Драконы!

      Солнце давно вышло в зенит, когда Чонин признался сам себе, что заблудился. Жилые кварталы за Гранью выглядели такими одинаковыми, что казалось, будто он ходит кругами по одним и тем же улицам. Возможно, так оно и было. Ряды домиков с огородами за простыми заборами сменяли улицы с типичными трехэтажками, как в центре. А потом снова начинались частные домишки, огороды и дороги, присыпанные гравием, а не мощеные ровным булыжником, как ближе к центру. И казалось принцу, что вот-вот он выберется за пределы столицы и побежит сломя голову в непроглядный лес. Чтобы подальше от взглядов возможных обернуться черным драконом и взмыть в небеса.       Но улицы петляли, изгибались и никак не хотели приводить принца к краю города. Они будто издевались! И снова перед глазами вырастала плотная застройка квартирными домами, улицы покрывались камнями, расширялись, а торговцев становилось все больше. И даже где-то впереди мрачной глыбой виднелась Сторожевая Грань. Как же так? Ведь Чонин точно шел в противоположную сторону!       Когда сил совсем не осталось, принц уселся на мостовую. Фляга с водой опустела. Последний раз ее удалось наполнить, когда Чонин вышел к колодцу на маленькой площади среди частных домиков. Еды парень и вовсе не нюхал давно. Булка, которую удалось купить в пекарне, что попалась на дороге, осталась лишь сладким воспоминанием. Если бы принц мог сейчас вспомнить, в какой стороне была та пекарня, плюнул бы на идею прогулок и полётов и поспешил бы за новой булкой! А лучше сразу полную сумку набить… Только Чонин не знал даже, в какой стороне дворец, что уж говорить о какой-то пекарне.       Солнце жарило, и воздух был сухим и горячим. Дышалось тяжело. Чонин даже пожалел, что поменял рваную рубаху на целую с длинными рукавами. А плащ пришлось выкинуть – тащить на себе кусок ни на что не годной тряпки в такую жару совсем не прельщало.       Чонин откинулся на спину и закрыл глаза. Подумалось, что если такова его судьба – умереть от жары в дальнем квартале столицы – значит, пусть сбывается сейчас! Земля была нагрета не меньше воздуха, а мелкие камешки больно впивались в спину. Но лежать так – лучшее, что случалось с Чонином за последние полдня бесконечного блуждания.       Сознание ненадолго отключилось. А может надолго?       В лицо плеснули водой, и Чонин, не открывая глаз, размазал влагу вместе с дорожной пылью по лицу ладонью.       – Живой?       Чонин потер глаза и все же открыл их. Над ним склонился пожилой мужчина. Одет был как крестьянин, но борода и волосы были довольно аккуратными, не лохматыми. Чонин осмотрелся и обнаружил рядом повозку с крупной здоровой лошадью. Мужик протянул флягу, и Чонин от души напился. И только потом встал с земли.       – На бродягу не похож, – заявил мужик, когда Чонин немного отряхнулся.       – Я просто заблудившийся путник.       – Бывает, у нас тут все кварталы друг на дружку похожие. Даже местный люд путается. А путь куда держал?       – Мне б за город выбраться.       – Ну, если в северном направлении, то туда, – мужик махнул в сторону. – А если в восточном, то сюда.       – А вы куда едете? – поинтересовался Чонин. – Мне на самом деле без разницы, я боюсь опять потеряться.       – Я еду к своему брату на западную сторону столицы. Он заведует складами провизии для военных. Иногда дает мне подработать доставкой. Сейчас на западных полигонах за городом сборы какие-то. Вот загружусь у брата и туда поеду.       – А можно мне…       – Если с погрузкой и разгрузкой поможешь, то довезу потом до тракта. Идет?       – Конечно, идет! – обрадовался принц и, не дожидаясь приглашения, полез в повозку.       – Шустрый, быстро управимся, – одобрительно кивнул мужик и улыбнулся.       