Ты моя погибель

Снова снятся кошмары. Снова кабинет математики. Снова вечер. Снова закрытая дверь. Каждый раз Джин пытается найти выход. Стучит в дверь, выпрыгивает из окна, пытается найти хоть что то, что может помочь отбиться. Но его снова не спасает ни окно, ни дверь, которую не удается выбить, ни циркуль, который лежал у него в пенале. Ничего. Он не смог сбежать в реальной жизни, так и во сне этого шанса ему не предоставили. Неужели, он всегда будет заперт в этом кабинете? В своих воспоминаниях? Разбудил его очередной звонок на телефон. Телефон Тэхёна, который видимо настолько крепко спит, что не слышит уже третий звонок. Приоткрывая глаза, Джин видит Тэхёна. Он же ложился к нему спиной, разве нет? Не выспался. Тэхён все так же обнимал подушку. Лицо его было слегка опухшее, а губы все так же слегка надуты. Волосы, кажется, еще сильнее распушились. Он был похож на ребенка. Так и хотелось прижать к груди и погладить легко, почти невесомо по голове, а потом поцеловать в лоб и осторожно разбудить. Разбудить хотелось больше всего, чтобы он уже ответил на этот звонок. Переворачиваясь на спину, Джин протер глаза и принялся разглядывать потолок. Ужасно хотелось спать. Ему бы еще хотя бы часик поспать. Но понимал, что стоит ему заснуть как приснится тот же сон. Просыпаться в слезах при Тэхёне не хотелось от слова совсем. Лишние вопросы не нужны. Да и мама скоро позовет на завтрак. Он все еще не понимал, почему даже в свои заслуженные выходные, она просыпается чуть ли не в шесть утра. Завтрак приготовить они могут и сами, но мама видимо этого не понимает. По ее словам, она просто привыкла вставать рано, но верится плохо. Когда они вообще с мамой проводили время? Не считая завтраков и вчерашнего вечера. Джин честно говоря, не помнит даже когда они нормально разговаривали. На неделе мама возвращается поздно, и Джин к этому времени уже спит, а на выходных она либо уходит с Чахён по делам, либо сидит в своей комнате. Они живут как соседи. После ухода отца, мать каждую ночь плачет. Все еще не может принять то, что он ушел. Бросил. Джин долгое время приходил к ней, обнимал, гладил по спине и ничего не говорил. Самому было больно. А потом отпустил. Всю боль, надежду и отчаяние. Он понял, что отец бросил их. Не справился. А вот мама понять не может. Ким не может ее винить. Она безумно сильно любила его. Еще с самой школы они были вместе. А тут человек, ради которого ты пойдешь на все, без которого ты не представляешь как жить – ушел. Джин злился. Ругался с ней, говорил забыть, и в ответ получал обещания. Обещания, что отпустит. Но к сожалению, это были только обещания. Чахён же не помнит отца. Видела лишь на фотографиях и видео, которые были сняты незадолго до его ухода. Она не скучает. Она не хочет, чтобы он возвращался. Он ей не нужен. Она так же слышит истерики матери, и не понимает почему. Почему женщина, которую бросили из-за своих страхов – плачет. Отец не заслужил и одной слезинки. Что ж, тут их мнение сходилось. Нет, Джин не ненавидит отца. Но неприязнь и обида есть. И он точно знает, что стоит тому вернутся, Ким сделает все, чтобы тот ушел туда откуда вернулся. Несмотря на слезы матери, несмотря на свое желания просто обнять его. Он это сделает. Садясь Джин поворачивает голову к Тэхёну и начинает легонько пихать в плечо. Ноль реакции. – Тэхён, просыпайся, – почти шепотом проговорил Джин, видя что никакой реакции от парня нет, начал говорить уже громче. – Тэхён. Тэхён слегка нахмурил брови и стал открывать глаза. – Пить... – сипло проговорил Тэхён. Джин молча встал и пошел на кухню. Хоть бы мамы там не было. Но сегодня видимо опять не его день. – Доброе утро, – поцеловав сына в макушку, женщина продолжила готовить завтрак. – Доброе, – наливая воду из кувшина проговорил Джин. – Кушать будете? Не хотелось завтракать при маме. Вопросов точно не избежать, и не только Джину. Женщина точно начнет расспрашивать Тэхёна о том, где и как они познакомились, сколько они дружат. Знает ведь, что Джин не ответит не на один вопрос. Но даже если они пойдут есть, когда ее уже тут не будет, она все равно придет. Она не упустит этот момент. – Я спрошу у друга. Пока мама не спросила что-то еще, Джин быстрым шагом вышел из кухни. Тэхён уже сидел на кровати все так же обнимая подушку, и смотрел куда-то в стену. Еще не проснулся. – Держи, – и протянул стакан с водой. – Спасибо, – робко поблагодарил Тэхён. Видимо ему неловко, что Джину пришлось его привести к себе. Джину, на самом деле, тоже немного не по себе. Он никогда не приводил друзей, кроме Чонгука. Да еще и выпивших. Даже Чона он всегда отводил домой, если тот уже порядком накидался. Тэхён первый, кого он привел к себе. – Ты