(Не)османка

Лишь только он увидел, как они поцеловались, сразу же спешно ушёл. Мир рухнул для него… Она, его звезда, его счастье, его любовь, и с другим. С другим… Не просто с другим, а с тем, кому он доверял как самому себе. С его другом… - Нет… Не может быть такого… Нет! – последнее слово Михаил выкрикнул, закрыв рот рукавом мундира, дабы никто не смог услышать его. - Я же… Я же… - мысли путались в голове ураганом. – Нет… Слёзы двумя ручьями текли из его глаз бесконечными потоками. Молодой человек достал то самое кольцо, приготовленное для неё, и посмотрел на него. - Как же… - он погладил предмет пальцем. – Родная моя, почему? Ведь мы выросли вместе… …- Если я не могу обнять братьев, то мне никакой статус не нужен. Её хмурые бровки… - Не бойся, ты всегда можешь нас обнять, - Серёжа подхватил Иларию на руки. - Как сейчас, например. - Конечно. Миша слегка приревновал… Взяв маленького ангела на руки, он начал тихонько с ней кружиться, словно в каком-то вальсе. - Нет, я не так хочу. Опусти меня, пожалуйста. Опустить? Хорошо… Почувствовав ногами твёрдый пол, девочка для пущей убедительности пару раз стукнула ножкой, а затем сказала: - Теперь можно танцевать. Неуклюжий реверанс. В Мишиных детских глазах сие движение выглядело идеально. А затем начался их танец. Первый в его жизни танец… …- Я всегда любил тебя. И теперь люблю. Молодой человек захотел зайти к Сергею в надежде на то, что друг поможет ему и поддержит. Мужчины дома не оказалось, и Михаил, подумав, решил вернуться к себе. Вернувшись, он увидел, что на столе была бутылка с шампанским. Молодой человек долго смотрел на неё, о чём-то размышляя. Наконец он взял стеклянную тару. Хотел было открыть и принять внутрь спасительный для него в эту минуту напиток, но перед глазами вновь встало увиденное им ранее… Михаил покрутил бутылку в руках, затем взял за горлышко и… с силой разбил её о стену. В сжатой ладони остался кусок стекла с довольно острыми краями… - Миша? – раздался позади него голос. – Миша, что с тобой? - подошедший сзади Сергей схватил друга за плечи и развернул к себе. - Она… Она… - Кто «она»? Объясни толком. Но Михаил в ответ лишь помотал головой и вновь зарыдал. - Ладно, Миша, пойдём. Пойдём и приляжем, - мужчина осторожно забрал осколок. Затем уложил друга в кровать и накрыл его одеялом, присев рядом. - Что произошло? - Лара… - Что с ней? - Она… - он никак не мог точно сказать. – Я видел, как они… - Ну? – собеседник уже начинал терять терпение. - Я видел, как она… поцеловала моего друга… - Какого? - Твоего брата. Ипполита, - немного помолчав, ответил молодой человек. Он увидел на лице мужчины удивление и вопросительно посмотрел на него. - Моего… брата? – Михаил кивнул. – А… он? Что сделал он? – взгляд сменился с вопросительного на грустный: - Ответил… - Дальше видел? - Нет. - Хорошо. Я понял. - Серёжа… - Что такое? – мужчина погладил друга по спине. - Что мне делать? - Постарайся смириться. - А если не хочу? - Постарайся, - повторил Сергей. - Не могу… - Ради неё. Ради её счастья. - Разве ей будет с ним хорошо? - Надеюсь, что будет. А ты для неё брат. - Да… - молодой человек вздохнул. – И я счастлив, что… что хотя бы так. Он достал золотое колечко с изумрудом, посмотрел на него, и вновь его глаза наполнились влагой, упавшей несколькими каплями на камень, пальцы и ладони… - Всё-всё. Будет-будет. Полно тебе, Мишенька, - мужчина крепко обнял несчастного. – Пойдём, у тебя ещё оставалось шампанское. Выпьем, поспишь, а завтра всё хорошо станет. - Не станет. - Мишель… - Серёжа, я не буду. Не предлагай мне. Не стану я. - Как пожелаешь, - Сергей удивился, но виду не подал. – Давай спать. С этими словами мужчина потушил свечу и лёг на соседнюю кровать, прошептав перед этим: - Всё будет хорошо. Михаил вскоре крепко уснул. Сергей тихо покинул его дом, направляясь к своему. При входе внутрь мужчину окружила мёртвая тишина. Не было слышно даже чьего-то посапывания… Сергей заподозрил неладное. Постучавшись к брату, он открыл дверь и… никого не увидел. - Он, видимо, с ней… Похоже, что дело серьёзное. Поговорю с ним, когда вернётся… *** Малороссия, окраина Тульчина, дом Пестеля. 