Быстро не получилось, но Чонин не жаловался. Время за работой пролетело незаметно. А после того, как повозка была заполнена мешками с зерном и овощами, принцу выдали честно заработанную тарелку ароматного супа с огромным ломтем хлеба.       Из столицы в западном направлении выезжали уже на закате. Солнце спустилось ниже макушек деревьев и не слепило глаза. Но Чонин все равно щурился и еле сдерживался, чтоб не уснуть, сморенный долгим днем и сытным обедом.       Повозка иногда подпрыгивала на ухабах. Дон – добрый спаситель потерянных принцев – бесконечно рассказывал байки о семье и друзьях, а еще обещал, что скоро дорога выровняется и трясти повозку перестанет.       Но Чонина все и так устраивало. Оставался последний рывок с разгрузкой мешков в лагере, а потом прямая дорога к тракту. Дон предполагал, что Чонин там будет ловить попутчиков. Но принц собирался продолжать путь в одиночестве и в форме дракона!       Пока разделаются с заданием в лагере, пока вернутся на дорогу и свернут к тракту, уже и сумерки должны сгуститься. Так что лететь будет совсем безопасно. Драконы хорошо видят в темноте, а их собственная чешуя из-за матовой магической основы в темноте сглаживает яркие цвета, маскируя и делая своего дракона почти незаметным. И цвет Чонина никому в глаза не бросится, даже если кто-то и повстречается. Обычный дракон, как и множество других: синих, зеленых, коричневых и серых. В темноте все они просто темные!       Подъезд к лагерю военных украшали знакомые знамёна. Это оказалось не просто место сборов, а тренировочные полигоны Королевской Военной Академии. Раньше принц часто бывал на сборах вместе с Цзытао, но на тренировках курсантов бывать не доводилось. Даже немного взгрустнулось оттого, что не увидит он сегодня молодых драконов на поле в действии. Лагерь был огромным, а полигоны и площадки располагались где-то за куском леса. При большом желании можно было разглядеть черные точки массивных тел, мелькающие над лесом.       Но Чонину разглядывать их было некогда. Сумерки опустились на лес как-то резко. В лагере зажглись факелы, а офицеры, встретившие повозку Дона и проводившие к нужным палаткам – складам, активно поторапливали. И Чонин быстро взялся за работу.       Через несколько минут к нему присоединились трое ворчащих мальчишек лет по пятнадцать. Оказалось, что офицеры прислали их в помощь. Мальчишки возмущались, что их поймали, когда они направлялись на ужин.       – Да уж, без ужина плохо, – сочувственно вздохнул Чонин. Обеденный суп у брата Дона остался лишь сладким воспоминанием. – Тут не много, я сам могу закончить, – предложил, выгружая в руки одному из курсантов мешок с картофелем.       – Не-е, – отмахнулся второй. – Ужин подождет, наши порции никуда не денутся. А задание кураторов положено исполнять.       Ребята Чонину понравились. Ворчание быстро сменилось шутливыми жалобами на вредных наставников и веселыми историями из полевой жизни курсантов академии. На минутку в принце даже взыграла зависть, когда мальчишки, закончив с работой, попрощались и, весело смеясь, побежали на ужин, заодно обсуждая ночную вылазку на какую-то тайную игру с другими отрядами.       – Поехали? – окликнул Дон.       Чонин с сожалением проводил мальчишек взглядом и обернулся к повозке:       – Да, поехали.       Но стоило только поставить ногу на приступок, как сзади дернули за шиворот, да так, что парень кубарем полетел на землю, несколько раз перевернулся и растянулся в грязной луже.       – Сбежать собрался? – прорычал грозный голос над головой. – А говорили, что тебе плохо, что ты в лазарете!       Чонин вскинул голову и всмотрелся в человека, что стоял над ним, уперев руки в бока. На мужчине была форма, как и на тех офицерах, что провожали повозку к складам. Только мундир небрежно расстегнут, а рубаха с одного бока вылезла из ремня. Офицер выглядел помятым и неопрятным, будто только недавно пробудился после пьянки. В руке, как ни странно, обнаружилась початая бутылка рома.       – Вы меня с кем-то спутали, – поспешил внести ясность Чонин. Он почти успел подняться с земли, когда офицер злобно толкнул его сапогом в бок, а потом еще и придавил, чтоб не смел дергаться.       – Поговори еще!       – Простите, уважаемый, этот парень приехал со мной, – Дон уже спрыгнул с повозки. – Он мой помощник, отпустите его, пожалуйста, – и протянул руку, торопясь поскорее помочь Чонину подняться и вместе с ним подальше из лагеря убраться.       – Руки, – скомандовал офицер, выдернув свободной рукой меч из ножен на поясе. – Убрал от него руки! – наставил меч на испуганного Дона. – Помощь курсанту с побегом приравнивается к государственной измене.       – Я не курсант! – отчаянно вскрикнул Чонин.       – Он не курсант, – сдавленно подтвердил Дон. Меч уперся ему в грудь.       Офицер небрежно хлебнул из бутылки и уставился на испуганную парочку злобным взглядом:       – Думаете, если он форму на лохмотья поменял, так я и не узнаю. Я еще в своем уме!       – Вы пьяны, – негромко вставил Чонин и тут же пожалел. Острие меча уперлось ему в основание горла.       – Заткнулся. Поднялся. И пошел за мной. А ты, – он махнул бутылкой в сторону ошалевшего Дона. – Убирайся, пока я добрый и не сообщил о том, что ты помогал курсанту с побегом. Понял меня?       – Да… господин, – заторможено кивнул Дон. – Прости, – шепнул Чонину и попятился к повозке.       – Господин Дон! – отчаянно крикнул Чонин, но мужчина влез на козлы и дернул поводья, даже не обернувшись.       – Поднимайся, слюнтяй!       Сапог больно прошелся по ребрам, и Чонин застонал, схватившись рукой за бок.       – Прекратите меня пинать, господин. Я не…       – Лейтенант Мин! – взревел мужчина, вздергивая парня за шкирку. – Обращайся по уставу, дезертир!       Меч он вернул в ножны, но бутылку не оставил, а Чонина крепко держал правой рукой. Несмотря на свое состояние и в целом рыхлую, не атлетичную фигуру, лейтенант уверено шел через лагерь. Чонин быстро перебирал заплетающимися ногами, чтобы успевать за широким офицерским шагом. Принц пообещал себе, что если выберется из этой передряги невредимым, то обязательно намекнет Цзытао провести в академии проверку преподавательского состава. Уж больно ядрёно разило перегаром от лейтенанта!       Когда впереди показался край лагеря и почерневший в сумерках густой лес, Чонин откровенно запаниковал. Он искренне надеялся, что куратор притащит его в казарму или, на худой конец, к какому-нибудь высшему офицеру, который сможет посмотреть на всю ситуацию трезвым взглядом и Чонина отпустит. Но лейтенант Мин оказался человеком непредсказуемым.       Бутылку Мин опустошил по дороге и на входе в лес швырнул подальше в кусты. А освободившейся рукой выдернул меч. Чонин отчаянно задергался, пытаясь вырваться, но тут же схлопотал рукоятью меж лопаток.       Мелькнула слабовольная мысль, мол, надо с себя медальон снять и принцем назваться. Вероятно, под иллюзией Кай был похож на какого-то курсанта. Да к тому же не особо выдающегося, раз лейтенант не удивился, что парень сбегает. Только если здраво рассуждать, что сделает пьяный наставник, обнаружив в своих лапищах «принца»? Вряд ли падет ниц с извинениями. Скорее, отлупит еще больше, чтобы ерунду не придумывал.       Поэтому Чонин доблестно молчал и терпел, пока продирался через лес, раздвигая колючие кусты для себя и куратора.       – А нормальной дороги нет? – тихо спросил он, когда в очередной раз ветка царапнула по лицу.       – Поговори еще, – отозвался лейтенант. Он уже не был так суров, иногда подпихивал кулаком в спину, но мечом размахивать перестал и, кажется, сам был не рад, что потащился через чащу.       