как себя чувствуешь? – присаживаясь на кровать интересуется Джин. – Голова болит, а так нормально. – Ты завтракать будешь? – смотрит на Тэхёна. – А потом я тебе таблетку дам. – А без завтрака не дашь? – в шутку спрашивает Тэхён. – Нет, – по лицу понятно, что Джин предельно серьезен, но в голосе слышны нотки веселья. – Тогда буду. – Тогда пошли, – подходя к двери, Джин остановился и посмотрел через плечо на парня. – Но будь готов, сейчас посыпятся вопросы. И не дожидаясь ответа Ким пошел на кухню, слыша как сзади тихонько идет Тэхён. Присаживаясь за стол, Джин указал кивком на стул напротив. Тэхён ничего не говоря, прошел и сел на указанное место. Есть не хотелось. Но Джин и сам понимал, что кроме бутербродов он ничего не ел. Ему проблемы со здоровьем не нужны. Хотя они точно уже есть. Но пока парень об этом не знает, значит их нет. Все просто. Размазывая кашу по тарелке, Ким пытался уговорить себя хотя бы ложку съесть. Но не получалось. Словно еда застрянет комом в горле и не даст даже вздохнуть. Почему он так боялся поесть? Это уже пугает не только мать. Раньше Джин всегда питался три раза в день, а то и больше. А сейчас не может даже смотреть на еду. Постоянно заставляет себя. Если бы он мог, то питался бы только чаем. Но он не мог. Поэтому приходится упрашивать себя. Достало. – Как тебя зовут? – присаживаясь за стол, добродушно спросила женщина. – А то мне Джин даже имя твое не сказал. Блять. – Тэхён, – уплетая кашу ответил парень. – Ким Тэхён. А вот теперь понеслось. Удачи тебе Ким Тэхён. – Как вы познакомились? – Мы одногруппники, – вот тут видимо Тэхён и понял, что Джин имел ввиду, поэтому уже поглядывал на парня, словно искал поддержки. – Вы... – помолчала женщина, пытаясь подобрать слова. – Встречаетесь? Что? Джин опешил, да и Тэхён видимо тоже. Они пытаясь понять, правильно ли услышали женщину, смотрели друг на друга практически не моргая. С чего такие выводы? Они не выглядели как парочка. Они даже на друзей плохо смахивали, а мама как-то увидела отношения. Она удивляет все больше и больше. Нет, маму тоже можно понять. Она уже давно говорит о том, что пора бы найти парня или девушку, что ему нужна поддержка именно от любящего человека. И вот тут Джин приводит парня, которого мама не видела. А кроме Чонгука она уже давно никого не видела. Но почему она решила спросить об этом именно сейчас? Так еще и у Тэхёна. Понимает, что сын ей ничего не расскажет? Может быть. Только вот рассказывать нечего. Джин на все разговоры про отношения, лишь отмахивается, либо уходит подальше от матери. Он считает, что отношения нужно начинать лишь когда сможет отпустить прошлое. А прошлое не отпускает. Значит и отношений нет. Зачем травмированному человеку, травмировать другого человека? А он знает: либо его бросят от греха подальше, либо станут такими же как он. Он не знает, что такое любить не причиняя боль. Его этому не учили. Научили лишь видеть как предают. Его. – Нет, – в один голос ответили парни. Голос Джина звучал ровно, а вот Тэхёна как-то... печально? И это немного напрягло Джина. Почему он... расстроился? Или Джин услышал это именно так? Слишком много вопросов. Мама же как-то расстроено вздохнула, а потом посмотрела на сына таким взглядом, что стало понятно все без слов. Не верит. Будто знает что-то, чего не знают парни. Странно это все. – Ладно, – женщина добродушно улыбнулась. – Не буду вам мешать. Тэхён, приятно было познакомиться, – и не дождавшись ответа, вышла. Как-то резко она все закончила. Джин уверен, у нее было еще много вопросов. Может, пошла расспрашивать у Чахён? – У тебя хорошая мама, – Тэхён уже доел кашу и принялся пить чай. – Ага, – очень хорошая. Не собирается спасать себя, так и сына тоже не спасла. Не тогда, не сейчас. Так и живем. Сын и мать – морально убитые люди. Почти убитые. Еще чуть-чуть и точно конец. Кому-то из них точно. – Ты совсем не поел, – Тэхён видимо понял, что тема про родителей парню неприятна, поэтому не придумал ничего лучше, как спросить про еду. – Не люблю завтракать. Пойдем в комнату? Тэхён чуть заторможено кивнул и хотел уже напомнить про таблетку, но Джин уже ушел. – Джин, ты обещал дать мне таблетку, – заходя за парнем в комнату и закрывая за собой дверь. Ким на это ничего не ответил, а лишь принялся искать что-то у себя в комоде. Покопавшись еще пару минут, он наконец достал из первого ящика, таблетку и протянул Тэхёну. Тот тихо поблагодарив и выпив таблетку, он стал наблюдать как Джин спокойно ложится обратно на кровать и смотрит на потолок. – Я очень хочу спать, – устало выдохнул. Тэхён видимо принял это как намек, чтобы он проваливал, поэтому встал и начал искать свои вещи. – Ты можешь остаться, – смотря