Под Москвою трупы лежат

На тёмном небе были видны звезды и белоснежная луна, только изредка скрываемые тёмными облачками. Грузовики всё ехали и ехали, прорывая все невзгоды зимней дороги. В этот тихий час, когда не было слышно не птичек на деревьях, не лесных зверей, ищущие себе пропитание в этом голом лесу, водители грузовиков решили остановиться около некогда пшеничного поля, ставший пустым и чёрным от пожаров полем. Они вышли из своих машин и раскрыли скатерть, положив туда бублики и чай, приготовленный в самоваре на одном из грузовиков. Бойцы сладко спали, а некоторые из них очень сильно храпели, тем самым выводя из себя сослуживцев. Одним из таких стал Курасан, лежащий на скамейке грузовика и хранящий так, что было слышно и водителям, сидящие далеко от третьей машины. Храпа не смогла выдержать Лампочка. Полночи она пыталась заснуть перед тяжёлым днём, но не выдержав звуковой атаки булки, она вышла из грузовика, с целью прогуляться чуть-чуть , подышать воздухом и наконец сладко заснуть после всего этого. Опустившись на землю, она повернулась в сторону поля и ужаснулась. По всему полю лежали тела, бездыханные тела. Некоторые из них были разорваны на кусочки, другие только немного пострадали. Но всё равно, это были уже не живые люди, да и не только люди, ушедшие из этого грешного мира. Лампочка отвернулась от них, не веря своим глазам. Она закрыла руками глаза и пыталась забыть эту картину. Но в то же время ей было интересно, почему же они погибли? От бомбардировки? От пожара? Или тут неподалёку хозяйничают фрицы, подрывающие связь основных оборонительных войск с резервами? А может всё сразу? Это ещё больше не давало ей покоя. Неужели она умрёт в первый же день, мирно сидя в грузовике и даже до этого ни разу в бой не вступив. Из грузовика вышел Кнайф, увидевший пропажу своей подруги. Он с неудомением, вытерая свои глаза, спросил: -Лампочка,что случилось? Нож опустился на землю. Лампчка тут же обняла его со всей силы, говоря: -Не смотрю туда, Кнайфи, не смотри! -С чего это вдруг? -Спросил фиолетовый и посмотрел в поле. Поняв весь расклад, ему тут же стало плохо. Отпустив Кнайфа, Лампочка увидела, как того стошнило и то, как он бегает в поиске места для блевотины. Не выдержав, Кнайф блеванул в самый кузов грузовика. -Тьфу, бл*ть, что за запах? -Произнёс сонным голосом Карасан, проснувшийся от шума. Он подошёл к краю кузова и увидел, что тут натворил ножик. -Ты чего сделал, инвалид! -Закричал он. Остальные бойцы тоже проснулись и подошли к Кнайфу. -Ты бы ещё тут испражнился, боец! - Наорал на Кнайфа бригадир. -Он не в чем не виноват! - Стала защищать своего друга Светобульба. - Посмотрите! -Она показала пальцем в сторону поля. Все посмотрели в указанное место и юные бойцы ошалели. Брялка из-за этого тоже вырвало, а Бутылку, заботясь о ней, предложил ей водички, чтобы всё это запить. -Дурдом какой-то, чего вы испугались то? -Возмутился Кар Карыч. - Это просто погибшие солдаты. Если вы на них так реагируете, то я боюсь представить, что во время боя будет. Там трупов и крови ещё больше! Привыкайте, бойцы, привыкайте. К грузовку подошёл водитель, Василий Спиридонов, пожилой человек с кепкой-восьмиклинкой на голове и расхаживающий в ватнике. -Чего у вас тут? -Спросил он, непонимая что происходит. -Ох ёперный театр! - Спиридонов увидал поле брани и убрал со своей головы кепку. - Мдааа, ну, а что делать. Война есть война. А вы больше не кричите и не блюйте. Во-первых, воняет, шо п*здец, а во-вторых, вы всех солдат разбудили. Идите спать, завтра день трудный, а вы тут х*йней маетесь. -Хорошо, товарищ Василий Георгиевич, сейчас заснут, как миленькие. А вы