Ты моя погибель

Джин болеет уже шесть дней. Чонгук уже всерьёз начал переживать, ведь максимум сколько болел Ким это дня два-три. Но Джин более менее успокоил друга, но это не остановило Чона приходить к нему каждый день. Нет, Чонгук не паникёр и понимает, что болезнь может проходить по разному, но и с Джином спокойно жить невозможно. Он начинает переживать даже когда Ким не так вздохнёт, шагнёт или посмотрит. Это уже вошло в привычку. Иногда кажется, что Чон заменяет другу отца. Он даже не осознанно говорит фразами папы Джина, хоть и помнит его не так хорошо. Кима это злит, он много раз говорил, что не нужно нянчится с ним, что повадки отца его раздражают и не приносят никакого счастья. Но со временем и на это он перестал реагировать. Чонгук одевшись вышел из комнаты и направился к выходу, но по пути остановился у спальни родителей. – Я сегодня у Джина, – спокойно сказал парень. – Опять? – в голосе были слышны нотки недовольства. Мама Чонгука любила Джина как родного сына. И она сама часто спрашивает о его самочувствии, даже когда Чон практически жил у друга, она ничего не говорила. Хоть им и было по пятнадцать лет. Лишь просила заходить домой и показываться ей. Но вот опять её сын не ночует дома уже второй день и это напрягает. Непонятно за кого она больше переживает: за Джина, который и так почти неживой и неизвестно, что с ним может случиться опять или за сына, который слишком привязан к другу и считает своим долгом следить за ним. – Да, у него температура не спадает, – замолчав, Чонгук чуть поджал губы, а потом чуть тише продолжил. – Я переживаю. Тяжело вздохнув, женщина перевала взгляд с сына на телефон и чуть помолчав проговорила: – Если что пиши мне, хорошо? – она тоже переживала и самое главное, очень хотела помочь, но не знала как. Попытка четырёх летней давности была провальной. Она даже представить не могла кого это – потерять мужа. Остаться одной с двумя детьми и разбитой, но знала точно – она бы не позволила так жить своему ребёнку. Джин не должен жить в постоянном страхе, боли и отчаянье. Но он живёт. Или выживает. Чонгук уже шёл в сторону колледжа и думал, стоит ли зайти к Джину. Но вдалеке увидел смутно знакомого парня. Чем ближе Чон подходил, тем больше узнавал. – В колледж идёшь? – резко положив руки на плечи парня, проговорил Чон. Чимин вздрогнул и быстро повернулся, чтобы посмотреть кто же его напугал. Увидев перед собой Чонгука, Пак выдохнул и как можно спокойней сказал: – Напугал, – зачесав пятерней волосы, Чимин стал оглядываться. – Да вот жду Тэхёна. Он как всегда опаздывает. – наконец посмотрев на парня, Пак удивлённо спросил. – А ты к Джину не идёшь? Чонгук не ожидал такого вопроса, поэтому слегка завис. – Я думал насчёт этого, но уверен, что он меня даже за порог не пустит, – с ухмылкой ответил Чон. – Либо вообще спит и даже дверь не откроет. Чимин пытаясь сдержать смех прикрыл рот ладошкой, он не знал как на это может отреагировать друг, но заметив, что Чонгук сам начал смеяться с этого, перестал скрывать улыбку. – Сейчас Тэхёна дождёмся и пойдём, хорошо? – успокоившись Чимин снова начал оглядываться. – Опять он опаздывает. Чимин начал о чём-то рассказывать, но Чон почти не слушал его всё время поглядывая в телефон. Ругаться с Джином не хотелось, ведь если тому позвонить, он опять начнёт бубнить о том, что не нужно нянчиться с ним и он в силах справиться сам. Но Чонгук как бы не пытался утихомирить своё желание во всём ему помогать, всё равно пытался сделать как можно лучше. Он не знает как бы Джин поступал на его месте. Стал бы жить с ним на протяжении четырех лет? Бросил бы всех друзей ради него? Чувствовал бы боль за него? Чон правда не знает. Но хочет верить, что да. Вот и сейчас он снова набирает Киму забывая обо всём на свете. Но долгое время слышит лишь гудки. Это нервирует. – Чонгук, я только заснул, – охрипшим голосом пробормотал Джин. – Хватит уже, ну правда. Мы же разговаривали пол часа назад, а ты опять звонишь. – из трубки послышался глубокий вздох и копошения. Видимо Ким пытался выбраться из-под одеяла. – Поверь, за это время со мной ничего не случилось. Как слышишь, я всё ещё жив, – хмыкнув Джин замолк. Было слышно только как он жадно глотает воду или чай. Чонгук взглянул на Пака и отошёл на пару шагов. Вдалеке парень узнал Тэхёна, который шёл и улыбался чему-то своему. Опять витает в облаках. – Я переживаю, – тихо, почти виновато проговорил Чон. Парень стал пинать мелкие камни и ожидал ответа. Чонгук уже привык слышать такое от друга, но почему-то каждый раз обида растекалась по всему организму. Появлялось ощущение, словно его помощь вовсе не ценят; будто он нужен был в сложный период, а сейчас просто остаётся как спасательный круг лежать в пыльной кладовке. Ещё и тот день не уходит из головы. А что если бы Чонгук тогда не заплакал? Джин и вправду готов был бросить его? Их дружбу? Как ненужную игрушку. – Чонгук-и, – было слышно как Джин устал. Голос его был слабым и Чонгук уверен, в глазах пусто. Как всегда. – Давай заканчивай и приходи, я буду ждать. – Парней звать? – на губках появлялась улыбка, и Чон вдруг вспомнил, как раньше было хорошо. Что ему сделать, чтобы вернуть то время? Джин на эту лишь вздохнул и попрощавшись сбросил звонок. Чонгук конечно не собирался брать друзей с собой, но другу потрепать нервишки стоило. Положив телефон в карман, Чон повернулся к друзьям, которые уже о чём-то разговаривали и иногда посмеивались. Ещё ни разу Чонгук не жалел, что познакомился с ними. Для него они были как лучики солнца. Они пришли в его серую жизнь наполненную лишь страданиями друга и за друга, и подарили каплю тепла. Словно на картину, которая состояла лишь из чёрных оттенков добавили пару штрихов таких ярких и насыщенных цветов. И продолжают добавлять до сих пор. И Чон очень хочет, чтобы и в жизнь Джина они добавили немного ярких цветов. Совсем чуть-чуть. Даже этому он будет рад. Но пока Чонгук получает лишь тёмные оттенки от Джина, который не принимает ничего взамен. Ни поддержку Чонгука, ни новых знакомых. – Ну как он? – из мыслей парня вывел встревоженный голос Тэхёна. Он стоял и нервно теребил низ кофты и не отрываясь смотрел на Чона. – А ты не звонил ему? – вопрос был риторический, всем и так ясно, что Тэхён не сможет позвонить. Слишком уж боялся. Ну или стеснялся. Сути это не меняет – Ким до дрожи в коленках хочет узнать, что с Джином, но сам позвонить он не сможет даже под дулом пистолета. – Всё нормально. Чонгук уже давно догадывается о чувствах Тэхёна к Джину, но лезть пока не видит смысла. Он не знает догадывается ли сам Джин, но раз про это не говорит, значит нет. Либо пока не хочет. Чон не собирается его торопить, а уж тем более сдавать друга. Вдруг Тэхён ещё не рассказал.

