Изумруд под слоем пепла

      Попрощавшись с Серафимом, Валентин сидел на кровати в своей комнате, согнув колени и обхватив их руками, рядом с ним лежал плащ. Его затуманенный взгляд был направлен в сторону окна. Юноша наблюдал за прекрасным снегопадом, который наводил на него непреодолимую грусть.       — Ты чего такой унылый? — спросил Марвин, зайдя в комнату. Он отбросил сумку с учебниками в сторону и присел напротив Валентина.       — Ничего, — прошептал в ответ юноша.       — Сколько можно врать? — вздохнул сосед по комнате. — Ладно, мне так-то всё равно, но на тебя смотреть тошно, когда ты такой. Если у самого нет настроения, не порть его другим. Вон, на улице первый снег выпал, а ты сидишь тут и страдаешь непонятно чем.       Юноша промолчал, продолжая смотреть куда-то в сторону. От слов Марвина он почувствовал себя ещё хуже. Из-за неприятных мыслей у него ужасно разболелась голова, а сосед по комнате создавал лишний шум. Валентин не желал сейчас разговаривать с кем-либо, он чувствовал себя подавлено. Его немного клонило в сон, что было странно в такое время.       — Да что с тобой не так? Может, мне еще не поздно поменять соседа? — вслух рассуждал Марвин. — Столько первокурсников покинули Академию, комнаты точно должны были освободиться…       Отстраненно вслушиваясь в его речь, Валентин вдруг вспомнил, что собирался спросить кое-что. Но все никак не появлялось подходящего момента. Пересилив плохое состояние, юноша обратил внимание на Марвина.       — Почему ты так не хотел, чтобы я стал твоим соседом по комнате? Ещё и замок заменил, — устало произнёс Валентин. — Угрожал мне, пользовался своим титулом… Я много думал об этом, но так и не смог понять, в чем дело.       — Ну… Ты же заселился позже остальных. До тебя у меня был другой сосед… — неуверенно начал Марвин. — Это он украл мою книгу, которую подарил Альфред, со словами, что просто хочет почитать. Я начал пытаться вернуть её, но это было бесполезно… Он оказался тем еще задирой, его выгнали из Академии через несколько дней за хулиганство. Не знаю, что он сделал, но книгу мне так и не отдал. Поэтому я поменял замок и заплатил, чтобы больше ко мне никого не подселяли. И вдруг появился ты.       — Так вот почему я нашел книгу в библиотеке… — задумчиво предположил Валентин. — Наверное, администрация изъяла её у него, либо он сам отнёс книгу перед тем, как уйти… Это многое объясняет.       — Может ты и прав, но после этого случая мне не особо хотелось, чтобы ко мне подселяли кого-то. Прости, если я был слишком груб с тобой.       — Ничего страшного, — возразил юноша, сонно прислонившись к стене. — Я могу тебя понять. Только странно, что такие люди, как он, умудряются попасть в Академию…       — Они быстро отсеиваются в начале учебы, не выдерживая нагрузки. Но да, для некоторых это просто забава, другие же исполняют волю родителей, хоть и сами ни на что не годны… Мало тех, кто приходит сюда по собственному желанию, чтобы стать достойным рыцарем и защищать Королевство… Эй, ты меня слушаешь вообще?       Никакого ответа не последовало, Марвин поднялся с места и убедился, что Валентин уснул в таком странном положении. Судя по всему, он очень сильно устал за сегодняшний день. Когда проснется, у него точно ужасно будет болеть шея и спина. Его сосед по комнате знал, что юноша не любит дотрагиваться до кого-то, поэтому не стал помогать ему, оставив всё как есть.