это, двигайтесь давай, нам уже утром надо быть у пункта назначения, -Сказал бригадир и сёл в грузовик. Спиридонов, посмотрев на уходящего во внутрь грузовика Карыча, плюнул и пошёл заводить "драндулет", как он его часто называл. Бойцы, немного постояв в шоке, тоже зашли в машину. Колонна двинулась и продолжила путь к уже захваченному немцами Туле. Лампочка опять не смогла заснуть, но уже не от храпа, а от вида того поля, что она видела. На её щеке снова текли слезы, она так жалела погибших красноармейцев, их жён, детей и матерей. Они уже никогда не увидят их, а самих погибших другие советские солдаты или даже немцы закопают где-нибудь в лесу и забудут, будто бы этих людей никогда и не существовало. Свет восторжествовал над тьмой, ночь сменилась утром. Внутри грузовика было слышно пение птиц и какие-то резкие и громкие звуки. Только что проснувшихся бойцов пугало именно этот звук. Бригадир, увидав панику среди бойцов, сказал: -Не боись, это артиллерийский обстрел со стороны немцев. Скоро они закончат и вы пойдете к нашим. Только вы сначала стрельбище пройдёте. К комсомольцам пришёл Спиридонов, он торжественно сказал: -Ну что, товарищи красноармейцы, приперлися мы наконец! Наш политрук, Фёдор Юдин, приказал вам встать в строй и поживее. Бывшие студенты немедленно взяли оружие в руки, кроме Брялка, так как рук у неё не было. Стрельбище было такового, внутри леса стояли несколько грузовиков и маленькая избушка, где сидели командиры. В нескольких метрах от избушки стояло несколько пугал, по которым бойцы и должны были стрелять. К строю солдат подошёл политрук, выше названный Фёдор Евгеньевич Юдин. Он был не с пустыми руками, а с ППШ, винтовкой Мосина и со штык-ножом. Рядом с ним шёл его Адъютант Игорь Шаповалов. У Юдина были мягкие черты лица и тёмные волосы с глазами. Он опустил оружие на землю и торжественно начал: -Здравствуйте, дорогие товарищи-бойцы Рабоче-крестьянской Красной Армии! Я - политрук Фёдор Евгеньевич Юдин, но вам следует называть меня просто политруком. Я буду помогать вам сохранить перед, во время и после сражения боевой дух, который вам пригодится во время военных действий Красной Армии с Вермахтом. Давайте начнём с мосинки, -Политрук взял в руки винтовкувинтовку. - это оружие было создано ещё в царской Росии и оно является одним из самых распространённых оружий в РККА. Для того, чтобы без всяких замашек убить точным выстрелом пару врагов, если вы хотите стать снайпером, то лучше всего прикрепить к винтовку оптический прицел. А если использовать его во время шумного боя, а именно во время обороны рва, то можно, конечно, использовать и мушку на конце, вот здесь , - Политрук показал пальцем на самый конец винтовки. - а сейчас расскажу, как заряжать и стрелять с него. Берёшь винтовку, снимаешь с предохраненителя, открываешь затвор, вставляешь туда обоиму, закрываешь затвор и нажимаешь на спусковой крючок. Сейчас покажу наглядно, -Юдин повернулся в сторону пугал, взял винтовку и повторил всё действия, которые сам сказал, и выстрелил точно в цель - в самую голову пугала. Он взял штык-нож и продолжил. - Патроны у нас не бесконечные, поэтому, в случае если у вас закончились патроны, вы можете взять и прикрепить штык к винтовке. Тем самым у вас получается настоящее холодное оружие, с помощью которого можно с лёгкостью пробить тело фрица. Но запомните, бойцы, тело человека очень мягкое и проткнуть его не заставит трудности. Если вы со всей силой ударите штыком в живот врага, то ваше оружие застрянет , вследствие вхождения штыка в позвоночник. Если ваше оружие застрянет, обороняться вы не сможите и вы помрете от пуль или штыка какого-нибудь