***

– Ты куда сейчас? – пары уже закончились и сейчас парни стояли на улице и ждали, когда выйдет Тэхён, который пытается выпросить задание для исправления оценки. – К Джину, – Чон не понимал, что он ещё тут делает, но оставлять Чимина одного не хотелось. – Не хочешь сегодня погулять? – Пак отпустил голову и стал рассматривать свои кроссовки. Чонгук застыл и попытался осознать правильно ли он услышал. Внутри что-то тёплое начало медленно растекаться и оставлять после себя мурашки по всему телу и приятное ощущение в животе. Но это быстро исчезло как только Чон вспомнил, что хотел сейчас провести весь день с Джином. Как бы сильно не хотелось согласиться, но друг важнее. – Прости, но я сегодня хотел побыть с Джином, – пробубнил Чон и слегка улыбнулся одними губами. Чимин сразу же поднял глаза на парня и какое-то время просто смотрел в глаза. Чуть поджав губы Пак как можно спокойней проговорил: – Ничего страшного, – криво улыбнувшись, Пак посмотрел за спину Чонгука. – Хорошо вам провести время, – и не дождавшись ответа обошёл парня и направился ко входу колледжа. Видимо Тэхён вышел. Чон ещё какое-то время постоял раздумывая стоит ли догонять Чимина, но всё же не оборачиваясь пошёл прямо. Джин ждёт. Парни стояли у входа и смотрели вслед другу. В какой-то степени их даже пугало то, что Чонгук так яро пытается помогать Джину. Сначала это всё кажется милым, но сейчас появляется мысль, что их дружба плавно перетекает в зависимость. Чонгук не думает о своём будущем; о том, как бы решить свои проблемы, нет… Все его мысли занимает лишь Джин. Точнее как бы ему помочь. Но и лезть в это они не имеют никакого права. Не хочется портить отношения с Чонгуком.