на парня, проговорил Джин. Почему-то именно сейчас он не хотел, чтобы парень уходил. Он не хотел сидеть тут в одиночестве. Точнее боялся. Словно стоит Тэхёну выйти за пределы комнаты и Джин больше его не увидит. Никого не увидит. Не выдержит. В груди щемит, не давая сделать вздоха. Он чувствует как еще немного и из глаз польются слезы. Он боится, что в этот раз его терпению придет конец. Боится захлебнутся в своих же слезах. Боится что боль окончательно поглотит его. Джин просто боится. Поэтому он лучше посидит с Тэхёном, чем останется один. Ни за что. – Что? – в его голосе слышны нотки удивления. – Не уходи... «Я даже умолять тебя готов» – подумал Джин. Тэхён явно не ожидавший такой просьбы, продолжил стоять с рубашкой в руке и смотреть на Джина. Видимо пытался понять причину. Что же заставило Джина попросить такое. И видимо понял. За секунду его взгляд изменился. Он смотрел так... Так как Джин не хотел. Джин ненавидел этот взгляд. Неважно от кого. От мамы, Чахён, Чонгука. Он всем нутром ненавидел этот взгляд. Жалость. В его взгляде он видел жалость. Такая искренняя, что захотелось сквозь землю провалится. В его взгляде читалось желание помочь. Он просил выговорится ему, попросить о помощи. Но видимо так и не понял. Помочь он не сможет. Никогда. Стало гадко. Мерзко. Тошнотворно. Желание заплакать, кажется, только увеличилось. Ощущение, словно сердце в трещинах, стало распадаться на маленькие кусочки, и падать куда-то вниз. Давит. Ужасно давит. Джин никогда себе не простит, если заплачет сейчас. Но в голове мерзкий голос твердил, что он должен это сделать. Что больше он не выдерживает. Что Тэхён рядом. Что рядом с ним можно. Что станет легче. Отвернувшись, чтобы больше не видеть эти глаза полные жалости, Джин смотрел в окно. Пасмурно. Что ж, в душе у Джина так же, так что не обидно. Очень хотелось выйти на улицу и увидеть голубое небо без единого облака, солнце. Он сможет когда-нибудь увидеть солнце? Тэхён молча присел на сторону где он спал и будто боялся сделать лишнее движение. По-моему он даже не дышал. – Если хочешь, то можешь уйти, – спокойно проговорил Джин, продолжая разглядывать спину знакомого. Он не хотел, чтобы тот уходил. Нет. Но и держать его не станет. Несмотря на страх, несмотря на нежелание оставаться одному. Выбор за ним. – Я не хочу уходить, – тихо, дрожащим голосом ответил Тэхён. Словно он боялся, что Джин сейчас разозлится и выгонит его. Боялся Джина. Его реакции. Тэхён аккуратно пересел и облокотился на стену сзади, и пододвинул коленки к груди. Молча смотрел куда-то в стену, стараясь даже дышать тише. Джин перевернулся на бок лицом к парню, и не отводил взгляда с его профиля. Он не устанет говорить о том, какой же Тэхён красивый. Красивый во всем. Особенно улыбка. Возможно, его улыбка – это самое красивое, что видел Джин. Но сейчас он видел волнение, тревогу... Страх. И Ким искренне не мог понять причину. Что его так пугает? Просьба? Или страх того, что Джин может разозлится? Неужели он за такой короткий срок, так сильно напугал его? Он этого не хотел. Сейчас он хотел видеть ту самую улыбку, которая отличалась от всех, что Джин видел. Хотел видеть счастье в глазах, а не тревогу. Хотел видеть Тэхёна счастливым, а не напуганным. Джин уверен, что если бы он хотя бы на секунду увидел то счастье, стало бы легче. Не сильно, но легче. Хотя бы на пару минут эта давка внутри отпустила бы. Это ощущение, что внутри что-то рассыпается по кусочкам – ушло. – Почему ты напуган? – в лоб спросил Ким. Тэхён видимо не ожидал такого вопроса, вздрогнул и посмотрел на парня. Нет этого взгляда. – Я не напуган. – Из-за того, что я попросил тебя остаться? – проигнорировав ответ парня, Джин продолжил. – Или из-за того, что я могу разозлится? – хотелось узнать правду. Ким не хотел давить, но понимал, что по-другому ответа не дождется. Он даже не думал контролировать себя. Он хотел лишь получить ответ и эту чертову улыбку. Ему нужно это как никогда. Ему хочется спокойствия, хочется чтобы эта буря внутри стихла. Тишина. Слышно лишь как в гостиной работает телевизор. Мама снова смотрит сериал. Слышно как из комнаты Чахён играет музыка. Видимо снова читает какой-то роман, который конечно же закончится хорошо. Она не может читать без музыки, ей всегда нужно чтобы на фоне играла песня, которая по ее мнению идеально подходит под сюжет. А комната Джина словно в вакууме. Он даже не слышит своего дыхания. Своего биения сердца. Они лишь смотрят друг другу в глаза и не издают звуков. Возможно, даже не дышат. Тишина. – Это просто было неожиданно, – шепотом ответил Тэхён. Значит все-таки первое. Ну, хотя бы он не боится Джина. Вроде. Джин резко вздохнул через нос. Оказывается, он