Перед путешествием в Фонтейн

Вернувшись в город Сумеру, Итэр на Большом Базаре встретился с Нилу. — Как всë прошло с Кандакией и Дэхьей? — спросила танцовщица. — Просто отлично, они согласны, — бодро ответил Итэр. — А каким у тебя был предыдущий день? — Вчера я танцевала почти весь день… — ответила Нилу. — И разучила парочку новых движений. — Новые движения? — поинтересовался путешественник. — Покажешь? — Разумеется, но как-нибудь в другой раз, — кивнула Нилу. — Куда спешишь? — Не то чтобы спешу, но к Нахиде, и либо вечером, либо утром наконец отправлюсь в Фонтейн. — Это значит, что после этой встречи мы долго не увидимся? — Выходит, что так… Но я не прощаюсь. Мы точно ещё увидимся, я обещал это всем остальным, обещаю и тебе. — Ох, спасибо, путешественник… — Нилу обняла Итэра, прижавшись к его груди, затем потянувшись к его левой щеке и оставив там поцелуй. Хорошо, что они были одни и их никто не видел. — Ступай, любимый, и… Будь осторожен. — Не волнуйся, милая, буду, — путешественник поцеловал в ответ танцовщицу в нос, и они разошлись. Следующая их встреча произойдëт лишь в нации Гидро.

***

Вскоре путешественник прибыл в Храм Сурастаны в последний раз навестить Нахиду перед своим отправлением в Фонтейн. Нахиды там, к его удивлению, не оказалось, даже в еë кровати в центре помещения храма, напоминающей огромное блюдце. — Нахида? Нахида! Где ты? — Я здесь, путешественник, не волнуйся, я сейчас… — раздался голос, похожий на голос Нахиды, но в то же время какой-то более взрослый, как будто она из низенькой, десятилетней маленькой девочки выросла примерно до такого же возраста, на сколько выглядят Эи или Яэ Мико, то есть где-то 24-25 лет. В следующие пару секунд перед Итэром открылся портал светло-зелëного цвета, по-видимому, он был создан энергией Дендро. Из портала вышла и встала на пол высокая полуобнажëнная и большегрудая женщина, похожая по телосложению на ранее упомянутых Эи и Яэ Мико, с бело-зелëными волосами, зелëными глазами и заострëнными кончиками ушей. У путешественника отвисла челюсть — от неожиданности и удивления. — Что такое, Итэр? — спросила женщина. — Разве ты не узнаëшь меня? Парень всмотрелся в лицо неизвестной, и, увидев знакомые черты и такой же символ в еë глазах, воскликнул: — Нахида?! — Она самая, молодец, догадался, хи-хи, — усмехнулась Архонт. — Тебя прямо не узнать, как тебе удалось? — Я же не просто так зовусь Богиней Мудрости. К тому же, когда бы ни пригодились знания из Ирминсуля, он всегда под рукой… — Я только не понимаю, зачем ты всë это устроила? Неужели… Ради меня? От этого Нахида порозовела и замешкалась — сказывалось 500-летнее заточение в Храме Сурастаны в нескончаемом сне. Да, она знала многое, в том числе о различных отношениях, но на себе такого никогда не испытывала, либо же испытывала мало. — Эм… Нет… Да… То есть нет… То есть… — Ты меня пугаешь… Отвечай, как есть! Архонт вздохнула и присела на «блюдце». — Уф, хорошо… Я решила, что было бы неплохо присоединиться к тебе в твоих странствиях по Тейвату, но поскольку мой прежний облик мог вызвать подозрения… Я приняла решение сменить его. — Что заставило тебя принять такое решение? — поинтересовался Итэр. — Я чувствую, что в огромном долгу перед тобой, — опустила глаза и ещё сильнее покраснела Нахида. — Кто вызволил меня из заточения? Благодаря кому Сумеру стал таким, каким он стал сейчас — процветающей нацией знаний и мудрости, вставшей на светлый путь? — Хех… — Итэр немного покраснел. — Я, конечно, знал, что ты меня ценишь, но ведь не настолько… — И даже больше, чем ты думаешь, — улыбнувшись и приблизившись к нему сказала Кусанали. — Кому, кроме тебя, я могу позволить одно важное дело? — Это то, о чëм я думаю? Не думаю, что сейчас время для этого, — сказал путешественник, хотя новый облик Нахиды и был, мягко говоря, весьма привлекательным. — Да и зачем? — Эффект преображения временный, если я не получу немного твоего… Твоей… Кхм… Тогда я обратно стану маленькой. Но не волнуйся, у меня до этого есть время до завтрашнего утра, пока мы можем заняться чем-нибудь ещё, например, сходить на прогулку по Сумеру. — Я согласен, но… В таком виде? И ты уверена, что тебя узнают люди? — Ой, и правда… Погоди секунду Нахида закрыла глаза примерно на минуту. На еë теле с зелëным свечением начали появляться одеяния, похожие на платье, которое она носила, пока была «маленькой». Когда новое платье, очень напоминавшее старое, но с юбкой чуть ниже колен и с полупрозрачным зелëным подолом, наконец было закончено, Архонт вновь открыла глаза. — Готово. Идëм. — Что ты только что сделала? — поинтересовался Итэр. — Сообщила всем людям Сумеру, чтобы не волновались, когда увидели новую меня.

