Unknown number - (Jenlisa/Дженлиса)

Дни рождения для Лиcы когда-то были самыми приятными и радостными моментами в её жизни. Ведь это так приятно, когда тебе дарят подарки, много разных сладостей, семейные посиделки, стол, заваленный едой, походы в кино с друзьями, вечеринки, взросление, счастье и ликование и еще много удивительных вещей. Но кажется, что чем старше ты становишься, тем равнодушнее становится этот день. Лично для неё это так, она не знала, как это бывало у других. Вероятно, кто-то в её возрасте всё еще любил дни рождения, может быть, даже начал любить их больше, чем раньше. Но для неё это совершенно обычный день, ничем не отличающийся от других. Дни, такие как Новый год, Рождество, она счастлива только этим дням по той причине, что это выходные дни в календаре, помимо дня рождения, конечно. Хотя она не сомневалась, что кто-то использовал свой или чей-то еще день рождения как предлог, чтобы не идти на учебу или на работу. Она не осуждает этих людей, ей абсолютно всё равно, она просто уверена, что такие люди, без сомнения, есть. Кто не любит выходные? Все любят, не так ли? Лиса всегда просила свою бабушку, сестру, брата и мать ничего ей не дарить, потому что она ни в чем не нуждалась и у неё было всё, что нужно. Она испытывала чувство долга, когда получала какие-то подарки, считала их незаслуженными, ей было достаточно простых поздравлений, не более того. Однако прошлый новый год был самым паршивым, по-настоящему паршивым. Он был унылым и занудным, ей абсолютно ничего не хотелось делать. В канун Нового года она хотела только одного, чтобы настроение было нормальным, но, как назло, оно было дерьмовым. Если бы у настроения имелся запах, оно пахло бы точно так же. Вернувшись домой, она провела следующие несколько дней, посещая практику и возвращаясь домой. Под громкую старую музыку с саксофоном, не до такой степени, чтобы соседи жаловались, она приводила свою квартиру в порядок. У неё возникло щекотливое желание обрести чистоту везде, где она видела грязь. Тем не менее уборка в любом случае успокаивала её и отвлекала от всякого рода плохих мыслей. Маленькая обновка в квартире тоже была чем-то вроде очистки самого себя, если можно так выразиться. К двенадцати часам она проснулась, неторопливо позавтракала и отправилась за покупками, хотя на самом деле это было не самое её любимое занятие, хотя всё зависело от настроения. Чтобы не смотреть на пустой холодильник и не видеть, как там вешается мышь, последнее, что она сделала, - это пошла в продуктовый магазин. Но перед всем этим она прогулялась по магазину для дома, купила мягкий коврик для ванной и пушистый для туалета, он был таким мягким, что его можно было гладить вечно. Позже она зашла в хозяйственный магазин, купила стиральный порошок, несколько упаковок мыла и другие вещи. И только когда она вернулась из продуктового магазина со своим старым набитым рюкзаком, она была выжата как лимон. Она была действительно измучена, и в очередной раз ей пришлось бороться с одышкой, из-за которой у неё сильно закружилась голова, и ей пришлось бросить все свои сумки и упасть на диван. Это действительно помогало, и если сейчас это не поможет, или если она потеряет сознание, то, в любом случае, она лежала и не упала бы где-нибудь. Искать плюсы в минусах? Почему бы и нет. Придя в себя, она переоделась в свою домашнюю одежду и умылась тёплой водой. Все продукты были разложены коврики расстелены. Два пакета с мусором и хламом стояли в коридоре у входной двери. Музыка витала по квартире, создавая более оживлённую атмосферу. Звук молотка прорезался сквозь джазовую музыку, когда Лиса решила укрепить ножки кухонного стола, потому что он начал довольно сильно раскачиваться, и это её несколько воодушевило. Она старалась стучать как можно тише, потому что не любила шуметь, никогда не знаешь, спит ли кто-нибудь из её соседей или что-то в этом роде. Сегодня вряд ли она смогла бы сделать гораздо больше, чем хотела, но тем не менее это лучше, чем ничего. Она вбила по гвоздю в каждую из ножек и с победоносной улыбкой на лице закончила