Another level.

Гриша следит недовольным взглядом за нарезавшим по комнате круги Вильгельмом и показательно фыркает, пытаясь привлечь внимание и всем видом показать своё полное неодобрение. В плане своего названного супруга ему не нравилось ровным счётом всё. Особенно факт того, что главной фигурой на доске должен был стать Московский. Тот самый напыщенный придурок, с которым они успели сцепиться в день первой встречи из-за длинного языка одного и синдрома справедливости второго. Волжский мечтательно улыбается, вспоминая кровоподтёки на своих кулаках и разбитое лицо ненавистного мужчины. – Гриша, хватит прожигать во мне дыры. От твоего взгляда я скорее возбуждаюсь, нежели меняю своё решение, – удовлетворённо смеётся Вильгельм, на что Волжский показательно закатывает глаза и наконец отворачивается. Твангсте понимает, что его возлюбленный волнуется. И есть из-за чего. Ведь именно из-за Московского в тот роковой день Вильгельм чуть не лишился жизни. В день их с Гришей знакомства. Однако ошибки совершают все, верно? Да и сложившаяся в данный момент ситуация действительно требовала постороннего вмешательства. – Ты прекрасно знаешь о моём мнении насчёт всего происходящего, – Волжский встаёт с кресла и подходит к окну, окидывая тяжёлым взглядом окрестности. Сейчас они с Вильгельмом живут на втором этаже клуба, который благополучно оборудовали под однокомнатную квартирку со всеми удобствами, включая не только ванну с санузлом, но и навороченный кабинет и небольшую кухню с современным оборудованием. – Посылать Руса в тот особняк сродни кормлению крокодилов в зоопарке. Сибиряков его сожрёт и не подавится. Мы прекрасно знаем какие слухи ходят вокруг этой семейки. А слухи из пустоты не появляются. – Именно поэтому нам и нужен Михаил. Григорий это понимает, но не хочет признавать. Московский сотрудничает с Сибиряковым-старшим уже последние пять лет и настолько тесно, что поговаривают, будто именно Михаил станет преемником компании. Конечно, это всё лишь пустая болтовня прессы, но зарекаться наверняка никто не может. Поэтому Вильгельм и надеется, что Московский с удовольствием пойдёт на сделку против Сибирякова и поможет Твангсте обеспечить безопасность Ярска, пока тот будет находиться на территории этого змеиного клубка. Да и по старой дружбе Михаил ему точно поможет. Столько ведь пережили вместе. – Ты остаёшься здесь, – Григорий пытается было возразить, но Твангсте жестом останавливает его. – Мне нужно знать, что во время моего отсутствия в клубе ничего не произойдёт. Да и если придут информаторы или Дугар с Алексеем, их должен будет кто-то встретить. А доверить такое я могу только тебе. Вильгельм подходит к своему возлюбленному и мягко касается щеки. Волжский сразу смягчается и доверчиво льнёт к тёплой ладони, прикрывая глаза и выравнивая дыхание. Оба бесконечно любят друг друга и оба переживают. Но они сами выбрали этот путь, оставшись по ту сторону закона и связав свои жизни с криминалом. За всякий выбор приходится платить. – Если бы кто-то дал мне шанс начать всё сначала, – тихо проговаривает Григорий, двумя руками обнимая своё главное сокровище за талию и притягивая к себе, чтобы уткнуться носом в висок и вдохнуть такой родной, будоражащий запах. – Я бы выбрал тебя. Снова и снова делал бы это. На эти слова Вильгельм ничего не отвечает, лишь обхватывает лицо Гриши ладонями и оставляет на губах невесомый поцелуй, тем самым разделяя мнение своего любимого. *** Руслан стоит на балконе своей комнаты и потягивает ментоловую сигарету. Особняк младшего из семейства Сибиряковых был до отвращения типичным. Два этажа, многочисленные комнаты, лужайки перед домом, стеклянная оранжерея на заднем дворе и гараж с дорогими автомобилями. Но как бы Енисейский мысленно не крыл матом хозяина сих владений, не признавать изящество и вкус Николая было просто невозможно. Когда утром они только въехали на территорию, из груди Руслана ненароком вырвался судорожный выдох: настолько большим, роскошным и величественным снаружи казался дом. Сибиряков припарковался у главного входа, вышел, чтобы дать указания прислуге (как окрестил всех работников особняка Енисейский) и наконец соизволил заговорить со своим новым телохранителем: – К моему приезду подадут ужин в честь нового подчинённого. Ты обязан на нём присутствовать, – тоном, не терпящим возражений, сказал Николай, удерживая при этом зрительный контакт. – За это время успеешь расположиться и осмотреть тут всё. Сегодня у тебя вводный день, так что наслаждайся отдыхом. Если возникнут какие-то вопросы, можешь обращаться к любому, кого встретишь. Коллектив у нас тут неплохой, обидеть не должны. После этих слов Сибиряков подозвал к себе двух человек и удалился к внедорожнику, на этот раз усаживаясь на заднее сидение. Енисейский же так и стоял, пока машина нового босса на скрылась за воротами. За всё утро они перекинулись буквально парой фраз, из которых приказным тоном звучали