Unknown number - (Jenlisa/Дженлиса)

"Ну что, пойдем?" С Дженни было так спокойно. Не то чтобы она не нервничала или не волновалась. А в плане того, что не было никаких ссор, никто не швырялся в неё палками, не учил её, как жить, они просто бродили по бульварам Парижа в разгар парящего вечера. Они, казалось, просто наслаждались прогулкой и обществом друг друга. Ведь гораздо лучше быть с теми, с кем хорошо, без этих бесконечных перепалок и ни к чему не приводящей критики. Они были еще мало знакомы, но брюнетка всегда была добра к ней. Но Лиса не теряла бдительности. Потому что это может прекратиться в любой день, когда Дженни увидит, что она не такая, как ожидалось, и что она слишком неинтересна и необщительна, мрачна и не стоит потраченного времени. Они гуляли не слишком долго, поскольку было довольно поздно и прохладно, за что Лиса была благодарна, потому что она действительно устала. Но, к своему сожалению, она оказалась плохой актрисой, она не смогла этого достаточно скрыть, потому что Дженни заметила это и отвезла её домой. Кошачьи глаза были действительно наблюдательными. Она не знала этого, потому что старалась как можно чаще избегать их взгляда. Дженни была так ласкова с ней, что это делало её невесомой, как перышко. Это частое игривое, но нежное поглаживание по кончику носа, незаметные, но ощутимые прикосновения. Дженни обнимала её за плечи, прижимая к себе, согревая, как будто замечала, что она мерзнет. "Я просто хочу, чтобы ты привыкла к моим прикосновениям и меньше нервничала." Неудивительно, что она так сказала. Дженни, по-видимому, действительно была верна своим словам. Её сердце восприимчиво реагировало и робело при каждом прикосновении, поскольку не привыкло к таким вещам. Но она не выставляла этого напоказ, как будто это было совершенно нормально. Прогулка не была полна разговоров по душам или чего-то подобного, было довольно много неловкого молчания. По крайней мере, молчание было неловким для Лисы, но Дженни сказала ей, что иногда приятно просто гулять без всяких слов. "Извини, что я не очень разговорчива." "Иногда бывает приятнее помолчать, чем болтать без необходимости." И именно в тот момент она узнала, что Дженни тоже любила иногда побыть в тишине, в то время как вокруг бушевало веселье. Лиса не могла даже подумать, ей казалось, что Дженни была одной из тех, кто любил ходить по вечерам на вечеринки и веселиться до ночи с друзьями. Но брюнетка предпочитала тихие вечера дома веселым вечеринкам. Как и она. И это в буквальном смысле согрело её. Она не любила вечеринки, и ей на самом деле не нравились люди, чей вечер был потрачен на то, чтобы напиться в клубе и тереться со всеми подряд на вечеринках, а на следующее утро проснуться голым в постели с каким-то незнакомцем. Ну, или что-то наподобие этого. Ей было невероятно приятно узнать, что Дженни не была одной из этих. Наверное. За ней, несомненно, стояла толпа мужчин или даже девушек. Но Лиса даже не знала, был ли у Дженни кто-нибудь или нет, но в её планы не входило спрашивать её об этом. Когда машина подъехала к кофейне, город был залит вечерними красками. Из окна машины оленьи глаза любовались небом, удивляясь, как оно может быть таким ярким, когда весь город уже погрузился в темноту. Настал момент снова прощаться. И каждый раз она нервничала. Машина остановилась у бордюра, был слышен лишь шум двигателя. Розовая головка медленно повернулась к водительскому сиденью, и, как всегда, кошачьи глаза встретили её взгляд. Вечерний свет мягко ложился на лицо брюнетки, очерчивая слегка улыбающиеся губы, мягкие щеки и заставляя