всё на сегодня, у неё вряд ли хватит сил на что-то еще. Может быть, только немного позже. Ей оставалось лишь вынести мусор. На улице было прохладно, но приятно, такая погода более благоприятна, чем проклятая жара. Слегка затянутое облаками небо, легкий ветерок, колышущий ветви деревьев. Выбросив пакеты в мусорное ведро, она покормила птиц остатками белого хлеба и вяло побрела домой. Убрав весь остальной хлам, она приняла горячий душ, почти час расслабляясь под согревающими струями маленьких ручейков и подпевая какой-то мелодии. Мыльная мочалка медленно скользила по обнаженному, худому, усталому телу, где вода сразу же всё смывала, сочась по коже. Через некоторое время тайка вышла с полотенцем песочного цвета, обернутым вокруг её слегка влажного тела. Розовые короткие мокрые локоны, с которых стекали капли воды, спускаясь по плечам и острым ключицам и, окончательно исчезая под полотенцем. Босиком она пробежала по полу к своей кровати у окна, где рядом с ней стоял комод, её сразу же встретил холодный ветер, от которого она задрожала, а по коже побежали мурашки. Из-за своей забывчивости она совершенно забыла взять с собой одежду, и теперь она до чертиков замерзла. Однако, прежде чем она успела одеться или хотя бы что-нибудь накинуть на себя, она вдруг услышала звонок в дверь. Что, черт возьми, это за счастливое дерьмо такое? Почему именно сейчас, в другое время, это абсолютно невозможно? Обязательно прямо сейчас? Неужели это снова Джису? Она надеялась, что нет, ей хватало одного раза и совершенно не хотелось повторного момента. Однако у Джису есть ключ к её раздражению и разочарованию. Ох, проклятье, как это нечестно, когда в твою квартиру могут войти, когда захотят. И Лиса совершенно забыла, что Джису была не единственной, кто мог это сделать. Она решила проигнорировать это, надеясь, что кто бы это ни был, он уйдет, но звонки в дверь продолжались, и у неё не было другого выбора, кроме как быстро накинуть свой нежно-розовый махровый халат поверх полотенца и направиться к двери. Как только она открыла дверь, у неё даже не было времени что-то сказать или осознать, как чьи-то губы врезались в неё, заставив её пошатнуться на месте и опешить от неожиданности. Теплые ладони легли чуть выше её шеи, а большие пальцы покоились на скулах. Чья-то мягкая грудь прижалась к её груди, и когда она почувствовала стену позади себя, у неё перехватило дыхание. Её руки слепо упали на тонкую талию и оттолкнули тело от себя, но тут же почувствовала горячее дыхание на своем лице. Её взгляд наткнулся на знакомую обладательницу соблазнительных кошачьих глаз. Это была, черт возьми, Дженни! Конечно же, это была она! Она сглотнула. Горячая волна тут же пробежала по её телу, заливая шею и щеки яростным румянцем, в животе вдруг возбуждающе защекотало, а сердце затрепетало в груди. "Привет, моя любимая шпионка." Тихо произнес голос у её губ. "Э-э, п-привет.." Она заикнулась, но умолкла, когда мягкие губы вновь склонились к её губам, едва касаясь их, как перышко, лишая её дара речи. "Я снова загнала тебя в угол, что ты собираешься делать? Хм-м?" Горячее дыхание не покидало её лица, из-за такой близости она не могла здраво мыслить или заставить свой мозг работать, она могла лишь молча бегать глазами по сторонам, смущенно хлопая длинными ресницами. Вместо этого она спросила: "Во-первых, ты, э-э, напугала меня. Во-вторых, ч-что, черт возьми, это было?" "Где?" "П-поцелуй. Что ты... Почему так внезапно?" Взволнованно спросила она с раскрасневшимся лицом и неистовым волнением повсюду, чувствуя тепло прижатого тела даже сквозь свой теплый халат. "Я же обещала, что поцелую тебя, как только увижу." Темные кошачьи глаза посмотрели на неё снизу вверх. И при таком освещении они казались темнее обычного, что в них можно было заблудиться, как в незнакомом городе глубокой ночью. "И я скучала по тебе." Брюнетка продолжила, разглядывая её лицо, прежде чем её схватили за подол и притянули ближе, вызвав новый поток сверкающих волн в её животе. "А ты?" "Ч-что?" "Ты скучала по мне?" Горячее дыхание вновь обдало её