Изумруд под слоем пепла

      Кровати в таверне всё же были более мягкими, чем в Академии. Валентин ужасно устал за сегодняшний день, он уже собирался лечь спать, но никак не мог уснуть.       Уличные вечерние фонари погасли, когда время склонилось к полуночи. В комнате стало так темно, что юноша решил зажечь свечу. Он задумчиво смотрел на зеленый цвет огня, размышляя о первом учебном дне. На самом деле, Валентин представлял его себе немного иначе. Лекция преподавателя Сирила де Линт показалось ему очень вдохновляющей.       Рассматривая конверт под мягким светом свечи, Валентин не спешил открывать его. С помощью маленького острого ножа, что всегда носил с собой в сумке, он аккуратно снял восковую печать, стараясь её не повредить. В конверте находились приглашение и небольшое послание, по-видимому, написанное легкой рукой молодого герцога. Изящный каллиграфический почерк прекрасно сочетался с дорогой бумагой, украшенной по бокам незаурядными узорами. От послания исходил тонкий шлейф, словно от благоухающих лепестков роз. Юноша отложил приглашение, намереваясь сначала прочитать слова Серафима. Всего несколько строк, но каждая из них была написана настолько прекрасно, что вызывала легкий трепет.       «Искренне благодарю тебя за то, что помог мне. Я хотел бы дождаться твоего прихода, но у меня возникли неотложные дела. Позволь мне выразить свою благодарность в качестве особого приглашения. Ты можешь воспользоваться им в любое время, когда пожелаешь. Достаточно показать его рыцарям, охраняющим моё поместье.       С уважением, герцог Серафим де Вилье»       В приглашении был указан адрес, а в правом нижнем углу стояла особая печать, которую невозможно было подделать. Она переливалась на свету, как будто старалась доказать свою достоверность и надежность. Валентин пребывал в замешательстве после прочитанного. Юноша не сделал ничего такого, за что можно было бы подарить ему подобное. Напротив, из-за его неосторожности Серафим пострадал еще больше, когда перехватил лезвие меча голой рукой. Да и в лечебницу он до последнего не хотел идти.       Зачем тогда молодой герцог оставил ему это послание и приглашение?       Потушив пламя свечи, юноша сложил всё в конверт и оставил на столе. Лучше не гадать, а спросить самого Серафима обо всем. К такому выводу он пришёл, сонно проморгав несколько раз. Валентин улегся на кровать и спустя какое-то время ему всё же удалось заснуть.

***

      Первым занятием было боевое искусство, на которое юноша безнадежно опаздывал. Он умудрился проспать и теперь бежал в Академию, на ходу придумывая себе оправдание. Рыцари у ворот пропустили его, когда увидели удостоверение. Валентин бросил свою сумку в общежитии, а затем вихрем умчался на площадку, где проходил урок.       Оказалось, что преподаватель тоже опаздывал — студентам повезло. Чародей перевел дыхание, втайне жалея о том, что зря так сильно торопился. Когда пришёл Филарет Красс, Валентин вместе с другими студентами выполнил команду «смирно», вставая в одну шеренгу. Преподаватель пересчитал присутствующих, делая пометки в своём журнале.       — Все на месте, тогда начнём разминку, — громко оповестил он. — Направо! Побежали пять километров! Семь человек, что придут последними, будут отрабатывать отжимания!       На втором километре Валентин с трудом передвигал ногами. Мало того, что сегодня было очень душно, так ещё он и до этого успел набегаться. Обувь, что выдали студентам, не самая подходящая для таких забегов. В горле неприятно начало саднить и юношу охватила сильная жажда. Легкие горели от того, что Валентин пытался поспевать за остальными. Он бежал почти в самом конце, даже Нармин оказалась впереди него.       Четвертый километр заставил несколько студентов перейти на шаг. Пока преподаватель не видел, они делали передышки. Все вспотели и тяжело дышали. Валентин уже не чувствовал ног, он просто продолжал ковылять в конце группы. Нармин, как бы она не старалась держаться в середине, тоже начала сильно отставать.       Как преподаватель Красс мог назвать такое «разминкой»? Что после этого он заставит их делать? Отжиматься и подтягиваться по сто раз? До конца урока еще было далеко, бегущие впереди задали слишком быстрый темп.       