Солнце умирает в полдень

      Чья-то тёплая рука коснулась щеки. Обито поморщился и услышал: — Вставай. К тебе там пришли.       Он резко сел, помотал головой. Рядом сидела Кру — слишком близко. Она встала с матраса, пошла к лестнице: — Там какой-то мужик возле ворот хочет тебя видеть. Говорит, что это связано с Кацу, — и исчезла внизу.       Обито зевнул, вообще не соображая, что происходит. Потёр глаза, рывком встал, качнулся. Осмотрелся — вроде утро. И снаружи очень шумно. Одевшись, он спустился. Дошёл до столовой; не глядя ни на кого, осушил залпом стакан воды. Мозг вроде включился. Сзади кто-то сказал: — Там мужик пришёл. Говорит что-то про Кацу. Оружия нет, мы его ощупали.       Обито обернулся — лицо парня было незнакомым, но кто-то явно из «своих». Сидел и жевал огурец. Учиха поставил стакан на край мойки: — А кто он, не сказал? — Это отец евошней бывшей. — Чего, блять?       Парень проглотил кусок огурца, дополнил: — Короче, к бывшей Кацу вчера попёрся. И, походу, приехал батя предъявить за это. — Приехал без оружия за что-то предъявлять?.. — Ой, блять, короче. Иди сам разбирайся! Тебя ж видеть хотят.       Обито сморщился. С мыслью «на кой хер ему бывшая сдалась?» вышел из депо. Чуть не споткнулся о железные ящики с эмблемой военного завода — походу, притащили боеприпасы. Завернул за угол, услышал свист с ворот — там стоял Рейо, придерживал автомат и махал рукой, а рядом мялся какой-то полысевший мужик лет шестидесяти. Чуть упитанный, в синей рубашке, чёрных штанах — будто на работу приехал.       Обито подошёл к нему, посмотрел сверху вниз — мужик оказался низеньким. Тот потоптался на месте, потом начал бубнить: — Тут такое дело… — он нервно растёр затылок. — В общем, Кацу сейчас с бодуна. Скоро должен оклематься. Вчера ещё пришёл, с парой бутылок. Ну, мы с ним по старой памяти и опрокинули пару стаканов. Говорит, что в плане будет участвовать. По выходу из города…       Обито вскинул брови: — Он так и сказал? — Ну, обрисовал в общих чертах. — И ещё рассказал, где всё планируется?.. — Ну… да. Я так сюда и попал.       «Пиздец… Вот трепло. Реально нажрался. И даже не понял, что слил всё подряд», — с надрывом выдохнул Обито. Рейо прыснул, посмотрел на мужика — видимо, ржал от тупости ситуации. Мужик сморщился, продолжил: — Не, ты не нервничай. Я нормальный, никто больше не знает. — А пришёл зачем?       Мужик выдохнул, заглянул в глаза Обито, будто сомневался — говорить или нет. — У меня деньги есть, — вполголоса сказал. — Большие. Пригодятся после выхода. В общем… дочку мою возьми, а? А мы с её мамкой уж как-нибудь тут сами… доживём. Скажи только: сколько?       Обито сморщился, прикусил губу — к взяткам он не был готов. Помедлив, сказал: — Покажешь, где Кацу? Я за тобой поеду.       Мужик кивнул и пошёл за ворота, Обито двинулся следом; там стояла одна из угнанных машин. Он свистнул пару парней Иссая для сопровождения: а вдруг подстава? Сам забрался на заднее сиденье и стащил с одного из пацанов балаклаву. Натянул на себя — сойдёт вместо стандартной маскировки от ИИ. Тем временем мужик сел в джип, шаркнул резиной по грунтовке и выехал. Машина Обито двинулась следом.       Ехали недолго, всего пару кварталов. Проехали через активный блокпост — самопальная ОПГ охраняла какие-то ухоженные многоэтажки. «Не соврал про деньги, — отметил Обито, глядя на вооружённых парней, которые поднимали шлагбаум. — Дорого, небось, стоят услуги такой охраны».       