лицо, но в этот раз в нос ударил запах чего-то клубничного, вероятно, от жвачки. И втайне ей это нравилось, даже очень, но она отказывалась в этом признаваться. "Д-да, я.. я тоже скучала по тебе." Заикаясь призналась она в том в чем бы не призналась бы в глаза, однако она была слишком отвлечена другим, а мысли где-то плавали на заднем плане. "Не нервничай." Тихо произнесла брюнетка, отрывая одну руку от подола и скользя вверх по шее к щеке, обхватывая её ладонью. Большой палец медленно прошелся по нижней пухлой губе, заставив Лису неосознанно облизать губы, поскольку у неё внезапно пересохло в горле, она тем самым задела палец. "Прости." Она тут же шепотом извинилась. Томный взгляд кошачьих глаз оторвался от её губ и медленно встретился с ней взглядом. Тяжелый вздох слетел с губ брюнетки, выглядевшей так, словно она с чем-то боролась. "Проклятье, ты мне слишком сильно нравишься, это нечестно." Брюнетка пробормотала что-то себе под нос, как будто говоря это самой себе. Лиса, с другой стороны, всё слышала, но притворилась, что нет, и что-то промычала, как бы спрашивая. "Хм?" "Я говорю, что ты мне действительно очень нравишься, я не переставала думать о тебе все эти дни, и теперь я наконец-то вижу тебя." Ей казалось, что Дженни придумает что-нибудь еще, как бы уклоняясь от своих слов, но, к её удивлению, она призналась откровенно, совершенно не скрывая своих чувств. Дженни была действительно прямолинейна и без колебаний высказывала то, что думала. "Ох, э-э, ну, вот я здесь, с тобой." Она ответила застенчивой и нервной улыбкой, не зная, как подобрать нужные слова при такой интимной близости. "Ты нервничаешь." "Я.. вовсе нет." "Так и есть." "Нет." "Как это нет, если да." "Как я могу не нервничать, когда ты так близко? Это невозможно." Пробормотала она с неистово бьющимся сердцем, глядя куда-то вниз. "Тебе не нравится? Должна ли я отойти?" Лиса ничего не сказала, просто продолжала смотреть вниз, чувствуя, как её телу становится слишком жарко, а воздуха остается всё меньше и меньше, потому что она всё время затаивала дыхание. Они продолжали стоять в темном коридоре, в который едва просачивался свет из кухонных окон, дверь была закрыта в тот самый момент, когда брюнетка переступила порог. Миниатюрное тельце было надменно прижато к ней, как будто потребовалось бы немало сил, чтобы выбраться, руки с обеих сторон зажимали её в тупик. "Молчание - знак согласия? Да, Лиса? Скажи мне, что ты хочешь, чтобы я сделала?" Упомянутая отозвалась молчанием. "Лиса?" "Хорошо, я отпущу тебя, только не молчи." "Лиса." "Лиса, ну же, не молчи, я люблю твой голос..." "По крайней мере, взгляни на меня." "Я скучала по тебе и приехала повидаться, а ты решила оскорбить меня своим молчанием? Это очень несправедливо, понимаешь? Ты-" Однако внезапно брюнетка умолкла, когда Лиса вдруг робко прижалась к ней губами, закрывая глаза. Боже, что, черт возьми, на неё нашло? Она никогда в жизни никого не поцеловала бы первой, независимо от своих намерений. Она бы никогда в жизни такого не сделала, но в этот момент она об этом не думала, она была как бы зачарована, и ей хотелось каким-то образом заставить её замолчать. Она была зачарована очаровательным и сексуальным обаянием Дженни и втайне несколько завелась всеми этими её выходками. Да, она завелась, но кто бы на её месте не стал? Правда, она всё равно этого не признавала, но, тем не менее, тело говорило само за себя. Она часто чувствовала это, когда Дженни прикасалась к ней, ласкала её или целовала, она просто подавляла это. Однако её тело долгое время было одиноким и втайне жаждало прикосновений. Она также отказывалась это признавать, но глядя на неё прямо сейчас, как она буквально склонилась над миниатюрной брюнеткой. Но она также просто хотела заставить Дженни замолчать. Да, именно по этой причине, а не по какой-либо другой. Дженни, казалось, была крайне удивлена от неожиданности, застыв на месте. И, казалось, они будто поменялись местами, потому что совсем недавно всё было наоборот. Но вместо того, чтобы отстраниться друг от друга, Дженни вскоре