не дышал до этого момента. Хотелось поговорить. Возможно, даже рассказать что-то о себе, о своей семье, о своем прошлом. Но слов не было. Сколько бы Ким не пытался в голове придумать тему для разговора, ничего не лезло. Все было не то. Видимо не все желания Джина сбудутся. – Тебе кто-то звонил. Три раза, – не придумав ничего, он решил перевести тему. Пусть лучше он сидит в телефоне, чем они так и продолжат молчать, не зная о чем поговорить. Тэхён нахмурившись повернулся и взял телефон в руки. Что-то посмотрев там, а после напечатав сообщение, он видимо решил, что Джину нужно знать о том, кто же звонил. Либо тоже хотел хоть как-то завязать диалог. – Это Чимин, – сказал, все еще печатая сообщение. – Он все еще у Чонгука. Спрашивает дома ли я, – повернулся к Джину лицом. – Что ответить? – Решай сам, – и потянулся за чаем, который стоит на тумбочке. – Можешь сказать, что у меня, или соврать и сказать, что я вчера проводил тебя до дома. Тэхён видимо немного подумал над ответом, а после продолжил отвечать другу. Дописав сообщение о лег на кровать и стал смотреть в потолок. Джин же в свою очередь так и продолжил лежать на боку и смотреть в окно. – Почему... ты попросил остаться? – голос его был слегка взволнованный. Будто он и сам не понял. Он прекрасно видел состояние Джина в тот момент. Понял, что парню это просто нужно. Нужно быть с кем-то. – Мне это нужно, – Джин решил не увиливать от ответа. Врать не хотелось тем более. Он заслужил знать правду. – Мне нужно... – увидеть твою улыбку, чтобы стало легче. Это ему знать не обязательно. – Чтобы кто-то был рядом сейчас. Тэхён на это просто кивнул. Было видно, что он хочет узнать что-то еще, но так и не решается. Понимает, что можно не ждать от Джина правдивого ответа. Ким не тот человек, который может рассказать все, так что если он и говорит правду, то редко. Иногда даже непонятно когда он лжет, а когда слова правдивы. – Расскажи о себе, – Ким и сам не ожидал от себя такого вопроса. Ему просто хотелось слышать голос Тэхёна. Иначе в этой тишине он снова уйдет в свои мысли. Он не хотел этого от слова совсем. – Ну... – помолчал немного. – Что ты хочешь узнать? – Все, что ты можешь рассказать. – Я из Тэгу. Переехали мы сюда, когда мне было лет пятнадцать... – Почему вы переехали сюда? – перебил Джин. – У отца были какие-то проблемы и нам пришлось уехать, – ухмыльнулся Тэхён. – Мне не рассказывают таких подробностей. Да и тут мне нравится. Я познакомился со многими людьми, хотя раньше был ужасно стеснительным, – в чем-то они похожи. – Тут я встретил Чимина. Это самое главное. Ради него я даже готов остаться тут навсегда. Джин видел как начинают светится глаза у Тэхёна, когда речь заходит о Чимине. Было видно, как он любит своего друга. Он ценит его. Ким видел пару раз, с какой нежностью Тэхён смотрит на своего Пака, с какой осторожностью помогает ему. Он всегда слушает Чимина, даже если тот говорит откровенную чушь. Заступается за него, когда кто-то начинает подкалывать Чимина. Он вспомнил как вчера по пути на вечеринку, Чонгук стал шутить над ростом Чимина, а Тэхён начал за него заступаться. Не замечая, что Чимину не обидно, и что Чонгук говорит это не всерьез. Джин даже подумал, что все, конец дружбе. Но вроде обошлось. Джин видел как Чонгук делает тоже самое к нему. Всегда. Делал ли что-то Джин в ответ? Нет. Он никогда не заступался за друга, просто потому что его не было рядом. Он либо снова сидел дома и не отвечал на звонки, даже не думая о том, что друг переживает за него, либо в кабинете не подозревая, что возможно именно в этот момент он нужен Чонгуку. Он давно не поддерживал его, не давал советы и не обнимал позволяя разрыдаться. Да и Чонгук уже давно не рассказывает о своих проблемах, не просит совета и не плачет из-за своих трудностей. Он плачет лишь из-за проблем Джина. Джин это знает. Знает, что Чон приходит домой и плачет. Всегда из-за Джина. Часто Джин даже не слушает своего друга. Он всегда витает в облаках. Всегда думает обо всем, но не слушает Чонгука. Он даже не пытается. Ким никогда не поймет, почему Чонгук все еще рядом. Ему давно пора было уйти не оглядываясь. Джин это заслужил. Не заслужил он как раз таки Чонгука. Херовая у них дружба. Ким в очередной раз убеждается в этом. Может, не стоило приходить тогда? Не позволять прощать? Стоило уйти раз и навсегда? – Чонгук очень любит тебя, – Тэхён словно прочитал его мысли. – Он готов пойти на все ради тебя. Он знает. Прекрасно это знает. Но готов ли Джин принять это? Готов ли пойти на все ради Чона? Не найдя что сказать, Джин лишь кивнул и перевернулся на спину, а после сел облокотившись на стену. Тэхён видимо понял, что разговаривать на