Повернуть на 360 градусов

      - Ну да… А они когда-то думали о простых гражданах? О том, чего мы хотим? Посмотри. Меня отметелил коп, просто потому что подумал, что я доебываюсь до Кристин и её подружки.       - Господи! Монрей, да кого это к черту заботит? Ты был не в том месте не в то время, вот и попался.       - Ты упомянул бога и черта в одном предложение?       - Я больше не могу!       - Да ладно тебе, Янг. Можем поговорить о чем твоей душе угодно.       Мой палец зависает над кнопкой «отправить», пока Монрей и Янг спорят о политике, копах и прочей ерунде.       - Давай лучше раскладывай. А то это невозможно терпеть без дозы, - Янг крутит пальцем у виска и плюхается на кресло. Сегодня он без своего парня, что удивительно.       Телефон вибрирует. Новое сообщение. От Клэр. И, конечно, она поливает меня грязью.       «У тебя совсем нет силы воли. Хани хотела провести с тобой выходной. Аттракционы, Кристин! А что сделала ты? Испугалась девятнадцатилетнюю девчонку и сбежала».       Я закатываю глаза, пока мой палец всё ещё находится над кнопкой «отправить».       - Кстати, где Джошуа?       Монрей достаёт пакетик и передает Янгу. У того аж пальцы трясутся от возбуждения.       - Решил выпить с приятелями, - с какой-то долей раздражения ответил Янг.       - А-а, - Монрей хлопает по своим ногам, будто выиграл в лотерею. – Мы становимся отбросами. На коленях у кого он сидит на этот раз?       - Че ты сказал?       Янг вспыхивает как спичка. Он нависает над Монреем, который без особого удовольствия ковыряется в зубах зубочисткой и даже не шевелится, чтобы извиниться перед ним.       Телефон снова оживает, на этот раз Клэр не ограничилась гневным сообщением, она решила отправить мне фотографии.       Я всматриваюсь в улыбающиеся лица всех троих и к горлу подкатывает ком злости и обиды. В районе затылка начинает зудеть, когда после фотки я вижу ещё одно сообщение:       «Максин попросила её простить. Говорит, что не должна была поддаваться греху и быть обидчиком слова божьего. А ещё, мы все тебя ждём».       Ждут они меня, как же. Особенно эта маленькая дрянь, что верит будто бог её защитит от силы моего удара. Сучка. А теперь, посмотрите, она решила всё же снизойти до нас простых смертных и извиниться и то, завуалировав это под маской своего чудака на небе.       Женский крик заставляет оторваться от экрана телефона.       - Эй, это уже не смешно!       - Прекратите!       Янг припечатал Монрея к полу и совершенно истерично бросает фразы, которые тот встречает с нахальной улыбкой.       - Кристин, сделай что-нибудь.       Рядом появляется Аманда. Странно, я её здесь не видела.       Она хватает меня за руку и пытается поднять, но черт, будь я проклята, когда согласилась на третий подход.       - Янг! Остановись!       Я вижу, как он замахивается и со всей дури бьёт Монрея по лицу. Снова и снова. Пока тот раскидывает руки в стороны и даже не думает защищаться.       - Кристин!       Я хватаюсь за руки Аманды и с усилием поднимаюсь с дивана.       - Ты его убьешь! Янг!       Я прикусываю язык, заставляя себя проснуться и чувствую, как рот наполняется кровью. Надо прийти в себя. Нащупать этот механизм и выключить его, чтобы снова действовать. Надо только пересилить…       - Янг!       Я выставляю вперёд своё плечо и налетаю на парня в два раза мощнее меня чудом сбивая его с ног.       Он заваливается на спину и я оказываюсь сверху.       - Ты…       - Спокойно. Это все вещество. Это не ты.       Янг берёт меня за плечи.       - Ты его убьешь. Хочешь за это сесть? Прекрати.       Он выпускает весь воздух, рывком притягивая меня к себе и сквозь зубы шепчет:       - А ты хочешь получить за этого ушлепка?       - Отстань… от… неё…       Монрей выплевывал кровь прямо на пол. Его лицо было обезображено. Нос, кажется, сломан. Весомое рассечение в двух местах. Уже завтра у него заплывет один глаз.       - Заткнись! – рявкает Янг.       Я сжимаю кулаки и надавливаю на грудь парня.       - Не нужно. Мы уйдем.       - Я… нет…       Я поднимаюсь и помогаю Аманде поднять несчастного на ноги.       - Монрей, захлопнись. Я не хочу отгребать твой труп от пола.       Я посылаю сигнал Аманде, чтобы она его увела и девушка кивает.       Янг снова легко оказывается в кресле и тянется за пакетиком, который вытащил Монрей.       - Чтоб духу здесь его не было, - рычит он сквозь зубы.       Я соглашаюсь и выхожу следом за ополоумевшим другом.       - Не надо. Отвали.       Голос Монрея доносится из ванной комнаты.       Я заглядываю внутрь и вижу то, чего сама всегда избегаю.       - Что я тебе сделала?       Аманда пытается помочь другу, но он отталкивает её и сам наклоняется над раковиной, чтобы умыться. Выходит не очень. Монрей чуть не падает.       - Не надо, я сказал! – орет парень.       - Эй, полегче, - я оказываюсь рядом с Монреем и подаю ему полотенце. – Что на тебя вообще нашло?       Он рывком вырывает полотенце из моих рук и слишком резко прикладывает к лицу. Слышится шипение.       - Монрей, ты…       - Я сейчас свалю отсюда, я же сказал.       Я хмурюсь, переводя взгляд на Аманду.       Она закатывает глаза, прислоняясь затылком к кафелю.       - Что, блять, случилось? Мне кто-нибудь ответит?       - Это из-за меня, да? – спрашивает Аманда и в голосе слышится разочарование. – Мы ничего друг другу не обещали, Монрей.       Он не отвечает, подставляет полотенце под струю воды и старается стереть с лица следы крови.       - Мы просто трахались, - продолжает Аманда. – Ты это принял. Было хорошо, но на этом всё.       Я поглядываю на друга, который с остервенением сжимает мокрое полотенце.       Кажется, она ему нравится, если не больше. Но разве в этом кто-то виноват?       - Потому что ты влюблена в неё, да?       Он указывает на меня, но смотрит в зеркало прямо на Аманду.       Она спокойно встречает его взгляд и вздыхает.       - Это всё ты… Всё из-за тебя… Она мне нравится, а ты… Тебе же даже не надо…       - Монрей, хватит, - просит его Аманда. – Я довезу тебя до дома.       Он облокачивается о раковину, сплевывая накопившуюся кровь.       - Слушайте, это не моё дело. Я пойду.       Я делаю шаг в сторону выхода, но тут же спотыкаюсь на ровном месте.       Аманда во время удерживает меня на ногах, подхватив под подмышки.       - Не дойдешь, - заключает она. – Я трезвая, довезу вас обоих.       Монрей ухмыляется, снова пытаясь умыться.       - Я не хочу в этом участвовать.       Аманда заглядывает в мои глаза и я вижу, что она набирается храбрости, чтобы ответить.       - Мы закончили, - уверенно сообщает девушка в которой изменилось очень многое.       А я и не видела насколько Аманда красивая. Она всегда была такой? Самоуверенной, дерзкой. Огненный взгляд, что заставил согласиться. Сильные руки, что во время подхватили. То с какой подачей она заставила Монрея заткнуться. Кто в неё вселился? Раньше она, словно была искусственной. Куклой с обложки глянцевых журналов. Нарощенные ресницы, накаченные губы, идеальная укладка, макияж, выбор коротких юбок или платьев. Ей всегда нужно было выглядеть лучше всех, так говорили ребята, оглядываясь на её задницу. Её хотели трахнуть, взять силой, заставить открыть рот и сосать. Такой она была и для меня. Искала внимания и делала всё, чтобы найти.       Я киваю, понимая, что мне придется пойти на компромисс, лишь бы мою задницу доставили в целости и сохранности.       Аманда отпускает меня и подходит к Монрею, что снова пытается оттолкнуть её. Но девушка оказывается проворнее, она уклоняется и влепляет ему пощечину.       - Хватит вести себя как мудак. Собирай свои слюни и прими уже наконец помощь.       И это действует. Он разрешает ей помочь ему, хоть всё ещё слишком зол, чтобы дать отчет своим действиям.       