эсэсовца. Понятно, бойцы? -Да, товарищ политрук! - Сказали всё хором. -Отлично, теперь кратко расскажу про ППШ, - Продолжил Юдин. - как вы поняли из названия, которое переводится как Пистолет-пулемет Шпагина, было создано Шпагиным и было принято на вооружение за год до войны в 1940 году. Оно очень удобное и единственное, что вам нужно знать, это то, что во время стрельбы вы должны держаться за магазин, как-никак, ППШ короткое, а за что-то же держаться надо при стрельбе. Вам понятно, бойцы? -Да, товарищ политрук, -Снова хором ответили бойцы. -Хорошо, с пулемётом Максима я познакомлю тех, кто возьмёт её. Остальные же, берите оружие вон там, у командного пункта, если у вас до этого его не было. Солдаты пошли к этому месту и каждый взял то, что ему попалось под руки. -Товарищ политрук, -Подошла к Фёдору Евгеньевичу Брялок. - а что мне делать? У меня рук нет! -Ага, понятно, -Задумался политрук. - Значит возьмёшь пулемёт в руки, тоесть в хвост или ноги. Нести пулемёт будут помогать тебе сослуживцы, а ты будешь с помощью своих единственных конечностей стрелять по врагам. Я тебе конечно советую стрелять с помощью своего хвостика, а то ногами как-то неудобно. -Спасибо, товарищ политрук, я тогда своего друга Бутылыча попрошу, чтобы он мне пулемёт носил! -Поблагодарила Брялок и побежала к Бутылычу, рассказать о его новой работе. Политрук осмотрел солдат и увидел, что на теле, тоесть на рукоятке Кнайфа, есть какие-то шрамы. Он решил выяснить причину ранений и подошёл к бригадиру. -Здравствуйте, товарищ политрук! - Отдал честь Кар Карыч, - Что-то случилось? -Да , случилось, - С явным гневом сказал Юдин. - Почему ваш боец Нож... -Его Кнафом звать, товарищ политрук, Кнайф Досков, -Перебил собеседника Карыя. -Это не имеет значения, почему на его тебе есть какие-то шрамы. У вас была драка в грузовике? Если да, то почему не остановили? Вы же должны понимать:они ещё молодые, вести себя по-нормальному не умеют, дерутся с друг другом постоянно. Ваша задача была именно попытка остановить конфликт между комсомольцы. Почему вы не выполняете свои основные задачи, поставленные высшим руководством! Вы хотите попасть снова в лагерь, соскучились по нему? -Почему сразу в лагерь, товарищ политрук, -Размахнул крыльями бригадир. - Да и вообще... Да, драка была, но кроме мелких ушибов ничего на Доскове не было, как и на его противнике Курасане Хлебову. Эти ранения он получил ещё ночью, я заметил. А вот почему у него эти шрамы появились, я в душе не чаю. -Ладно, допустим, в ранении солдата вы не виноваты, но я вас всё равно понижу, будете обычным рядовым, товарищ Кар Карыч. А с Кнафом я поговорю. -Но, товарищ политрук, это не справедливо! -Вот если вы покажите свою доблесть и отвагу во время боя, то так уж и быть, верну должность. А так, идите , готовьтесь, - Злорадно сказал политрук и пошёл к Кнайфу. Тот лежал недалеко от пугала и стрелял в него. Увидев политрукс, Кнайф лёжа отдал ему честь и продолжил стрелять. -Извините конечно, но вы бы не могли встать, боец? - Удивишись такой дисциплине сказал политрук. Кнайф опустил винтовку и встал перед политруком. Тот посмотрел в сторону пугала и увидел, что Досков смог попасть несколько раз в пугало , в живот и шею. -По стрельбе вы хороши, товарищ Кнайф, но я хотел бы поинтересоваться, откуда у вас ранения? -Юдин показал на шрамы Кнайфа и тот невольно покраснел. -Я... Я не знаю, товарищ политрук! - Испуганно сказал Кнайф. - Я об этом даже не задумывался, думал, что просто поранился обо что-то. -Боец, хватит врать. Скажите честно, что вы сделали со своим телом? ! - Упёрто сказал политрук Фёдор Евгеньевич. -Ладно, признаюсь. Я сам их себе сделал, товарищ Фёдор Евгеньевич. -Политрук, просто политрук, -Поправил Юдин. - и вообще, в чем смысл этого? -Сам особо не в курсе. Я слышал, что некоторые люди с помощью причинения себе увечий без суицидальных наклонностей избавляются от горя в своей душе, как бы заменяя боль душевную на физическую. -Да чушь это всё, боец. Если тебе печально, то возьми это, - Политрук достал из кармана пачку сигарет с зажигалкой и положил в руки Кнайфу. -Спасибо , конечно, товарищ политрук, но а разве это мне не сильно навредит? -Не, не навредит. Ты же кухонный нож, в конце то концов. -А, ну да, - Сказал Кнайф и достал из пачки первую сигарету. Он её зажёг и полностью втянулся дымом от неё, после чего начал сильно кашлять. -Ничего, боец, привыкните, - Похлопав по плечам Кнафа, сказал политрук и ушёл восвояси. Друзьям Кнайфа сильно повезло, они показали себя не худшим образом, показали, что умеют убивать. Политрук после стрельбище снова собрал всех и , повернувшись, объявил: -Товарищи бойцы Красной Армии. Многие из вас показали себя нормально, поэтому вы отправитесь в окопам, к другим солдатам. Только вы не должны не должны будете бежать или идти, а иначе вас убьют немецкие пулемётчики со снайперами. Лёжа вас особо не будет видно. Будьте аккуратны и никуда не торопитесь, время есть ещё, -Политрук посмотрел на часы. - Я тоже с вами поползу. Мне же надо вам путь правильный показать и ваш боевой дух в окопах поддержать. Короче, пошли! Красноармейцы взяли в руки оружие и легли на землю, потом отправившись к остальным. Курасан и Лампчка во время этого путешествия несколько раз ощутили, как в их рот попала земля, от чего они часто отплевывались и ползли дальше. Через долгое время они наконец увидели красные знамёна и спустились аккуратно в окопы. В окопах было душно и очень тесно. Солдаты спотыкались друг от друга и не могли по нормальному сдвинуться с места. Но солдаты Красной Армии не унывали и пели "Интернационал", разговаривая с друг другом о будущей битве. Песня звучало очень мощно и поднимала дух солдатами, которые присоединялись к этому " хору". Это же сделал и политрук, подпевая самый последний привев "Интернационала" очень высоким и нежным голосом, что очень понравилось Светобульбе. - У вас такой нежный голос, товарищ политрук, - Сказала она, подойдя к Юдину. -Хе, спасибо за комплимент, боец. Я когда маленьким был, а это было время до Первой мировой, я хюв церковном хоре выступал и иногда играл в театре. Но я решил пойти по пути борьбы за права народа, поэтому отказался от карьеры певца и пошёл в РККА, которая в это время воевала с белогвардейцами и интервентами, - Объяснил политрук и пошёл к другим, чтобы речь торжественную произнести. -Охх, какой человек! - Сказала Лампочка в сторону личности политрука. - Свою мечту бросил, лишь бы родине служить. Я бы так не смогла. -Э, а я по-твоему какой человек? -Возмутился Кнайф, покуривая сигарету, которую дал политрук. -А ты же не человек, ты обжект, - Ответила улыбаясь Лампчка. - а ты уже курить начал? -Сам ох*ел! -Ответил, размахивая руками, Кнайф. - Вроде такая гадость, а всё равно почему-то покуриваю. Сам себя удивляю, ей-Богу! Лампчка пожала плечами и села на ящик, снова взяв листочек с письмом для Оксаны. -Уже записала? -Спросил нож, сев перед этим рядом со Светобульбой. -Эххх, как раз таки нет, -Грустно сказала Лампчка. - никак не могу придумать, что ей написать. А её наверное уже в лагерь отвезли... -А у неё фамилия какая? -Задал вопрос инвалид. -Воскресенская, а что? -Да так, знаю я одну Воскресенскую. Только имя у неё было "Серафима". Её за шкирку взяли вместе с уборщицей, за то что проводили религиозную пропоганду среди