На страницах твоего романа

— Список составила? — Спросила спустя пять часов Громова. Молча встаю и взяв клочок бумаги протягиваю ей. Иду обратно к кровати. — Со мной не хочешь проехать? — Нет, — ещё вместо магазина в психушку меня отвезёт. — Я врезала замки в свою спальню и в кабинет. Причём такие, которые ты точно не взломаешь. Она ушла, а я закрыла глаза. Слышу, как хлопает входная дверь и даже начинаю дремать, но тут же просыпаюсь от крика. Подскочив на кровати, оглядываюсь и снова слышу крик. Пронзительный и громкий. Выбегаю из комнаты и вслушиваюсь, пытаясь понять, где кричат. Вроде как с подвала. Сердце бешено стучало, когда я подошла к двери, ведущую в подвал. Замок висел уже куда круче предыдущего, этот замок отвёрткой было не вскрыть. — Тут есть кто? — Какой же тупой вопрос, но всё же. — Помогите! — Раздался определённо женский крик за дверью. — Помогите! — Сейчас, — надо найти ключ или хоть что-то, чем можно открыть его. — Помогите! Вбегаю на кухню и ищу хоть что-то. Как-то даже растерялась. Надо ломать замок. — Помогите! — Сейчас! — Закричала я в ответ. Надеюсь это не галлюцинация. В психушке мне только это и внушали. Прекратив поиски, подхожу к двери. — Как вас зовут? — Помогите, она убьёт меня! — Успокойтесь пожалуйста. Скажите, как вас зовут? — Она убьёт меня! Помогите! Я не придумала ничего лучше, чем вернуться на кухню, взять самый большой острый нож и вернуться. — Я сейчас буду ломать дверь. Успокойтесь. — Помогите! Просовываю лезвие ножа в дверной косяк и начинаю его отрывать. Руки уже болят, сил нет, упираюсь ногой в стену и резко дёргаю на себя. — Помогите! Помогите! Помогите! — Заткнитесь пожалуйста! — Как же она нервирует. — Я сейчас вас выпущу. Треск ломающегося дерева. Ещё один рывок и нож и дверной косяк ломаются. Падаю на пол. Косяк падает рядом и дверь со стороны петель приоткрывается. Но никто не выходит. — Помогите! — Дверь открыта! — Вскакиваю на ноги и открываю её. — Выходите! — Помогите! — Раздалось где-то в глубине. — Выходите! — Включаю свет и захожу. — Вы можете идти? — Помогите! Бегом спускаюсь вниз и никого не вижу. Голосов уже нет. Никто не зовёт на помощь. Подвал пуст. — Вы здесь?! Ничего. И как мне теперь ей объяснить сломанную дверь? Я вышла из подвала и тут же встретилась с Громовой. Она стояла с пакетом продуктов и разглядывала сломанную дверь. — Что случилось? — Спросила она, бросив на меня взгляд. — У тебя кровь. Смотрю на свои руки и вижу, что у меня порезана правая рука. Даже не знаю, когда успела. Наверное, когда упала. — Агата, — она поставила пакет на пол и подошла ко мне. — Что случилось? — Ничего, — смотрю в сторону. — Ничего? Ты дверь сломала. — Мне показалось. — Что? — Да так. Просто показалось. — А что могло показаться что ты сломала дверь? Агата, тебе нужна помощь. — Нет! — Ты дверь сломала. Я не знаю, что сказать. Я просто хочу спрятаться у себя в комнате и не выходить оттуда до самого первого сентября. — Агата? Молча разворачиваюсь и иду в свою комнату. Жалко что тут нет замка на двери, так бы и заперлась. — Агата, — вся сжимаюсь, когда она вошла в комнату. — Расскажешь, что именно произошло? Она стояла в дверях, а я молчала, лёжа на животе и обнимая подушку. — Агата? — Протянула она моё имя, а после бесшумно подошла и села на кровать. — Давай обратимся к врачу. — Нет, — вся напрягаюсь. — Всё хорошо. — Хорошо. Ты есть будешь? Я