пришла в себя и ответила на поцелуй, сначала слегка, затем он стал более интенсивным, что сделало поцелуй больше похожим на французский, но более чувственным. От того, насколько чужим и приятным это было, и от того факта, что именно Дженни поцеловала её, в животе у неё заискрились бенгальские огни. Их губы двигались в своем собственном ритме, позволяя им утонуть друг в друге. Миниатюрное тельце прижалось к более высокому, а руки зарылись в мокрые от воды розовые локоны, притягивая к себе. Сегодня они обе удивили друг друга. Лиса, можно сказать, удивила даже саму себя, потому что она сделала то, чего не планировала, и она сделала то, чего не сделала бы ни с кем другим. Да, многие люди сказали бы, что это просто поцелуй, не более того, но для Лисы это много значило. Как для нетактичного человека, это действительно много значило, для таких людей любое прикосновение было интимным. "Лиса, я тебе нравлюсь?" Внезапно спросила её брюнетка, на мгновение отстраняясь, отчасти переводя дыхание, прижимаясь лбом к её лбу. У них обеих на лицах плясал румянец, и у обеих перехватило дыхание. Их губы были заметно покрасневшими и припухшими от поцелуя. Поскольку Лиса не могла ответить прямо, как Дженни, потому что сама не знала ответа на этот вопрос. И она не знала, когда узнает, это было слишком сложно. Она решила ответить вопросом на вопрос. "Ты хочешь сказать, что я целую кого попало?" Её голос прозвучал непреднамеренно резко, но был полон игривости и застенчивости. Вот только она не выдержала смущения, что заставило её спрятать раскрасневшееся лицо в темных шелковистых волосах брюнетки, от которых восхитительно пахло шампунем. Она спряталась от смотрящих на неё кошачьих глаз. До её ушей донесся смешок, и она почувствовала, как что-то прижалось к её голове. "Что? Нет, это не то, что я хочу сказать, и я не хочу, чтобы ты кого-то целовала." Рука обхватила её сзади за плечи, заключая в объятия. Она ответила, пробормотав в волосы приглушенным голосом: "У меня и в планах такого не было." "Хорошо. Скажи мне, когда они появятся." "Они?" "Планы поцеловать кого-нибудь." Лиса подняла голову и скептически посмотрела на брюнетку, которая тут же поймала её взгляд. "Сказать тебе, когда у меня появятся планы кого-нибудь поцеловать?" "Ты смотришь на меня так, будто я в шоу "Поймай педофила". Я просто зацелую тебя до такой степени, что ты потеряешь голову и будешь думать только обо мне." Ухмыльнулась брюнетка. Кофейно-черные оленьи глаза закатились в сторону, а на пухлых губах заиграла веселая улыбка, когда она поджала их, прежде чем ответить. "Звучит как угроза." "Угроза? Вовсе нет. Я просто не люблю делиться." Сказала ей Дженни с улыбкой, отстраняясь, чтобы поднести ладони к покрасневшим щекам и сжать их, заставив Лису надуть губы. Шоколадные кошачьи глаза смотрели на неё, и они так ярко сияли в темном коридоре, что напоминали пару полных лун в разгар ночного затишья. "Я как Джо из "Друзей", я не люблю делиться." "Но он не любил делиться едой. Так я для тебя еда?" Шутливо спросила она брюнетку. "Да. Я имею в виду, что? Нет!" Воскликнула та. "Как скажешь." "Я действительно скучала по тебе." Лиса улыбнулась, польщенная. "Ты уже говорила мне." "Просто это правда. Беготня по офисам и этажам, бесконечное количество разговоров со скучными головорезами о политике и решение проблем некомпетентных сотрудников моей компании действительно утомляют меня каждый день. И стоит мне подумать о тебе, как я вроде как успокаиваюсь, я не знаю, как это работает. Твой голос успокаивает меня, а твое присутствие делает меня счастливее. Это звучит так драматично, знаю, но я ничего не могу с собой поделать." Лиса стояла и хлопала ресницами, испытывая некоторое сочувствие к тому, что Дженни устает от работы, и ей хотелось бы как-то отвлечь её от всего или как-то помочь ей. Она также испытывала тепло в своем сердце от того факта, что одна только мысль о ней расслабляла Дженни после тяжкого дня. Она слышала это не в первый раз, но каждый раз это оставляло теплый отпечаток у неё на груди. Она несколько улыбнулась, не зная, что