Солнце умирает в полдень

— Стажёр принял товар, адрес супера вышлю. Всё остальное — за тобой, — прижимая трубку к уху, проговорил Обито, глядя сквозь лобовое стекло. — И я убираю Дейдару, он наследил, — бросил он, медленно пробираясь на «Киа» по раздолбанной дороге. — Мы так не договаривались, — строго отозвалось в динамике. — Отклонения от курса ни к чему хорошему не приведут. — Я помню про тебя, Яхико. И про твои личные планы, — раздражённо бросил Обито. — Я достану тебе другого подрывника. Готовься лучше к стычкам. Надеюсь, тут всё обойдётся без крошева. — Не беспокойся, всё готово. Даю тебе три дня для поиска, — и связь оборвалась.       Обито напрягся. Эта ебанутая троица из Нагои могла ещё не раз воткнуться в маршрут и оставить на нём жирные отпечатки. «Это нужно обсудить с Мадарой», — отложил он про себя. Выслал Яхико адрес супермаркета, убрал смартфон в карман и поморщился: под днищем противно скребанул металл — очередная яма. В этом районе дороги никто не латал — не было смысла. Район под снос, больше половины построек уже распилили на арматуру.       Сквозь пыльный пейзаж с башенными кранами, плитами, самосвалами и горами бетона ещё торчали жилые коробки. Полуразваленные, но заселённые — по крайней мере формально. В одной из них обосновался Дейдара.       Рабочие, матерясь, таскали кабели и мешки на стройке за алюминиевым забором. Никто на Обито не оборачивался. Он здесь был своим. Район принадлежал Мадаре, а Обито действовал от его имени. И, если потребуется, мог провернуть любую хрень — вплоть до зачистки.       Подъехав к паре облезлых трёхэтажек с крошащимися фасадами, Обито медленно припарковался. Рядом тарахтел дизельный генератор — район обесточен, но для Дейдары провели всё, что нужно. Без обсуждений.       Заглушил мотор, достал из бардачка пистолет, заткнул за пояс. Вышел. Жара, пыль, шум — всё одним потоком в лицо. Болгарки, отбойники, ругань — привычный хаос. Закурил. Дым слегка сбил нагрузку.       Шёл к подъезду и почти дошёл, но остановился. На асфальте — тёмный след. Кровь. Свежая. Сигарета упала, даже не догорев наполовину. Он пошёл по следу. Подъезд был тихим, но на ступенях — те же полосы. Дальше — отпечатки ладоней на стенах. Кто-то держался, сползал, терял кровь. И это случилось совсем недавно. Обито ускорил шаг. Квартира Дейдары была рядом.       Дверь в помещение была распахнута. Он ворвался внутрь — и сразу увидел Дейдару. Тот лежал на полу, полусогнутый, прижимая ладони к правому плечу. Из рваной раны сочилась густая кровь. Джинсы и футболка пропитались насквозь, под телом расползалась буро-красная лужа. Он стонал, судорожно дыша, и что-то копался пальцами в ране.       Обито подскочил, присел рядом, сжал руки парня, оттаскивая их: — В тебя стреляли?! — Help me… Please… — задыхаясь, проговорил Дейдара, закинув голову. — Не ковыряйся в ране, чёрт тебя дери! — рявкнул Обито и усилил хватку. — Стой! Just stop it!       Пальцы, наконец, дрогнули и отпустили плечо. Парень заскулил, дёрнулся всем телом. Обито метнулся глазами по комнате, увидел сумку, ремень на ней, сорвал его и вернулся. Быстро затянул импровизированный жгут выше ранения. Кровь хлестала чуть медленнее. Он вытер ладони о джинсы Дейдары, достал из кармана телефон и позвонил Орочимару. — Парень. Девятнадцать лет. Огнестрел в плечо, артерия. Много крови, — сжал зубы и повернулся к раненому: — What is your blood type? — AB… — выдавил тот, стиснув зубы. — Type AB. — Четвёртая. Сажай очкарика на мопед и пинай его к стройке, — бросил Обито в трубку. Ждал.       