купила всё из твоего списка. — Потом. Позже. Не сейчас. — Хорошо. Она ушла, а я думаю, как быть дальше, глядя на свою окровавленную руку. Кровь похоже и не думала останавливаться. Я даже села, тупо глядя на рану, как я вообще умудрилась? И тут раздался крик. Тут же вскакиваю на ноги и бегу на него. Вот только добежав до нужного места, я застыла. Больше никто не кричал, и я просто стояла в коридоре второго этажа и смотрела на люк в потолке. Это же как громко кричали, что я на первом услышала? — Агата? — Резко оборачиваюсь, глядя на Громову. — Всё в порядке? — Да, — стараюсь не смотреть на люк. Ну я же слышала крик. Он был. — Пойдём со мной. — Куда? — Я теперь вообще боюсь эту её фразу, психушки хватило. — Руку тебе перевяжу, ты пачкаешь пол. Я сидела на кухне, когда Громова перебинтовывала мне руку. С открывшейся правды я даже не знаю, как к ней вообще обращаться, ну точно не тётя Ира. — Агата, если будут какие-то проблемы, то говори сразу. — Какие проблемы? — Любые. Ночью я спала плохо, просто не было сна, и я лежала, глядя на потолок, пока не услышала какой-то скрежет. Словно кто-то неуклюже передвигался в коридоре. Громова вроде не пьёт, чтоб так ходить, а кто-то шёл и прям бился об стены, если не падал. Встав, я выглянула в коридор, но никого не увидела и вышла. В доме было прохладно, а потом я услышала странный стук, словно билось дерево об дерево. Обернувшись, я застыла в ужасе. В другом конце коридора стояло какое-то существо. Среднего роста и непропорциональное. Оно неестественно стояло, выпятив свои острые конечности. — Эм? — Оглядываюсь, не понимая, что это вообще такое. Существо стояло, не шевелясь, наверное, минуту, а потом быстро и неуклюже пошло на меня. Движения у него были резкими и дёрганными. Он шёл и бился об стены. Меня же мгновенно пронзил ужас. Я не видела лица существа, но мне сразу вспомнился тот мужик в подвале. Влетаю к себе в комнату и тут же захлопываю дверь. — Убирайся! — Существо стало скрестись с той стороны. — Убирайся! Пошёл вон! Меня всю трясло от страха, а по щекам текли слёзы. Надо чем-то задвинуть дверь, но существо по ту сторону рвётся ко мне, я не могу отойти от двери. Замка чёртового нет! Отойду, а оно войдёт и что дальше? — Мама! — Закричала я, не зная, услышит ли меня вообще Громова или нет. — Мама! Мама, помоги! Как только по ту сторону двери стало тихо, я вся в слезах сползла по двери на пол. Меня всю трясло и я никак не могла успокоиться. Такой меня и нашла Громова. — Агата? — Она огляделась, словно в мою комнату ворвался преступник. — Ты так кричала, что случилось? — Останься со мной, — цепляюсь в неё. — Я не хочу одна. Останься. Ночь вообще прошла без сна. Я не могла заснуть от страха и всё прижималась к Громовой. Громова не могла тоже заснуть, всё обнимая меня и пытаясь успокоить. До самого первого сентября я вела себя тихо. Старалась не реагировать на крики и непонятные шумы, а они ещё несколько раз повторялись. Как-то проснулась посреди ночи от того, что кто-то звал на помощь. Я не рискнула выйти из комнаты. Даже в туалет. Первое сентября я вообще проспала. Всю ночь кто-то стоял за дверью, которая была заблокирована моей кроватью. — У тебя точно всё в порядке? — Каждый раз интересовалась Громова. — Точно! — Дёрганная такая. — А какой мне ещё быть?! Я проспала первое сентября. Я узнала, что ты моя мать, которая почему-то притворялась моей