Изумруд под слоем пепла

      Вломившись в таверну, Валентин часто дышал от пробежки, как после занятий с преподавателем Крассом. Он наклонился, прижимая ладони к коленям, пытаясь выровнять сбившееся дыхание. Посетители с удивлением уставились на него, отвлёкшись от настольных игр. За столиком возле окна юноша заметил Сирила, беседующего с юной официанткой — Диной. Капюшон слетел с Валентина, когда он резко выпрямился и шаткой походкой направился к преподавателю.       — Мне нужно с вами поговорить.       — Ты не видишь, что я занят? — недовольно бросил Сирил, стискивая ложку в руке. Казалось, ещё бы чуть-чуть, и он согнул бы её пополам.       — Это срочно! — разбушевался ученик, испугав тем самым стоящую рядом Дину и обратив на себя ненужные взгляды со стороны посетителей.       — Подождёшь в комнате, — настоял на своём преподаватель, и Валентин решил, что это лучшее, чего можно от него добиться.       — Так точно, — на автомате ответил он. — Желаю вам приятного аппетита.       — Обойдусь, — грубо отозвался Сирил, отодвигая от себя недоеденный суп и поднимаясь с места, чтобы расплатиться. Он оставил несколько медных монет на столе и проследовал за учеником на второй этаж.       Пропустив преподавателя вперед, Валентин закрыл дверь на ключ и убрал его в карман. Негативные чувства, нахлынувшие на него после разговора с Миной, не давали подобрать нужных слов, чтобы начать разговор. Юноша не успел отойти от непредвиденной пробежки и часто дышал. Мысли в голове запутались и смешались между собой, он слишком сильно переживал за брошенных детей в сиротском приюте и хотел им помочь.       — О чём ты хотел поговорить? — поторопил его Сирил.       — Город Ангелов прославился из-за своей заботы к сиротам и непредвзятому отношению ко всем без исключения, — отдышавшись, издалека начал Валентин. — Я случайно наткнулся на тот самый знаменитый приют и увидел совсем не то, что описывают в книгах. Это настоящие развалины, а дети там все зашуганные.       — Что ещё?       — Мне удалось выяснить много ужасных вещей, — обеспокоенно продолжил ученик, — Я подозреваю, что священники под прикрытием приюта промышляют работорговлей.       — Какие есть доказательства? — недоверчиво спросил преподаватель. — Ты понимаешь, что это серьезное обвинение?       — Можете сами взглянуть на сиротский приют! С ним точно что-то не так. Вы сами ранее говорили, что в городе укрывают последователей Гильдии Неприкаянных душ. Я думаю, что они связаны.       — Практика состоит в том, чтобы проверить твой уровень чародейских сил, ты не должен лезть, куда не следует, — жестоко отрезал Сирил. — Академия не давала нам указаний помогать этому городу и копаться в их грязных делах.       — Тогда зачем мы приехали?       — Мне нужно было навести кое-какие справки, не более того. Скоро мы отправимся в следующее место, где тебе нужно будет показать свои навыки. Проводить такую практику в столице мы не можем по закону, поэтому нас и отправили в безлюдные земли. Синалир был промежуточным пунктом.       — Но мы не можем оставить детей! — Валентин произнес это намного громче, чем следовало. Он корил себя за беспомощность, если Сирил сейчас откажется что-либо предпринимать, то в одиночку у него ничего не получится.       В комнате наступила продолжительная тишина. Преподаватель Линт скрестил руки на груди и с осуждением посмотрел на ученика, который стал чересчур эмоциональным и не мог удержать себя в руках. Валентин притупил взгляд, отворачиваясь в сторону и разглядывая шкаф. Он не собирался сдаваться так просто и мириться с таким исходом. Юноша не просто так избрал тернистый путь рыцаря и следовал ему. Людская жизнь всегда стоит превыше всего. Он собирался дать клятву защищать всех, особенно женщин и детей. Какой из него рыцарь, если он сейчас отступит и бросит сирот на произвол судьбы? В крайнем случае Валентин приготовился идти против правил, и последующее за этим наказание его не страшило.       — Откуда такая решительность и тяга к справедливости? — устало вздохнул Сирил, проникшийся столь уверенным настроем ученика. — Ты правда хочешь разобраться во всем? А если твои выводы окажутся ложными?       — То это будет моя вина.       — Отлично, мне нравится изумрудный огонь в твоих глазах, — неожиданно усмехнулся преподаватель, подойдя к ученику. — С чего ты предлагаешь начать, юный рыцарь?       — Выведать информацию у жителей, расспросить свидетелей, проверить приют и исследовать документы, — быстро перечислил Валентин, чтобы не терять время. Он подумал о ситуации и добавил: — Надо проверить главный храм. Возможно, что он получает огромные пожертвования, но вам не показалось, что внутри много драгоценностей, которые не имеют особого религиозного смысла? Словно они принадлежат кому-то другому. Ведь это хороший тайник, в городе Ангелов никто из храма воровать точно не станет, опасаясь божьей кары.       — Неплохо, — одобрительно кивнул Сирил. — Допустим, нам всё это удастся, докажем вину приюта и то, что священники являются сообщниками гильдии, а потом? Ты же понимаешь, к чему это приведет? Репутация и слава города вмиг испарятся. Он существует только благодаря им. Решил внести хаос в размеренную жизнь Синалира? А о других жителях ты подумал? На них потом будут смотреть, как на изгоев, которые все это время врали целой стране. Людям свойственно приписывать грехи одного человека целому клану или поселению. Ангельский уголок, наполненный светом, поглотит тьма. Это расследование не пройдет незаметно для города, изменится вся их жизнь. Несколько детей-сирот того стоят?       — Преподаватель Линт, вы же бывший рыцарь Ордена Порядка, — призвал к его здравомыслию юноша. — Мы должны следить за соблюдением закона и защищать граждан. Нельзя оставлять всё как есть.       — Ты сильно изменился с первого курса, — невзначай подметил он, вспоминая первую встречу. — Запуганный мальчишка пытается стать достойным рыцарем и стремится всем помочь. Ты вырастешь хорошим человеком, если продолжишь в том же духе.       Валентин растерялся от его комплимента.       — Спасибо…       — Но чародей из тебя выйдет никудышный, — заключил Сирил, а затем вышел из комнаты и сильно хлопнул дверью, заставляя ученика подпрыгнуть от громкого звука.

***

      Разговоры с местными жителями ни к чему не привели. Все горячо заверяли, что сиротский приют играет важную роль в жизни города. В нём заботятся о детях, учат их основам жизни, читать, писать. Воспитатели отдают сиротам самое лучшее. Люди говорили уверенно, и Валентин засомневался, что речь идет об одном и том же месте. Будущий рыцарь обошел полгорода и многих опросил, но все придерживались одинакового мнения, каждый безоговорочно верил в это. В итоге ему пришлось вернуться к Сирилу без малейшей зацепки. Придётся переходить к следующему плану: ночью пробраться в приют и исследовать документы, хранящиеся в архиве. Преподаватель отнесся к идее ученика крайне скептически, но и возражать не стал.       Как только на улице стемнело, Валентин использовал невидимость и вместе с недовольным Сирилом незаметно пробрался на территорию заброшенного приюта. Предварительно изучить строение здание и его планировку не получилось, поскольку документов об этом они нигде не нашли, а заявляться к главе города с обвинениями, не имея на то надёжных доказательств, слишком безрассудно. Сирил видел приют впервые, но наслышался о нём от Валентина, что сбивчиво пытался обрисовать обстановку. Преподаватель нахмурил брови, когда понял, что рассказы ученика могут быть правдой.       Работорговля запрещена в Риндавии, за неё можно поплатиться жизнью. Король пресекал любые преступные организации и не давал им разгуляться. Его Величество держал всё под контролем, но Синалир — это совсем другая история. За происходящим здесь рыцари Ордена Порядка не следят, ведь в этом никогда не было нужды. Ангельский город вызывал у всех доверие, и раньше никто в нём не сомневался.       Под чарами юноши высокое окно первого этажа, выходящее на задний двор, открылось само по себе. Свет не горел, внутри никого не оказалось, и они беспрепятственно зашли внутрь.       Прачечная комната с едким запахом стирального порошка, от которого Валентин хотел чихнуть, но сдержался. Пришлось применить чародейское зрение, чтобы разглядеть что-нибудь в этой кромешной темноте. В корзинках лежали чистые простыни и детская одежда, ничего примечательного. Сирил равнодушно следовал за юношей и выглядел так, словно он не причастен к его выходке и незаконному проникновению. Валентину пришлось изрядно постараться, чтобы сделать из преподавателя соучастника.       