Пауза затянулась. — И сколько вытекло? — сиплый голос на том конце звучал спокойно, почти отстранённо. — Литра два. Возможно, больше, — Обито проверил пульс на шее. Редкий. Но ещё был. — Кабуто не успеет, — отрезали в ответ. — Не трогай. Сам сдохнет, — и связь оборвалась.       Обито выдохнул, медленно опустил руку. Дейдара смотрел на него — с болью, обидой, мольбой. Губы дрожали. Он понимал, что умирает. — There… — дрожащий палец ткнул в сторону стола. — There is a roll-up.       Обито подошёл. Возле пепельницы валялись самокрутки. Выбрал одну, вернулся, вставил в губы парня и поджёг. Запах травы тут же заполнил комнату — тёплый, липкий, ни к месту. Дейдара на секунду расслабился. — Who shot you? Who was it? — Youngsters… — едва слышно. — Do they know who you are? About this place?       Парень не ответил. Самокрутка выпала из его рта и шлёпнулась в кровь. Погасла. Голова безвольно качнулась набок. Обито снова нащупал пульс — редкий, рваный. Уже на выходе.       Он знал, что делать: не мешать. Всё шло своим чередом. Почти как и было задумано — просто немного раньше.       Учиха встал. Вдохнул глубже, повернулся, прошёл дальше вглубь квартиры. Коридор был короткий. На полу — пачки от сигарет, пустые упаковки из-под еды, грязный линолеум. В углу валялись химкостюмы, противогазы, перчатки. Занавески — прокуренные, с дырками. Стол в комнате — стеклянный, жирный, треснутый. У проёма — пластиковые ленты, такие вешают на заднем входе в магазинах.       Обито прошёл сквозь них. Внутри — комната без окон. Белые стены, яркий свет. Промышленные морозильники, металлические шкафы, стол с паяльником, проводами, платами. Чисто. Тихо. Странно стерильно.       Учиха почесал затылок. «Тут нужен демонтаж. Быстро и без следов». Он заметил у стены раковину, включил воду, вымыл руки. Кровь ушла быстро. Обувь — хуже. Но он справился. Затем просто стоял, прислушиваясь к звуку капель и гудению генератора за стеной. В квартире больше не было звуков.       Вернувшись в комнату, Учиха ещё раз посмотрел на тело — Дейдара не подавал признаков жизни. Пульс не прощупывался. Всё. Он попытался дозвониться до Яхико, но тот не ответил. Обито выключил экран и прошёл на кухню — от голода уже скручивало живот. Открыл холодильник. Внутри — обрывки пиццы в картонной коробке. Пахло жиром и сыром. Видимо, Дейдара не заморачивался с готовкой.       Обито без зазрения совести забрал три куска, сел за скрипучий деревянный стул и начал есть. Пока жевал, снова набрал Яхико — теперь тот ответил. — Дейдара умер от кровопотери, — сказал Обито с набитым ртом. — Палила какая-то шпана. Кто — не сказал. Можешь проверить, кто тут из мелочи бегает с огнестрелом? Жопочуй подсказывает, что это твои. — Постараюсь. Мои могли стрелять только если их кинули на деньги, — голос Яхико был ровный. — Труп вывозим? — Да. Иначе все гастарбайтеры сбегутся на запах. И зачистка нужна — тут бардак. — Принято. И я жду нового специалиста в течение трёх дней. Ты про Кисамэ помнишь?       Обито нахмурился: — Забыл. Завтра заеду. Ты сам не можешь? — Нет. Оружие — по твоей части. И ещё: Нагато доделал «Рестарт».       Обито замер. Пицца будто встала поперёк горла. Он сглотнул, будто вместе с тестом пытался протолкнуть мысль. — Точно? — Да. Тест прошёл. Все защиты обходит. — Нагато гений, — выдохнул Обито и продолжил жевать. Теперь — медленно. — Мы в курсе. Группу высылаю. Не забудь сегодня «скинуть» гаджет. На связи, — и связь прервалась.       Обито доел остатки пиццы в тишине. Даже насладился — впервые за день. Но надолго тишины не хватило. Телефон снова завибрировал. — Мадара-сама изъявил желание вернуться домой, — деловым тоном сообщил домоуправляющий.       