***

Как ни старалась новоиспечённая участница гарема, удивлëнных взглядов избежать не удалось. Впрочем, удивлялись все не из-за нового еë облика, а из-за того, что Архонт, как высокопоставленное лицо, решила выйти и погулять, просто так, без охраны, но потом обращали внимание на еë парня-спасителя, и понимающе кивали. Через какое-то время они остановились в кафе «Пуспа», где Итэр, заказав кофе и несколько десертов, решил расспросить Нахиду о Фонтейне. — Нахида… — Хм? — Что ты можешь рассказать мне о Фонтейне? — О Фонтейне? Что ж, с чего бы начать… Наверное, с того, что это нация воды, то есть элемента Гидро, а также справедливости. У них очень хорошо развита правовая и судебные системы, а Архонта этой страны зовут Фокалорс. — Хм, интересно… Получается, главное здание страны — это суд? — Это не совсем так. Функции суда оно не выполняет и скорее является, как у нас Академия, как в Инадзуме Сëгунат, как в Ли Юэ Цисин, как в Мондштадте Ордо Фавониус, правительством. Оно находится во дворце Мермония, а возглавляет его Верховный Судья Фонтейна, или, как его там называют, юдекс. Все судебные дела ведутся на острове Эриний, в оперном театре «Эпиклез». — В оперном театре? Суд? — Согласна с тобой. Театральное и судебное искусства оба прекрасны по-своему, но они должны идти не по одному пути, а по разным. Да, к слову, Фокалорс — не первый Архонт-правитель Фонтейна. — Не первый? У неё была сестра? — Итэр вспомнил о том, что официально правительницей Инадзумы до Эи была Макото, её сестра. — Или… Какой-нибудь родственник? — Родственник, точнее, родственница, действительно была. Её звали Эгерия. Она и построила Фонтейн и его главный город — Кур-де-Фонтейн. К сожалению, 500 лет назад, во время Бедствия в Каэнри’ах, она погибла, и Архонтом стала Фокалорс. — То есть, так же, как и ты? — Если ты про становление Архонтом — то да, так же, как и я. — Что ж, спасибо тебе за, так сказать, предоставленные сведения, — поблагодарил её путешественник. — Куда пойдём дальше? — Если ты не против, я хочу увидеть пустыню.