Во двор заехали — разрушений почти не было. Мужик припарковался у подъезда и направился к двери. Обито кивнул одному из своих, и тот пошёл с ним. Уже в подъезде Учиха охренел: лифт блестел, стены свежие, в воздухе летал легкий аромат чистоты. На фоне разрухи снаружи это выглядело как портал в другую реальность. Поднялись. Квартира открылась с порога — просторная зала, панорамные угловые окна, диван размером с комнату, лестница на второй ярус. Из-за угла вышла моложавая женщина в халате, на лице мигом отпечаталась тревога. Мужик что-то шепнул ей — она молча кивнула и исчезла.       Обито глянул на дорогущий паркет из прессованного бамбука и замялся: разуваться или нет? В итоге просто застрял на пороге, прислонился плечом к белоснежной стене и стал ждать. Паренёк, что шёл с ним, застыл за спиной, молча впившись взглядом в дизайнерский интерьер. Наверху поскрипывали шаги, потом стихли. В квартире повисла тишина.       Через минуту по лестнице спустился Кацу: джинсы на голое тело, тёр полотенцем влажные волосы. Свежий, будто из СПА только вывалился. Подходя, хмыкнул: — Ого! Вот это у тебя рожа. Прям сплошной синяк. Реально Баклажан.       Обито сразу перешёл к делу: — Их там двадцать человек. Входить придётся со спецэффектами. Скорее всего, обвалится всё лобби.       Кацу выбил воду из уха, протянул: — Входи в кого хочешь. Я пас.       Учиха вздохнул. Осмотрел потолок, помедлил, затем склонил голову: — Обидно будет, если твоя бывшая сядет в лодку на выезд, а ты здесь останешься… Аж интересно, к кому под юбку будешь сбегать. К мамке, как обычно?.. — А чё тебя так волнует моя судьба? Скучать будешь? Жалеть, что не признался в чувствах? — Может, хватит уже?! — повысил голос Обито. — Слишком много подростковых заскоков для такого здорового лба. Выход уже завтра утром. Времени на раздумья нет. Сейчас ты должен сказать: да или нет. Если нет — я сваливаю, и дальше ты сам по себе.       Кацу сморщил нос, прищурился, посмотрел в глаза Обито. Видно было: презирал, но выйти из города хотел. Повесил полотенце на шею, покусал губы. И твёрдо сказал: — Я в последний раз работаю с тобой в паре. Как выйдем из города… Надеюсь, больше не пересечёмся. Даже случайно. — Договорились. Собирайся, там ещё фуру комплектовать нужно.

      Вечером депо превратилось в полноценный штаб. В цех набились плотной группой — больше тридцати человек. Вытащили стол, стулья, Обито разложил карты. Кому не хватило места, сели прямо на пол. Воняло свежезалитым бетоном, тусклый свет под потолком давил и создавал ощущение настоящего подполья. Сигаретный дым зависал в воздухе, кто-то тихо переговаривался.       Обито сел за стол, на секунду задержался, собирая мысли. Накатило знакомое чувство — родом с военной базы. Когда нужно было сориентировать людей и подготовить их к боевому выходу. Родная гавань, родные берега. Он постучал пальцами по столешнице, оглядел лица и начал: — Всего — пять групп: штурм, перекрытие периметра, диверсия, подготовка отхода. И отдельная — организация посадки на паром, — скользнул взглядом к Кру. Та уже писала протокол, будто делала это всю жизнь, и вообще ничему не удивлялась. Обито продолжил: — Старт — без четверти пять утра. Начинает группа диверсии.       Дальше всё пошло быстро. Одним он объяснял, как безопасно и с дистанции взорвать двигатель электрокара. Другим — прописывал тайминги выпуска животных в разных точках района. Третьим — вскрытие люков на пешеходной части и закладку зарядов в коллекторе. Четвёртым — как на ходу вывалить из грузовика сотню килограммов сухого льда. Всем — как уходить от дронов и отбиваться от патрулей.       