***

      По прибытии во дворец семьи де Вилье, родители в очередной раз оставили своего сына одного. Сначала они и вовсе не хотели брать его с собой, но Валентин так настаивал, что его мама пошла на уступки. Поприветствовав герцога Леона де Вилье, мальчик принялся искать друга. Прошло несколько месяцев с последнего раза, когда они виделись.       Тайком прокравшись к комнате Серафима, Валентин собирался застать его врасплох. Он остановился у двери и посмотрел в замочную скважину, чтобы подгадать нужный момент. Но внутри оказалось так темно, что мальчик не мог ничего рассмотреть, как бы ни старался. Тогда он задержал дыхание и прислонился к ней, прислушиваясь.       — Что ты делаешь? — послышался тихий голос.       Мальчик подпрыгнул на месте от неожиданности и повернул голову, заметив рядом с собой Серафима, который тоже опустился на корточки. Он подошёл настолько бесшумно, что испугал Валентина внезапным появлением. Юный господин с интересом посмотрел на гостя и решил, что это какая-то игра.       — Хотел тебя напугать… Но вышло наоборот, — поник плечами Валентин.       — А? Но зачем? — непонимающе переспросил Серафим.       Расстроенно отвернувшись в сторону, Валентин не ответил. Он поднялся с места и старательно избегал взгляда своего друга. Безупречный план провалился и его раскрыли…       Наблюдая за реакцией гостя, Серафим подумал, что сделал что-то не так.       — Я… Мне так страшно! Ничего страшнее в жизни не видел! — попробовал он подыграть.       — Но я же ничего не сделал… — нахмурился Валентин. — Нет, я не так хотел тебя испугать.       — А как тогда?       — Ты должен был сидеть в своей комнате и заниматься своими делами. Я бы подгадал нужный момент… Затем открыл дверь и ворвался к тебе с криком: «Р-р-р!». Ты бы точно испугался!       — Ха-ха, что это такое было? — невольно рассмеялся Серафим, когда услышал «грозное рычание». — Ой… Прости, я не смог сдержаться.       — Ничего, — обиженно ответил Валентин, поджав губы. — Тогда напугаю в следующий раз, когда ты не будешь этого ожидать.       — Договорились, Лен, — очаровательно улыбнулся юный господин. — Пойдем в гостевую, я угощу тебя малиновым тортом. Тебе же он очень нравится, верно?       — Да, но мы не можем поесть у тебя в комнате? Я ещё ни разу там не был…       — Но там… Ты точно хочешь зайти? Мне не кажется это хорошей идеей, — попробовал мягко возразить Серафим.       — Да, если можно, — Валентин с надеждой посмотрел на него.       — Раз ты так просишь… — не в силах отказать, Серафим сдался. — Предупреждаю, что там немного не прибрано. Я вчера настолько устал после тренировок, что ничего не успел.       — Всё в порядке, — произнес гость и зашёл внутрь.       Тяжёлые чёрные шторы закрывали окна, не позволяя солнечному свету проникнуть в комнату. Приглядевшись, Валентин заметил много интересного. Роскошная кровать с шелковым пологом и перьевыми подушками, на полу устлан мягкий ковер из овечьей шкуры, около стены располагался тёмный дубовый стол, заваленный бумагами и книгами, возле него стоял большой книжный шкаф. Справа на специальной стойке лежали сверкающие ножны с выгравированными узорами, внутри которых спрятан стальной меч — подарок от герцога.       Невысокая витрина в углу завешана непроницаемой тканью. Повсюду разбросаны вещи и принадлежности для письма, книги в раскрытом виде валялись на полу. Серый пиджак небрежно покоился на спинке стула, хозяин комнаты забыл или поленился повесить его на вешалку в шкаф. В комнате творился настоящий погром, создавалось ощущение, что здесь побывал вор, разыскивающий драгоценности.       На стене висела картина, изображающая таинственный зелёный лес, освещённый бледным лунным светом. Художнику удалось передать объем и пространство так, что чем дольше смотришь, тем больше кажется, что тебя затягивает внутрь. Не каждый решится повесить такое произведение искусства в спальне, у Серафима весьма необычный вкус.       Валентин наклонился и поднял с пола помятый учебник об экономике. Создавалось впечатление, что читатель относился пренебрежительно по отношению к нему, несколько страниц были порваны; но в то же время он подчеркивал важные места и оставлял пометки на полях. Похоже, его заставляли читать против воли.       — Ты не очень любишь чтение? — положив книгу на заваленный стол, спросил Лен. — Тогда что тебе нравится? Я вот люблю гулять на улице и слушать разные истории.       — Я немного увлекаюсь фехтованием…       — Ух ты! Ты учишься сражаться, чтобы побеждать злодеев? Это как в одной из сказок, что мне рассказывала мама.       — Можно и так сказать, но моим родителям это не по душе. Они хотят, чтобы я стал достойным наследником рода. Госпожа считает, что я не должен заниматься фехтованием. Вместо этого нужно больше уделять время для изучения политики, экономики, этикета и многого другого, — уголки губ юного господина опустились вниз, он печально посмотрел на друга. — Если честно, я… Мне не хочется становиться герцогом, когда я вырасту… Это слишком тяжелое бремя.       — Тогда кем ты хочешь стать в будущем?       — Даже не знаю. Может быть, обычным рыцарем? — предположил Серафим. — Мне нравится держать меч в руках, с ним я чувствую себя намного спокойнее. А что насчёт тебя, Лен?       — Я не знаю, никогда не думал об этом, — растерянно пробормотал Валентин. — Но мне бы хотелось стать таким же сильным, как мои родители!       — Ты про леди Монику и лорда Эрнеста? Твой отец выдающийся чародей, а мама лучший за всю историю министр иностранных дел. Они всего добились собственными усилиями, что не может не восхищать…       — Кто такой министр? — переспросил он.       — Такой важный человек, который помогает Королю, — объяснил в общих чертах Серафим. — А ещё твои родители смогли подружиться с моими, это тоже высокий показатель! Не каждый удостоен чести вступить на порог нашего дворца.       — Знаю, мои родители самые лучшие! — довольно воскликнул Валентин. — Благодаря им я смог познакомиться с тобой.       — Да, так и есть.       Поднимая разбросанные вещи с пола, Серафим наблюдал за тем, с каким интересом гость рассматривает меч в ножнах. Госпожа де Вилье не позволила нанять учителя, настаивая на том, что следует заниматься полезными вещами, поэтому юный господин учился фехтованию втайне, стараясь скрывать это ото всех. Он сбегал к рыцарям и повторял за ними, управляясь с мечом так, как чувствовал, и тем самым открывая себя настоящего.       — Возможно, скоро я перестану фехтовать… — заметил Серафим, убирая последнюю книгу на полку. — Ладно, не будем об этом. Я позову дворецкого, чтобы он принес десерты сюда.       Серебряный колокольчик нашёлся на тумбочке, спрятанный за стопкой книг. Это парный магический артефакт: стоит использовать его, как другой колокольчик, что находится у дворецкого, тоже зазвенит. Серафим редко его применял на практике, он предпочитал все делать самостоятельно и без помощи слуг. Если нужно что-то принести, ему не составляло труда сделать это самому. Но сейчас он не хотел оставлять Валентина, который и так очень редко приезжает, ни на миг. В комнате раздался мягкий переливающийся звон.       — Серафим, а можешь меня научить? — неожиданно попросил Валентин. — Я тоже хочу попробовать сражаться с мечом.       — Ч-что? Почему ты вдруг… — юный господин выронил колокольчик из рук. — Нет, я не могу. Мне самому все еще не хватает должных навыков…       — Неправда, я уверен, что у тебя отлично выходит. Покажешь мне как-нибудь пару приёмов?       — Ты… Ты просто не видел мои тренировки. Я сам только учусь обращаться с мечом. — Серафим отвернулся в сторону, чувствуя себя неловко. — Тебе не понравится, и ты сильно расстроишься. Может я покажу как-нибудь в следующий раз, когда стану лучше фехтовать…       В дверь постучались, и Серафим решил, что это дворецкий. Юный господин открыл её и с удивлением обнаружил, что вместо него пришла его мама — Марьям. Валентин подскочил с места, чтобы поприветствовать, но остановился, когда увидел её выражение лица. Оно не предвещало ничего хорошего.       — Валентин, тебе уже пора, — пренебрежительно сказала она, смотря на него свысока. — Мы обсудили с твоими родителями всё, что хотели.       — Но они же только приехали… — попытался возразить Серафим, вставая перед другом. Он насторожился, не зная, что ожидать от своей матери, которая способна на всё. На людях она вела себя дружелюбно, но это было только притворство. Ей нравилось забавляться с другими и использовать их в своих целях. — Нельзя им остаться ещё ненадолго? Я хотел, чтобы Лен попробовал новые десерты от нашего повара…       — Ты меня не расслышал? — с раздражением спросила Марьям. — Попробует в следующий раз, а к тебе у меня есть отдельный разговор.       — Я понял, — тихо ответил Серафим и повернулся к Валентину. — Прости, что так вышло. Поиграем, когда ты приедешь снова.       — Хорошо… — кивнул он, хоть и не желал прощаться.       Как только Валентин вышел из комнаты, дверь за ним шумно захлопнулась, а щеколда задвинулась. Мальчик не успел отойти, как услышал громкий стук, словно что-то с силой бросили. Он вздрогнул от неожиданности и растерянно посмотрел назад. Ему стало страшно за Серафима, когда он вспомнил, что видел в прошлый раз. Валентин быстрым шагом вернулся и постучал в дверь, за которой доносились крики. Мальчик собрался позвать взрослых, чего не смог сделать в прошлый раз и выбежал в главный зал. Но никого не смог найти, вся прислуга была занята. Пока он пытался кого-то отыскать, то заблудился в этом огромном дворце. Как вдруг столкнулся с мамой, и она тут же крепко схватила его за руку.       — Там… Серафим, он… — Валентин судорожно попытался объяснить, что произошло. Мальчик посмотрел в сторону северного крыла, где располагалась комната друга. — Серафима за что-то ругают? Но он же ничего не сделал…       — Валентин, пойдем, — Моника потянула сына за собой и добавила: — Не смотри туда, нас это не касается.       — Нет, я не могу! — он попытался вырвать ладонь, но не смог. — Мама, пожалуйста… Леди Марьям, она… Я… Я её боюсь… Она говорит страшные вещи и бьёт его… Так нельзя! — со слезами на глазах выкрикнул мальчик, его голос начал сильно дрожать, — Я хочу ему помочь, но не знаю, как…       — Тише, не плачь, — обеспокоенно попросила его мама. — Леди Марьям не сделает с ним ничего настолько плохого. Это… это её метод воспитания. Мы не имеем права вмешиваться в дела чужой семьи.       — Где герцог де Вилье? Надо рассказать ему!       — Валентин… — она позвала сына по имени, стараясь успокоить. С самого рождения он был тихим ребёнком и очень редко плакал, и это иногда пугало его родителей. Все обычные дети плачут, когда им очень больно или страшно, но Валентин… Он был не таким. Для него царапина или сломанная игрушка не были поводом для слез. Поэтому Моника растерялась, как только поняла, что мальчик заплакал из-за друга. — Не переживай так. Пойдем, нас ждет твой отец.       — Нет, я никуда не пойду! — выпалил Валентин, отказываясь уходить с места. — Мы точно можем сделать хоть что-то.       — Если вмешаемся, то станет только хуже. Серафим… подрался кое с кем. Его наказывают за дело.       — Я не верю, он не мог! — резко возразил мальчик, ставя свою маму в еще более неловкое положение. Обычно он никогда себя так не вел и не спорил со взрослыми, несмотря на возраст. — Серафим очень добрый и внимательный. Не может такого быть, чтобы он подрался с кем-то без причины!       — Что за истерику ты здесь устроил? — в проходе показался отец Валентина. Он нахмурился, когда застал сына в таком состоянии. — Тебя слышно в соседней комнате.       — Я просто… — замялся мальчик, для которого отец был высшим авторитетом. С ним он не мог позволить себе общаться так свободно, как с матерью.       — Что просто? Собирайся, нам пора уходить. Карета уже ждёт, — жестоко объявил лорд Эрнест.       — С кем подрался Серафим? — шёпотом спросил мальчик у матери, когда отец ушел вперёд. — Это был кто-то важный?       — Преподаватель по этикету. Серафим часто сбегал с его занятий, а совсем недавно вывихнул ему запястье из-за какого-то пустяка. Когда мы общались с его родителями, нас перебил гонец этой вестью, — тихо ответила Моника, она тоже выглядела потерянной. — Не думаю, что в скором времени мы снова сюда приедем. Леди Марьям обвинила во всём нас. Сказала, что ты подаёшь дурной пример её сыну.       — Что? Но я же…       — Я знаю, что ты на такое не способен. Но леди Марьям… У неё свои взгляды на многие вещи. Не понимаю, как они сошлись с Леоном де Вилье… — еле слышно добавила она, серым платком вытирая слёзы сына. — Мне правда жаль, что так вышло. Но мы не можем ему помочь.