тему дружбы Джин не хочет, поэтому просто молча лежал и ждал. Ему не хотелось оборвать итак тоненькую ниточку, из-за глупых вопросов про Чонгука и Джина. Он боится, что начало чего то нового оборвется, так же быстро как и началось. Ну уж нет. Джин уже хотел продолжить разговор на более нейтральную тему, но не успел из-за звонка на телефон. Телефон Тэхёна. Может, у него есть дела, а он сидит тут с Джином? Зря он попросил остаться. – Слушаю, – Тэхён повернулся к Джину и одними губами улыбнулся. – Да, Чимин, я у Джина. – из телефона донёсся писк, а потом довольный голос. – Не ори мне в ухо, пожалуйста. Джину вдруг стало так смешно с их общения, что он ели сдерживался, чтобы не засмеяться в голос. Он вспомнил, как раньше они с Чонгуком общались именно так. Чон постоянно кричал в трубку, а Джин на это злился и они начинали ругаться. Но всегда в конце звонка они уже смеялись со всей этой ситуации и решали кто к кому пойдет в гости. Всегда Джин шел к Чону. – Чимин, ты зачем звонил вообще? – услышав ответ, Тэхён устало вздохнул и почти плачущим голосом произнес: – Нет, не приходи, пожалуйста. Я не хочу тебя видеть, – но Чимина видимо это не волновало, поэтому он что то сказал и сбросил. Джин не расслышал, что же он ответил. – За что мне это все? – Что случилось? – и прикрыл рот рукой, чтобы не засмеяться в голос. – Чимин сейчас придёт. С Чонгуком. А вот сейчас Джину не смешно от слова совсем. Он не хотел видеть Чона. Обида из-за вчерашнего случая еще не утихла, а ругаться с ним не хотелось. Да и стыд после мыслей о дружбе, никуда не ушел. Ким понимает, что как только он увидит друга, то сначала накричит на него, а потом расплачется. А там и до извинений не далеко, а Чон даже не поймет причину всего этого. Слишком много причин не видеться сейчас с ним. Даже больше, чем кажется на первый взгляд. Но выбора нет. Выгнать сейчас Тэхёна он не может, только потому что парни идут за ним. – Хорошо. Джину нужно покурить. Ему нужно успокоится. – Ты не против? – тихо спросил Тэхён. – Даже если бы я был против, ничего не изменить, – пожав плечами, Джин встал и подошел к окну. На улице все так же облачно. Скорее всего, скоро пойдет дождь. На площадке играют дети. Джин уверен, что даже если сейчас начнется ливень, детям будет наплевать. Они так и продолжат кататься на качелях и играть в мяч. Хотелось вернутся в то время, когда единственная твоя забота – это провести с друзьями побольше времени. А может, и в его возрасте у людей забота – это повеселится, погулять, отдохнуть с друзьями? Может, Джин этого просто не заслужил? Может, он теперь всю жизнь будет расплачиваться за ошибку? За чужую ошибку. Переводя взгляд влево, Ким увидел два знакомых силуэта. Чонгук и Чимин идут быстрым шагом и что то обсуждают, иногда посмеиваясь. Проходя мимо гостиной, Джин заметил мать. Нужно предупредить. – Мам, сейчас Чонгук придет. И Чимин, – про Чимина не хотелось говорить, но она бы все равно увидела его, так что нет смысла скрывать. – Кто такой Чимин? – Друг... Чонгука и Тэхёна. Не желая продолжать разговор, Ким зашагал ко входу, чтобы открыть дверь. – О, а мы только звонить собрались, – с улыбкой на лице проговорил Чимин. Показывая рукой и пропуская парней внутрь, Джин закрыл дверь и стал ждать когда парни снимут обувь. – Мама дома? – поинтересовался Чонгук. – Да. Джин боится даже рот открыть. Боится не выдержать. Когда парни закончили с обувью, они отправились в комнату к Джину, по пути здороваясь с мамой. Тэхён уже успел встать с постели и переодеться в свою одежду. Он стоял у зеркала и пытался привести волосы в порядок. Домашние вещи аккуратно сложены и лежат на краю кровати. Глаза у Тэхёна слегка красные, из-за чего сразу понятно, что он не выспался. Поэтому он всегда их трет, но это не помогает. – Ты как? – первое что спросил Чимин, как только вошел в комнату и увидел Тэхёна. – Отлично, – Тэхён видимо тоже обиделся на друга, за вчерашний случай. Что ж, они заслужили. Никак не влезая в диалог, Чонгук и Джин сели на кровать и стали смотреть, что же будет дальше. Чонгук пару раз пытался начать диалог, но Ким либо игнорировал, либо одним взглядом говорил замолчать. Лучше молчать. Так будет лучше, да? Джин просто промолчит, чтобы не поругаться. Они и так слишком много ругаются. Да и нет ничего такого в том, что Чонгук ушел и оставил его, хотя знал как Джину сложно. Этот случай не стоит никаких ссор. Ким просто успокоится, проглотит обиду, и уже завтра забудет об этом. Чон не заслужил этих обид. Обижаться должен он, а не Джин. Да, все именно так. Но сколько бы Ким себе это не говорил, горькая обида стоит комом в горле, не желая исчезать. Под ложечкой засосало. Обида растекается по всему организму