учащихся приюта. Её отец попом был, которого потом большевики расстреливали, а она сама потом в больнице для душевно больных попала, вместе с её подругой Ритой. У них у обоих галлюцинации были , одна какую-то фею и озëрную страну, а другая золотые церкви и святого Серафима. П*здец, не правда ли? -Это точно, вот до чего мракобесие доходит! -Заключила весь этот рассказ Лампчка, которая была атеистом. Прозвучал какой-то шум и бойцы увидели немецкие самолёты. Неужели бомбардировка? Солдаты прижались к земле и стали ждать бомбёжки, но вместо этого на землю прилетели лишь агитационные плакаты. После такого налёта воины взяли плакаты и начали изучать их. Плакаты забрали и Лампчка с Кнайфом. На плакате было написано: " БОЙЦЫ И КОМАНДИРЫ КРАСНОЙ АРМИИ! ШТЫКИ В ЗЕМЛЮ! И СКОРЕЕ К НЕМЦАМ ИЛИ ДОМОЙ. Ваше дальнейшее участие в войне бессмысленно! Подумайте о своей дальнейшей судьбе и о своих детях?! " -Во бред накалякали! -Сказал Кнайф. - Будто мы ничего про оккупацию не знаем. Во твари фашисткие! -Ну слушай, -Засомневалась Лампчка. - кто-то же ведётся на это и идёт вступать в СС или ещё куда-нибудь в Вермахт. Слыхал про какую-то СС дивизию "Галичина", состоящая из украинцев? -Слыхал. Всё эти коллаборанты обычные предатели Родины. Лучше уж сгинуть в бою, чем предать свою страну. -Бойцы, готовьтесь к атаке! -Закричал политрук, перетаптав перед этим плакаты и приказав остальным так делать. Кнайф и Лампчка встали, взяли оружие и высунулись из окопа. Было видно, как в сторону окоп шли молодняк, лет от 13 до 18. Из оружия у них было только лопаты и шашки. Только у некоторых "бойцов" были винтовки. Некоторые держали русский триколор, напевая "Яблочко". -Это что за п*здец, товарищ политрук? -Спросил Курасан, приготовившись стрелять. -Пушечное мясо, -Ответил политрук. - Своих же солдат жалко, а вот детей унтерменшей ни капельки. Вот и посылают, чтобы патроны врага истратить. Я запрещаю вам стрелять по ним! -Товарищ политрук, но они вооружены и у них точно не добрые намерения, я прошу вас разрешить открыть по ним огонь! - Попросил политрука Кнайф, уже целясь по детям. -Откланяю! Пусть сначало сами выстрелят! И как по команде некоторые подростки выстрелили по красноармейцам, но не одна пуля по ним не попала. Тут, поняв что сражаться против до зубов вооружённых красноармейцев не выход и что вообще против своих сражаться как-то постыдно, подростки бросили знамёна и оружие и бросились к своим. Немцы увидели эту картину и уже прицелились по подросткам, чтобы знали, нельзя идти против воли "Великого" фюрера. Послышался ужасный звук выстрелов и первами жертвами нового дня боёв за Москву стали обычные дети, отправленные в бой против своих взамен на сохранение жизни. Только несколько из них дошли до окоп и легли , закрыв лицо руками. Лампчка, по зову своей доброй души побежала к ним и начал поить их водой, успокаивая добрыми словами. Немцы решили, надо наступать на русских и завели моторы танков. Громкий звук заведенного двигатели, словно рёв тигра, и немецкие танки тронулись в путь, защищая собой пехотинцев. -А теперь огонь по фрицам! -Приказал политрук и выстрелил пистолетом в воздух. Советские войска начали неравный бой, стараясь попасть по солдатам Вермахта, спрятавшиеся за крупными и серыми танками. Некоторые воины кидали гранаты и коктели Молотова в сторону танков, некоторые из них загорались и перестали представить из себя железную крепость на гусеницах. Но немцев было больше, они наступали и убивали красноармейцев пачками. Окопы стали заполняться трупами, которые их сослуживцы хотели убрать, чтоб не мешали стрельбе. Во время всего действия Кнайф со всей своей силы стрелял по