Минут через пятнадцать лес стал редеть, а с неба донесся громогласный рёв. Чонин ускорился и выбежал на опушку. Вскинул голову, и по глазам резанули магические вспышки. В небе над полигоном кружили не меньше двух десятков драконов!       Пока Чонин глазел на драконов, рядом опять встал лейтенант.       – Не позволю прогуливать ночную тренировку.       – Я уже понял, – тихо прокомментировал Чонин и вновь схлопотал тычок в ребра.       – Похоже, не понял.       – Извините, лейтенант Мин, я молчу.       – Но это не спасет тебя от наказания завтра утром, – предупредил наставник. А потом достал из-под рубашки артефакт на цепочке и поднес к лицу. Артефакт засветился, а голос Мина прогремел на все поле: – Построились!       Драконы замельтешили, но Чонин даже сообразить ничего не успел, как в воздухе напротив выстроились три ровные шеренги. В ночном небе драконы казались одинаковыми темными пятнами, но сосчитать их было несложно. В каждом ряду по двенадцать – видимо, здесь было три разных группы.       – Разминка вам уже не нужна, – усмехнулся в артефакт Мин, и его грубый смех пророкотал над полем словно гром. Чонин аж поморщился. А драконы-курсанты все еще неподвижно висели в воздухе в ожидании команд.       – Отработка строевого полета. Командуй, Сехун.       Крайний в первом ряду дракон взмыл вверх, оказавшись над всеми. И тут же курсанты начали ловко перестраиваться. Чонин затаил дыхание и с восторгом наблюдал. Раз здесь Сехун, значит, первый ряд – это элитный отряд, будущая охрана и приближенные воины самого Чонина!       Они действительно выглядели как элита! Две другие группы строились не так слаженно и быстро. А еще гордость брала за лучшего друга, как его все слушались, как ему наставник доверил командование. Чонин завидовал, ведь команды Сехун сейчас отдавал ментально. А принцу до такого уровня еще расти и расти…       – Долго будешь глазеть? – голос Мина над ухом вернул Чонина в реальность.       – А что нельзя? – наивно спросил парень.       – Идиот! – лейтенант отвесил принцу болезненный подзатыльник. И рявкнул в артефакт: – Джинхо, бесполезный ты командир, забирай своего слюнтяя! И чтоб я больше никаких отмазок про лазареты не слышал, а то потом вместе будете туалеты драить! Понял меня?!       От группы не самых собранных драконов отделился один, спустился чуть ниже и сделал круг над куратором и Чонином. А потом выпустил струю огня в сторону принца и как-то зло сверкнул глазами.       – Ну вот, теперь тебе еще и от своих достанется, – довольно заявил Мин, убирая артефакт в карман. – Что стоишь? Оборачивайся и в строй!       «Бойся желаний своих», – думал Чонин, перевоплощаясь в дракона и присоединяясь к отряду. Мечтал тренироваться с курсантами? Получай!       Свою позицию в строе Чонин отыскал быстро: драконы в последнем ряду раздвинулись, оставив ему место. Это было удобно, поскольку Чонин планировал незаметно оторваться от общей массы при перестроениях и скрыться в лесу. Лейтенанта Мина видно не было, вероятно он ушел или разместился где-то в стороне. А значит, никто не поймает Чонина, когда он выберет момент для побега. В мечтах юного принца тренировка с курсантами выглядела не так плачевно и уныло. И рисковать сейчас ради отработки строевого полета как-то не хотелось.       Группа драконов сделала пару кругов над полигоном, и в голове вдруг отчетливо прозвучал голос Сехуна:       «Два-три, пять-пять!»       Драконы дружно замельтешили, и строй стал совсем иным, а Чонин вообще оказался в стороне ото всех.       «Джинхо, твой задний ряд проседает!» – тут же отреагировал голос Сехуна. Чонин понял, что друг говорил о его промашке. Но свое место в строю все еще не мог найти.       «Мы не используем такие устаревшие схемы», – недовольно отозвался другой голос. Вероятно, это и был Джинхо – командир отряда, в который определили Чонина. И сейчас он отвечал Сехуну так, чтобы слышали все. Хотел продемонстрировать свое недовольство или тут еще и внутренняя война между отрядами назревает?       «Может, тогда мне стоит посоветовать вашему куратору расширить набор схем?» – усмехнулся Сехун.       «Джеюн, встань в строй уже!» – рыкнул Джинхо.       Чонин наблюдал за драконами, но ничего не происходило. Они все замерли в какой-то схеме, а кем именно недовольны два командира, было не ясно.       «Джеюн!» – прогремело в голове несколькими голосами. Три крайних дракона обернулись и уставились точно на Чонина. И только тогда до принца дошло, что Джеюн в данный момент – это он!       Вопреки команде, вдруг резко захотелось развернуться и дать дёру. Именно так Чонин и поступил, но у самой кромки леса его настиг огромный дракон. В лунном свете его чешуя блеснула синим отливом, а потом в голову ворвался такой знакомый голос:       «Не подставляй своих».       Сехун завис точно напротив Чонина и смотрел ему в глаза.       «Сегодня за всех отвечает Мин, а он не мелочится с наказаниями. Поверь, мы у него пять лет тренируемся. Не знаю, почему ты не в лазарете, но раз ты здесь, вернись в строй».       «Сехун-а, это я! Помоги мне сбежать!» – отчаянно взмолился Чонин, пытаясь сосредоточиться на мыслях и ощущениях. Но дракон напротив все еще смотрел с непониманием.       «Чего молчишь?» – спросил Сехун, а Чонин расстроено дохнул дымом.       «Давай за мной», – приказал синий дракон и направился к своим.       Строй драконов был нарушен. Пока Сехун пытался вразумить Чонина и поговорить с ним, три отряда пришли к общему соглашению, что раз лейтенант Мин опять пьяный и лежит где-то в кустах, отсыпается, можно отменить строевую подготовку и поиграть в захват флага.       Чонин заинтересованно крутился рядом с Сехуном, пока отряды договаривались об игре. Выходило, что правила и так все знали, ибо игра у курсантов была популярной, надо было только раздобыть те самые флаги. За ними в лагерь отправили троих гонцов.       Еще необходимо было поделиться на две команды. Чонин завис у Сехуна за спиной, всем своим видом показывая, что останется с ним.       «Эй, – усмехнулся друг. – То, что я тебя остановил, еще не означает, что мы теперь друзья. Элита всегда играет против всех. Дуй к своим!»       И прозвучало это так снисходительно, что Чонину в миг захотелось встать в противоположную команду и утереть Сехуну нос! Он еще не знает, на что способен черный дракон Кай!       Когда команды разделились, а вдоль поля появился ряд знамён на длинных древках, игра началась. Сначала драконы разнесли по полю второй набор знамён. Все они были разными, отличаясь по цвету. Чонин никак не мог взять в толк, зачем все несутся на поле, тогда как один дракон, обернувшись человеком, размахивает случайно выбранным флагом из тех, что стояли в ряд. Но потом оказалось, что игрок выбирал флаг, за которым все должны охотиться. Драконы хватали за древко и лапами, и клыками, перекидывали друг другу флаг. Набрасывались на соперников, не позволяя помешать перехвату. Тела мельтешили над полем, сверкали вспышки, и даже иногда полыхал огонь. Но командиры отрядов всегда за такое строго предупреждали и грозили исключением из игры.       Дракон, принесший флаг к краю поля, приносил своей команде очко, но сам выходил из игры и становился тем, кто выбирал следующий цвет флага для охоты.       Чонину бросили флаг, когда он был всего в нескольких метрах от победной черты. Элитники как-то не взяли его в расчет, потому что он поначалу больше смотрел издалека, изучая стратегию обеих команд. Можно было сделать бросок и пересечь черту, принеся очко команде. Но Чонину хотелось еще поиграть.       Он сделал кувырок и бросил флаг напарнику. И оказалось, что в этот же момент к Чонину сзади подлетел элитник. Если бы не маневр принца, потеряли бы флаг. А так напарник Чонина метнулся к черте и засчитал очко команде.       «Круто», – одобрительно прозвучало в голове. А Чонин обернулся и понял, что с ним говорил дракон из отряда Сехуна. Это было приятно…       Нет, это было круто!       И вот теперь для Чонина игра действительно началась. Какое же удовольствие ему доставляли растерянные, но хвалебные комментарии не только элиты, но и «своих». Уже никто не стеснялся его открыто хвалить. И даже Джинхо заявил, что рад, что «Джеюн» так быстро поправился и пришел на тренировку.       Счет был равным, когда на поле разом вспыхнули десятки факелов. Драконы резко остановились, а потом в считанные секунды подровнялись в три шеренги. Чонин оказался зажат в заднем ряду. Он растеряно осматривал поле, пытаясь разглядеть лейтенанта. Ведь кто-то же должен был дать команду.       Но лейтенанта Мина не было, а были на поле два человека в военной форме. И одного из них Чонин сразу узнал. Ох, лучше бы не знал.       – Спускайтесь, – скомандовал незнакомый офицер. Драконы дружно опускались на поле и оборачивались. Чонин приземлился последним. До последнего момента надеялся скользнуть в лес, но до него было слишком далеко. Пришлось обернуться и затеряться опять в заднем ряду. Рядом оказался командир Джинхо. Он был рослым парнем с густой копной волос, собранных в высокий хвост. Форма на нем сидела безупречно. Чонин таких красавцев еще не встречал. Ну, разве что Сехуна…       Джинхо окинул Чонина удивленным взглядом. Чонин ждал очевидное: «Ты кто?»       – Где форма? – грозно шепнул Джинхо.       – Я ж из лазарета, – пожал плечами Чонин и облегченно выдохнул. Иллюзия и впрямь походила на реального Джеюна.       – Курсанты, у меня для вас хорошая новость, – тем временем объявил неизвестный Чонину офицер. – Я привел к вам самого генерала До Кенсу. Он тут на днях мне пообещал, что проведет для вас тренировку показательную. Так вот! Пришло время!       Чонин ждал оживления среди ребят, но они все так же стояли неподвижными линиями, будто эта новость для них ничего не значит. Это было странно, ведь если бы Тао заявил Чонину, что тренировку с ним проведет сам Кенсу, то Чонин бы скакал до потолка от радости. Хотя сейчас радоваться он тоже не спешил. Для принца появление генерала означало очередное испытание на прочность.       – Капитан Сон, ты слишком серьезен, – взял слово До Кенсу. – Я здесь, чтобы посмотреть на ребят, подсказать что-то полезное, ну и развлечься. Давайте порезвимся, бойцы? И, кстати, вольно!       Парни переглянулись и разом загомонили. Пожалуй, если бы над ними было не ночное небо, а потолок, многие бы как раз до него от радости и подпрыгивали бы.       – Не вздумай позорить наш отряд перед генералом, – серьезно предупредил Джинхо.       – Я вообще могу в лагере подождать, – предложил Чонин, поглядывая на лес.       – Еще чего!       Сердце принца разрывалось на две части. Одна упорно желала спрятаться в лесу, другая же, наоборот, тянулась к генералу и требовала остаться до конца. А еще лучше проявить себя, как недавно на игре. Пусть Кенсу уже оценит Чонина по достоинству!       Только проблема была в том, что принц сейчас был не Чонином, и даже не Каем. А каким-то Джеюном, от которого лейтенант Мин ожидал побег, а собственный командир отряда – откровенный позор на тренировке.       Стоило ли всем рисковать ради чужого имени и образа?       Но как только вместо генерала До над полем расправил крылья его могучий дракон, все сомнения исчезли. Стоит! Тренировка с генералом стоит всех рисков! Просто Чонин будет держаться чуть в стороне, не выпендриваться и тщательно впитывать все знания, какими генерал поделится с отрядами.              