мучительно медленно, и никакое желание забыть не помогает. Если Чонгук не уйдет, то Джин просто не выдержит. – Не хочу я с тобой разговаривать, – пока Джин витал в облаках, Тэхён и Чимин видимо успели поругаться. Тэхён не дожидаясь ответа взял свой телефон, вышел из комнаты и направился к выходу из квартиры. – Выслушай ты меня, – Чимин вышел за своим другом и чуть ли не крича, так же пошел к выходу. Догонять их не хотелось. Им сейчас нужно обсудить все, что произошло вчера. Джин уверен, завтра они уже помирятся. Услышав хлопок двери, Джин встал и стал убирать вещи, в которых был Тэхён, в комод. Так и не сказав даже слова, Ким надеялся, что друг все поймет и уйдет. До завтра им видется нельзя. – Выслушаешь меня? – виновато проговорил Чон. Нет. Только не это. Еще одно слово от Чонгука и Джин либо заплачет, либо начнет кричать и обвинять весь мир в несправедливости. – Я виноват, – видимо приняв молчание за согласие, Чонгук продолжил. – Прости меня. Пожалуйста, не надо. Даже если Чонгук и виноват, он не должен был извинятся. Извинятся должен Джин. За то, что он никогда не благодарил друга. За то, что всегда получал поддержку, но никогда не давал ее в ответ. За то, что всегда плакал у него на груди, но никогда не давал плакать ему. За то, что всегда знал, что Чон заступится, но никогда не заступался в ответ. За то, что всегда получает советы, но никогда не давал их ему. За то, что Чонгук всегда плачет из-за Джина. Даже в этой ситуации виноват Джин. Почему он не мог находится рядом с ним на вечеринке? Почему он опять думал о своих проблемах, и даже не заметил как тот ушел? Почему он пошел в комнату Минхо, а не позвонил другу? Почему пообещал подружится с парнями, но, на самом деле, даже не пытался? Во всем виноват Джин. Всегда. – Я думал, что раз ты с Тэхёном, то мы с Чимином можем уйти, – потирая ладошки, Чон смотрел себе под ноги. – В тот момент я даже не подумал о том, как тебе трудно сближаться с людьми. О том, что я нужен тебе... Нужен. Чонгук пиздец как нужен Джину. Ким уже и не помнит как жил без него. Если бы не Чон, Джин бы не выдержал. Только он держит его на плаву. Только Чонгук поверил ему. Только Чонгук был с ним. Только Чонгук боялся за него. Только Чонгук был готов на все, чтобы помочь Джину. Только Чонгук отказался от всех, ради Джина. Только он. Чон сам только недавно начал заводить новые знакомства. Все это время он был только с Джином, хотя тот его не просил. Он перестал общаться со всеми, кто косо посмотрит на Кима. И когда он решился завести друзей, он долго боялся в этом признаться Джину. Ким честно, даже не понимал причину страха. Он был рад за него. Чонгук принял всё близко к сердцу. Каждую душевную рану Джина, он переживал вместе с ним. И делает это до сих пор. Джин без Чонгука никто. А Чонгук с Джином никто. Чон хоть и старается держаться, но Джин видит, как тот погибает. Знает, что не прошло и дня, чтобы Чонгук не плакал из-за него. Из-за его боли. Из-за его прошлого. Чонгук погибает вместе с Джином. Из-за Джина. Вместо обиды, пришла боль за друга. Будь она проклята. Джин так и продолжал стоять лицом к стене, боясь повернутся к другу. Предательские слезы не желают останавливаться. Мокрые дорожки на щеках, как бы сильно Ким их не вытирал, все равно появляются. Прикрыв глаза и шмыгнув носом, он старался успокоится. Простояв в полной тишине, Джин вдруг почувствовал руки на талии и как его осторожно прижимают к себе. Тело моментально напряглось, а дышать вдруг стало трудно из-за боли в ребрах. Не из-за объятий. – Прости меня, пожалуйста, – положив голову на плечо, Чон надул губы и стал смотреть на друга своими оленьими глазками. – Я больше так не буду, правда. – Чонгук, – повернув голову к другу, чтобы видеть его, Джин немного помолчал, надеясь, что его голос не будет дрожать. – Тебе не за что извинятся. Ты не должен всегда следить за мной, запомни это уже, – как бы Ким не старался держаться, но слезы продолжали идти. Чонгук не должен был видеть эти слезы. Чонгук долго всматривался в глаза друга, ничего не отвечая. Словно в глазах он хочет увидеть все, о чем Джин думает сейчас. Узнать почему плачет. Почему в глазах не обида, которую он ожидал увидеть, а боль, которая пробирается куда-то внутрь Чона. Он снова принял близко к сердцу боль Джина. Джин опешил, когда увидел как глаза друга наполняются слезами. Этого Джин точно не ожидал увидеть. Он даже не знает, что делать в этой ситуации. Но понимает, если сейчас ничего не сделает, то потеряет, возможно, последнюю надежду на исправление ошибок. Джин себе не простит, если просто промолчит сейчас. Он нужен Чонгуку. Впервые за четыре года он видит как Чонгуку нужна поддержка. Не придумав