шоколадные глаза казаться золотыми, как самая яркая полярная звезда на небе. Дженни просто наблюдала за ней и улыбалась, вероятно, видя её волнение. Это было так, как будто она посылала в неё поток тепла, ласки и любви. Насчет любви - это вряд ли, потому что это было слишком громко, потому что откуда могла взяться любовь? Кошачьи глаза, казалось, говорили с ней. Но она не знала, что именно они пытались сказать, если вообще пытались. Пухлые губы с застенчивостью мягко улыбнулись в ответ, розовый румянец заиграл на её бледных щеках. Мягкая теплая рука внезапно коснулась её холодной руки на коленях, заставив её опустить взгляд. Пальцы обхватили её запястье, большой палец пробежался по её коже, нежно поглаживая пульс, вызывая мурашки по всему телу. "Твое сердце бьется так отчетливо." Сообщил ей мягкий медовый голос. Оленьи глаза не осмеливались поднять взгляд, они продолжали наблюдать, как большой палец продолжал рисовать круги, время от времени останавливаясь. "Оно всегда бьется сильно, у меня чувствительное сердце." Лиса ответила так же тихо. Она решила оправдать себя, что было наполовину правдой. Её сердце действительно легко реагировало на любую активность. Стоит ей встать из сидячего положения, как сердце тут же начинало колотиться. Но сейчас её сердце буквально подпрыгивало в груди, и причиной этого были эти мягкие поглаживания по её запястью, не сводящие с неё золотисто-кошачьи глаза и нахождение наедине с хозяйкой этих глаз. Это сводило её сердце с ума. "Ты выглядишь уставшей. Прости, что тебе не удалось сегодня поспать." Брюнетка тихо извинилась. Лиса слегка покачала головой со слабой улыбкой на губах. "Всё в порядке, не волнуйся." "Я просто хотела увидеть тебя, погулять, ну, знаешь.." "И помолчать?" Она прервала брюнетку скептическим смешком. "Вместо того, чтобы вести бессмысленные разговоры с другими, я бы предпочла побыть с тобой в бесконечном молчании." Бездонные оленьи глаза поднялись, встретившись с кошачьими. Это первый раз, когда она слышала, чтобы кто-то сказал ей что-то подобное. Обычно всё как раз наоборот. "Тогда я всегда к твоим услугам." Лиса ответила с игривой ноткой в голосе. Губы брюнетки расплылись в широкой улыбке, что сделало её щеки еще более пышными. "Звучит потрясающе." Ладони сжали её щеки, заставляя её губы надуться. "Когда вернешься домой, обязательно немного поспи, хорошо?" "Это нелегкая задача, бессонница надерет мне задницу." Сказала она сквозь свои надутые губы. Брюнетка закатила глаза и хихикнула, убирая руки от лица. "А потом я надеру ей задницу." Лиса просто улыбнулась. "Ладно, я знаю, что ты имеешь в виду, бессонница - та еще стерва. Но постарайся немного поспать, ладно?" Дженни была невероятно заботливой. Внешне Дженни выглядела как холодный айсберг, но внутри было это тепло, которое выражалось для неё сейчас. Это было, конечно, неловко, но в то же время и приятно. Снова это горько-сладкое чувство? Похоже на то. "Хорошо." Она ответила с легкой улыбкой. "Я совсем забыла спросить тебя." Лиса с любопытством склонила голову набок. "Хм?" "Я тебе нравлюсь?" Любопытство сменилось закатыванием глаз, а с пухлых губ сорвался вздох. "Ты опять за свое." "Не опять, а снова." Ей ответили подмигиванием. "Я буду спрашивать тебя, пока ты не ответишь." "И какие ответы принимаются?" "Да или да." "Я уже вроде как отвечала на этот вопрос." "Когда? Я там была? Может, ты не заметила, что меня там не было, и решила, что разговариваешь со мной, но на самом деле ты разговаривала сама с собой?" Дженни издевалась над ней. Прищурив глаза, она фыркнула. "Эй, я не