***

– Ты только проснулся? – спрашивает Чон и следует за другом к нему в комнату. Вид его, мягко говоря, не очень. Глаза красные, лицо опухшее и синяки под глазами сразу дают понять, что Джину плохо. И, наверное, впервые за долгое время не морально, а именно физически. – И с радостью поспал бы ещё, – Ким завалился на кровать и укутался в одеяло. – Ты рано, – хриплым голосом проговорил Джин и сразу после начал кашлять. Чонгук посмотрел на прикроватную тумбочку и не заметил лекарств на ней. Там лежал телефон на зарядке, какие-то конфеты, которые он точно помнит, что давал другу ещё вначале учебного года. Даже чая не было. Ничего не говоря, парень направился на кухню и стал наливать тёплый чай, а после искать лекарства. Нашёл он их на столе рядом с уже холодной кашей. Видимо Джин даже не завтракал перед тем как снова лечь спать. – Пей, – протянув таблетки и поставив чай, Чон лёг рядом с другом и стал рассматривать потолок. – Ты не кушал, да? – Горло болит, не могу даже глоток сделать, а ты мне про еду. Хотелось высказать другу, что это опять его пустые оправдания и раньше ему это никак не мешало уплетать еду за обе щёки. Но Чонгук себя остановил. А было ли вообще такое? Иногда кажется, что это лишь сны Чона, но никак не реальность. Уже сложно вспомнить друга, который правда хотел есть и кушал несмотря ни на что. Воспоминания становятся всё более размытыми и, кажется, вот-вот исчезнут из памяти навсегда. – О чём думаешь? – Джин поставив кружку лёг и прижался к другу, чтобы было хоть немного теплей. Чонгук поднял руку позволив лечь себе на грудь и положив руку на спину, стал медленно поглаживать её. Захотелось спать. Вопрос так и остался без ответа. Да и вообще разговаривать не хотелось. Сейчас, когда близкий человек лежит рядом и пальцем вырисовывает какие-то только ему известные рисунки, стало спокойно. Нет никакого желания снова мусолить эту тему про лечение; пытаться объяснить о том, как будет лучше, ведь это всё равно пропустят мимо ушей. И даже не всплывают мысли про Чимина. Наверное, ему обидно, что его предложение отвергли. Хотя все понимают, что Джин может справиться сам и помощь Чона тут бесполезна. Обидно, что у Чонгука всегда на первом месте будет Джин. Но и менять ничего не хотелось. Чон привык к такой жизни. Он только начал переступать через себя и решился найти новым друзей, и двигаться ещё дальше пока страшно. Страшно поставить на первое место себя. Свои чувства. Своё будущее. – Ты ничего не хочешь? – почти шёпотом поинтересовался Джин. – Нет. – Ты сегодня останешься у меня? – Да, – ровным голосом проговорил Чон. – Чимин сегодня позвал меня гулять. Воцарилась тишина. Чонгук не торопил друга, дал понять суть и терпеливо ждал. Он почувствовал как мышцы на спине Джина напряглись и готов был услышать что-то не очень приятно. Например, что он дурак раз всё ещё лежит тут с ним, или о том, как же ему надоели друзья Чона. Но Джин спокойно спросил: – И ты не пошёл? – всё и так было ясно, поэтому ответа друг так и не услышал. – Почему? – Потому что пошёл к тебе, – для Чонгука вопрос казался глупым, ведь понять почему, но решил всё-таки ответить. – Ты серьёзно? – Ким поднял голову и взглянул на друга. Во взгляде читалось непонимание и раздражение. Чон не знает, что друг там себе надумает. Может, снова начнёт винить себя или ему будет стыдно перед Чимином, но Чонгук не собирается объяснять своё решение. Только дурак не поймёт почему он так поступил. – Тебя это удивляет? – Конечно блять, – тяжело вздохнув Джин снова лёг. – То есть ты пришёл ко мне, хотя у тебя был шанс провести хорошо время? – Я и с тобой хорошо провожу время, – Чонгук мог поклясться что Джин сейчас закатил глаза. – Ты точно дурак, – шмыгнув носом, Ким уже спокойней продолжил. – Может, всё таки пойдёшь? Вечером придёшь ко мне и всё. Я всё равно хочу ещё поспать. – Нет. – Да ты хотя бы подумай, – громко проговорил Ким. Дальше продолжать не хотелось, поэтому Чонгук прикрыл глаза и попытался заснуть. Джин ещё какое-то время шмыгал носом и что-то вырисовывал на груди друга. Его движение становились всё медленней пока окончательна не прекратились. Уснул.