ничего лучше, Ким развернулся к другу всем телом и обнял его, мягко поглаживая по голове. Хотя сам плачет в три ручья. – Ну ты чего? – тихо спросил Джин. Чонгук видимо только пришел в себя и аккуратно обнял друга в ответ. Не выдержав, он стал плакать Джину в плечо, тихо всхлипывая и все крепче прижимаясь к Киму. Сейчас на первом месте стояло поддержать друга. Джина не волновало то, что в любой момент может зайти мать. Не волновало то, что футболка на плече намокла, и неприятно прилипала к коже. Не волновали свои собственные слезы, которые Ким даже уже не пытается остановить. Сейчас есть только Чонгук. Хотя бы сейчас он должен подумать о нем. – Мне больно видеть твои слезы, – мягко оттолкнув друга от себя, и осторожно взяв его лицо в руки, Джин стал вытирать слезы. – Никто не заслужил твоих слез, Чонгук, – и мягко улыбнулся. – Ты понял меня? – дождавшись робкого кивка, Ким снова обнял друга и стал покачиваться из стороны в сторону. – Я испугался, что ты... – вздохнув, Чонгук не мог решится сказать то, чего он боялся больше всего. – Хочешь прекратить общение. – Как ты это понял? – Джин правда не понимал, с чего такие выводы. Он даже и намека не дал на это. – В глазах, – его голос дрожал. – В твоих глазах я увидел, как ты решаешься на это, – после этих слов послышались всхлипы. Чонгук опять заплакал. Сердце пропустило удар. Ким даже себе признать не смог, что сейчас готов был отпустить Чона, а тот увидел все это. Ему даже не нужны были слова, он все понял по глазам. Неужели Чонгуку настолько важна дружба с Джином? Ответ очевиден. Как Джин мог даже подумать о том, чтобы сейчас оставить Чонгука? Оставить дружбу. Стыд захлестнул Кима и единственное, что сейчас хочется – это извинится. Но нужно ли это Чонгуку? Помогут ли извинения сейчас? – Давай я тебе воды принесу? – поменял тему. Сбежал. Опять. Дождавшись когда Чонгук отпустит, Джин вылетел из комнаты и направился на кухню за водой. Как он мог даже подумать об этом? Чонгук столько делает для него, а в ответ получил это. Когда уже Джин перестанет доводить его до слез? Уперевшись руками на стол, Джин опустил голову и пытался выравнить дыхание. Слезы наконец-то перестал идти, но еще немного и пойдут снова. Сейчас не до его слез. Он должен держаться. Чонгук ведь всегда держится. – Твои друзья ушли? – мама зашла на кухню и открыв холодильник начала в нем что то искать. Вздрогнув, Ким поднял голову и взглянул на маму. Сначала он даже не понял про кого она спрашивает. Он совсем забыл про парней. – Да, остался только Чонгук. – Хорошо, – взяв яблоко, женщина чмокнула сына в висок и ушла в гостиную где сейчас Чахён смеется, видимо с какой-то шутки в сериале. Протерев глаза, Ким налил воды и пошел к себе в комнату, стараясь не думать ни о чем. Чонгук уже сидел на кровати подогнув левую ногу под другую, и протирал глаза. Успокоился. Протянув кружку с водой, Джин сел и взглянул Чону в лицо. Джин ненавидел такие дни, когда все чувства захлестывают его. Обида, боль, стыд, злость. И все это перемешивается между собой, и уже и непонятно, что ты чувствуешь на самом деле. А после этого приходит опустошение. Нет никаких чувства, никакого желание, что либо делать, или объяснять. Хочется лишь спать. Ким устал от этого. Он хочет почувствовать радость, уверенность в завтрашнем дне. Он хочет почувствовать облегчение. Просто в один день проснутся и понять, что отпустило. Все прошло. Больше нет этой тяжести в груди, нет этих снов после которых просыпаешься в слезах, нет тех воспоминаний, нет прошлого. Но приходит лишь пустота. Хотя и этому нужно радоваться, да? – Прости, я сам не ожидал, что заплачу, – Чонгук смотрел в стакан, словно пытался там что то увидеть. – Ты серьезно извиняешься за это? – забрав стакан из рук друга и поставив его на тумбочку, Джин взял его руки в свои и наклонил голову вбок, пытаясь поймать взгляд друга. – Ты можешь хоть каждый день приходить ко мне и плакать, – услышав смешок, Ким слегка сжал руки друга. – Я серьезно. Не только же тебе меня поддерживать. – Тебе это нужнее, – Чон наконец поднял голову и посмотрел на друга. Проглотив вязкую слюну, Джин пытался держать себя в руках. Ким всегда знал, что Чон сделает все, чтобы ему стало легче. Но когда он говорит это напрямую, внутри каждый раз что то обрывается. Чувство вины разрастается все больше и больше. – Тебе тоже это нужно, – Джин осмотрел свою комнату пытаясь подобрать слова. – Пообещай мне, что если тебе нужна будет помощь или поддержка, ты расскажешь мне. Хорошо? Чон поджал губы и смотрел на друга пытаясь понять, серьезно он это говорит или нет. Он не считал, что ему нужна эта помощь. Помощь нужна Джину. Чонгук давно уже не думает о своих проблемах, все