шизофреник." "Что, если я шизофреник, тебя на самом деле здесь нет, и прямо сейчас я разговариваю с пустотой? Какой кошмар. Проверь завтрашнюю газету, там будет новость о том, что Дженни Ким видит красивых и симпатичных призраков и разговаривает с ними в машине." Лиса рассмеялась, игриво толкнув брюнетку в плечо. "Идиотка." "Призрак смеется надо мной, я должна пожаловаться врачу. Это немыслимо." "Думаю, мне пора уходить." "А как же поцелуй на прощание?" Пожаловалась брюнетка, указывая на свою щеку, намекая на то, чтобы её поцеловали. Лиса поправила свою кепку за козырек, качая головой. "Нет, я думаю, тебе и так хорошо." "Мне плохо, как я буду спать?" Та драматично надула губы. Подняв кулак, Лиса поднесла его к брюнетке, которая в замешательстве уставилась сперва на неё, потом на её руку. "Я видела, как ты вот так прощалась с той девушкой. Меня такое прощание не устраивает." Брюнетка покачала головой, снова поднося указательный палец к своей щеке, дожидаясь поцелуя. Лиса снова покачала головой. "Ты стесняешься?" Спросила её брюнетка. Она отстегнула ремень безопасности и открыла дверь, пряча свои покрасневшие щеки. "Спокойной ночи, Дженни." Выйдя из машины, она направилась к кофейне, собираясь завернуть за угол, как вдруг до её ушей донесся звук хлопающей дверцы. Но прежде чем она успела далеко уйти и обернуться, чьи-то руки обвились вокруг её талии сзади, а губы тепло прижались к её щеке. "А я не стесняюсь." Медовый голос прошелестел ей на ухо. Её сердце бешено заколотилось в груди от неожиданности. Когда она собиралась ответить или даже среагировать, миниатюрная фигурка уже обходила машину, но остановилась, глядя на неё, сверкая своими золотистыми кошачьими глазами. "Bonne nuit, Lisa!" (Спокойной ночи, Лиса!) Лиса осталась стоять, сверкая красными щеками, наблюдая, как машина медленно исчезает из поля её зрения. "Будь ты проклята, Дженни." Пробормотала она себе под нос, но легкая теплая улыбка скользнула по её губам. Дженни иногда бывает настолько непредсказуемой, что она не знает, чего от неё можно ожидать. Ключи зазвенели, когда она достала их из кармана. Брелок в виде заглавной буквы "L" болтался из стороны в сторону в её руке, когда она поднималась по лестнице. Настенные лампы антикварного вида освещали ей путь, пока её взгляд следил за тем, как её ноги медленно ступали на каждую ступеньку. Маленькая улыбка не покидала её лица, когда в её мыслях мелькал сегодняшний день. Она чувствовала, как кожа на её щеке всё еще покалывало от поцелуя. Вставив ключ в дверной замок, брови сошлись на переносице, когда она поняла, что её дверь не заперта. Улыбка сползла с её губ. Быть этого не может, она запирала её. Черт возьми, неужели её сонная голова оставила квартиру открытой на весь день? Распахнув дверь, она чуть не подпрыгивает, когда из тени в коридоре появляется фигура. "Господи, Джису! Это ты!" Лиса выругалась себе под нос. Джису усмехнулась её реакции. "Это всего лишь я." Едва заметный смешок сорвался с её пухлых губ, когда она бросила ключи в тарелку. "Что ты здесь делаешь? Что-то случилось?" "Нет-нет, ничего, просто.." Карие глаза на мгновение опустились вниз по её лицу, как будто что-то привлекло их внимание. "Тебя долго не было, поэтому я решила, что нужно посидеть с Лавом." "Ох, спасибо, но он у бабушки." "Почему так внезапно?" Лиса в ответ уклончиво пожала плечами. "Она соскучилась по нему, поэтому я подумала, пусть он поживет некоторое время с ней." "Вот оно как? Понятно. А кто это был с тобой на улице?" Спросила та, что пониже ростом. "Ох, эм, это моя подруга." Она по-прежнему не знала, могла