Кенсу казалось, что он уже помешался на Кае, поскольку раз за разом чувствовал вспышки знакомой энергии даже на тренировочном поле с курсантами. В ночном небе все они выглядели темными пятнами, все они ловко и послушно выполняли приемы и комбинации. И навыки их были на порядок выше, чем у большинства выпендрежников, что заявлялись на Турнир вроде как Сильнейших. А значит, любой из этих драконов мог быть обладателем энергии, похожей на Кая. То есть оказаться самим Каем!       В прошлый свой визит на полигон Кенсу не проверил толком никого из-за уверенных блоков. Но сейчас молодые драконы были взволнованы, взбудоражены тренировкой с генералом, а потому нет-нет, да и расслабляли блоки.       Тренировку закончили игрой в захват флага и спустя пару часов на поле опускались довольные и измотанные.       Кенсу заметил, что один из драконов приземлился чуть в стороне, ближе к лесу. И это почему-то показалось несколько подозрительным. Ребята, успевшие обернуться в парней, завалили Кенсу вопросами и окружили, так что толком было ничего не разглядеть.       – Там ваш товарищ, – Кенсу кивнул одному из ребят на опушку.       – О, это Джеюн, он сегодня не в себе, только из лазарета вышел. Наверное, в кустики побежал, – засмеялись мальчишки.       Кенсу встряхнул головой, отгоняя наваждение в виде Кая. Пора было принять реальность: Кенсу просто помешался и видит то, чего нет. Ведь курсанты проживали в лагере уже не первый день, а Кай еще утром в окно минсоковой квартиры сигал! Он точно не мог быть ни Джеюном, ни каким-то иным курсантом. Он неуловимый мираж!              Чонин дождался, когда поле опустело, и выскочил из кустов. Обратился в дракона, уже не сомневаясь, и полетел в сторону столицы. Путь до города занял меньше времени, чем принц ожидал. Ведь за мыслями обо всем происходящем, даже не заметил, как уже появились дворцовые шпили. Пришлось взмыть выше и скрыться среди густых туч, что накрыли столицу.       Он кружил над городом, никак не решаясь, вернуться домой или улететь насовсем. Но вдруг почувствовал какое-то притяжение, не смог сопротивляться и вынырнул из облаков, обнаруживая под собой знакомый кусок Сторожевой Грани.       Уже знакомая сила потекла в тело, стоило лапам коснуться посадочной площадки. Длилось это всего несколько секунд, но Чонин сразу почувствовал себя гораздо увереннее. Он обернулся человеком и безошибочно, даже в кромешной тьме, нашел выход на лестницу.       Чонин успел пройти больше половины, когда тишину лестничных пролетов нарушили чужие шаги. Кто-то поднимался вверх и скоро должен был встретиться с Чонином. А принц встречаться ни с кем не желал. Развернувшись, побежал обратно вверх, но почти сразу споткнулся и ударил руками в стену перед собой. В стене распахнулась дверь!       Это был проход на другую лестницу. Чонин не знал, приведет ли она его так же к основанию Грани, или заплутает в темных переходах. Но решил довериться чутью, которое твердило: «Иди вперед, не сомневайся!»       Несколько пролетов в кромешной темноте, и Чонин вновь оказался перед дверью. Деревянная, украшенная резным узором и тяжелым кольцом-ручкой, она легко поддалась, стоило чуть надавить плечом.       За дверью был небольшой зал. Его можно было бы назвать просто комнатой, если бы не высокий потолок и несколько колонн по периметру. Под потолком были окошки-бойницы, через них тонкими полосами в комнату поступал лунный свет. В центре зала на небольшом возвышении громоздился гладкий овальный камень. Чонин подошел ближе и положил ладонь, ощущая тепло и силу, как утром у внешней стены. Захотелось сесть, привалившись спиной к камню, и отдохнуть немного.       Чонин опустился на пол, откинул голову на камень и закрыл глаза.              Черный дракон парил в небесах. Он был в своей стихии.       Каждый взмах крыльев отдавался трепетом в груди. Встречный ветер обнимал могучее тело. В голове билась одна мысль: так правильно!       