К счастью, в коридоре они тоже ни на кого не наткнулись. Похоже, все давно уснули и видели десятый сон. Валентин осторожно прошел дальше, направляясь на второй этаж. В любой момент он был готов прибегнуть к невидимости, а сейчас экономил силы, если случится что-то непредвиденное. Сирил говорил, что скорее всего архив находится на втором этаже или в подвале. Валентин понятия не имел, где находится лестница, поэтому они наворачивали круги впустую. Мина сказала правду, внутри приют выглядел немного лучше, чем снаружи.       — Мы здесь уже были, — шёпотом заметил Сирил.       — Я и так знаю, — тихо разозлился Валентин, у которого часто возникали проблемы с ориентацией на местности. Он до сих пор постоянно терялся и долго искал нужную аудиторию в Академии, несмотря на то, что уже перешёл на второй курс.       Без проводника или хотя бы примерной планировки приходилось нелегко, но ничего другого им не оставалось. Валентин только сейчас подумал, что нужно было пробраться внутрь при свете дня и всё изучить перед такой вылазкой, но уже поздно отступать. Юноша остановился, не зная, куда дальше идти. Он безмолвно уставился на Сирила, ожидая от него хоть какой-то помощи, но тот упрямо молчал, всем видом говоря: «Ты сам в это вляпался, тебе и разгребать». На следующей развилке ученик повернул налево.       В соседней комнате зажегся свет. Валентин затаил дыхание, в сердце зародились опасения, что их могут раскрыть. Он без промедлений использовал заклинание невидимости и слился со стеной, как и Сирил. В коридоре показалась воспитательница, зевающая на ходу. В руках она держала подсвечник с горящей свечой. Валентин засмотрелся на играющийся огонёк пламени. Девушка в лёгком платье прошла в сторону детской, миновав нарушителей. Валентин смог спокойно выдохнуть только тогда, когда она скрылась за проходом.       — Это было близко, — хмыкнул Сирил, снимая с себя остатки иллюзии.       — Где же эта лестница, — нервно проговорил Валентин, который уже устал бессмысленно петлять вокруг.       — Думаю, она за твоей спиной.       — Что? — повернувшись, он нашёл искомую лестницу, ведущую на второй этаж. Странно, что он не заметил её раньше.       — Не стой на месте, пошли, — позвал его Сирил, выходя вперёд.       Разбитые ступеньки не выглядели безопасными. Здесь не то, что ребенок, взрослый мог навернуться и сделать несколько пируэтов. Валентин задался вопросом, когда в приюте в последний раз делали ремонт.       На втором этаже Валентин насчитал еще больше комнат, чем на первом. Он тихо шёл за преподавателем, пока не увидел кабинет с надписью: «Директор». На двери висел стальной замок, и под взглядом Сирила он шумно упал на пол, вызвав у юноши мурашки. Валентин боялся, что теперь их могли раскрыть, но преподаватель невозмутимо зашёл внутрь.       В кабинете не оказалось ничего интересного. Грязное окно, пустой стол, пыльный дешёвый ковёр и шкаф с детскими сказками — некоторые из них Валентин знал от матери. Такое чувство, что сюда давно никто не заходил. Никаких документов или важных записей. Не было совсем ничего, за что можно зацепиться.       Валентин прикрыл дверь и принялся перебирать книги, надеясь найти хоть что-нибудь. Сирил же проверил ящики стола и стены в поисках тайников.       — Что это… — Валентин испуганно выронил книгу из рук, она в раскрытом виде упала на пол, показывая страшные иллюстрации и древние символы.       — Ты был прав, это не обычный приют, — преподаватель наклонился и взял её в руки. Он полистал несколько страниц, подмечая особенности. — Документы мы не нашли, но это тоже неплохая улика.       — Зачем кому-то рисовать такое в детской книге?       — Хороший вопрос, — глухо отозвался Сирил, внимательно рассматривая иллюстрации. — Больше похоже на проделки какого-нибудь низшего демона. Здесь нарисованы и описаны страшилки из древних легенд. Ничего такого, обычное баловство. Куда интереснее то, как она очутилась в детском приюте.       — Нам надо найти подвал, — напомнил Валентин, собираясь покинуть кабинет.       За дверью юноша внезапно столкнулся с той самой воспитательницей, что вышла проверить детей. Он испуганно вздрогнул, а она приготовилась закричать. Сирил отбросил книгу на пол и использовал заклинание оцепенения. Девушка неподвижно застыла с подсвечником в руках. Валентин виновато посмотрел на неё и обратился к преподавателю:       — Может просто усыпить?       — А ты умеешь? — приподнял бровь Сирил. — Не помню, чтобы учил такому сложному заклинанию на лекциях.       — Ну… Я в одной книжке прочитал, — Валентин отвёл взгляд в сторону, опасаясь дальнейших расспросов.       — Нельзя просто так играть с чужими сновидениями, ты можешь повредить разум человека, — предупреждающе произнёс преподаватель. — Сначала отведи её в кабинет, попробуем выведать, где находится подвал.       Дотрагиваться до незнакомого человека ему не хотелось. Недолго подумав, Валентин сделал шаг назад и переместил девушку по воздуху с помощью чар. Глаза юноши сверкнули зелёным во тьме, и подсвечник погас, прежде чем выпасть из её рук. Сирил посадил молодую воспитательницу на стул и снял наложенное заклинание.       — Где вы храните документы? — с угрозой в голосе спросил он.       — Я ничего не знаю! — восликнула она.       — А если так? — в ладони преподавателя появился яркий огонь. — Мы торопимся, и нам не нужны лишние свидетели.       — П-погодите! — девушка закрыла лицо руками. — В Синалире запрещена магия!       — А я не маг, — фыркнул он, продолжая запугивать бедную воспитательницу, которой не повезло повстречаться с ним. — Я чародей. Ваши законы меня не волнуют.       — Помягче с ней, — попросил Валентин, замечая, что ещё немного и она упадет в обморок. Он невольно вспомнил Люция, который тоже постоянно путал магов и чародеев, поэтому понимал недовольство преподавателя, но это всё равно не давало ему право ужасно вести себя с девушкой.       — Отвечайте, — Сирил пропустил его слова мимо ушей.       — Я правда не знаю… — продолжала она сопротивляться, но под грозным взглядом чародея стушевалась и приняла поражение. Девушка повесила голову и тихо ответила, — документы хранятся в детской комнате на первом этаже…       — Сразу бы так, — преподаватель вздохнул и потушил огонь. — Мы не причиним никому вреда, можете не переживать за сирот.       — Вы из Гильдии? — неуверенно спросила воспитательница.       — Нет, — встрянул в разговор Валентин. — Мы хотим помочь. Пожалуйста, окажите нам содействие и не поднимайте шум.       — Вы… Вы собираетесь спасти детей? — с надеждой в голосе уточнила она.       — Да, — непоколебимо ответил юноша, сделав шаг вперёд. — Выходит, вам известно, что происходит в этом месте? Позвольте спросить, на чьей вы стороне?       — Я всегда выступала за счастье сирот, как и прошлый директор, — робко сказала она, сложив руки на коленях. — Этот приют — всё для меня. Я не смогла его бросить, даже когда узнала, что дети стали пропадать…       — Можете рассказать подробнее? — спокойно потребовал Сирил.       — Мне точно можно вам доверять? — засомневалась девушка.       — Я студент Академии, собираюсь стать рыцарем, который будет стоять на защите прав граждан, — гордо заявил Валентин, прислоняя перебинтованную правую ладонь к сердцу. — Прошу, поделитесь тем, что вас тревожит.       — Наша работа состояла в том, чтобы заботиться о брошенных детях и дарить им свою любовь и заботу, помогать найти родительским дом и семью. Моя мама была главной заведующей. Она отлично вела дела, устраивала благотворительные мероприятия и переживала за благосостояние приюта. При ней он выглядел совсем иначе, — с болью поведала девушка, чуть не плача. — Прошлый директор хорошо относился к детям, они с моей мамой построили райское место. Я была совсем маленькой, но тоже старалась помочь своей маме, а когда выросла, переняла её дело. Но потом… в Синалир прибыла Гильдия.       — Когда это случилось?       — Примерно года три-четыре назад. Маги в плащах вторглись в наших город и принесли с собой всё самое худшее. Они пробудили в людях давно забытые тёмные желания, от которых жители Синалира отказались. Даже священники не смогли противиться соблазну и устоять перед роскошью настоящего золота и их обещаниям. Гильдия заключила договор с главным священником. Прошлый директор приюта и моя мама противились этому соглашению, но в итоге их уволили и с угрозами выбросили на улицу. Так вышло, что я осталась здесь одна. Мне очень страшно! — воспитательница не сдержалась, её плечи начали дрожать, и она сильно расплакалась. — Гильдия приезжает несколько раз в год и забирает сирот для своих экспериментов. Синалир уже давно из священного города превратился в греховный. Многие знают о случившемся, но продолжают скрывать! Я считаю, что это просто ужасно, но совсем ничего не могу сделать… Наш город изолирован от всего мира, сюда не только сложно попасть, но и выйти тоже…       — Вы говорили про прошлого директора, — нахмурился Сирил де Линт. — Кто управляет приютом сейчас?       — Я, — из темного угла комнаты показался неказистый демон с мохнатым тельцем и маленькими рогами; от него исходил зловонный запах.       — А-а-а! — девушка с криком, сотрясшим стены приюта, вскочила и спряталась за преподавателем.       Низший демон скорчил ей рожицу и показал язык. Ему явно понравилось, как воспитательница отреагировала на его выходку. Он запрыгнул на стул, где она только что сидела, и принялся странно танцевать, подпрыгивая на месте, будто пытался привлечь к себе внимание.       — Нашли, кого пугаться, — Сирил с презрением посмотрел на это существо. — Демон самого низшего ранга, он даже мухи не обидит.       — Они питаются мухами, — возразил Валентин, который писал про них доклад.       — Я образно, — хмуро добавил преподаватель. — Но раз начал, то что ещё можешь рассказать про них?       — Ненавидят солнечный свет, боятся храмов и оживленных мест. Любят пугать детей и устраивать беспорядки. В основном их призывают и заключают контракты для мелкой и незначительной работы, — пояснил ученик с видом знатока. Время, проведенное в библиотеке, прошло не даром. Мингли для доклада предоставил лучшие учебники, и Валентин запомнил основную информацию. — Можно изгнать самым простым ритуалом с применением соли.       — Полагаю, раз он здесь всем заправляет, то соль в приюте мы не найдем, — подметил Сирил, разглядывая демона с неопрятной внешностью. — Используем ритуал изгнания третьего уровня. Справишься?       — Может лучше второго? — нерешительно возразил Валентин, не желая тратить все силы впустую. Никогда раньше ему не приходилось применять на практике подобные ритуалы, он знал о них только в теории и сомневался в своих способностях.       — Успешно проведешь третьего уровня, и я зачту твою практику, — с улыбкой предложил преподаватель.       — Да без проблем! — Валентин закатал рукава и направился к демону, который перестал танцевать и испуганно бегал по комнате.       Под воздействием чар существо застыло на месте с широко открытой пастью и вытянутыми лапами вперед. Валентин, не заботясь об одежде, сел на грязный пол и вытащил мелок из нагрудного кармана. Сирил де Линт часто напоминал о тех предметах, что должны быть под рукой у чародея на случай опасности. Валентин прислушивался к наставлениям преподавателя, поэтому у него всегда с собой был кусочек мела, и вот он пригодился.       Начертанный круг получился неровным, но это не так важно, самое главное правильно нарисовать чародейские символы. Под строгим взором Сирила ученик старался изобразить их как можно точнее, но ожоги на руке дали о себе знать. Валентин прикусил губу, чтобы справиться с неприятным ощущением. Когда он наконец закончил с приготовлениями, мел рассыпался в его ладони. Валентин тихо проговорил заклинание, и круг засветился изумрудным светом, притягивая к себе низшего демона. Зловещий чародейский туман окутал комнату, но ученик продолжал ритуал и не отвлекался ни на секунду. Из его ладоней исходила сила, которой он наполнял заклинание. Тонкая и кропотливая работа: нельзя влить слишком много или мало, иначе все пойдет наперекосяк. Ритуал третьего уровня требовал определенной сноровки и опыта, вот только их у него не было. Приходилось импровизировать, отдаваться собственным ощущениям и знаниям, полученным из книг.       