ли она отнести их отношения под ярлык "друзья". С какого момента можно называть человека другом? Она этого не знала, но она хотела бы, чтобы Дженни была её подругой. И это так чертовски странно, потому что обычно всё как раз наоборот, это желание не посещало её уже очень давно. Но она боялась, что не справится с тем, чтобы быть хорошей подругой для Дженни. Одной быть проще. "Это та, что была здесь вчера?" "Э-э, да... А откуда ты знаешь?" "Я видела её, когда собиралась закрывать кофейню вчера, она уходила, и на ней была твоя кепка." Губы в форме сердца коротко улыбнулись ей, как будто это должно было что-то значить. Лиса лишь растянула губы в подобии улыбки. Однако эта улыбка уже была не такой искренней, когда она была с Дженни. Прямо сейчас она просто ждала, когда Джису уйдет, чтобы она могла завалиться на диван со всей душой и отдохнуть, и, возможно, попытаться уснуть по заботливому совету Дженни. "Это первый раз, когда ты приводишь кого-то к себе домой." Карие глаза подозрительно посмотрели на неё. "Ну, так получилось." Сказала она, снимая обувь и ставя их у стены. "Вы близки? Я не видела её с тобой раньше. Или вообще с кем-либо." Снимая рюкзак и куртку, кофейно-черные оленьи глаза странно покосились на старшую. Она была сбита с толку странным допросом, но коротко ответила: "Мы недавно познакомились, так что.." Уголки её губ скривились в неизвестности. "Слушай, э-э, я собираюсь принять душ, я немного устала." Джису, казалось, поняла намек и кивнула, на мгновение задержав на ней взгляд, после чего послала ей теплую улыбку и прошла мимо. "Доброй ночи, Лиса." "Спокойной ночи." Младшая ответила улыбкой, держась одной рукой за дверной косяк. "Лиса?" Джису позвала её с порога. "Хм?" "Между нами всё в порядке?" Она на мгновение задумалась, в растерянности нахмурив брови. "Да. Почему ты спрашиваешь?" "Мне показалось, ты избегаешь меня. Я сделала что-то не так?" Старшая выглядела откровенно любопытной и обеспокоенной. От непредвиденной темы разговора слова на мгновение застряли у неё на языке, но она сделала вид, что всё в порядке, потому что ей совсем не хотелось снова поднимать некую тему и оправдываться. Ибо она знала, что Джису её не поймет, потому что было нелепо обижаться на такое, но тем не менее ей было больно. Поэтому проще всего надеть беззаботную маску, чтобы её обида не сочлась абсурдной. "Вовсе нет, просто.. настроения не было, ну, знаешь, настроение оно такое, то прыгает, то падает." Она рассмеялась, слегка пожав плечами. "Что-нибудь случилось?" "Абсолютно ничего. Что со мной может случиться?" Она ответила широкой, беззаботной улыбкой. Губы в форме сердца растянулись в улыбке, поправляя синий шарф на шее. "Ты мне совсем ничего не рассказываешь." "Мне просто нечего рассказать." Лиса приподняла уголки губ, словно не зная, что еще ответить. "Твоя мама еще не вернулась с моря?" "Нет, пока нет, пока не закончится контракт." "Понятно. Слушай, так ты придешь на свадьбу моего брата?" Проклятье, она надеялась, что Джису забыла об этом, но нет. Как она могла забыть о свадьбе своего собственного брата? Ей действительно не хотелось идти. Она уже планировала не идти на эту свадьбу. "Э-э, я не знаю." "Пожалуйста, я бы очень хотела, чтобы ты была там." Её вежливость не позволяла ей отказать, да и как она могла, когда почти умоляющие карие глаза смотрели на неё вот так сейчас. Джису может обидеться на неё, если она не придет, а этого ей совсем не хотелось. С поражением и тихим вздохом она ответила: "Хорошо." Лицо старшей просветлело, а глаза улыбнулись, также как и её сердечные губы. "Спасибо