Самые спортивные студенты, которые занимались физической подготовкой с малых лет, уже давно пробежали пять километров. Со стороны казалось, что они даже не выдохлись. Валентин немного завидовал их выносливости, когда пробегал мимо них. Кажется, он будет в числе последних семи, которые должны отработать наказание. К его удивлению, Нармин уже пробежала дистанцию. А вот Марвин волочился рядом с Валентином, он тоже сильно выдохся.       После пятого километра чародей хотел просто упасть на землю, силы покинули его. Он был бы счастлив сделать хотя бы один глоток свежей воды, чтобы немного промочить горло, которое ужасно сильно пересохло. Валентин сейчас не мог бы и два слова сказать, настолько плохо он себя чувствовал. Как жаль, что от этой дисциплины нельзя отказаться и она обязательная. С другой стороны, если ему вдруг понадобится убежать от какой-либо опасности или наоборот, догнать преступника, то он сможет это сделать.       — Это самый худший результат по времени за все годы, что я преподаю в этой Академии. Сто отжиманий! Пока все не сделаете, не вздумайте подниматься! — выкрикнул преподаватель Красс. — Нармин, вы всё еще не хотите покинуть нашу группу? Я в последний раз вам это предлагаю.       — Нет! — громко ответила она.       — Тогда сейчас же вставайте в строй, вы прибежали десятой с конца.       Валентин успел пожалеть много раз о том, что поступил в Академию. Руки тряслись, а одежда неприятно прилегала к телу. Раньше он никогда так не усердствовал. От силы ему удалось сделать около двадцати нормальных отжиманий, после которых он начал откровенно фальшивить. Валентин устал слышать ругань преподавателя, когда тот его отчитывал. В итоге он не смог сдержаться и нарушил один из главных законов Академии.       Легкий поток ветра помогал ему делать отжимания. Это было несправедливо по отношению к студентам, которые не могли сделать также и мучились сейчас. Однако Валентин не испытывал угрызения совести. Главное, чтобы его не поймали на жульничестве.       Когда он сделал сто отжиманий под строгий счёт преподавателя, то вымотался окончательно. Валентин упал на землю, не беспокоясь о том, что запачкает свою одежду. Юноша слишком сильно устал. Ему было тяжело подняться, но пришлось, когда к нему подошёл Филарет Красс. Преподаватель что-то застегнул на его запястьях. Валентин вздрогнул от прикосновения холодного металла. На его руках оказались блокирующие магию наручники.       — За такое я должен отвести тебя к ректору, — пригрозил преподаватель Красс. — Но вместо этого я заставлю тебя отжиматься теперь сто пятьдесят раз вместе с наручниками. Даже не надейся использовать магию, иначе наказание будет более суровым. Запомни хорошенько, что правила Академии нужно соблюдать! — жестоко добавил он. — Если такое повторится, можешь попрощаться со своим удостоверением студента.       — Вас понял… — хрипло выдавил из себя Валентин, приступая к отработке.       Всё закончилось тем, что юноша очнулся в лазарете Академии. Ему не удалось закончить отжимания, и он потерял сознание прямо на занятии. Валентин увидел рядом с собой кувшин и пустой стакан, но когда собирался налить себе воды, то обнаружил, что на его запястьях все еще находились наручники. Он опозорился перед всей своей группой, если не на всю Академию.       — Как ты себя чувствуешь? — спросила девушка, сидящая рядом.       — Селена? — с трудом произнес Валентин. — Что ты здесь…       — Я же говорила, что являюсь старостой. Сегодня моя очередь дежурить в Академии, если что-то происходит, то я обязана написать отчет и отправить его ректору.       — Ясно, — сипло ответил юноша.       — Не переживай насчёт случившегося, такое каждый год происходит. Преподаватель Красс специально запугивает студентов, чтобы остались только те, кто действительно хочет стать рыцарем, — Селена наполнила стакан водой и протянула Валентину. — В моей группе три мага воздуха, включая меня. И эти двое парней были настолько самоуверенными, что решили, будто могут обойти законы Академии. Я попыталась их остановить, но меня и слушать не стали.       — Их не исключили? — уточнил Валентин, сжимая в левой руке стакан.       — Нет, они продолжили обучение. Правда, их потом долго дразнили слабаками, — неуверенно добавила Селена, опасаясь расстроить и так поникшего Валентина.       — А когда снимут эти наручники? Тебе случайно не передали ключ?       — Ключ находится у преподавателя Красса, пока он не решит, что ты достаточно наказан, не снимет их. Тебе придется постараться, чтобы завоевать его снисхождение.       — Мне не стоило использовать чары… — пробормотал Валентин и внезапно осекся.       — Чары? Ты себя чародеем возомнил? — слабо улыбнулась Селена. — Лучше не шутить с таким, чародеи со старших курсов вечно ходят мрачные и хмурые, ни с кем не разговаривают. Думаю, они бы разозлились, если бы услышали такое. Ты совсем на них не похож.       — Но я… — хотел возразить юноша, но не стал. — Какое сейчас занятие по счёту? Тебе разве не нужно идти?       — Мои занятия уже закончились. А что, хочешь, чтобы я ушла?       — Да не то, чтобы…       — Всё с тобой понятно, — девушка встала со стула, прихватив с собой блокнот и ручку.       — П-погоди! Когда придёт врач?       — Не знаю, она всегда очень занята. Ах да, тебя сюда отвел твой одногруппник… Марвин, если я не ошибаюсь. Его попросили отвести тебя, потому что вы соседи по комнате. Не забудь поблагодарить его.       — Он и помог? Кажется, ты что-то перепутала…       — А вот и нет! Будь с ним повежливее. — посоветовала девушка напоследок и вышла из лазарета.       Оставшись один, Валентин аккуратно поставил стакан на прикроватную тумбочку и поудобнее устроился на кровати. У него все еще сильно болели ноги и руки после сегодняшней тренировки. Все же это было для него перебором. Наручники сильно мешались, и юноша ужасно сильно хотел от них избавиться. Рассмотрев их поближе, он увидел маленькую замочную скважину.       «Может попытаться взломать замок? Надо было попросить у Селены шпильку или что-то вроде того» — подумал Валентин, несмотря на то, что никогда не учился взлому. Он знал об этом только в теории, прочитал в какой-то книге, когда работал в библиотеке. Именно благодаря теории он и смог сломать замок в общежитии с помощью чар. Но чтобы Марвин помог ему сюда добраться? Здесь точно что-то не так…       На следующее утро пришла врач и сделала заключение, что у юноши случилось сильное переутомление. После хорошего сна юноше стало намного лучше, и его выписали. Валентин вернулся в свою комнату, не обращая внимания на косые взгляды студентов, которые считали наручники символом унижения. Они сторонились чародея, но для него не имело никакого значения, что о нём думают другие. Валентина немного удивило только то, что среди них оказалась и Нармин.       Преподаватель Красс упрямился несколько дней, не желая снимать наручники. На своих занятиях он выделял юношу и давал ему особые задания, которые были гораздо сложнее. За эту неделю Валентин смог стать сильнее, но бег ему все еще давался с трудом.       В итоге, Филарет Красс всё же заметил его старания и в конце занятия подозвал к себе.       — Ну что, понравилось тебе ходить в них?       — Я сам виноват в этом. — ответил Валентин, низко кланяясь.       — Раз ты раскаиваешься, я сниму наручники. Подними свою голову и слушай внимательно, — преподаватель снял ключ со своего пояса. — Впредь больше никогда не используй чары на занятии без моего позволения. Ты меня понял?       — Так точно, — Валентин выпрямился и вытянул руки перед собой. Послышался звонкий скрип, наручники оказались в руках Филарета Красса.       — Если ты хочешь защищать свою страну, тебе нужно следовать её законам. Запомни это хорошенько, — напутствовал преподаватель.       Облегченно разминая покрасневшие запястья, Валентин отправился на занятие «Честь рыцаря», где их учили нравственности и морали. Ему всегда ужасно хотелось спать на этих уроках, лекции были скучными и неинтересными. Его тетрадь по этой дисциплине была пустой, потому что он не только не успевал ничего записывать, но ещё и не видел в этом смысла. Преподаватель не рассказывал о чем-то важном, каждое занятие он говорил одно и тоже. В начале он рассказывал про патриотизм, важность должности рыцаря, а потом и вовсе заставлял студентов проводить небольшую церемонию. Нужно было отдать честь гербу королевства и спеть особую песню. Конечно же, Валентин только делал вид, что пел её, как и большинство студентов.       