24 июня 1825 года В лучах рассвета она была прекраснее любого человека на этом свете. Тихое дыхание, сомкнутые веки говорили о том, что юная особа ещё крепко спала. Он смотрел на неё, любовался ею, и не мог… Не мог налюбоваться. Юноша гладил её щёки, её волосы, разбросанные по подушке, аккуратно сжимая их в ладонях. Девушка чему-то улыбалась во сне… - Ангел… Истинный ангел. Настоящая принцесса… - шептал он, не отрываясь от своего занятия. Тут Ипполит вспомнил о данном им слове и нехотя встал. Желание вновь прикоснуться к прекрасному созданию тут же охватило его, будто какие-то тиски, не давая вздохнуть. И оно победило в неравной и довольно короткой борьбе. Юноша погладил её плечи, спину, нежные руки… - Моя солнцеликая неосманка, - обратился к ней Ипполит, хоть и знал, что девушка его не слышит. – Не хочу покидать тебя. Да придётся. Но обещаю, что вернусь… Он тихо, дабы никого не разбудить, вышел из дома. Юноша направился к тому месту, где Илария его поцеловала. Где они вместе кинули в воду венок. Её венок… Ипполит подошёл к краю холма и посмотрел вниз, на реку. В кустах близ воды он увидел какой-то предмет. Мигом метнулся молодой человек к тому месту. Там был… венок. Юноша знал, кому принадлежала найденная им вещь, ведь в неё были вплетены те ленты, которые присутствовали на украшении Иларии. Ипполит, не раздумывая, взял венок с собой и ушёл с холма. Счастливая улыбка не сходила с его лица. Он сиял, прижимая к груди своё «сокровище». Особенная, ни на кого не похожая… - Доброго утра, братец. И где же ты пропадал? - Серёжа? - от неожиданности Ипполит чуть вздрогнул. – Ты как здесь? - Воздухом дышу. Где ты был? - Гулял… - Всю ночь? - Д-да… Мужчина сразу же распознал лёгкий обман младшего брата: - Не лги. - Как я могу позволить себе подобное? - Ипполит… - Сергей чуть наклонил голову вправо и внимательно посмотрел на собеседника, чуть усмехнувшись. – С ней был? - О ком ты? – поинтересовался тот, чувствуя, как по щекам разливается жар. - Знаешь. - Да. - И ночью? - Мы… были у Павла Ивановича. - Вместе? - Точно так. - Заночевал, значит, там… - мужчина немного нахмурился. - Серёжа, клянусь, ничего предосудительного никто не совершил, - Ипполит едва не взмолился, чтобы его не бранили за совершённое. - Уверен? - Верно тебе говорю. Сергей продолжал смотреть на юношу, который, не выдержав пристального взгляда, признался: - Мы… поцеловались. - Ясно. Стало быть, впечатлил ты её… - Серёжа, я и сам не знаю, как сие произошло. Прости меня. - Всё хорошо, брат, - мужчина похлопал младшего по плечу. – Бранить тебя не стану. Только будь осторожнее. Она… Сергей хотел сказать «принцесса Османской империи», но вспомнил о данном девушке обещании. - Что «она»? - Очень непростая девушка. - Хорошо. - Пойдём. - Да… *** Молодой человек, проснувшись утром, решил немного прогуляться. События вчерашнего дня не покинули его мыслей, однако были несколько притуплены благодаря хорошему и здоровому сну. По мнению Михаила, праздник удался на славу. И во многом благодаря… ей. Всё же он не отпускал её. Не мог. Хоть и честно старался. Тут до него дотронулась чья-то рука: - Михаил Павлович… - молодой человек обернулся. - Приветствую, Светлана Дмитриевна. - Как вы? - Благодарю за беспокойство, всё хорошо. - Михаил Павлович, я же вижу, - снисходительно покачала головой девушка. – Вы грустите. И причина тому – Илария Николаевна. - Отнюдь. - Не отрицайте, Михаил Павлович. Я понимаю, что у вас к ней чувства. Невзаимные чувства. Сама же она влюблена в другого. - Откуда вам сие известно? - Я просто это вижу. - Светлана Дмитриевна, - Михаилу уже начинал надоедать их диалог, - прошу, не нужно вмешиваться в чужие дела. - Я хотела предложить вам помощь. Чтобы мы оба получили желаемое. - В каком плане? - Сделка. Буду с вами откровенной: я хочу быть с Ипполитом Ивановичем, вы – с Иларией Николаевной. Поможем друг другу. - Если Илария любит другого, то я не стану ей в этом препятствовать. - Неужели? - Да. - Михаил Павлович, не стоит лгать. - Я говорю правду, - молодой человек еле сдерживал себя. - Не верю. - Ваше право. - Вы хотите взять её в жёны. - Нет. - Почему? - Она любит другого, - упорствовал собеседник. - И какая в том разница? Сии слова доконали последние капли терпения Михаила. Он схватил девушку за оба локтя и едва не прошипел ей прямо в лицо: - Светлана Дмитриевна, запомните: я никогда – слышите? – никогда не сделаю ничего во вред Иларии. И вам не позволю сотворить зло. - Но… - Ступайте сию минуту подальше. Или о ваших интригах станет известно не только мне. - Просто… - Я всё сказал. - Хорошо, - ответила девушка и ушла. Отойдя на достаточное расстояние, она обернулась и, глядя молодому человеку в затылок, злобно прошептала: - Вы ещё пожалеете о том, что осмелились перейти мне дорогу, господин Бестужев-Рюмин… *** - Как же хорошо… - девушка сладко и медленно потянулась в кровати. – Но сколько время? – Илария