(не)простой заказ.

Наверное, это было первое действительно спокойное утро у Синклер. Она умылась, нанесла лёгкий макияж и спокойно поела, наблюдая, как Аддамс ходит по номеру уже в своём неизменном костюме. — Всё хотела спросить, — Синклер внимательно осматривает пиджак, не видя ни одного пореза или повреждения. Но, отрывая взгляд, замечает в упор смотрящую на неё Аддамс, и продолжает, сглотнув, — почему на нём ни царапины? Ты же… Выбила стекло? — Потому что, — видя, что такой ответ не устроил девушку, Аддамс снимает пиджак и укладывает к ней на колени, позволяя Синклер коснуться, — тут тройная защита. Да, если попадет пуля, то будет несомненно больно, но работает как бронежилет. — О… А у всех киллеров такие костюмы? — Нет. Это подарок. Таких в мире три. — И все на твоих родственниках? — Синклер улыбается, оглаживая пиджак, пока чёрную ткань не отбирают, возвращая на плечи Уэнсдей. — Почти, — Аддамс усмехается, а после, поглядывая на часы, чуть хмыкает, — даю тебе три минуты на сборы, — и отходит к двери, будто готовая сразу же выйти, едва стрелка окажется на три деления впереди. Время выходит и Аддамс открывает комнату, тут же видя незнакомого ей высокого мужчину с чёртовым ножом. Она размышляла о спокойном утре? Видимо, не в этом заказе. — Синклер, ванная, — она ловко делает шаг назад, тут же заставляя этого идиота войти внутрь. Она не слышит, ушла ли Синклер, но, снимая свой пиджак, накидывает на руку мужчины шире неё и выше, тут же выбивая холодное оружие. Их бой… Неприятный. Аддамс получает удар кулаком в живот, тут же отлетая к их кроватям. Она видит взгляд мужчины и прослеживает его, замечая, что Синклер прижалась к барной стойке. Не успела спрятаться. Вот же идиотка. Аддамс резко вскакивает. Ну уж нет, она не собирается дарить этому идиоту три миллиона и смерть Энид, её заказа. — Она моя, придурок, — она ловко встаёт, тут же тараном направляясь на него. — Аддамс! — любой бы понял, что такая мелочь вряд ли принесёт ему урон, но Аддамс успевает перегруппироваться, проезжая около его ног и вспарывая точным движением пах. — Чш, щеночек, — девушка встаёт и, не давая мужчине даже шанса, вставляет нож в его спинной мозг, с трудом проворачивая. А после, наклоняясь ещё к живому ублюдку, хватает за короткие волосы, поднимая голову к потолку, обнажая шею, — никогда не делай так больше. Ты плохой мальчик, — она вспарывает ему глотку и, убирая руки ещё до того, как капли коснутся её кожи, обтирает оружие об его тёмную одежду. Она поднимает пиджак, будто ничего не случилось. Сбивает с него мусор с пола, а после накидывает на плечи, поднимая глаза на бледную, едва дышащую Энид. — Ты в порядке? — Охренеть… Ты… Ты убила его! — она повышает голос, сообщая самую известную новость. — Правда? А я думала, он сейчас побежит, — она пожимает плечами, а после, хватая сумочку девушки, что висела у Синклер на плече, тянет за собой, — идём, пока не прибежала охрана. Они уходят в спешке. Аддамс, проверяя бак своей любимой вещи, байка, вновь нежно оглаживает спидометр и через три минуты их уже и след простыл. Пусть трупом занимается тот, кто послал его. Не может быть, чтобы такой бугай работал самостоятельно. Синклер молчит. Она искренне пытается бояться Аддамс. Та с лёгкостью разобралась с таким соперником, имея лишь нож. И её лицо… А ещё слова. Ладно, может быть, Энид даже понравилось, когда с уст киллера сорвалось, что девушка принадлежит ей. И этот «щеночек». Это было унизительно. Но… Она смаргивает глупое наваждение, крепко держась за… Талию Аддамс. Та даже не угрожает. Не пытается скинуть руки. А Уэнсдей… Нравилось. Жар чужих рук на месте удара разливал по её крови адреналин, позволяющий более трезво мыслить. Нужно скорее добраться до друга. Аддамс не использует ни навигатор, ни смотрит на таблички, что говорит о том, как хорошо девушка знает окрестности. Они сворачивают в определенном месте, проезжают минут десять, когда дорога становится менее… Современной, позволяя ощущать слабые толчки и вибрацию от щебенки. А потом останавливаются у… Фермы? С уймой ульев вокруг. На крыльце стоит кудрявый парень в очках, приветливо улыбаясь девушкам и махая им рукой. Или он отгонял пчел? — Мы приехали? — голос Синклер звучит неуверенно. Ей… Буквально страшно. Что они здесь забыли? Он лишь прикрытие для своего криминального отца, что сидит в подвале? Или что? — Да, — Аддамс встаёт и если её взгляд слегка теплеет, то не дай боже кому-нибудь заикнуться о подобном. Она глушит мотор и направляется к парню, пожимая ему руку. Ого, касание. — Привет, Аддамс. Ты задержалась. Проблемы? — он улыбается, с интересом поглядывая за смущенной блондинкой, — здравствуй, Энид. Я Юджин, — он протягивает девушке руку и… Синклер, не видя в нём угрозу, со слабой улыбкой жмёт в ответ. — Нам принесли завтрак в номер. Сырые яйца. — Ууу, значит, вы не откажете в дегустации моего свежего сбора? — парень потирает руки, открывает дверь в дом и впускает гостей, направляясь, видимо, на кухню. Аддамс