Герб Королевства Риндавии являл собой символ могущества, отваги и величия. На небесно-голубом фоне находилась хитрая лиса с серебряным окрасом. Лапой она крепко держала пойманную добычу — мышь. На вытянутой лисьей морде можно было заметить опасный оскал. Среди пушистых ушей виднелась небольшая золотая диадема, украшенная алыми рубинами. Лиса располагалась на бордовой подушке, устремляя свой взор вперед, из-за этого создавалась чувство, словно она угрожает всем, кто может осмелиться забрать её угощение.       Когда занятие подошло к концу, чародей отправился в столовую Академии. Готовили там не особо хорошо, но съедобно, а главное бесплатно для студентов. Валентин положил на поднос несколько блюд и присел в стороне от всех. Он предпочитал есть в одиночестве, чувствуя себя некомфортно в компании других людей. Не успел юноша сделать глоток горячего чая, как заметил студентов, направляющихся прямо к нему.       Валентин отложил кружку в сторону и настороженно посмотрел на них. На вид они были второго или третьего года обучения. Чародей почувствовал опасность, исходящую от них. Он решил не испытывать судьбу и встал из-за стола. Вряд ли эти студенты собирались мирно пообедать с ним.       — Мы хотели с тобой поговорить.       — Вам что-то нужно? — осторожно спросил Валентин.       — Это правда, что ты неделю ходил в наручниках?       — А ну отвечай! — вскрикнул стоящий справа парень и ударил по столу.       — Да, все верно, — спокойно ответил Валентин.       Окружившая его группа из четырех студентов села на свободные стулья, и юноше ничего не оставалось, кроме как последовать их примеру. Он только надеялся, как бы они не начали здесь разборки.       — Я видел, как к тебе в лазарет заходила Селена, — нетерпеливо выпалил парень с необычным персиковым оттенком волос.       — И что с того? — недоуменно переспросил чародей.       — Сама Селена?! — с удивлением воскликнули друзья подошедшего парня.       — Вроде как…       — Погоди, ты хочешь сказать, тебя посетила наследница маркиза де Роган? Кто ты такой? Из какого рода? Как давно вы знакомы?! — осыпали вопросами студенты.       — Вам не кажется, что невежливо спрашивать моё имя, не представившись самим? — тихо произнес Валентин. — Точно, прости. Я Дайлин, — студенты немного умерили свой пыл. — Рядом со мной Нил и Аскольд, а парня с персиковыми волосами, что первый приревновал миледи, зовут Климент.       — Я Валентин, — коротко отозвался юноша.       — Кхм, раз мы представились, можешь рассказать, как вы познакомились с ней? Она первая леди нашей Академии, у неё очень много поклонников.       — Селена прекрасна, словно сияние звезд, озаряющих путь в непроглядной темноте, — с улыбкой добавил Климент. — Ей невозможно не восхищаться. Всего второй год обучения, а она уже смогла попасть в студенческий совет.       — Миледи не только очень красива, но и умна. Она занимает первое место в рейтинге среди своего потока, — подтвердил Нил.       — Я и не знал об этом… Мы случайно познакомились за несколько дней до начала учебы. Мне и рассказывать особо не о чем, — неуверенно произнес Валентин.       — Как это нечего?! — возмутился Аскольд.       — Тише вы, — попросил Дайлин.       — Почему тогда Селена заходила к тебе в лазарет? — нахмурился Климент.       — Она сказала, что дежурная в тот день и ей надо составить отчёт… — стоило Валентину это произнести, как все облегченно выдохнули.       — А я уж думал… — пробубнил Нил.       — Спасибо, что рассказал, Валентин, — поблагодарил Дайлин, поднявшись из-за стола. — Ребят, пойдём, нам еще групповой проект делать.       — Если ты говоришь неправду… — слегка пригрозил Аскольд.       Климент поднялся вслед за остальными, теперь он не выглядел таким встревоженным. Кажется, слова Валентина успокоили его. Но чародей тоже не собирался здесь задерживаться, он залпом выпил остывший чай и отправился в комнату.