Низший демон жалобно закричал, когда чародейский туман безжалостно сдавил его в своих объятиях. Из круга появились тонкие зелёные цепи, они обвили существо и затянули внутрь открывшегося портала, ведущего на дно тёмного мира. Валентин выждал немного, а затем остановил поток силы и резко оборвал заклинание, тем самым завершая ритуал. Контракт, который держал этого демона в мире людей, разрушился, и существо вернулось в свою родную обитель. Ученик устало поднялся, отряхнул руки от мела и грязи и посмотрел на Сирила, который снисходительно улыбнулся. Преподаватель остался доволен проделанной работой, а вот Валентин был готов прямо сейчас свалиться от усталости. Рано ему еще проводить такие сложные ритуалы: он чувствовал себя полностью опустошенным, а под глазами появились тёмные круги.       — Неплохо, — неожиданно похвалил Сирил, отодвинувшись в сторону от девушки, что практически повисла на нём. — Я поставлю зачёт, как и обещал.       — Правда? — переспросил юноша, от слов преподавателя усталость словно развеялась, и у него открылось второе дыхание.       — Сильно не радуйся, могло быть и лучше, — рассматривая его кривой круг, заметил преподаватель. — Я на уроки рисования тебя отправлю, когда вернемся в Академию, и это не шутка.       — А может не надо? — настроение Валентина снова изменилось, в этот раз в худшую сторону. Высокая нагрузка не давала ему отдохнуть, не хватало только на рисование записаться.       — Не обсуждается, — сурово отрезал Сирил, скрещивая руки на груди.       — Ладно, — тяжело вздохнул юноша, понимая, что ему придется смириться с неизбежным. — Осталось найти документы и можно уйти.       Пока они разговаривали, воспитательница медленно отошла от пережитого кошмара. Она вызвалась им помочь, чтобы показать кратчайший путь. Втроём они спустились на первый этаж и направились в детскую комнату, где на самом деле находился тайный архив. Пришлось поторопиться — надо успеть до момента, когда все проснуться, иначе покинуть здание станет значительно сложнее.       В небольшой комнате в два ряда стояли пустующие детские кровати для отвода глаз. Сирил остался караулить у двери, пока Валентин искал документы и доказательства. Он проверил шкаф, полки, стол и самые неприметные места. Воспитательница не сказала, где именно спрятан архив, она отвела их сюда и бросила, чтобы не вызывать подозрений у других работников. Валентин так и не смог ничего найти, он оставил безуспешные попытки, встал в дальний угол и ещё раз бегло оглядел помещение.       Во время поисков Валентин заметил, что возле кровати, располагающийся у стены, доски на полу отличаются, и на них есть тёмные потёртые следы, словно кто-то часто передвигал что-то по ним. Внимательно изучив это место, он поразмышлял и решил попробовать сдвинуть кровать левее. Валентин использовал чары, чтобы переместить её, но получилось громче, чем он планировал. Сирил украдкой заглянул в комнату и нахмурился. Ученик приподнял доски и случайно нашел тайный проход, ведущий куда-то вниз.       Не спрашивая разрешения у преподавателя, он аккуратно спустился по деревянной лестнице, оставляющий занозы на его ладонях. Валентин тихо шикнул, когда одна из них задела волдырь, возникший от ожога. Юноша потряс рукой в воздухе, пытаясь справиться с болью, а затем посмотрел вниз, спрыгнул и коснулся ботинками пола. В темноте он снова использовал чародейское зрение и осмотрелся по сторонам. Высокие книжные стеллажи, наполненные важными бумагами, отчётами и свитками, в которых содержалась информация о детях, усыновлениях, благотворительных мероприятиях, сделках и многом другом. В конце же располагался стол, где сверкала целая гора золотых монет. Похоже, это и есть тайный архив, который они так долго искали.       Содержащиеся здесь сведения привели Валентина в крайнее смятение, у него волосы дыбом встали от найденных свитков. Он внимательно проверил один за другим, и выбрал те, которые могут сгодиться в качестве неоспоримых доказательств. Указанные денежные суммы, условия сделок, подписи, имена детей — всё это могло помочь в расследовании. Валентин задержался в этом подвале, спроектированном под тайный архив, до тех пор, пока его не позвал Сирил, намекая, что начало светать и нужно немедленно уходить.