идёт за ним, и Синклер не остаётся ничего, кроме как следовать за своим телохранителем. — А… Как ты узнал, что мы приедем? Я же могу с тобой говорить, да? — она с волнением смотрит на Уэнсдей и та слегка кивает ей, позволяя блондинке упасть за кухонный стол, устало складывая руки под подбородком, — слава богу. — О, я же часть огромного улья. Всё знаю, — он со смешком подмигивает и вскоре перед Синклер оказываются банки с мёдом, хлеб и масло, — чай остыл. Мы опередили вас с завтраком. — Мы? — Аддамс напрягается. Тут же слыша шаги со стороны гостиной и направляя оружие на какую-то темноволосую девушку с необычно голубыми глазами, — Барклай. — Аддамс, — в её руках также ствол, направленный на Уэнсдей, но, в отличие от тёмной девушки, она выглядит спокойной, — хватило бы и «спасибо», что выкурила вас из бункера. — О, девочки, — между ними становится парень, едва ли выше самой Уэнсдей. Опускает пушки, видя напряжение от подруги, — это я послал сирен. Не успей она — сейчас вас тут бы не было. Думаешь, только я умею отслеживать? За вами шёл Хайд. — Хайд? Я думала, он в Норвегии, — Аддамс недовольно убирает пистолет, глядя на Бьянку, пока позади Энид тихо пищит. — А можно говорить без оружия? Я так седой к двадцати стану… — Если доживешь, — Бьянка вставляет свои пять копеек и садится напротив неё, изучая внимательным взглядом. Пока Аддамс не присаживается рядом, буквально прикрывая Энид плечом. — Ещё тебя переживет, Барклай. — Ешьте, иначе я не буду говорить новости, — Юджин сел рядом с Бьянкой, разливая какой-то травяной чай по кружкам, — это успокоительный сбор. Давайте. Надо передохнуть, — он подмигнул Синклер и, сделав первый бутерброд, протянул девушке. — Спасибо, — она осторожно принимает, а после, сделав укус, тут же довольно простонала, — это префосходно… — Ура, кто-то за этим столом тоже любит сладости! — Юджин явно в восторге, потому хлопает в ладони, довольно нахохлившись. — Какие новости ты хочешь сообщить? — Аддамс не прекращает думать о деле даже сейчас, когда перед ней единственной оказывается кружка с кофе. Смотрит внимательно на парня. — Например, ты в списке. И стоишь аж семь кусков. — Я заказана? — Уэнсдей недовольно дёргает ноздрями, сжимая кружку до белых костяшек. — Да. Убить бы вас — и сразу десять лимонов на счёте. Можно поехать на Бали, полежать под солнышком. — И превратиться наконец-то в сушёную рыбу, — Аддамс откидывается на спинку стула. Недовольно дёргает губой, а после, выдыхая и взяв себя в руки, как ни в чем не бывало, пьет кофе. — Но Бьянка не будет тебя убивать, — Юджин смотрит на сирену и та лишь слабо кивает, потягивая свой чай. — А… А почему? — голос подаёт шокированная Энид. Мало того, что заказали её, так ещё и Уэнсдей… Теперь охота будет сразу за ними двумя. — Потому что они друзья, — Юджин хлопает в ладони и тут же получает презренные взгляды девушек. Закатывает глаза, — потому что это слишком легко для них. Они не хотят убить друг друга, лишь отобрать титул. — Который эта рыба самостоятельно на себя натянула, — Аддамс спокойна. Она пьет кофе в окружении… Людей. — Кто бы говорил. — В честной схватке у нас ничья. Так что, либо молчи, либо не заставляй меня оставить на твоей коже новый шрам. — А давайте без угроз и крови в моём доме. А? — пчелиный мальчик разозлился, чуть стукнув кулаком по столу, о чем сразу же пожалел, растирая ладонь. — Осторожнее, — Аддамс хмыкает. Переводя взгляд на напуганную Энид. И Юджин тут же смиловался. — Вторая новость в том, что твой заказ был выполнен с того же адреса, что и заказ на Энид. То есть, вас хочет убрать один человек. — Ты знаешь, кто? — Если бы знал, то сразу же сказал. Но на той стороне неплохая защита, — он недовольно хмыкнул, будто бы только он имеет право так прятаться в сети. — То есть… Что нам делать? — Ехать домой. Юджин, я могу оставить вещь с тобой? — Разумеется. — Я не вещь! — Синклер недовольно глянула на девушку, из-за чего получила смех Бьянки. — Она про свой байк, расслабься, Синклер. Тебя эта собственница не оставит рядом со мной. Или этим цветочком. — Закрой рот, Барклай, — Уэнсдей встаёт и, будто знает в этом доме каждый уголок, отходит в гостиную, доставая древний видеопроигрыватель, а оттуда, после кассеты, ещё и ключи. — Едем, Энид, — не дожидаясь девушки, она выходит, тут же слыша, как следует за ней и девчонка. — Тебе не кажется…? — Бьянка, тебе стоит меньше думать. Дай им самим понять. — Но она назвала её по имени! Сам знаешь, что это значит. Только тебе такая роскошь ранее была доступна. — Учитывая, как долго до Уэнсдей доходят собственные чувства, ставлю сотку на то, что она всё поймёт либо в момент, когда Энид сама возьмёт её сердце из груди, либо, когда та будет присмерти. — Кто из? — Кто-то. Надеюсь на первый вариант. — Ставлю на второй. В это время девушки уже открывали скрытый подвал в сарае с пчелами, заводя БМВ… — Вау… Я такие только в кино видела. — Ты ещё не видела мою семью. — Так мы едем к ним? — Да. Пристегнись, Энид.