Но то, как она усаживает его в машину. С какой нежностью проверяет сломан ли нос. Возможно, Монрей идиот и сам всё испортил.       - Сначала меня, потом её, - с деловым тоном говорит друг.       - О, да брось, - я отклоняюсь назад и прикрываю глаза, чувствуя, как действие веществ испаряется.       Аманда выезжает с парковки, совершенно не заботясь о том, что не пристегнулась.       Минут пятнадцать мы едем в полной тишине и это меня очень даже устраивает. Кажется, на заднем фоне заиграла музыка, что должно разрядить обстановку между этими двумя.       Я улыбаюсь, когда понимаю, что они ведут себя как малые дети. Ведь Аманде не все равно на Монрея, а тот всеми силами пытается доказать обратное. Ну и что, что она отказала ему в сексе? Потом сама прибежит. Какой же он глупый. Но и винить его нельзя, у парня просто не было нормальных отношений и партнерш, кстати, тоже.       - Кристин.       Шепот прямо возле моего лица, такой приятный и ласковый.       Пальцы так приятно холодят кожу, опускаясь на шею. Они что-то хотят от меня. Замирают на какое-то время, словно изучают. Но это так приятно, что внизу живота начинает пощипывать.       - Мы приехали, - снова шепот и я даже знаю кому он принадлежит.       Я не могу сдержать улыбку, когда голубые глаза так отчётливо смотрят на меня. В них есть эта магия, кусочек тайны, что не предназначен для других глаз. Её взгляд - безразличный, скрывающий столько эмоций, что хочется заставить поддаться, овладеть. Всего лишь нужно показать, как она ошибается. Ошибается в том, что видит. Ведь я другая. Я совершенно иное.       Я ощущаю чужие губы на своих губах. Такие нежные и мягкие, что хочется укусить, заставив выпустить коготки.       Спазм в низу живота увеличивается, заставляя волну удовольствия и боли наступить мне на горло, перекрывая доступ к разуму. И я введусь на это.       Мои ладони накрывают лицо девушки, пока язык искусно переплетается с чужим языком. И я должна ей показать, должна научить тому, что бывает, стоит лишь попробовать.       - Кристин, - в голосе слышится недоверие.       Но я знаю, что она никому не верит, просто не может себе позволить. Но мне можно, мне стоит.       - Идём.       Я открываю глаза и пока она не передумала и не обвинила меня во грехе, тащу её к дому.       Мы оказываемся в моей комнате. Свет не горит, да он и не нужен. Я увижу её и так. Все её шрамы… страх… боль… всё это будет моим.       - Что мы делаем?       Я срываю с её губ следующий вопрос, втягивая носом запах.       Мои руки движутся так быстро, что ей приходится подстроиться под темп. Она пытается раздеть меня, пока я расстёгиваю её бюстгальтер.       Разве она может носить что-то такое? Разве им разрешено?       Губы снова атакуют мою шею и я, наплевав на все домыслы и вопросы, тяну её ближе к постели.       - Господи, я так давно этого хотела, -шепчет она, стоит мне поцеловать её между грудей.       Она упомянула господа? Но она никогда не…       Руки давят на мою голову и я понимаю чего она хочет.       Между ног совершенно другой ракурс. Она легко открылась мне, желая, чтобы я почувствовала, чтобы я узнала какая она на вкус.       И стоит моему языку прикоснуться к чужой плоти, как позади раздаётся ошарашенный крик.       - О, черт.       Все в мгновенье меняется. Картинка искажается, пытаясь попасть в реальность. Отразить то, что есть на самом деле.       - Аманда?       Что за хрень? Это не она… Или она? Но я думала…       Кто-то резко хлопает дверью, а после я чувствую жгучую боль в области головы.       - Это уже переходит все границы.       Сильная рука тянет меня за волосы назад, пока мои лопатки не касаются пола.       - Стой. Да отпусти!       Я пытаюсь вырваться, но вязну в своём же болоте.       Надо мной появляется фигура Клэр. Она наклоняется, сгибая ноги в коленях и тычет мне пальцем в лицо.       - Мало того, что ты устроила утром, совращая подругу Хани, заставляя Макс идти на улицу чуть ли не голышом, так ты обдолбалась и привела какую-то девку, чтобы трахнуть ее, зная, что мы вернемся с прогулки…       - Я просто уйду, - слышится голос Аманды, которая по всему уже оделась и была готова сорваться восвояси.       - Да что с тобой такое?       Клэр не обращает внимания на девушку, она размахивается и по моему лицу тут же прилетает удар.       Звучный шлепок заставляет сжать челюсть. Тишина наполняет не только комнату, но и весь дом.       Я слышу, как Клэр всхлипывает. Она отходит от меня, тяжело дыша, будто вот-вот её хватит удар.       - Что же ты делаешь, Кристин?       Я всё ещё лежу не в силах даже пошевелиться. Половина лица онемела от удара, в то время как по другой половине скатывались слезы.       - Пошла… вон, - глотая горечь и холод, вырывается из меня.       - Что?       - Пошла нахрен отсюда!       - Ты… ты…       Клэр недоговаривает, полная возмущений и обиды, она вылетает из комнаты.       - Клэр?       - Идиотка, - отзывается она. – Пошла ты на хуй, Кристин! Тебе, Хани, лучше держаться от неё подальше. Я передам твоей… передам Медоу, чтобы она тебя забрала.       Входная дверь громко хлопает, а с ней и все мои остатки на что-то хорошее.              ---       Я слушаю один и тот же плейлист по кругу, заставляя свой мозг работать в нормальном режиме. Это помогает, но честно говоря, отойду я только к завтрашнему дню.       Кровь, что снова шла из носа, давно уже засохла на простыне. Хорошо, что в этот раз не ныл затылок. Зато половина лица всё ещё ощущает тяжелую ладонь Клэр.       Я замираю, стоит мне почувствовать, как матрас продавливается под чужим телом.       Кто-то осторожно двигается ближе, а затем и вовсе закидывает свою руку на меня, прижимая к своему телу.       Я лишаюсь наушника, но не тороплюсь двигаться.       - Макс за тебя молилась. За тебя и твою душу развратницы.       - Отличная поддержка, - усмехаюсь я и Хани только крепче прижимает меня к себе.       - Она видела вас.       - Оу, ну тогда ей не повезло. Думаю, она бы хотела выколоть себе глаза.       Теперь Хани усмехается.       - Я не умею поддерживать, - признаётся она. – Я вообще много чего не умею.       - Я могу научить.       - Можешь, - с какой-то грустью отвечает малышка.       - Что не так?       - Клэр хорошая.       Я выдыхаю, понимая о чем она говорит.       - Да, хорошая.       - А эта… девушка… кто она?       Я осторожно переворачиваюсь на другой бок лицом к Хани.       Половина её лица с ожогами совершенно ни чем не прикрыта и девочка тут же об этом вспоминает.       - Не волнуйся, - я перехватываю её руку и сжимаю в своей ладони. – Самое главное, что у тебя вот тут.       Пальцами я касаюсь её груди по центру и она заметно расслабляется.       - Эта девушка всего лишь мимолётная слабость. Иногда просто хочется близости.       Да, а иногда конкретного человека за которого ты восприняла эту мимолётную слабость. Меня же не может возбуждать монашка, которая во время секса кричала бы, что это грех, а я блудница.       - Почему ты улыбаешься?       Я проглатываю ком в горле и прогоняю пристальный взгляд голубых глаз.       - Представила, как Максин умоляет бога дать мне еще один шанс.       Хани начинает смеяться.       - Ты ей вообще-то нравишься.       - Что?       Я искренне удивляюсь, ведь не могу представить, как я могу нравиться этой девушке. Во мне же все от дьявола, как говорит она. А искушения в ней нет. Я бы точно увидела. Или я нравлюсь ей в другом смысле? Как человек. Но даже если и так, то… ну нет… наверное, Хани что-то на путала.       - Хани? Можешь мне помочь?       В дверях комнаты появляется та самая послушница господа.       - Может лучше это сделает Кристин?       - Что сделает?       - Поможет обработать мне спину и донести вещи до автобусной остановки.       Я изумляюсь такому ответу, пока голубые кристально чистые глаза смотрят с опаской и враждебностью.       О, ну она хочет поиграть в эту игру?       - Я не…       - Я помогу, - решаюсь переиграть самого хитрого игрока и уже иду к ванной комнате, обходя Максин. – Или ты испугалась?       Она фыркает, смиряя меня равнодушным взглядом и идёт следом.       Дверь закрывается, но это делаю вовсе не я. Так почему Максин Робс закрыла за собой дверь, зная, что я могу быть опасна? Навредить ей или совратить. В доме, кроме Хани больше никого, а значит, стыдиться нечего. Так почему?       Я скрываю улыбку за маской такого же равнодушия и приглашаю сесть её на крышку унитаза ко мне спиной.       - Сними кофту.       Максин изгибает бровь, будто не понимает для чего мы тут собрались, но как только я достаю аптечку, тут же отворачивается, краснея.       - Я уже видела твою спину, так что, успокойся.       Не думаю, что мои слова как-то влияют на неё, скорее, наоборот, в них слышится издевка, после которой следует тяжёлый вдох и выдох.       Волнуется? Странно.       Максин стягивает с себя часть кофты, оставляя спину открытой, прикрывая лишь перед.       Я присаживаюсь на корточки и осторожно снимаю предыдущие повязки.       - Отлично, крови уже нет. Подсыхает. Сегодня снова нанесем мазь, а через пару дней можешь ходить в свободных футболках и кофтах без повязки.       - Свободных?       - Да, оверсайз. В магазине легко найти или узнать у продавца.       Спина Максин вытягивается стоит мне коснуться её пальцами.       У неё мягкая ровная кожа, ни одного прыщика или бугорка, не считая этих уродливых швов или белесых шрамов глубокой давности.       - Желательно, чтобы тебя больше не били.       - Я стараюсь идти по истинному божьему пути.       - Иди тогда осторожно.       Я выдыхаю, размазывая заживляющую мазь по контуру швов и замечаю небольшой шрам ниже поясницы с правой стороны – похож на отверстие от пули. Правда, он очень маленький, возможно, это было давно.       - Ты на самом деле хороший человек, - вдруг добавляет Максин, пока я не могу удержаться от мысли, что в неё когда-то стреляли.       - Что?       - Просто так случилось, что искушение повело тебя в сторону. Это можно искоренить. Ты просто…       - Стоп, хватит.       - Но…       - Просто тихо. Я закончу и мы разойдемся. Надеюсь, больше не встретимся.       - Не встретимся? – в голосе Макс слышится озадаченность, будто ей не все равно. Может быть, она этого и не хочет? Или просто не понимает, как это имеет место быть, если она общается с Хани.       - Мы с тобой, да. Я очень на это надеюсь. Нам не понять друг друга, мы разные и постоянно будем бороться и страдать. – Я беру повязку и начинаю накладывать её. – Ты должна понять, тот, кто не хочет спасения не может быть спасён.       Максин резко разворачивается, не давая мне возможности закончить.       - Но ты этого хочешь.       Голубые глаза останавливаются на моём лице. В них нет злости или отвращения, там даже не пахнет равнодушием. Что-то другое. То, что Максин не показывает всем, лишь избранным. Будто хочет доказать мне, что ей можно верить, что она всеми силами попробует мне помочь.       Её ладонь касается моих пальцев и меня прошибает чем-то несуществующим. Это далеко от реальности и понимания. Вот она здесь, не предпринимает почти что ничего, едва касается кожи, а такое ощущение, что разрывает душу, безмолвно и безвольно, подбираясь ближе, присматриваясь. Чего она хочет от меня? Такого и быть не должно. Такого не существует.       - Дыши, - просит она.       Я только сейчас замечаю, что все это время просто не дышала.       Опасно. Это опасно. Дико. Нереально. Нет. Хватит. Довольно.       Я одергиваю руку и отступаю назад.       На лице Максин застывает непонимание.       - Тебе поможет Хани, потом оденься, я провожу тебя до остановки.       Дыхание возвращается в норму, когда я выбираюсь из дома и втягиваю носом прохладный вечерний воздух.       Держись подальше от этой сумасшедшей. На хрен. Это не стоит того. Она не запудрит мне мозги.