врагам, что не всегда получалось. Из винтовки послышался быстрый звук, словно щёлканье пальцами. -Сука, патроны закончились! -Сказал он и сел около края рва, вытащив своё лезвие на всеобщее обозрение. -Немедленно убери свою башку, боец! -Прокомандовал Юдин. -Ага, сейчас, -Махнув рукой, пофигистично сказал Кнайф и тут же ощутил адскую боль на уровне головы. Он упал на спину и выразил винтовку. Лампчка увидела это и побежала к Кнайфу и закричала: -Нет, нет, нет, Кнайфи, не осталяй нас! Она достала бенты и начала перевязывать лезвие Кнайфа, которое было прострелено сбоку. -Что со мной? - Тихо сказал, - Ай, голова раскалывается, п*здец! -Тебе голову прострелили! -Ответила с ужасом Светобульба, всё усерднее перевязывал голову. Кнайф дотронулся до простреленого места и сделал удивлённое лицо. -У меня что, крови нет?- Сказал он с ошарашеным видом. -Нет и хорошо, самое главное что ты живой, -Успокоила его Лампочка. Разлетелись кровавые ошмётки и тело политрука упало внутрь окопа. Немецкий снайпер застрелил с большого расстояния политрука, лишив его головы. Тело его упало с грохотом. Лампочка протерела своё лицо рукой и , увидев везде кровь, закричала со страшной силой. Кнайф пришёл в себя и сильно обнял Лампчку. Та продолжала истерично кричать и плакать, из-за чего немного задыхалась. А её друг успокаивал и приговаривал практически то же самое, что и она после драки с Курасаном. Немцы зажимали позиции Советов. Тут к бойцам залетел штатский и закричал : -Верховная ставка армии приказала советским войскам отступать до Москвы! Повторяю, Верховная ставка приказала отступать! Немедленно покинуть свои позиции! Не забудьте про патроны и оружие - это всё врагу достаться не должно! Мы не должны рисковать жизнями своих солдат! Отступаем! Солдаты, услышав объявление штатского, держащего в руках телеграмму, схватили патроны, оружие и побежали к лесу, где стояли грузовики. Кнайф потащил свою подругу с окопов, стараясь не попасть под пули немцев, уже практически дошедшие до позиций. -Я тебе помогу! -Закричал Курасан, схватив упавшую в обморок после объявления штатского Лампочку. -Ай, пох*й! Пошли! -Словно командир закричал Кнайф и потащил Светобульбу к машин. -Ааа! -Закричал Курасан и упал на землю. Немцы ранили его в ногу, которая чуть не оторвалась от тела. -Кнайф, помоги! -Закричал снова Курасан. Фиолетовый долго решался, спасать ли ему своего давнего врага или бросить его здесь умирать. -Ладно, возьму тебя, но потом ты будешь у меня в долгу! - Решился наконец инвалид и положив булку под подмышкой. На пол пути Кнайф упал от бессилия, он умирал от жажды и от усталости. Ему очень хотелось спать. Его, вместе с раненым и с упавшей в обморок, взяли другие красноармейцы, решившие помочь своим товарищам. Среди них были Брялка и Бутылыч. -Вот вы ненадёжные! -Закричала Брялок. - Вечно спасать вас надо! -А мы их до этого не спасали, -Усомнился Бутылыч. -Заткнись, мне и без тебя хлопот хватает. -Хорошу, молчу. Обжекты смогли отступить к остальным. Их всех положили в грузовые машины и отправили в новый пункт назначения. От всего того, что представляли студенты, не осталось ничего. Реальность оказалась намного ужаснее и немцы, с огромной радостью, заняли окопы и сломали красные знамёна. Может быть, Красная армия потерпит поражение в войне или всё же дадит отпор врагам? Этого никто не знал, но надежда всегда равно была и она была единственной силой, которая могла остановить отступающих советских людей. Она намного сильнее страха, но слабее отваги, которая делает героем даже бывшего зека или крестьянина. Но пока советская армия отступает, отступает к Москве, под которой трупы лежат.