Драконы!

      Чонин бежал из дворца, уже не замечая окликов и не оглядываясь. Один слуга у центрального выхода успел крикнуть только: «Эй!» – и Чонин скрылся в ближайших кустах. Дворцовую территорию он знал с детства и прекрасно ориентировался даже в кромешной темноте. Равно как на территории соседней Военной Академии, через которую частенько удирал погулять.       Сейчас он привычным маршрутом скользнул в незаметную нишу в ограде и оказался в академии. Пересек несколько пустых площадок у хозяйственных построек, а центральный плац обогнул по знакомым кустам. Легко вскарабкался на ограду и спрыгнул вниз. Улица оказалась не пустой:       – Доброй ночки!       В лицо засветили магическим фонарем, а Чонин зажмурился.       – Кэп, кажись, курсант сбегает, – хмыкнул другой голос.       – Вижу-вижу, – отозвался первый. Фонарь опустили к земле, и Чонин смог рассмотреть двоих стражников. Первый – «Кэп» – держал фонарь и хмурился. Второй же, наоборот, довольно лыбился в предвкушении награды за удачное дежурство. И крепко сжимал плечо Чонина таким захватом, из которого принц вряд ли бы вывернулся.       – Я не курсант, – попытался оправдаться Чонин и на пробу повел в сторону плечом. Страж тут же сдавил пальцы, так что парень охнул и скривился.       – Тогда что ты делал на территории академии? – строго спросил Кэп.       – Ну я…       Чонин свободной рукой незаметно ощупал грудь и убедился, что амулет все еще надежно спрятан под рубашкой. Креалит в сердцевине медальона очень похож на бриллиант, так что стражники, если обнаружат артефакт, примут за дорогую вещь, а Чонина – за воришку.       – Отвечай! – рыкнул Кэп. Напарник его дернул Чонина на себя, и плащ принца предательски распахнулся. В свете фонаря блеснули драгоценные камни на рукоятке кинжала, который Чонин по привычке закрепил на поясе.       Кэп отреагировал первым и ловко выдернул кинжал из ножен, а напарник скрутил Чонина за обе руки и довольно прокомментировал:       – Какой улов, дорогая вещица!       Всё случилось, как и предполагал Чонин. Только вместо амулета стражам достался фамильный кинжал До.       – У кого стащил?       – Это моё! – отчаянно крикнул Чонин. – Верните, это подарок!       – Да кто ж тебе такое пода… – речь второго резко оборвалась. А потом Чонин почувствовал слабину хватки и другую руку, что твердо легла на плечо и оттянула назад. Незнакомец задвинул Чонина себе за спину и заявил:       – Этот кинжал мой, как и слуга.       – А вы сами?..       Вспышка света вновь ослепила на пару мгновений. Но незнакомец ловким движением отбил фонарь и протянул что-то стражникам.       – Простите, лорд Ким, – сообразительный Кэп поменял тон на учтивый. – Ваша карточка хранителя Библиотеки Тысячелетий подтверждает личность, но все же не объясняет, что ваш слуга делал на закрытой территории Военной Академии.       – Я отправил его туда, – спокойно произнес лорд. – Днем поссорился со своим женихом и в сердцах выкинул его подарок через забор в кусты, даже не придав значения, что там закрытая территория академии. А к вечеру мы с женихом помирились, и я попросил слугу найти кинжал, когда никто не увидит, что он влез. Если объяснений достаточно, верните мне моё, – лорд протянул руку, а Кэп нехотя вложил трофей в ладонь.       – И все же…       – Спасибо за бдительность, господа стражи. Эй, малец, – незнакомец обернулся к Чонину и улыбнулся, сверкнув хитрыми лисьими глазами. – Держи, заслужил, – и бросил ему серебряную монетку.       Чонин серебрушку поймал и под внимательными взглядами стражников спрятал в кармашек под поясом. Будто он и вправду мальчишка из прислуги, а монетка за выполненное задание – ценная награда.       – Спасибо, господин!       – Идем, дома хорошей работой отблагодаришь, – и лорд, проигнорировав удивленную стражу, зашагал по улице. А Чонин бросился за ним.       Они пересекли Королевский квартал и вышли на оживленную улицу. Чонин много раз убегал гулять по Столице и ночью в том числе, но каждый раз искренне удивлялся тому, что центральные кварталы никогда не спят и активная жизнь тут кипит даже под светом луны и звезд.       Лорд Ким шел уверенно, ни разу не обернувшись. Когда миновали торговую площадь и свернули к жилой застройке, Чонин решил, что отдалился от дворца на достаточно безопасное расстояние и уже может отправиться в самостоятельное путешествие без протекции лорда. Только нужно вернуть дорогую сердцу вещь.       – Господин, а вы бы не могли вернуть мой кинжал? – вежливо произнес, заступив на пару шагов перед мужчиной.       – Знаешь, – тот остановился, а в глазах опять заплясали смешинки. Хотя говорил мужчина довольно серьезным тоном. – Довольно любопытная штука, – он взвесил кинжал на ладони и погладил пальцами каждую завитушку узора и камешки на гарде, – очень похожа на одну вещь из древних легенд.       – Нет, этого не может быть, это действительно просто подарок. С чего вы это решили? – внимание мужчины к кинжалу До начинало напрягать.       – Может с того, что я библиотекарь и хранитель архивов? У меня глаз наметан.       – Вы ошибаетесь! – Чонин выхватил кинжал и спрятал в ножны.       – Хорошо, будь по-твоему. В чужие тайны не лезу. Я тебе верю, что тебе это действительно подарили, – он даже примирительно похлопал Чонина по руке и тихо добавил: – Тем более, не так просто у дракона выкрасть его сокровище, – он остановился и протянул руку: – Кстати, я Минсок из дома Ким, а ты?       – А я просто Кай, – отмахнулся Чонин. Продолжать знакомство было бы слишком опасно, следовало поскорее от спасителя сбежать.       – До дома без приключений доберешься?       – Я… – Чонин задумался. Какая версия о себе вызовет меньше всего вопросов? Лучше лишний раз не врать про свой дом, а то вдруг захочется лорду наведаться да проверить слова мальчишки. – Я не местный, у меня здесь нет дома.       – А тебе есть, где переночевать? – неожиданно заботливым тоном поинтересовался Минсок.       Чонин задумался. Ведь и правда, эту часть побега он как-то не рассчитал. Думал, всю ночь будет убегать, а потом… и весь день! Но усталость уже дала о себе знать: стоило лорду заикнуться о ночлеге, как Чонину неистово захотелось зевать. Он кое-как подавил зевок, а Минсок ухмыльнулся:       – Ладно, не местный просто Кай, не отвечай. Пойдем, у меня переночуешь. Ты уже заметил, я люблю спасать мальчишек, попавших в беду!              Жилые кварталы вблизи центра Столицы представляли собой довольно широкие и уютные улочки, по которым плотными рядами, примыкая друг к дружке, тянулись аккуратные трех- и четырехэтажные дома, рассчитанные на несколько квартир. Квартира Минсока располагалась на втором этаже такого типового дома и состояла из двух просторных комнат и небольшой аккуратной кухни. Окна выходили на обе стороны: с кухни и гостиной открывался вид на улицу, а из спальни – во внутренний двор. Там площадка до дома напротив заросла густым кустарником. И только узкая тропинка пробегала между домов и ныряла в арку, выводящую через соседний дом на параллельную улицу. Чонин, осматривая квартиру с разрешения хозяина, сразу заприметил этот путь. Никогда не знаешь, что может пригодиться. А прыгать в пышные кусты со второго этажа совсем не страшно.       – Как тебе мое соромное жилище? – усмехнулся Минсок, наполняя чайник водой. Чонин вернулся на кухню и сел за стол.       – Стражники назвали вас лордом, но вы живете в обычной городской квартире. Вы тоже что-то скрываете?       – Тоже? – в свете нескольких магических светильников, которые зажег щедрый хозяин, его глаза казались еще хитрее. Особенно, когда смотрели на Чонина в упор и поблескивали привычными уже смешинками.       – Не увиливайте от ответов.       – Я лорд по рождению и принадлежности к дому Ким, но разве это ограничивает меня в выборе, чем заниматься и где жить?       – Надо же, – протянул Чонин, почти не скрывая восхищения. – Не каждый лорд крови на такое решится. Жить по велению сердца, а не по заветам вельможного дома. Вы крутой! Я тоже о таком мечтаю, – выпалил не подумав.       – О квартире? – улыбнулся Минсок.       – О такой свободной жизни.       – Ты очень странный, Кай. Я думал мальчишки вроде тебя, наоборот, мечтают о дворцах, особняках с прислугой и беззаботной жизни под покровительством какого-нибудь Вящего дома. А ты мечтаешь о собственном пути и восхищаешься моей маленькой квартиркой?       – Кто ж о дворцах и принадлежности к Вящим не мечтает? – быстро поправился Чонин. – Но я же понимаю, что такое мне не светит. Зачем мечтать о несбыточном? А у вас квартира в центре, любимая и наверняка хорошо оплачиваемая работа, почему бы не взять за ориентир?       – Хорошо, – Минсок раскинул руки, – бери меня за этот свой ориентир!       – Договорились, – Чонин легко рассмеялся. Откинулся в уютном кресле, придвинул к себе чашку с ароматным отваром, который ему только что налили, и понял, что напряжение долгого и мучительного дня постепенно отступает. А вот сон, наоборот, подкрадывается и готов напасть в любой момент.       – Так откуда ты?       – Я с севера. Не так давно в столице.       – Кстати, голодный, наверное? Сейчас накормлю.       Чонин понял, что весь день ничего не ел, и отказываться не стал. Минсок быстро накрыл на стол, выставив довольно простую еду: хлеб, яйца, овощи, кусок сыра. Но Чонину показалось, что ничего вкуснее он в жизни не ел.       Пока гость справлялся с ужином, хозяин вынул из дальнего ящика большой продолговатый фрукт в сине-белой кожуре и торжественно водрузил на стол.       – Угадай, что…       – О, наустин, – мгновенно выпалил Чонин. – Мне нравится, особенно мякоть у корки, она такая кисло-острая, м-м-м! Хотя сладенькая серединка тоже неплоха, но там косточек много.       – Вот ты чудной, Кай. Наустин – экзотика даже для столицы. А ты говоришь, что здесь недавно, откуда же знаешь?       Чонин от растерянности даже рот себе ладонью зажал, что, конечно, не скрылось от прозорливого Минсока.       – Я прислуживал в богатом доме… – принялся сочинять принц.       – На севере?       – Ну да, думаете, на севере нет богатых домов? Например, дом Хуан! – идея осенила очень вовремя. Тао как-то рассказывал, что поместье главной ветви его дома располагается в Цинламбу. Хорошо, что у Чонина прекрасная память! – Я работал в поместье Хуан в Цинламбу.       – Дом Хуан настолько щедр, что прислугу кормит наустинами? – усмехнулся Минсок.       – Нет, но, – Чонину вспомнилось, как сестры выковыривали сладенькую серединку, а остальное оставляли на тарелках, – прислуга экзотическими объедками не брезгует.       – И в очередной раз я принимаю твое подозрительное объяснение, – рассмеялся Минсок.       – Да чего ж оно подозрительное то? Вы бы, что ли, не стали есть с господских тарелок, даже если такую роскошь почти нетронутой оставили?       – Успокойся, я тебе поверил.       – Нет, вы мне не поверили, – показательно надулся Чонин. А у самого аж руки от волнения вспотели.       – Что планируешь дальше делать?       – Путешествовать. Уже понял, что столица не для меня. Здесь нет мне места.       Осилив на двоих аж половину огромного наустина, решили готовиться ко сну. Минсок отдал Каю спальню, объяснив, что любит перед сном немного поработать. Когда Чонин уходил в свою комнату, Минсок как раз расположился за помытым столом, окружив себя магическими светильниками, и раскрыл древний фолиант на незнакомом языке.       – Спокойной ночи. И долго не сидите, – искренне пожелал Чонин. Лисьи глаза сверкнули напоследок с благодарностью.              Утро наступило неожиданно. Чонин распахнул глаза и почти сразу вспомнил, где он ночевал. А потом услышал голоса в соседней комнате. Хозяин был не один.       Пока одевался, старался прислушиваться. Голос гостя казался знакомым, но точно разобрать было сложно. И тогда Чонин решился. Он прокрался к двери и приоткрыл ее. Приложившись к щели одним глазом, смог разглядеть гостиную и двоих собеседников. Гость как раз развернулся лицом, а Чонин отпрянул от двери и едва не шлепнулся попой на пол.       В гостиной у Минсока был До Кенсу!       Чонин вернулся к кровати, сел и прислушался к сердцу. Оно билось в каком-то рваном ритме, то ускорялось в трепетном желании увидеть любимого мужчину, то замирало от воспоминаний, что этот мужчина говорил накануне про их союз. Государственное задание! Обязательства перед королем! И прочий бред.       В конце концов, Чонин решил подслушать разговор, ведь уже стал свидетелем одной приватной беседы генерала, почему бы не узнать, о чем вторая? Щель манила, и Чонин вновь подкрался к двери и замер.       – Надо закончить все дела, да и своим доверенным ребятам дать время подумать, хотят ли они со мной отправиться на север, – говорил Кенсу. – Надо с родственниками объясниться, почему они не стал родней короля, почему не будет свадьбы с принцессой. Сейчас то мне нельзя никому раскрывать правду о своем браке. Ифань публично объявит об этом только после нашего с Чонином отъезда.       – А у тебя не будет проблем, что ты мне рассказал? – усмехнулся Минсок.       – Знаю тебя тысячу лет, ты не болтун точно. А вот советом всегда поможешь.       – О! Советовать я люблю, рассказывай.       – Что ты знаешь о черных драконах?       Чонин замер и плотнее прижался, чтобы лучше слышать.       – Очень мало, почти ничего. Но могу поискать.       – Вот об этом и хотел попросить. Откуда мог взяться, из какого дома? Что вообще в истинных летописях, а не тех, что массово тиражируют, говорится об исчезновении абсолютно черных?       – Хорошо, я поищу, но на многое не рассчитывай. Давно уже ничего на эту тему не встречал.       В разговоре возникла пауза. Через щель было видно, что Минсок и Кенсу прошли на кухню. Слышны были стук ящиков и звон посуды, но разговор больше не доносился.       Надо было догадаться, что Кенсу не успокоится и продолжит искать Кая! Теперь Чонину нужно быть в сотню раз осторожнее.       – Так что там с принцем?       Чонин шире отрыл дверь и жадно уставился на проход в кухню. Голос Минсока слышно было хуже, чем раньше, но слова разобрать не составило труда. И тем более, сейчас хозяин квартиры поднимал волнующую Чонина тему.       – Ты к нему что-то испытываешь?       – Это долг перед королем и домом До, – привычно отрапортовал генерал. – Никаких чувств нет. Я принял предложение короля, потому что это выгодно и от королевских даров не отказываются.       – И выбрал не принцессу, а принца, потому что мечтал о союзе с сильным драконом?       – Нет, просто с принцессами мороки больше. Не думаю, что хоть одна из них согласилась бы поехать со мной на границу. А оставаться в столице для меня смерти подобно. Смерти со скуки. Принц просто самый удобный вариант.       «Самый удобный?!» – мысленно вспыхнул Чонин и со злостью захлопнул дверь. И только мгновение спустя понял, что наделал. Когда из кухни донеслось звонкое:       – Кай! Ты проснулся? Иди завтракать!       И вслед за этим удивленное:       – Кай?!       