сказать. Она действительно плоха и на словах, и в поступках, фактически во всем, но это неважно. "Я не сделала ничего особенного, но.. я рада, что мысль обо мне заставляет тебя чувствовать себя лучше." Она была одарена милой чеширской улыбкой, которая сделала пухлые щеки брюнетки еще более пухлыми, а кошачьи глаза сощурились, образовав по краям мелкие морщинки. "Я тоже рада." Она улыбнулась еще шире. Но внезапно она занервничала, когда поняла, что за это время совершенно забыла, что на ней халат, а под ним абсолютно ничего не было, лишь полотенце. Проведя рукой по шее, она спросила: "Хочешь чаю? Или, э-э, посмотреть фильм?" "С удовольствием." Дженни ответила ей той же улыбкой, отстраняясь и снимая с себя куртку и сапоги. Войдя в комнату, вслед за миниатюрной стройной фигуркой, она увидела, как брюнетка вместо дивана с блаженным вздохом плюхнулась всем телом на кровать. Лиса была нисколько не против. "Я, эм, пойду переоденусь и приду." Она указала большим пальцем себе за спину, в сторону ванной. Любопытный взгляд кошачьих глаз метнулся к ней, когда брюнетка слегка приподнялась на локтях. "Мы ведь собирались посмотреть фильм, разве нет? Не стесняйся, ты можешь остаться в халате, если хочешь." "Вообще-то, когда ты пришла, я, э-э, только вышла из душа и, ну, у меня не было времени что-нибудь надеть. История повторяется." "Правда? Прости, я не специально." "Всё в порядке, просто у меня какая-то сумасшедшая удача с душем и желанием людей навещать меня в этот момент." Сказала она с усмешкой и пожиманием плечами. Брюнетка не ответила, когда кошачьи глаза скользнули вверх и вниз по её телу, а на губах появилась медленная задумчивая ухмылка. "М-м-м, так получается, под этим халатом ничего нет?" Лиса скрестила руки на груди, прищурив глаза с несколько игривой улыбкой. "Я пойду, а ты пока поищи фильм." Ответила она, исчезая в дверях ванной. "Я жду тебя!" Пока она переодевалась и вытирала волосы, из комнаты донесся приглушенный голос. Она просто улыбнулась, услышав, как через некоторое время из телевизора стали доноситься негромкие голоса и музыка. Глядя в зеркало, она всё еще чувствовала покалывание на губах, и её разум повторял этот поцелуй порядочное количество раз, отчего её сердце не переставало трепетать, а на лице поднимался румянец. Её губы были немного покрасневшими, и когда она облизнула их, то почувствовала какой-то сладковатый привкус. На её губах осталась губная помада Дженни. Это заставило её инстинктивно еще раз пробежаться языком по своим губам и слегка закусить их зубами. Она не стала проводить пальцем по губам, как это делали в фильмах или где бы то ни было, она не хотела вести себя странно, поэтому просто умылась и прошлась пальцами по своим влажно-розовым локонам, поправляя растрепавшуюся челку. Что происходило с её сердцем? Оно билось так сильно. Её сердце было чувствительно ко всему, поэтому она не знала, что это значит. Говорят, когда ты с человеком, который тебе нравится, твое сердце не перестает биться, оно громко дает о себе знать, но в случае Лисы её сердце всегда громко бьется в груди, особенно когда она с людьми. Таким образом, этот фактор отпадает. Есть еще один фактор, что ты очень нервничаешь с кем-то, кто тебе нравится, но опять же, Лиса всегда нервничает, так что этот фактор также отпадает. На самом деле, это не особенно надежные источники. Только если человек хладнокровен сам по себе и он нехарактерно нервничает и потеет перед конкретным человеком, то он, вероятно, либо влюблен, либо... ничего. Лиса не психолог по любви, она понятия не имеет, она совсем новичок в этой тематике, ибо чрезмерно нетверда в этом. Робко войдя в комнату в свитере и спортивных штанах, она была встречена брюнеткой, которая похлопала по месту рядом с собой, приглашая её. "Знаешь, что я выбрала?" Лиса улыбнулась и плюхнулась рядом с ней. "Что?" "История игрушек! Я обожаю этот мультик! Мне всё равно, если тебе он не нравится, ты обязана его посмотреть." Брюнетка взволнованно разводила руками в стороны, пока говорила, как будто готовилась к отказу. "Я люблю Историю