его мысли заполнены Кимом. Иногда он настолько боится за друга, что может прийти к нему без предупреждения. Ему просто нужно увидеть, что с другом все хорошо, и сразу становится спокойней. Да, Джин ворчит на него, мол, «Перестань ты так переживать» или «Поверь, умирать я пока не собираюсь. Так что прекрати меня опекать». Но Чон не может по-другому. Он и сам понимает, что переходит границы. Что с Кимом ничего не случится. Но причина его переживаний совсем не физическая травма. Ким изводит себя. Он своими мыслями, сам себя уничтожает. Он и сам это знает, но давно не пытается изменить это. А вот Чон надежд еще не теряет. Именно поэтому он и заплакал. Он испугался того, что увидел в глазах друга. Решимость. И не нужно быть умным, чтобы понять на что он решился. Только вот Чон на это не решился, да и не решится никогда. Даже в этом случае, он боялся не за свое эмоциональное состояние, а за состояние друга. Он ведь не сможет пережить это. Это будет его концом. И если бы, Чонгук позволил другу прекратить общение, то последняя надежда бы исчезла. Пропала бы бесследно. Чонгук не мог этого допустить. И сейчас Чонгук не мог понять друга. Что с ним случилось? Почему он вдруг начал переживать за него? На него что то повлияло, но что, парень понять не мог. Может, они с Тэхёном обсуждали что то? Или на него так повлияли слезы Чонгука? А может, это его мысли, которые контролировать ему все сложнее и сложнее? Чон не знал. От Джина можно ожидать все что угодно, только вот причину действий понять сложно. Но если он хочет услышать положительный ответ, то пусть будет так. – Хорошо, – наконец ответив другу, Чон еще пару раз кивнул для убедительности. Джин выдохнул и выпустив руки Чонгука, плюхнулся на кровать и похлопал по кровати, предлагая лечь. Чон лег рядом, положил голову на плечо Кима и обнял за талию. Каждый думал о своем. В комнате было тихо и только из гостиной доносились звуки сериала. – Твоя мама опять смотрит этот сериал? – ухмыльнувшись, проговорил Чонгук. Джин стал прислушиваться к звукам, чтобы понять про что говорит друг. Когда он понял, что это за сериал, то тоже ухмыльнулся и ответил: – Она еще и Чахён на него подсадила, – Джин стал поглаживать Чонгука по руке, которая лежала на его талии. – Но ее можно похвалить, ведь она боролась до последнего. – Ты следующий, – Чон сдавленно посмеивался. – Я уже смотрел. Чонгук не выдержав, стал смеяться уткнувшись в плечо друга. Джин, который до последнего пытался держаться, не выдержал и подхватил смех друга. Почему-то именно сейчас стало так смешно. Он вдруг вспомнил Тэхёна, который выпивший такой милый, что Джин даже, на самом деле, и не был против привести к себе. Это впервые, когда Киму выпивший человек показался милым. Даже Чон его бесил. Как Тэхён несмотря на друзей, пришел к нему и вдруг захотел узнать того получше. Как остался по просьбе Джина, хотя мог бы послать его и уйти. Как спокойно начал рассказывать о себе, и точно, хотел узнать в ответ. Все это сейчас казалось ужасно милым. Тэхён был милым. Может, у них и получится подружится. – Как с Чимином время провели? – Ну... – думая над ответ, помолчал Чонгук. – Нормально. Поиграли в приставку и пошли спать. – И даже не подумали о нас, да? – Джин уже не держал обиду, но пошутить стоило. – Ну я же извинился, – нахмурив брови, Чонгук поднял голову и посмотрел на друга. – Я шучу, – посмеиваясь тянет Джин. – А как вы провели время? – Чон ухмыльнулся. А как они провели время? Они даже нормально поговорить не успели. Хотя для Джина может это и хорошо, а вот для Тэхёна скорее всего нет. Тот ну очень хотел подружится с Кимом. Даже слишком. – Нормально. – И все? – Чонгук явно был недовольный таким ответом. – Да, – нужно как то сменить тему. – Ты кушать не хочешь? – Очень хочу, – решив не допрашивать друга, Чон встал с кровати и направился на кухню. Он всегда мог спокойно пойти и покушать, никто ему тут ничего не скажет. После того, как он тут почти жил, все привыкли к этому. Да и не были против. Чонгук был как еще один член семьи. – А тебе ничего не принесу, – парень в шутку показал язык, и выбежал из комнату под смех Джина. Полежав еще немного, Джин хотел отправится за другом, но пришло сообщение на телефон. «Привет, это Тэхён». Вспомнишь солнце вот и лучик. «Привет, это Джин». Сегодня у Джина день тупых шуток видимо. «Ты у меня записан». А вот Тэхён у него не записан. Джин вообще вчера хотел его заблокировать. «Ты что то хотел?» «Да. Спасибо, что вчера впустил к себе». «Всегда рад помочь». «Я хотел поблагодарить лично, но из-за Чимина совсем забыл об этом. Спасибо еще раз». Улыбнувшись, Джин отложил телефон и отправился на кухню за другому. Тэхёна он все таки записал.