В первый момент накрыла паника: что делать? Чонин попытался успокоиться и за те несколько секунд, которые потребовались Кенсу, чтобы пересечь квартиру и ворваться в спальню, принц уже все решил. Проверил на груди амулет, в зеркале мельком – надежность иллюзии, и вскочил на подоконник. Кажется, пришло время проверить мягкость кустов!       – Нет, стой! – Кенсу в один прыжок оказался у окна и успел схватить край плаща, когда Чонин уже сидел, свесив ноги на улицу.       – Пустите! – крикнул и спрыгнул вниз. Плащ в руке Кенсу жалобно треснул, и генерал разжал кулак, в очередной раз отпуская таинственного парня.              Кенсу с грустью наблюдал, как Кай свалился в кусты, но почти сразу поднялся и поковылял по тропинке. Он оглянулся всего раз на окно, у которого Кенсу простоял, пока силуэт в рваном плаще не скрылся в арке прохода на соседнюю улицу.       Хотелось рычать, а еще лучше – выпустить дракона вдогонку. Но Кенсу себе этого позволить не мог. А вот допросить друга – вполне.       Минсок без утайки рассказал всю историю знакомства и даже не отмахивался, когда Кенсу переспрашивал важные для себя моменты. Прямо-таки не друг, а живое воплощение истинного терпения.       – Кай сказал, что работал прислугой в поместье Хуан в Цинламбу.       – Как удачно, я как раз в том направлении еду. Можно будет наведаться к бывшим хозяевам и поспрашивать.       – И все-таки, почему он так тебя интересует?       – Не буду вдаваться в подробности, но у меня с ним свои счеты. Ничего серьезного, не подумай, просто больно уж необычный и любопытный парнишка, – показательно спокойно произнес Кенсу.       – Когда ты уезжаешь?       – После церемонии Связи в Храме Вящих.       – Ты же сказал, что ваш брак пока под секретом, – удивился Минсок. – На церемонию в храм уж точно полстолицы сбежится.       – Не нашей церемонии, а сестер Ифаня, – уточнил Кенсу. – У нас не будет помолвки, сразу свадьба. Деталей даже я не знаю.       – Да уж, жених из тебя так себе. Может и хорошо, что ты, такой замечательный и равнодушный супруг, не осчастливил романтичную девицу. Да и кто бы еще кроме настойчивого Ифаня захотел такого зятя.       – Ну не скажи. Дом Лян уже сделал мне брачное предложение.       – А ты отказался, потому что твои сердце и рука уже заняты принцем, – кивнул Минсок.       – Я не отказывался, – равнодушно бросил Кенсу, а друг подавился чаем.       – Серьезно?       – Дом Лян в последнее время очень подозрительно себя ведет. Не хочу впадать у них в немилость, лучше оттянуть время и побыть на хорошем счету.       – Загадками говоришь. Ладно, если это ваши королевско-дворцовые тайны, то меня, пожалуйста, не посвящай, еще спокойно пожить хочу, – отмахнулся Минсок.       – Не буду. А ты меня, кстати, зачем с утра пригласил? Аж посыльного прислал с запиской лично в руки.       – Так на завтрак, я ж написал!       – Сделаю вид, что поверил… – усмехнулся Кенсу.       – Конечно, вот у меня тут наустин! Свежий, ароматный! Вчера разрезал, но ты же знаешь, он к обеду уже испортится. Вот я и решил поделиться.       Под задорный смех друга Минсок бросился нарезать экзотический фрукт и подливать чай. Когда на столе остались лишь корочки, хозяин все же спросил:       – Кенсу, тот кинжал с камушками на кожаной рукояти, он все еще в вашей фамильной сокровищнице?       – Нет, давно уже. Я его подарил.       – Странно, – протянул Минсок и скосил любопытный взгляд на друга, – драконы со своими сокровищами так легко не расстаются.       – Ну а мой дракон посчитал, что это вполне достойный подарок для принца, – ответил Кенсу и тут же сменил тему: – завтрак был очень вкусный и необычный, еще не доводилось набивать живот наустином с утра пораньше. Спасибо за интересный опыт. Мне пора.       Через окно в кухне Минсок наблюдал, как его друг торопливо пересекает уже проснувшуюся улицу, и думал: «Интересная история у нас намечается…»