буквально все. – Да уж, работать с Николаем будет невероятно весело и вкусно, – тихо заметил Ярск, кивая подошедшему к нему мужчине, дабы проследовать за ним, попутно слушая о расположении комнат и общепринятых правилах. После завтрака, на котором Руслан познакомился практически со всеми людьми Сибирякова, и бодрящего душа, киллер отправился на импровизированную экскурсию. За следующие четыре часа он успел обойти особняк вдоль и поперёк скорее для оценки установленных мер безопасности, нежели из любопытства. Однако в нескольких местах Руслан невольно всё же задержался. Парадный вход с широкой лестницей и коллекция растений в оранжерее не могли оставить равнодушным даже такого чёрствого человека как Ярск. Но признавать это открыто он не собирался. Проще было напакостить, чем Енисейский и решил заняться. Инстинкт самосохранения у него явно отсутствовал. Что ж, зато наглости и сарказма ему на раздаче отсыпали сполна. – Ты не соизволил явиться на ужин в честь, попрошу заметить, себя самого. Николай входит без стука. Хотя он же является хозяином этого дома, так что и в приглашении не нуждается. Всё, что находится в особняке, по праву принадлежит Сибирякову-младшему. И под всем подразумевались не только вещи, но и люди. Даже Руслан. Наёмник чувствует это каждой клеточкой своего никчёмного тела, которое по одному щелчку длинных ухоженных пальцев может сломаться. Или оказаться на чёрном рынке по самой низкой цене. Но даже это осознание не препятствует Енисейскому дерзить и проверять нервы своего так называемого "босса" на прочность. – У меня нет аппетита, – как можно более равнодушно произносит Руслан, даже не удосуживаясь повернуться к Николаю лицом. Затылком наёмник чувствует взгляд Сибирякова и это не предвещает ничего хорошего. Но отступать уже некуда. Ставки сделаны. Владелец особняка глухо усмехается, а затем делает шаг, хватая Енисейского за плечо, дабы в следующий момент рывком оттащить от перил балкона и впечатать в противоположную стену. От удивления Руслан роняет сигарету на пол и та попадает под ноги Николая, тут же становясь раздавленной под подошвой дорогой обуви. Какая ирония. Жизнь киллера может оказаться на месте этой сигареты. И тогда вместо хруста фильтра будет слышен треск костей. Хотя, постойте, всё уже складывается именно так. – А теперь слушай внимательно, шавка, – Сибиряков наваливается всем весом на худощавое тело Енисейского, одной рукой фиксируя его запястья, а другой сжимая шею. – Отныне ты мой подчинённый. Любое моё слово – закон. Скажу потявкать – будешь говорить по-собачьи. Прикажу носить ошейник – не будешь снимать даже во сне. Не стоит испытывать судьбу, лучше пользуйся снисхождением и моей любезностью, пока я не передумал. Потому что если я передумаю, от тебя и мокрого места не останется. Ты меня понял? Руслану не остаётся ничего другого, кроме как сдавленно прохрипеть слова согласия. Судя по ослаблению хватки, Николая такой ответ вполне устраивает. Владелец особняка отпускает наёмника и отходит на приемлемое расстояние, попутно поправляя идеально сидевшую на нём рубашку и галстук. Руслан в этот момент Сибирякова, такого идеального и до омерзения рассчётливого, ненавидит всей душой. Внешне же удаётся удержать маску и учтиво поклониться, подтверждая слова полной покорностью. – Рад, что ты меня услышал. Надеюсь, больше мне не придётся повторять, – Николай смотрит на Ярска сверху вниз и удовлетворённо кивает. – Завтра в 7.30 утра жду на завтраке, после него мы сразу едем на встречу. С этого момента и до расторжения контракта ты везде будешь следовать за мной, подобно тени. Но учти, – голос Сибирякова становится глухим и холодным, с отчётливыми нотками враждебности, – у тени нет своего мнения и права голоса. Николай уходит также внезапно, как пришёл. Руслан надеется, что прошедший разговор был просто шуткой и он не попал в подчинение к типичному психу-миллионеру. Но, к сожалению, реальность остаётся сурова ко всем и любимчиков у неё нет. В ближайшее время придётся мирится с положением дел и попытаться не разгневать начальника этого адского места. Руслан достаёт из кармана зажигалку и крутит её между пальцами, в попытках унять непрошенную дрожь. Всё складывалось настолько паршиво, что становилось смешно. Наёмник никогда не любил клишированные фильмы про криминальный мир, но по воле случая попал в один из них. Да и к Николаю у него было несколько вопросов. Неужели у того действительно нет хотя бы подобия души? Власть портит людей. Руслан вдыхает поглубже свежий вечерний воздух и смотрит на закрытые ворота территории "имения" Сибирякова-младшего. В голове невольно всплывает картинка с надписью перед входом в ад. "Оставь надежду, всяк сюда входящий". Слишком много библейских ассоциаций за прошедший день. Хотя с таким раскладом событий сложно не поверить в Высшие силы. Енисейский ещё какое-то время осматривает территорию и выходит с балкона, плотно прикрывая за собой дверь.