тётей, хотя вполне могла мне сказать. — Ну я тебя хотя бы не обвиняла в убийстве. — Ну я видела того человека. — Расскажешь об этом психиатру? — Нет. У меня всё нормально с головой. — А что было в тот раз, когда ты рыдала на полу и звала меня? — Кошмар приснился, — мрачно отвечаю. — Наверное тебе кошмар снился, когда ты ломала дверь в подвал? Только киваю, поджав губы. — Ты в школе только не трепись. А то так мало того, что друзей не заведёшь, ещё и станешь изгоем. Кстати, моя вторая книга была про травлю в школе. Знаешь, чем всё закончилось? — Надеюсь, не как у Стивена Кинга? — Нет, там не было никакой мистики. — Тогда неинтересно. В классе нас было двадцать два человека. Восьмой класс, а я словно в другом мире. Чувствую себя слишком странно. Ладно хоть тут никто не знает кто моя мать, ещё начали бы обсмеивать. — Привет, — ко мне подсела шатенка и первое, что мне в ней бросилось, это её ярко-голубые глаза. — Как звать? — Агата. — Ого, такое имя необычное. Я просто ни одной Агаты не знаю. — А тебя как зовут? — Стеша. — А? — Да, знаю, кошачье имя. Самой не нравится. Потом, как только съеду от родителей поменяю его. Мы не особо общались в течении дня, но как потом выяснилось, жили рядом. Она через дом от моего жила. — Ты с писательницей ужасов живёшь что ли? — М? — Все знают, что в этом доме известная писательница живёт. — Она мой опекун. — Ого! Повезло. Вернее, наверное, нет, но она же богатая и… — Ладно, пока. — Погоди, а в гости можно? Знаю, мы только сегодня познакомились, но мне интересно как живёт человек, что пишет ужастики. — Обычно. Внутри самый обычный дом. — Ну пожалуйста, — и она стала пытаться изобразить жалостливый взгляд. На меня это никак не подействовало. — Пожалуйста. — Слушай, я не знаю, как она отреагирует если я кого приведу. Ну у нас дом точно не как у Кинга. — А автограф взять можно? Я все её книги прочитала. Недавно одиннадцатая вышла, и я её уже купила. — Я не знаю, давай спрошу тогда. — Я тогда за книгой. — Да погоди ты, она ещё не согласилась. Захожу в дом и начинаю искать Громову. Нахожу её на кухне и тут застываю понимая, что просто не знаю, как к ней обратиться. «Мамой» звать не хочу, но тогда звала. — Как в школе? — Нормально, слушай, тут моя одноклассница рядом живёт через дом, она удивилась, узнав, что я живу в этом доме и сейчас спрашивает можешь ли ты ей дать автограф? — Нет, не могу. — Почему? — Я даю автографы только на презентациях своих книг. Домой я никого из читателей не пускаю. Это мой дом. Если хочет автограф, то придётся дождаться презентации. — А она когда? — Когда книга будет готова. Я не робот. Печатать на регулярной основе не всегда выходит. Хочется и отдыхать. — Слушай, но может ты дашь ей всё же автограф? Сама говорила, что я могу стать изгоем. — Если тебя сделают изгоем за то, что я не дала какой-то девчонке автограф, то она тебе не подруга. — Понятно, — грустная я вернулась обратно. Стеша стояла и с надеждой во взгляде смотрела на меня, но я сказала, как есть. — Понятно, — вздохнула она. — Может она у тебя была в плохом настроении? — Может, — у Громовой всегда лицо неэмоциональное, так что сложно что-либо по ней сказать. — Попробуй тогда чуть позже, ладно? — Киваю. — До завтра. — До завтра. Я с нетерпением ждала следующего дня. Дома торчать не хотелось, особенно с непонятным существом. Оно же было? Никаких следов не оставило, но было же!