тебе, Лиса! Тебе там понравится!" Она кивнула и выдавила из себя улыбку. "Несомненно." "Куда лучше повеселиться, чем весь день торчать дома. А то ты можешь так и вовсе с ума сойти." Слабый смех наигранно слетел с губ младшей. "Хорошо, ладно, не буду задерживать тебя с душем." Джису помахала ей на прощание. Лиса помахала в ответ. Как только дверь закрылась, оставив её одну, вместе со вздохом улыбка сошла с её лица. Свадьба через два дня, и этот день был одним из её выходных. Она ждала выходных, но теперь этот день можно назвать рабочим. Черт возьми. Устроившись на диване с блаженным вздохом после горячего и приятного душа, она решила уделить внимание книге, пока по телевизору шел рандомный фильм. Её розовые короткие локоны были мокрыми, оставляя на белой футболке влажные круги на плечах. Дженни не выходила у неё из головы. Даже когда её глаза были поглощены книгой. Однако её мысли были поглощены обладательницей кошачьих глаз, которые так красиво сегодня сияли при закате. Эти два желтых круга напоминали ей два ярких солнца. Лиса очень любила желтый цвет. Её руки так и чесались написать Дженни, но она была слишком застенчива и не хотела навязываться. Поэтому после получасового чтения, книга позволила ей уплыть в другой мир. Во время душа у неё закружилась голова, из-за чего ей пришлось в спешке помыться и вылезти. Ей хватило одного падения, повтора ей совсем не хотелось. Ей не удалось попытаться заснуть, после душа её сон, казалось, как рукой сняло, но тем не менее. На пухлых губах то и дело мелькала легкая беззаботная улыбка, и причиной этому была отнюдь не только книга. Странное чувство витало где-то внутри неё, и она не могла понять, что это было за чувство, но если бы она знала, то поняла бы, что скучала по некой брюнетке. Но, видимо, она не хотела признаваться ни себе, ни кому-либо еще. Время приближалось к полуночи, за окнами была глубокая ночь. Луна сверкала в небе, а звезды танцевали вокруг неё, словно хоровод. Легкий, но прохладный ветерок гулял по городу, лаская безмятежное лицо розоволосой тайки, когда она стояла на балконе, прислонившись локтями к ограде. Поскольку её волосы всё еще были влажными, на голову был наброшен капюшон, дабы скрыться от ветра. Она была не единственной, кто не спал. Свет лился из окон дома напротив, но её взгляд всегда был прикован к Эйфелевой башне. Только в эту ночь она не была золотистой, как ей нравилось, башня светилась тремя цветами флага Франции. Но, тем не менее, башня по-прежнему была прекрасна. Медленно прогуливаясь взглядом между домами вдалеке, она погрузилась в размышления. Где-то там, в одном из домов, жила Дженни. Она, наверное, сейчас спит. Хотя брюнетка говорила ей, что тоже поздно ложиться спать. Она пыталась не думать о ней, но это было безуспешно, так же безуспешно для неё, как понимать математику. Внезапно звук хлопающих крыльев и пролетающее мимо неё черное пятно пугают розоволосую головку, заставляя её встрепенуться. "Боже.." Оленьи глаза проследили за летящим где-то уже вдалеке пятном, которое оказалось городским голубем. Глубоко вдохнув свежий воздух, громкий вздох сорвался с пухлых губ. Сейчас, в такую мирную ночь, казалось, всё было хорошо. Ничто не должно было её беспокоить. Однако её зубы покусывали губы, а пальцы дрожали, пока руки висели на ограждении. Кофейно-черные глаза блуждали по сторонам, как будто в поисках чего-то. У неё есть крыша над головой, тепло, еда, семья, друзья, работа, деньги, её руки и ноги целы, и её жизнь не так уж плоха, даже скорее хороша. Но, черт возьми, почему у неё нет этой радости к