взглянула на часы. Те показывали половину девятого… - Боже мой! Что со мной будет? Что он сделает?.. – она наскоро переоделась и вышла из дома. Снаружи стоял Пестель, и взгляд его не предвещал ничего хорошего… - Опаздываете, Илария Николаевна. - Простите, Павел Иванович. - Тренировка будет? Вопрос застал девушку врасплох: - Что? - Я у вас спрашиваю: тренировка будет? - Да… - последовал нерешительный ответ. - Отвечайте чётче. - Да! - Хорошо. Тогда… - мужчина не успел договорить, как Илария тут же приняла упор лёжа и стала отжиматься. Спустя пару минут Павел подал ей оружие: - Ваша шпага. Более объяснений не требовалось, и они начали борьбу… - Неправильно! Надо лучше! - Но я устала! – девушка кипела от гнева. - Я больше устаю, нежели вы. - Откуда вы знаете? - Будете на моём месте, поймёте. - Мне никогда… - начала было Илария, но полковник схватил её за плечо и сказал, приблизившись к её лицу: - Мы не знаем точно, что произойдёт даже через минуту. И потому не утверждайте, что не станете такой, как я. - Я никогда не буду такой жестокой, как вы! – слово «жестокой» девушка почти прокричала, вырвавшись из ледяной хватки. - Хорошо. Если вы считаете, что я тиран, не дающий никому свободы, то воля ваша. Я сейчас ухожу. Вы вольны в своих действиях, - он повернулся и зашагал прочь. Илария была настолько ошеломлена, что ей в голову не пришло сказать вслед чего-либо. - И что же мне делать? – тут она случайно вспомнила, какой сегодня день… - Пойду приберусь. Быть может, он смягчится. Впрочем, сомневаюсь… Вскоре всё внутри строения сияло чистотой. Грязные вещи, коих оказалось немного, были постираны и развешены за домом. Еда на сегодня была приготовлена. В самом помещении девушка разложила на столе кружевные льняные салфетки, найденные в серванте. Вместо кусков белой ткани, заменявших занавески на окнах, была развешена тонкая полупрозрачная кисея. Она была обнаружена в шкафу, стоявшем в комнате Пестеля. Откуда у одинокого полковника подобные вещи, Илария предпочла не думать, дабы не забивать свою голову не очень нужными мыслями. По окончании уборки она решила заняться рукоделием, которое взяла с собой в надежде на то, что ей удастся его закончить. Сходив к себе за всем необходимым, девушка вернулась в комнату Павла, потому как там было очень много света. За шитьём время летело незаметно. Тут раздался шорох. Илария посмотрела по сторонам. Никого не было. Она хотела вернуться к своему занятию, но взгляд уцепился за какой-то предмет, висевший на стене. Во время уборки девушка не обратила на него внимания. Объектом её интереса оказалась шпага с золотой рукоятью. Юная особа подошла, чтобы рассмотреть её поближе и дотронулась пальцами до предмета. Затем увидела надпись «За храбрость»… - Илария Николаевна, что вам здесь нужно? - Павел Иванович? – девушка очень сильно испугалась оттого, то полковник вошёл так тихо и неожиданно. - Собственной персоной. Что вам так необходимо в моей комнате? - Я… шью. Здесь много света, и я решила прийти сюда. - Шьёте? На расстоянии? Вы только что стояли у стены. - Отвлеклась, - попыталась оправдаться Илария. - Плохо, - ответил Пестель, которого в этот момент интересовало другое. - Для чего убрались в доме и сменили занавески? - Не имеет значения, - решилась произнести девушка. - Перечите? - Я желала таким образом поздравить вас с днём вашего рождения. - Я не выделяю сей день среди прочих. Для меня он никакой особенности не имеет. - Заметно. - Что ж, разговор можно закончить. Ступайте. - С удовольствием вас покину, - Илария чуть поклонилась и ушла, оставив шитьё… Павел подошёл к дивану, взял в руки забытое девушкой рукоделие. Оно состояло из трёх цветов: тёмно-синей и белой ткани и золотой узорчатой ленты. Всё же вместе походило на предмет одежды… - Платье? Интересно… Материал хороший. И одновременно нежный… В памяти всплыли её слова: - Я желала таким образом поздравить вас с днём вашего рождения… - До сей поры никто не говорил мне о подобном.  И даже не задумывался… - мужчина отложил шитьё в сторону и взял заинтересовавшую девушку шпагу. Он вспомнил, как получил её после тяжёлого ранения от самого генерала Кутузова. Затем в мыслях возник образ Иларии, робко дотронувшейся до оружия. Но как в тот момент горели её глаза… Пестель представил девушку со шпагой в руках и усмехнулся: - Что порой может прийти в голову… - Я никогда не буду такой жестокой, как вы!.. - Возможно, она права, - Павел тяжело вздохнул. – Но я делаю сие не просто так, а ради её блага. Ради её будущего. Ради неё…