Обито хмыкнул: — У него же почки отказали. — Аппарат для гемодиализа уже доставлен. Персонал нанят. — Понял. Удачи ему. — В связи с этим вы приглашены на встречу у него дома. Завтра после шести. — Принято. Подъеду.       Обито сбросил звонок и, не вставая, отправил короткое сообщение специалисту по подмене телефонов. Учитывая активность и уровень рисков — гаджеты приходилось менять каждые три-четыре дня. Получил в ответ: «В то же время, на том же месте». План на вечер выстроился сам собой.       Доев пиццу, Обито встал. У двери обернулся на тело — труп начал оседать, будто пустая оболочка. Без трагедии. Без эпитафий.       Он вышел, спустился к машине, сел за руль. Закинул неиспользованный пистолет в бардачок, завёл двигатель и проложил маршрут — до набережной реки Сумиды. Навигатор взял направление, а Обито выехал, не глядя в зеркало.       К тому моменту, как Учиха добрался до набережной, солнце уже клонилось к закату. Туристы толпились у воды, фотографировались на фоне мостов и катеров, пахло жареным мясом и сладкой ватой.       Он взял в ларьке лепёшку сомнительного вида, съедобную только по факту голода, и неторопливо пошёл вдоль воды. В рощице кленов, под лавками, нашёл нужного человека — студента в джинсовке и чёрных очках, внешне — пустое место. Обито сел рядом, достал смартфон и, жуя, отдал гаджет связному. Тот молча протянул ему плотный конверт. — Что там с планом устранения? — спросил Обито, откинувшись на спинку лавки. — Мы готовы. Проложим маршрут, камеры выключим, — отозвался парень, глядя куда-то мимо. — Прекрасно. Ждите команды, — кивнул Обито.       Парень поднялся и быстро исчез среди прохожих. Обито остался один. Распечатал конверт: внутри — новый смартфон. Те же приложения, тот же номер. На вид — всё прежнее. Но всё работало по закрытому спутнику, и потому выследить участников проекта было не так-то просто.       Завибрировал экран. Сообщение от Кайи: «Купи гель для стирки и капсулы для посудомойки». Обито добавил это в конец условного списка. Вздохнул — после фастфуда начало клонить в сон. По-хорошему бы плюнуть на дела и упасть в кровать, но график диктовал другое: впереди была встреча, которая могла в очередной раз вывернуть всё. Он поднялся, прошёл вдоль набережной, добрался до парковки. Сел в «Киа» и вернулся на СТО — туда, откуда машину утром забрал.       Поставил её под тот же гараж и подождал, пока мастер не появится — шаткая походка, тряпка в руках, пропитанная маслом. — Всё? Можно на запчасти? — улыбнулся мужик.       Обито вышел, отдал ключи. — А есть ещё машины в аренду? — Сколько платишь? — прищурился мастер. — А сколько надо? — ухмыльнулся Обито в ответ.       У того на лице появилась хищная радость. Он жестом позвал за собой вглубь. — Могу дать «Камри». После аварии. Кузов не литой, геометрия сбита, но движок новый, мозги прошиты. Едет нормально. Правда…       Обито уткнулся взглядом в машину. Капот — стального цвета, бампер — чёрный матовый. Не крашена. Видно, что собрана как из конструктора. — Слишком выделяется, — хмуро сказал он. — Добавишь в цене — обтяну плёнкой прямо сейчас. Любой цвет. — Чёрную. И номера прикрути. Без них меня первый же патруль примет. Счёт скинь Пейну. — Блатные? — загорелся мастер.       Обито вытащил смартфон, набрал в заметках свой госномер, показал. — Вот такие.       Мастер тут же сфоткал экран, усмехнулся в оба корявых зуба. — Понял. Сейчас всё сделаем, — и скрылся в мастерской.       Пока машину обтягивали плёнкой, Обито сел на бордюр, закурил и уставился на дорогу. Мысли крутились вокруг Яхико. Слишком много самостоятельности в последнее время, слишком мало отчётности. Этот парень не был ему другом — просто прилип к ресурсам, чтобы устроить личную вендетту под прикрытием красивых лозунгов. И если взбрыкнёт раньше времени — всё пойдёт под откос.       