игрушек." "Ты, должно быть, шутишь." "Нет, а что?" Розовые локоны слегка упали на бок, когда она с любопытством наклонила голову. "Я думала, мне придется тебя уговаривать!" Лиса тихо хихикнула. "Прости, что лишаю тебя такого сладкого удовольствия." Брюнетка хихикнула в ответ, игриво толкнув её в плечо. "Тогда мы начнем раньше. Может быть, нам стоит приготовить что-нибудь перекусить?" "Это было бы кстати." Лиса согласилась. "Отлично, пойдем." Брюнетка наклонилась к ней, оставив поцелуй на розовой макушке, прежде чем исчезнуть на кухне, оставив её с приятным трепетным чувством внутри. Она вновь испытала это чувство, которое говорило о том, что её любят, что о ней заботятся. На следующее утро, когда комната наполнилась утренними красками, прогоняющими ночную тьму, две девушки лежали лицом к лицу на кровати и крепко спали. Солнечные лучи падали на их лица, лаская кожу. Розоволосая обладательница оленьих глаз спала в обнимку с кусочком одеяла, а её ноги выглядывали из-под одеяла где-то внизу. Её волосы беспорядочно разметались по подушке. Тем временем спящая темноволосая обладательница кошачьих глаз спала практически на спине, склонив голову набок. Одеяло было сброшено сверху, а рука возвышалась над головой. Её длинные волосы цвета темного шоколада также были разбросаны по сторонам, но ноги были полностью скрыты под одеялом. Их груди медленно поднимались и опускались, от них исходил едва слышный храп. Тихое тиканье маленьких часиков на кофейном столике раздавалось посреди безмолвной комнаты. Пульт валялся где-то в постели. Через какое-то время Дженни проснулась первой, потягиваясь всем телом и сонно зевая. Примерно через пять минут она повернулась на бок и снова заснула. Однако вибрация будильника на телефоне разбудила сонную брюнетку чуть позже. После этого она больше не спала, лежала и наблюдала за особой рядом с ней, которая крепко пребывала в своих снах. "Лиса? Лиса." Сквозь сон, спящей тайке послышался шепот, как будто кто-то звал её во сне, она также почувствовала, как кто-то поглаживал её по волосам. Это было так хорошо, и она так хорошо спала, ей изредка удавалось так хорошо заснуть. Но зачем кому-то понадобилось будить её в такой хороший час? Потянувшись всем телом, сонный вздох, смешанный со стоном, сорвался с её губ, когда она снова свернулась калачиком, игнорируя всё вокруг, надеясь, что её оставят в покое. "Не стони, Лили, проснись." Сонные оленьи глаза затрепетали, прежде чем лениво приоткрылись в замешательстве. Она постепенно начала понимать, кому принадлежал этот голос и кто находился в её квартире. Сон медленно рассеивался, подобно порыву ветра. Её глаза тут же распахнулись. Она села, поднесла ладонь к лицу, пряча глаза от солнечных лучей, проникавших сквозь открытые оконные шторы. Одеяло соскользнуло с её плеч, отчего прохладный воздух коснулся её шеи и рук, вызвав мурашки на коже. Она тут же замерзла. Когда она, наконец, перестанет забывать задергивать шторы перед тем, как лечь спать? "Ох, Дженни, э-э, привет." Её голос звучал хрипло и сонно. "Я, э-э, на мгновение забыла, что ты здесь." Протерев глаза, она увидела перед собой обладательницу красивых, слегка полусонных кошачьих глаз. Её темные длинные волосы были растрепаны в стороны, отчего казались лохматыми и небрежными. Но это никак не повлияло на красоту, которую она увидела. Одеяло было сброшено с тела, белая футболка, которую она одолжила, небрежно сидела сверху, несколько обнажая кожу на бедрах, поскольку на них были короткие шорты. Как Дженни могла выглядеть такой очаровательной и сексуальной по утрам, законно ли это вообще? "И тебе доброе утро. Должна ли я обидеться?" На её лице появилась сонная улыбка, и, покачав головой, она прохрипела: "Что? Нет, я просто еще не проснулась." Она взялась за край одеяла и завернулась в него, мгновенно почувствовав тепло, и ей захотелось лечь и вновь заснуть. "Тебе холодно?" Лиса только промычала в знак согласия с той же вялой улыбкой, пряча половину лица в одеяло и время от времени поглядывая на особу рядом с ней, которая придвинулась ближе. Сейчас она