жизни? Почему она так несчастна? Любой бездомный запрыгал бы от радости, зная, что у него есть место, где тепло и сухо. Те, кто потерял близких, мечтали бы снова увидеться с семьей, которую они потеряли. Одинокому человеку, мечтающему о друзьях, было бы неописуемо приятно знать, что у него есть друзья, и не имеет значения, если они не в реальной жизни. Каждый безработный мечтал бы о любой работе, даже если бы ему приходилось несладко. Люди, дети с ограниченными возможностями мечтали бы ходить, бегать, прыгать, как она. И для кого-то, у кого действительно тяжелая жизнь, её жизнь показалась бы раем. Так почему же она так несчастна? Она и сама до сих пор толком этого не понимала. В её жизни есть всё. Однако она, как опустевшая ваза. Вы её видите, но внутри она пуста. Люди как гусеницы в коконе, кто-то расцветает в прекрасную бабочку, а кто-то остается в коконе на всю жизнь. Если бы Дженни была сейчас здесь с ней, они, возможно, смотрели бы какой-нибудь фильм вместе. Она, конечно, нервничала бы до ужаса и желала бы, чтобы это закончилось как можно скорее, но тем не менее её мысли бы не были поглощены о её бессмысленной роли в жизни. Но ей не хотелось нервничать прямо сейчас. Её сердце немного побаливало в груди, как будто ему там было тесно. Она погладила место между грудями, как бы успокаивая свое сердце, и чтобы оно перестало ныть. Словно в ускоренном времени, стрелки на часах проворно закрутились по часовой. Ночной небосвод светлел с каждым часом, окрашиваясь в светло-голубые краски, а порывы ветра несли розовые облака, похожие на розовые комочки сахарной ваты. Мелодия, или, скорее, шум просыпающегося города, доносился из приоткрытой двери балкона. Где на кровати, как обычно, из-под одеяла выглядывала лишь розоволосая макушка, а тело было свернуто в клубок, однако из-под одеяла выглядывали босые ноги, словно проветриваясь. К её щеке был прижат мягкий пушистый мишка, от чего одна сторона её губ была надута, с которых медленно слетало неслышное сопение. Когда телефон завибрировал перед её носом, фигура под одеялом пошевелилась. Рука вслепую нащупала телефон и выключила будильник. Жаль, что нельзя прогулять работу, как урок в школе. Она бы проспала до вечера. Обычно Лав будил её тем, что ложился рядом с ней и сверлил взглядом, ожидая, когда она откроет глаза, покормит его и пойдет с ним погулять. Но когда она открыла глаза, её встретило лишь утреннее солнце, пробивающееся сквозь закрытые шторы. Ему, несомненно, лучше с бабушкой, чем здесь. Бабушка очень любит его, он как сын, которого у неё никогда не было, так почему бы им не провести время вместе. Проснулась она, пожалуй, не в лучшем настроении, и как же она это не любила. Так приятно просыпаться в хорошем настроении, жизнь с хорошим настроением кажется несравненно лучше. Сидя на стуле, поджав колени к груди и завернувшись в одеяло, она мирно завтракала под какую-то французскую передачу. В автобусе по дороге на работу, когда Лиса дремала или, скорее, просто сидела с закрытыми глазами, у неё в кармане завибрировал телефон. Она была раздражена всё утро и до сих пор. К тому же, не успела она сесть в автобус, как какой-то придурок наступил ей на ногу. Однако раздражение внезапно улетучилось, как весенний лист с дерева под порывом ветра, когда она увидела от кого сообщение. Дженни. Дженни: Я завидую твоему телефону. Брови озадаченно слегка нахмурились, а уголки губ приподнялись. Вынув другую руку из кармана, она ответила. Лиса: И тебе доброе утро:) Почему ты завидуешь моему телефону? Дженни: Он видит тебя каждый день и спит рядом с тобой, а я нет.