***

Джин проснулся из-за шума в комнате. Кажется, что-то упало с комода. Парень чуть похлопал по второй части кровати и не почувствовал ничего, кроме тепла на простыне и подушке. Видимо Чонгук сам только недавно проснулся. Сил открыть глаза не было совсем, казалось будто верхние веки приклеены клеем к нижним и разлепить никак не получится, даже если и хочешь. Перевернувшись на спину и укутавшись посильней в одеяло, Джин сонным голосом пробормотал: – Что ты уронил? – послышался шорох и тихие шаги, Ким даже так смог понять, что это Чахён. Стоп. Чахён? Резко открыв глаза Джин поднял голову и взглянул на сестру, которая стояла у кровати и смотрела на парня исподлобья. – Прости, я не хотела, – девочка от нервов попыталась вырвать заусенец на большом пальце и кусала нижнюю губу. И когда она успела перенять привычки Джина? – Всё равно нужно было вставать, – в горле запершило и Ким закашлялся. Чахён быстрым шагом дошла до прикроватной тумбочки и подала уже холодный чай. Сделав пару глотков, парень положил голову обратно на подушку и перевёл взгляд на сестру. – Ты что тут делаешь? – Пришла узнать как ты, но ты спал, – голос был тихим и сквозил непонятной виной. Будто она квартиру сожгла, а не брата разбудила. Джин никогда не хотел, чтобы сестра его боялась. Он даже не знает, что делал не так и почему вообще этот страх в ней зародился. Может, он просто себя накручивает? Если Ким потеряет последнюю крупицу доверия Чахён, то можно считать, что свою жизнь он прожил и оставаться тут ему больше нет смысла. Потому что эта маленькая девочка, с чёрными волосами до лопаток, которая так любит читать и слушать музыку, проводить время с семьей за просмотром фильмов, просто сидеть с братом и молча разглядывать комнату. И, которая боится, когда любимые мама и брат ругаются. Если он потеряет её, то даже этот грязный, тусклый серый цвет исчезнет и мир Джина превратится в иссиня черный. И уже никакой белый лучик света не исправит это. – Мне уже лучше, – выдавив улыбку, Джин потянулся к рукам сестры и большим пальцем начал слегка поглаживать. Чахён от неожиданности вздрогнула, а после подняла глаза на брата и улыбнулась в ответ. – Где Чонгук? – Кушает, – в глаза сразу же появился огонёк и Чахён шире улыбнулась. – Он пытался приготовить себе ужин, но в итоге вся еда сгорела. Джин ухмыльнулся представив эту картину и принял положение сидя, попытался до конца проснуться. Протерев глаза, он выбрался из под своего кокона и еле поднимая ноги поплёлся на кухню. – Приятного аппетита, – осматривая кухню, Джин увидел вымытую посуду и мысленно за это поблагодарил друга. – О, уже проснулся? – посмотрев на друга, который садился на своё любимое место, Чонгук ухмыльнулся своим мыслям и продолжил доедать свой рамён, – Как спалось? – На твоей груди – прекрасно, – и это даже не шутка, Джин и вправду хорошо спал, никаких кошмаров не было, в теплых объятиях было чувство спокойствия и в тот момент для Кима не было никаких проблем, а биение сердца успокаивало. – Ты чего меня не разбудил? – А зачем? Тебе нужно больше спать, – Чон рассматривал друга и сердце кровью обливалось. Синяки под глазами становились всё больше, хотя Джин спит много, сами глаза были красными как и нос, видимо из-за того, что парень часто его трёт. Лицо было опухшим и помятым, как после недельной пьянки. Глядя на друга, хотелось лишь закутать в одеяло и лежать в обнимку, в надежде, что так ему станет хоть немного легче. – Ты подумал? – если Чонгук и надеялся на то, что Джин забудет о разговоре, то прямо сейчас всю его надежду безжалостно смыли в унитаз. – Нет. – Почему ты отказываешься? Поверь, если ты уйдёшь на пару часов, со мной ничего не случится, – голос Джина становился громче. Его правда злило то, что друг так упрямо отказывается и делает по своему. Злит эта опека. – Значит так, либо ты сам пишешь Чимину и вы идёте гулять, либо пишу я. – Ты серьёзно сейчас? – Чонгук быстро отложил палочки и отодвинул еду. В его глазах читалось неверие. – Я всего лишь хочу провести с тобой время, а ты меня гонишь. – Во-первых, да, я серьёзно, – Джин закатил глаза и глубоко вздохнул. – Во-вторых, ты же всё равно собрался ночевать у меня, да? – дождавшись кивка, парень продолжил уже тише. – Ну вот вернёшься и проведём время вместе. Чонгук сделал глубокий вздох и положив голову на стол сдавленно застонал. Они оба понимали, что Джин будет стоять на своём и если надо будет позовёт Пака домой. Только вот Чон так и не понял, почему Ким так пытается его выпроводить на прогулку. – Ты же не отстанешь, да? – увидев кивок, Чон ещё какое-то время смотрел на друга, но всё-таки сдался и достал телефон, чтобы позвонить Чимину.