была застенчива, как школьница, не то чтобы это был первый раз, когда они просыпались вместе, но, тем не менее, это никоим образом не могло избавить её от смущения. Просыпаться с Дженни было чем-то вроде невообразимого и сказочного сна. Для Лисы всегда было в новинку просыпаться с кем-то в одной постели. В последний раз, когда она спала в одной постели с кем-то, помимо своих близких, это было в школьные годы, когда все собрались на недельную поездку с ночевкой в тайский отель для отдыха. Они были единственными в отеле, и больше никого, кроме управляющего. Они гуляли рядом с отелем, по вечерам разводили костер, жарили сосиски и шашлыки, рассказывая безумные истории, которые Лиса слушала молча, почти не разговаривая. Там им приходилось делить комнату и кровать, и всё было бы хорошо, если бы в комнате было две девочки, пока к ней и её однокласснице не присоединился кто-то еще. Парень, их одноклассник, его можно было бы назвать бабником. Спросите, зачем он вообще пришел? Никто не знал, хотя нет, все знали, что с девушками ему было веселее. Короче говоря, в результате он сдвинул две кровати вместе, и, к их непониманию, им пришлось спать втроем, потому что, по его словам, так было теплее. Никто не мог возразить, было поздно, и им ужасно хотелось спать, но, в любом случае, спали они так недолго. Утром кровати были раздвинуты, где Лиса в итоге спала со своей одноклассницей, а парень спал один на другой. В ту ночь это было крайне неловко. Какого чёрта он вообще пришёл ночью к ним? Испортил весь ночной покой своим извращенным мозгом. Возвращаясь к двум сонным девушкам, на самом деле, Лиса изначально сказала прошлой ночью, что будет спать на диване, но Дженни стала настаивать на том, что хозяйка должна спать на своей кровати. И так они продолжали спорить между собой около десяти минут о том, кто будет спать на диване, где в конце концов решили спать вместе на кровати. Лиса хотела спать одна по той причине, что эту неделю она стала чаще ворочаться, и ей бы не хотелось раздражать этим Дженни. Но, как ни странно, она заснула почти сразу же, как только легла, вероятно, потому, что устала за весь день убирать всю квартиру. Чье-то бедро коснулось её ноги, а рука запустила пальцы в её волосы, заставив глаза лани подняться и встретиться с ней взглядом. "Я забыла спросить тебя вчера, нужно ли тебе идти на работу." Она застенчиво заморгала, чувствуя, как по коже побежали мурашки, когда пальцы Дженни нежно поглаживали её волосы. Она покачала головой: "Мхм, у меня сегодня выходной." "Мне придется ехать на работу одной? Это печально." Та надулась, опустив глаза вниз. Лиса только улыбнулась, ткнув пальцем в пухлую щеку. "Не драматизируй." "Скучно ехать одной." Чуть позже, вместо того чтобы снова лечь спать, она решила позавтракать с ней, чтобы составить компанию. Однако после того, как Дженни уехала, Лисе внезапно позвонили с работы и велели приехать, но не сказали почему и для чего. Почему они не могли позвонить раньше? Если бы они позвонили раньше, она могла бы составить Дженни компанию. Когда она приехала, к её удивлению, там собрались все её коллеги. Ну, почти все. Она поздоровалась с некоторыми из них и стала ждать, любопытствуя, зачем их всех собрали. Мало ли, её собирались уволить или что-то в этом роде, она была готова к этому, и она бы не удивилась и не расстроилась, если бы всё было именно так. Их собрали лишь для того, чтобы они ознакомились с новой формой обеспечения безопасности и всем прочим, чтобы они также расписались и прошли небольшой тест на эту тему для проверки. Когда все начали собираться домой, она ушла чуть ли не последней, потому что не спешила возвращаться. Но прежде чем она успела уйти, её задержал заместитель директора. Чуть позже он сообщил ей, что у него есть свободное место помощника заместителя директора, и предложил эту должность ей, к её удивлению. Она совсем не ожидала этого, так как была всего лишь стажером. Однако она вежливо отклонила его предложение, потому что знала, что не справится с такой тяжелой работой, и у неё вряд ли хватило бы на это сил.