***

После перерыва в кафе «Пуспа» Нахида и Итэр прошлись по большой дороге до Пардис Дхяя, где повстречали Тигнари, посетили Караван-рибат и даже дошли до деревни Аару. Словом, нагулялись так, что хватило бы надолго. В Храм Сурастаны они вернулись лишь к вечеру. — Надеюсь ты помнишь о… — начала Архонт. — Конечно я помню, — ответил путешественник. — Ты хочешь начать, как только зайдём? — Как тебе удобно, путешественник, но… Я бы хотела именно так. — Любое твоë желание сегодня — закон, — улыбнулся Итэр, и, как только они вошли, поцеловал Нахиду сначала в правую щëку, затем в губы. Язык у неë оказался на вкус, как свежая трава с росой по утрам. Так они, незаметно для себя, перешли к «кровати» Дендро Архонта. Парень хотел начать снимать с неë одежду, однако та сказала: — Итэр, мне так жарко… Дай-ка я сменю одежду… Вновь зелëный свет — одеяния превратились в прикрывавшие все еë интимные места лоскутья полупрозрачной белой ткани, соединявшиеся в золото-изумрудном украшении на груди. — Так-то лучше… — расслабленно сказала она, ложась. — Можешь начинать… — Погоди, милая, — сказал, раздеваясь, он. — Ты ведь не думаешь, что я собираюсь начать именно с этого? — Нет, не думаю и не думала, — улыбнулась девушка. — Хотя я и Богиня Мудрости и знаю, извини за выражение, что и куда вставляется, опыта в таком у меня нет, и, думаю, мне лучше довериться тебе… — Что ж, хорошо, я научу тебя, — сказал он, сев рядом с ней, полностью раздетый. — Для начала тебе придëтся немного поработать ртом. — Ртом? — спросила она, потрогав пальцем начинающий подниматься «стручок». — Ладно… Хотя это и кажется немного… — Не хочется? Хорошо, тогда давай начну я. Не дожидаясь ответа Богини, он быстро приблизился к ней и впился в еë губы, положив правую руку на еë левую грудь и начав тереть через ткань еë промежность левой. Ответная реакция была обычной для тех, у кого не было первого раза — сильно сжать ноги, сдержанно застонать и сжать в кулаки покрывало кровати. Итэр решил пойти ещё дальше и, убрав покрывавшую сокровенные места Нахиды ткань, начал аккуратно сжимать и покручивать еë сосок и сменив обычные терения на массаж. Через несколько секунд после этого быстро возбуждающаяся девушка потекла от сильного удовольствия, и, разорвав поцелуй, простонала: — МХ, П-ПОСТОЙ… ЭТО СЛИШКОМ П-ПРИЯТНО… — Разве это плохо? — парень медленно и нежно просунул внутрь неë один из пальцев. — Я… ПОСТОЙ…! Я СЕЙЧАС К-КОНЧУ! — Ну так давай, не сдерживайся, — ухмыльнулся он и ещё глубже вошëл пальцем. От этого Нахида уже не смогла не кончить. — Вот как люди чувствуют себя после эякуляции… — вздрагивая сказала она, а затем, упав на спину, раздвинув ноги и посмотрев на почти полностью вставший «ствол», приближающийся к еë киске, сказала: — Видимо, мы ещё не закончили? — Ещё нет… Это только половина пути! Путешественник аккуратно потерелся о промежность своим «прибором», а после направил и вошëл внутрь, заставив партнëршу громко ахнуть. Внутри Нахиды было очень жарко и узко, настолько, что они будто стали одним целым. Итэр, держась за руки Нахиды, начал делать аккуратные толчки, постепенно ускоряясь, вгоняя «бур» всë глубже и глубже в «скважину» и заставляя девушки стонать и течь всë сильнее и сильнее. Спустя три минуты сладких мучений они сильно прижались друг к другу, и мощный залп семени и сквирта закончил их первую совместную ночь.

***

Ранним утром, ещё до рассвета, Итэр проснулся и вспомнил: сегодня он выдвигается в Фонтейн. Быстро собравшись, он услышал в голове голос Нахиды, хотя та ещё спала: «Направляешься в Фонтейн? Осторожнее там.» — Я буду, не беспокойся за меня, — прошептал он, направляясь к выходу. «Мне всë равно неспокойно… Пообещай, что когда твои приключения в Фонтейне закончатся, ты придëшь навестить меня.» Парень остановился у выхода и прошептал: — Обещаю тебе… Моя Властительница Кусанали.