Новый подрывник?.. Обито даже не думал искать. Это не его война. Пейн нужен был как мост, как шлюз — не более. А пока госпереворот не закончен, трогать город было глупо. Но Яхико мог начать и без команды. Мог сжечь всё, как в детстве — только теперь с С4, а не камнями.       «Надо к Мадаре, — решил Обито, докуривая сигарету. — Пусть сам разбирается, это он этих людей в схему втянул».       К тому времени, как Обито добрался до парковки под домом, на улице уже стемнело. Он заглушил двигатель, выдохнул через нос и потянулся к двери. Но, прежде чем выйти, скосил взгляд в зеркало заднего вида.       У одного из заниженных авто, уткнувшись в багажник, толпились бритоголовые — пиво в руках, сигареты, фоновый ржач. Самый высокий отделился от группы и направился к «Камри». Остальные — замерли, наблюдали.       «Гопники. Ещё вас не хватало, — подумал Обито и пожалел, что оставил пистолет в «Киа». — Ладно. Смотрим, чего хотят».       Он открыл дверь, вышел. Прошёл к багажнику, взял пакет с бытовой химией. Обернулся — и сразу столкнулся нос к носу с долговязым в трениках. — Сиги есть? — стандартно начал тот.       Обито без эмоций достал пачку табака, протянул. — Я две возьму, — гопник вытащил, поджёг. — Тут, короче, твою тачку барыги приглядели. Мы их… пугнули. Чтоб глаза отводили.       Обито расслабился. Подмазывались. Значит, не угроза. — Молодцы. Далеко пойдёте, — хмыкнул он и пошёл к подъезду. — Слушай, говорят, тут у тебя движуха какая-то мутная… — кабанчик затрусил следом. — И платишь неплохо. Имей в виду, мы нормальные пацаны. — Для моих дел нужен опыт, — отрезал Обито. В кармане нащупал ключи. — Так у меня… лет пять, считай, стажа. Законы знаем, связи есть, — продолжал гопник, стараясь держаться вплотную. — Я не работаю с якудза. — Тогда под кем ходишь? — Под Пейном, — остановился у подъезда.       У собеседника дёрнулось веко. — Он же в Нагое начинал… — Теперь работает в Токио. — А расширяться не планирует?.. У нас все свои. Никто не кинет.       Обито посмотрел на долговязого. В лице — ни угрозы, ни толку. Только желание влезть хоть во что-нибудь. После короткой паузы кивнул: — Буду иметь в виду, — он набрал код, открыл дверь и скрылся в подъезде.       Пол блестел зеркальной плиткой, и гулкий звук шагов отражался от стен. Усталость давила — тело двигалось по инерции. Он вошёл в лифт, нажал кнопку нужного этажа и прислонился к стенке. Глаза закрылись сами.       Створки уже почти сомкнулись, когда резко распахнулись обратно. В кабину ввалилась женщина — лет под шестьдесят, в ядовито-розовом пиджаке и с массивной укладкой, похожей на комок синтепона. — Ваш кот опять весь день орал! — вывалила она, глядя прямо на него. Обито нехотя открыл глаза. — Вы можете с этим что-то сделать? — Сделаем, — спокойно ответил он, даже не пошевелившись.       Но женщина уже набрала обороты: — Мяучит без конца! Это ж невозможно! Орёт как резаный!       Он с трудом сдержал стон, тяжело выдохнул: — Да. Коты иногда орут… - и сжал пластиковый пакет сильнее, пальцы побелели. — А ещё, — продолжала соседка, — вам сегодня пианино привезли. Это теперь и кот, и музыка?! — Да, я буду играть. Возражаете? — Играйте! Только в рамках закона! — с вызовом произнесла она. — Договорились, — тихо проговорил Обито. Лифт ехал мучительно медленно. — Если все заведут котов и пианино, тут же дурдом начнётся! — Полностью с вами согласен.       Пауза. Женщина отвернулась, уткнулась в своё отражение в зеркале и замолчала. Лифт наконец прибыл. Обито молча шагнул к выходу: — Приятного вечера, — бросил через плечо и вышел.