Дракон спускался к земле, а потом снова взмывал ввысь. Он разворачивался и мчался на зов сердца. Он понимал, что нужен. Что должен быть где-то, куда спешит.       Впереди выросла черная стена. Дракон опустился на верхушку и выпустил в небо струю огня. Он там, где должен быть.       Снова спрыгнул в пустоту и, поймав встречный ветер, воспарил в небеса.       «Не бойся быть собой», – с этой мыслью Чонин распахнул глаза.       Обрывки странного сна о себе – черном драконе – преследовали принца всю дорогу до дворца. Столица еще только просыпалась, улицы были пустыми, но Чонин почему-то больше не плутал, просто бежал уверенно вперед и очень скоро добрался до королевского квартала.       Во дворец проник тоже неожиданно беспрепятственно, тайным ходом вернулся в свою комнату и вышел из-за портрета родителей.       Портрет скрипнул, закрываясь, а с кровати Чонина подорвался сонный Цзытао.       – Не знаю, чего хочу сейчас больше: обнять тебя или все-таки выпороть…       – Прости меня, – Чонин пересек комнату и, сбросив в сторону медальон, обнял Тао. – Пожалуйста, прости. Я не буду убегать. Я принимаю вашу волю.       – Что случилось?       – Черный дракон говорил со мной во сне…       – Черный? Другой черный? – удивился Тао. Он гладил Чонина по грязным волосам и разнимать объятий не спешил. – Расскажи.       – Думаю, это был я сам. Мой дракон. Вчера у нас с ним разлад небольшой вышел. Но потом мы летали…       – Летали? – Тао чуть отодвинул Чонина и заглянул в глаза. – Кто-то видел?       – Нет, – замотал головой принц, снова утыкаясь старшему носом в плечо. – В общем, мне кажется, мы друг друга поняли. Вы ведь плохого мне не желаете, а значит, мне и моему дракону – нам обоим стоит довериться вам с Ифанем.       – Спасибо за доверие. Мы действительно думаем о твоей безопасности в первую очередь. Хотим для тебя спокойной жизни.       – Я согласен уехать с генералом До, только, Тао, как же мне быть с моим драконом? Как выпускать его, чтобы никто не узнал?       – Придется потерпеть годик. С молодым драконом легко договориться, не волнуйся. И я дам тебе пастилки из желтиники.       – Желтиника не панацея, – вдруг вспомнились слова Чанёля. Чонин тут же пересказал всю встречу со странным драконом, а в ответ услышал искренний смех.       – Инструктор по ментальному контролю? – веселился Цзытао. – Кто-то придумал профессию, чтоб деньги срезать с дурачков.       – Но его методика с дыханием помогла…       – Случайное совпадение. Ты не волнуйся. Твой дракон молод, сильной эмоциональной привязки не должно быть. Но если совсем станет невмоготу, сообщишь мне, я найду доверенного человека, который вывезет тебя в безопасное место, чтобы мог порезвиться.       – А может проще рассказать правду генералу До? – осторожно предположил Чонин. – Можно попросить тренировать моего дракона.       – Нет! – Тао сверкнул глазами и продолжил довольно жестко: – Генерал о драконе знать вообще не должен!       – Вы ему не доверяете? – удивился Чонин.       – Доверяем ему самое ценное, что у нас есть – тебя, – Тао присел на край кровати и привлек Чонина следом, обнимая за плечи. – Тебе не понять, он сейчас тоже под пристальным вниманием, кое-что творится в высших кругах, и генерал До может сыграть одну из ключевых ролей в возможной интриге.       – Переворот?!       – Пока нет. Но знание о твоем истинном драконе может как развязать генералу руки, так и связать его полностью, поставив под угрозу. И больше ни о чем не спрашивай, а то опасность будет грозить и тебе.       Тао быстро закончил разговор и поспешил уйти, оставив Чонина в недоумении и с кучей вопросов. Только задавать их принц никому не собирался. Теперь стало понятно, что эта поездка и замужество – всё не просто так. Его отправляют подальше, генерала отправляют подальше, в столице что-то происходит…