы я умер, тогда ничего бы этого не случилось!        На Вэй Ина будто наваливается вся тяжесть мира, а перед глазами рябит. По лицу что-то ползет и, дотронувшись до лица, он обнаруживает, что вся ладонь испачкана кровью.        Вэй Усянь покачивается и хватается за плечо Лань Ванцзи, пачкая его одежды. Вот черт, думает он, этого еще не хватало.        — Прости, — он, плохо соображая, пытается стереть пятна, но только измазывает все сильнее. — Я и правда все порчу. Давай уйдем отсюда.        — Все в порядке. Пойдем.

***

       Лань Ванцзи никогда не испытывал к Цзян Чэну особых чувств, он относился к нему ровно, впрочем как и к большинству людей, но сейчас, не смотря на правило клана: не думать о людях дурно, он чувствовал раздражение, — они не сделали ничего плохого, Вэй Ин только поправился, и не заслуживал всех этих слов.        Цзян Чэн не чувствует удовлетворения от происходящего, — он не может просто смотреть, как они уходят.        — Стоять! — приказывает Цзян Чэн и активирует Цзыдянь.        От этого крика тело Вэй Ина прошибает болью, и он мгновенно проваливается в темноту; в этот же момент Цзян Чэн атакует его Цзыдянем.        Лань Ванцзи подхватывает падающего Вэй Ина, не успевая отразить атаку, но поразить цель Цзыдяню так и не удается, — перед Лань Ванцзи встает Вэнь Нин, принимая удар на себя.        — Как ты посмел! — взрывается Цзян Чэн.        — Выньте меч! — Вэнь Нин протягивает ему ножны Суйбяня.        — Зачем?        — Если хотите узнать правду про ваше золотое ядро.        Цзян Чэн на секунду замирает, а потом хватает меч и одним движением вытаскивает его из ножен, — на его лице проскальзывает недоумение.        Лань Ванцзи тоже не до конца понимает, что происходит, но затем Вэнь Нин рассказывает им ужасную правду: золотое ядро в теле Цзян Ваньиня принадлежит Вэй Усяню!        Лань Ванцзи предполагал, что с ним что-то произошло, но никогда не думал, что он пережил такое!        Он представил, какого этого: чувствовать как золотое ядро, вырезают и вынимают из тела; ощущать, как духовная сила постепенно исчезает, и ему становится дурно.        Ванцзи крепко прижимает к себе Вэй Ина и ему хочется спрятать его, и больше никому не показывать, потому что этом мир не заслужил такого человека.        — Вы действительно считали, что, имея такое сильное золотое ядро, он по доброй воле встал бы на темный путь? Что ему нравилось, как другие указывают на него пальцем, как шепчутся за его спиной, обвиняют в отсутствии манер и воспитания? Без золотого ядра он больше ничего не мог: стоило ему вынуть меч — долго бы он не продержался.        Цзян Чэн смотрит на свой живот и, осознавая сказанное, складывается в спазме, роняя меч на землю.        — Это не правда.        — Попросите вынуть этот меч любого другого, — говорит ему Вэнь Нин.        Цзян Чэн, шатаясь, с трудом поднимает меч; Лань Ванцзи понимает, что оставаться здесь бессмысленно, — он подхватывает Вэй Ина под колени, выпрямляется и двигается по направлении к пристани.        — Вы все время пытались стать лучше него, но Вам никогда не сравняться с ним, — даже когда сестра пыталась его отговорить, когда говорила, что шанс 1 к 1, — молодой господин Вэй не отступал, — он был готов пожертвовать собой ради Вас. Многие считали, что он выбрал легкий путь, но как по мне это сделали все остальные, забыв о тех обетах, которые давали, и только господин Вэй, даже используя темную энергию, поступал как настоящий заклинатель.        Вэй Ин был хорошим, — так считал Вэнь Нин.        Вэй Ин был единственным, кроме его сестры, кто искренне и по доброму к нему относился, поэтому, когда Вэй Ину потребовалась помощь, — он, не задумываясь, оказал её ему.        А потом именно Вэй Ин воскресил его из мертвых; именно он спас его родных; именно он помог им спрятаться; именно он остался с ними на горе Илин; и именно он заботился и оберегал их.        Вэнь Нин был свидетелем того, как у Вэй Ина вырезали золотое ядро; того как тот мучается от кошмаров; того, что он отказался от всего, ради остатков клана Вэнь, и ему было тяжело смотреть на то, как Цзян Ваньинь делал Вэй Ину больно, но еще горше было понимать, что он даже не подозревает о том, на что его шиди пошёл ради него.        Цзян Ваньинь думал только о себе, о своих бедах и своей репутации, но никогда о тех сложностях с которыми сталкивался Вэй Ин каждый день. Вэнь Нин обещал Вэй Ину хранить его тайну, но в этот раз он понял, что молчать больше не может.