Корни раздора

      Тем вечером Ангус так и не вернулся домой.       Нисса всю ночь просидела на кровати с ножом в руке и не сводя глаз с лестницы, ведущей на чердак. Первым и вполне естественным для нее желанием было убежать и спрятаться у кого-нибудь из соседей. Но она не могла оставить дядю в беде. Перед лицом такой опасности, все ее обиды к Ангусу сошли на нет. Потому, когда на рассвете отворилась входная дверь, Нисса без раздумий кинулась ему на шею и заревела.       — Где ты бы-ыл?!       Ангус едва не сбитый с ног и уж точно сбитый с толку, нежно обнял ее и погладил по растрепанным волосам.       — У Нейхель…. Корова… Сложный отел… — пробормотал он, — Прости, Нисса, надо было зайти предупредить.       Она отстранилась и оглядела его. Вся одежда в свежей, еще теплой и смердящей крови.       — Корова?! Я думала, что уже не увижу тебя!       Ангус совсем растерялся и обеспокоился, увидев нож у нее в руке.       — Душа моя, да что же случилось?       — Мы должны уйти, — зашептала Нисса, озираясь, и подталкивая дядю обратно к двери, — Прямо сейчас.       — Зачем? — Ангус уперся рукой в дверной косяк, — Ты пугаешь меня…       — Пожалуйста! — тихонько взмолилась Нисса, — Я все объясню, но не здесь.       И он уступил.       Нисса отвела его в амбар и закрылась на засов изнутри. В руках у нее до сих пор был нож. Заметив каким взглядом смотрит на нее дядя, она присела на кипу сена и положила свое орудие рядом.       — Тебе тоже лучше присесть. — Нисса кивнула на другую кипу позади него, — Об этом в двух словах не расскажешь.       Худое лицо Ангуса осунулось от бессонной ночи, но после услышанного морщины проступили еще заметнее. Он молча последовал ее совету и сделал жест рукой, означающий, что он готов слушать. Нисса, судорожно набрав побольше воздуха в грудь, начала свой нелегкий рассказ.       Ангус со всем вниманием выслушал ее до конца, ни разу не перебив. Ей было сложно сознаться в том, что она решилась на кражу, но откровенность между ними сейчас играла ключевую роль. Когда она закончила, Ангус долго молчал, опустив взгляд на сложенные на коленях руки. Нисса видела, что он невозможно устал. Старик, весь день проработавший косой в поле под палящим солнцем, пожертвовал ужином и сном ради измучившейся скотины. А теперь еще и Нисса добавила груза ему на плечи. Но какой у нее был выбор? Ждать подходящего момента нет времени. Молчание тянулось невыносимо долго, ей уже показалось, что он просто-напросто уснул. Когда Нисса уже открыла было рот, чтобы позвать его, Ангус поднял руку, призывая ее к молчанию.       — Послушай, Нисса… — заговорил он тихо и голос его звучал очень, очень спокойно, что привело ее в полное замешательство, — Я искренне благодарен тебе за проявленную бдительность и храбрость. Без сомнения, ты действовала из самых лучших побуждений и желания защитить нашу семью…       — Но?.. — само собой вырвалось у Ниссы. Она не могла поверить своим ушам.       — Но… — Ангус потер ладони друг о друга и взглянул ей в лицо, — Ты хоть на волосок доверяешь мне, милая? Скажи, бывала ли хоть минутка, когда ты не сомневалась в ясности моего рассудка?       Ниссу словно молнией ударило. Она ожидала услышать все что угодно, кроме таких, преисполненных боли и одиночества, слов.       — Ангус, что ты… Ну конечно я тебе доверяю. — она села рядом с ним и накрыла ладонью его мозолистые руки, — Что за глупости? Ты самый добрый, самый умный и рассудительный человек из всех, кого я знаю.       Он слабо улыбнулся и обнял ее за плечи. Нисса прислонила голову к его груди.       — Спасибо, душа моя. Я не вынес бы иного.       — Ты это прекращай. Знаю, я не сахар, но ты единственный, кому я могу рассказать абсолютно все.       — Тогда могу я попросить тебя об одолжении?       Нисса, заподозрив неладное, подняла голову и заглянула ему в лицо. Ангус улыбался, уставшие глаза смотрели тепло и ласково.       — О каком? — осторожно уточнила Нисса.       — Постарайся перевернуть эту страницу и начать с Риком с чистого…       — Нет! — она скинула дядину руку, встала и принялась взад-вперед ходить по амбару, сложив руки на груди, — Как ты не понимаешь?!       — Понимаю… — Ангус сокрушенно опустил плечи.       — Он убийца!       — Я бы не спешил с такими выводами, милая.       — На веере была кровь! Я абсолютно в этом уверена!       — Но почему? Ты была там? Видела, как он убил?       Нисса остановилась, повернувшись к дяде спиной и нервно притопывая носком сапога.       — Значит он украл его. В этом сомнений уж точно нет.       — Опять же, — мягко сказал Ангус, — Ты была свидетелем этой кражи?       — Нет! Не была! — вспылила она в ответ на его до тошноты очевидные аргументы, — Но он угрожал мне!       Ангус приподнял одну бровь.       — Угрожал? Выходит, ты была не до конца честна со мной. Я запомнил каждое твое слово, Нисса, и могу с уверенностью сказать, что в тех обстоятельствах не было даже намека на угрозу.       — Он сказал — «Всем будет лучше…».       — А ты сама подумай. Разве не было бы сейчас всем нам лучше, не сунься ты в его вещи?       В этот раз Нисса не нашлась с ответом и посчитала нужным промолчать, чтобы не дать дяде окончательно разрушить ее теорию. Ангус встал, отряхнул штаны от сена и, подойдя к ней сзади, положил руки на плечи. Она с трудом, но поборола желание снова вырваться.       — Поверь, я знаю, как это нелегко. В моей… — он на мгновение запнулся, …прошлой жизни мне доводилось быть на твоем месте десятки раз. Я не доверял никому, кроме себя, и, как выяснилось позже… загубил множество невинных жизней. Потому всем сердцем призываю тебя, Нисса, не совершать моих ошибок. Я доверяю Рику. И если ты доверяешь мне, прошу, дай ему шанс убедить тебя, что он не причинит нам зла.       — Если бы только здесь была мама... — сказала Нисса, с горечью понимая, что еще немного и уступит ему.       Ангус крепче сжал ее плечи.       — Да уж, уверен, ей было бы легче убедить тебя, чем мне. — грустно усмехнулся он, — Но ее здесь нет, дружок. Мы можем надеяться только на себя.       Нисса повернулась к нему лицом. Гордо подняла голову, так что ростом стала почти с дядю.       — Хорошо. — согласилась она, — Я готова потерпеть еще один день. Но завтра он должен уйти. Если этот Рик на самом деле порядочный человек — для него не составит труда понять это. Если нет — прости, Ангус, но мне придется пойти к старосте и рассказать ему все, что ты сегодня услышал. Мы договорились?       Нисса вытянула вперед руку, для закрепления их сделки. Ангус тяжело вздохнул, но раздумывал недолго.       — По рукам.       Покинув амбар, они вернулись в дом. Нисса принесла немного дров, чтобы разжечь очаг.       — Я разогрею остатки ужина.       — Спасибо, душа моя, но я совсем не голоден. — сказал Ангус, тяжело опускаясь на табурет. Они разговаривали тихо, почти перешептываясь, чтобы не разбудить постояльца на чердаке. У каждого были свои причины не нарушать его покой. — А вот прилечь на пару часов не отказался бы.       — Конечно, ты едва на ногах стоишь. Но может все-таки попробуешь жаркое? Вроде как даже вкусно получилось…       Ангус вдруг болезненно поморщился и потер лоб.       — В чем дело? — заволновалась Нисса. — Тебе нездоровится?       Он покачал головой.       — Все в порядке. Я лишь вспомнил, что забыл объясниться с тобой насчет Грузбо…       Нисса, отведя взгляд, не дала ему закончить.       — Не надо. Я понимаю, что заслужила наказание.       — Наказание?! — Ангус чуть не свалился с табурета, — Какое еще наказание? За что, помилуйте меня Серые? — Нисса неловко молчала, не зная, что сказать, — Неужели ты подумала, что я зарезал Грузбо, чтобы проучить тебя? — она неуверенно пожала плечами. Дядя воздел глаза к потолку, — О, Волче, милостивый!       — Тогда… что случилось? — робко спросила Нисса, накручивая на палец выехавшую из рукава нитку.       — Случилось неизбежное. — Ангус трагически вздохнул, — Ты ведь всегда знала, дорогая, что ему отведен короткий срок. И сделала все, чтобы его продлить. Но… Я нашел его утром, во дворе, еще живого… Мне не хотелось будить тебя, и пуще того не хотелось расстраивать. Ты и так натерпелась за последние дни.       Нисса смахнула слезы. Как же глупо она сейчас себя чувствовала. Ну кто еще станет оплакивать домашнего гуся? Пускай он был не таким, как остальные, возможно, ее до конца жизни будет тянуть к таким ущербным, подобным ей, созданиям, но — подумать только! — она ведь презирала Ангуса всей душой. Как только язык повернулся сказать, что он испортил ей жизнь? Да он же ей эту жизнь и подарил! Где бы она сейчас была, не приюти их дядя пятнадцать лет назад? Кем бы выросла, без его уроков и наставлений? Сердце обливалось кровью при виде этого хрупкого, обессилевшего от тяжелой работы человека, ближе которого у нее никого нет. Как же он постарел, усох, ослабел…       Нисса понимала, что такое предательство одними словами не искупить. Но нужно же с чего-то начинать.       — Дядя… Дядюшка… — сглотнув тяжелый ком, начала Нисса, — Мне так жаль. Я…       — А-а, добрейшего утречка, друг мой! — Ангус заулыбался и вскочил с табурета, пропустив ее невнятный лепет мимо ушей, — Не спится, али мы тут как собаки разлаялись?       — У меня дела. — бесцветно пробормотал скиталец, спускаясь по лестнице со своим мешком.       Раньше он его с собой не брал, отметила Нисса. Закусив губу, она отвернулась и отошла дальше заниматься очагом. Ничего страшного, будет время подумать, подобрать для извинений правильные слова. Спешка в таких вопросах совершенно ни к чему.       — Какие же? — изумился Ангус, — В такую-то рань?       — Не требующие отлагательств.       Нисса еле удержалась от того, чтобы фыркнуть. Конечно, так он тебе и скажет. Поди очередную гнусную кражу задумал.       Ангус разочарованно поцокал языком.       — Ну раз так, желаю удачи в твоих делах…       — Спасибо. — кивнул скиталец, присаживаясь за стол.       — Нисса, душа моя, — дядя повернулся к ней, — Будь любезна, разогрей и подай Рику завтрак…       — В этом нет нужды. — слепой протестующе поднял руку, — Могу я попросить лишь стакан молока?       — Ну, конечно! — горячо заверил Ангус, красноречиво глянув на Ниссу. Та с каменным лицом исполнила просьбу скитальца. Подавая ему стакан, Нисса заметила нездоровую бледность у него на лице и поблескивающую на лбу испарину.       Что это с ним? Волнуется перед «делами»? Или холеру какую схватил?       — Зря ты так… — вздохнул Ангус, — На ужин, стало быть, двойную порцию съешь.       Скиталец одним махом выпил молоко и вытер рот засаленным рукавом.       — Я не вернусь, Ангус. — бросил он, поднявшись из-за стола и перекинув через плечо свой походный мешок, — Благодарю за гостеприимство. Мне пора.       И он, не разводя более прощальных церемоний, зашагал к двери и вышел в туманное утро.       Казалось, все произошло за два удара сердца. Ангус едва успел приподняться с табурета, да так и застыл, открыв рот и глядя на выход. Эмоции Ниссы в этот момент не сильно разнились с дядиными. Как может лишенный зрения человек передвигаться настолько быстро и уверенно?! Еще не веря в случившееся, она все ждала, что сейчас дверь снова распахнется и он, глумливо оскалившись, накинется на них с ножом, чтобы зарезать, как нежелательных свидетелей.       — Ушел… — выдохнул Ангус, не шевеля губами.       — Ушел. — хриплым голосом повторила Нисса. По лицу медленно расползалась улыбка сумасшедшей, — Ушел! — выкрикнула она, запрыгав на месте от радости, затем подбежала и крепко обняла дядю, — Ушел! Ушел! Ушел!       Ангус, как тряпичная кукла, безвольно болтался в ее объятиях, пребывая в растерянных чувствах. И Нисса, не теряя больше времени, спотыкаясь и бранясь, позабыв о всех рамках приличия, взобралась на опустевший чердак.