Он снова и снова проговаривал время: в какую минуту что начинается, сколько уходит на подготовку, где допустимы задержки, а где — нет. Показывал карты, маршруты к порту, отвечал на вопросы. Споров не было — люди слушали молча, кивали и делали пометки в телефонах. Под конец Обито проговорил: — В дата-центр пойдут трое. В момент входа ИИ будет думать, что его окружила минимум сотня людей. Если, конечно, никто из групп не затупит и не решит внезапно сделать перекур, — он выдохнул, посмотрел на Кацу: — В пять утра мало кто там будет. Пара ночных техников, администраторы, уборщики. Но охрана в полном составе.       Тот, сидевший молча всё это время, покатал патрон по столу и спросил: — А почему просто нельзя завалить серверные стойки взрывчаткой? Слишком дохера движений. Из башки весь твой хитровыебанный план вывалится после первого затыка. — Потому что их дохуя. А чтобы вынести всё — нужен взрыв, который ляжет минимум на пятьдесят метров по кругу. Сдохнешь вместе со стойками. — А чё, нажать кнопку издалека — не вариант? — А ты уверен, что помещение не разминируют как только ты выйдешь из здания?..       Кацу фыркнул: — Как по мне, проще вообще фундамент подорвать — и не ебать мозги.       Обито нахмурился: — Это монолитное здание из бетона и мрамора. Можем, конечно, бахнуть двадцать килограмм тротила и завалить к хуям половину здания. Но кто понесёт заряды? Кто успеет разложить? И что ты будешь делать, если хоть один из них откажет?       Кацу цыкнул и пожевал челюстью. Обито вздохнул: — Вот и я о том же.       На этом разговор сдулся. У каждого была своя правда, но в тот момент решал тот, кто вёл операцию. Все это знали — и Обито в том числе. Не мешкая, он поднялся со стула и перешёл к этапу непосредственной подготовки.       Распределял блоки пластита, упаковывал термит, проверял запалы. Где-то ржали и дули шары гелием. Вскоре дошла очередь до фуры — сделать из неё настоящую бомбу было вопросом знаний по физике и химии и умения работать с тем, что под рукой. И всё равно Учиха в который раз проверял каждую деталь, будто сдавал экзамен на право жить.       К ночи он был выжат. Поднялся на чердак и, не глядя ни на кого, сел на матрас, зажёг керосиновую лампу. Скомкал кусок гугловской карты, начал теребить бумагу. Кацу храпел в паре метров — похоже, ему было плевать, что там за выход в пять утра. Кру сидела напротив, что-то печатала в телефоне, звук клавиш почти не раздражал.       Обито старался держаться ровно. Всё было готово, ведь план собирался неделями, будто инженер проектировал корпус авианосца. Здесь не было места сбоям — не в этот раз. Но желудок всё равно сжимался — не от страха, а от дурного предчувствия. — Страшно?.. Мне тоже, — тихо сказала Кру. — Бывало и хуже, — выдохнул Обито, перекатывая комок бумаги в ладонях. — А всё равно как в первый раз. Потому что никогда не знаешь, чем всё кончится.       Обито фыркнул, откинулся на матрас, уставился в потолок. Болтать не хотелось. — Я задержу отплытие настолько, насколько смогу, — проговорила она. — План, конечно, гениальный, но… — она хмыкнула, оборвав фразу. — … всегда есть человеческий фактор, — закончил он.       В тот момент Кацу всхрапнул и со стоном перевернулся. Учиха хмыкнул — вот кто умеет выключаться по щелчку, а затем прикрыл глаза и постарался перейти на глубокое дыхание. Авось удастся хоть немного поспать. Авось этой ночью не будет сниться тревожная хрень.       Послышался снова стук по клавишам смартфона. Внизу было тихо: ни голосов, ни шума — точно перед бурей. Авось и в этот раз пронесёт. Главное — следовать плану и не сделать ни одной ошибки.