VOLCANO. Мой личный грех

— Я не понимаю, мы что не можем клининг нанять? — недовольно проворчал Джисон, ползая где-то под кроватью и пытаясь вытащить затаившийся в углу забытый временем носок. — Можем, — ответил Хенджин продолжая воевать со шторой. Его как самого высокого заставили снять ее с карниза и отправить в долгожданную стирку. — Но Минхо считает, что мы не безрукие и прекрасно можем справиться с генеральной уборкой самостоятельно. Джисон звонко чихнул, и медленно выполз на свет, являя миру свою растрепанную раскрасневшуюся голову, а не только задницу, за активным мельтешением которой все это время краем глаза наблюдал Хван. — Стоит тратить на это выходной, когда мы могли бы заняться другими делами. — А у тебя много дел? — Да. Я отлично могу лежать. 24 часа 7 дней в неделю. Я лучший в этом виде спорта. Хенджин хмыкнул, справившись, наконец со шторой и, спрыгивая с табуретки, кинул ее на пол прямо к ногам Хана. — Отнеси в стиралку, олимпиец ты наш недооцененный. Джисон подскочил на ноги и вприпрыжку понесся в сторону ванной. Хенджина бы удивило такое рвение, только вот он догадывался, что это прекрасный повод зарулить на кухню и стащить что-то съестное. — Мне тоже принеси! — крикнул он вдогонку Хану и оттряхнул штаны, которые уже успели собрать на себя пыль, осевшую неровными полосами. В дверном проеме показалась голова Феликса. — В стирку надо что? — Джисон уже отнес, — Хенджин махнул рукой и зачесал назад длинные мешающиеся пряди, — вы там на какой стадии? — Нуу, — Феликс прислонился к косяку, — пока что все вещи из шкафа у нас вывалены на пол, потому что Чонину пришла идея все пересортировать по полкам, — а меня отправили за средством для мытья окон. — Еще и окна мыть? — Хенджин в ужасе округлил глаза. — Мы так никогда не закончим. Джисон был прав насчет клининга. Я уже жалею, что голосовал против. Дни генеральной уборки у них были не так часто и приходились на общий выходной дай бог раз в три месяца. Из-за отмены фотосессии к альбому, по каким-то неведомым им причинам, день оказался свободным и Минхо не придумал ничего лучше, чем заставить всех привести квартиру в божеский вид. Обычно компания действительно нанимала людей, которые убирались вместо них, но не все любили, когда посторонние вторгались в их личное пространство, поэтому сегодня было решено вычистить общежитие собственными силами. — Ну, мы хотя бы не моем туалет, — рассмеялся Феликс, стараясь подбодрить расстроенного Хвана. По жребию ответственным за уборку туалета оказался Чанбин. — Утешает. Но не сильно. — Ладно, пойду, пока Чонин не решил, что я собираюсь сбежать. — Я бы тебя не осудил, — улыбнулся Хенджин и проводив взглядом Феликса, принялся искать упаковку тряпок для пыли. Он задумался, почему тряпки для пыли, а не от пыли и едва не пропустил момент, когда вернувшийся Джисон кинул в него чокопай. Поймав в последний момент брошенное лакомство, Хван благодарно салютанул приложив два пальца к виску. — Запасы кончаются. Ничего особо вкусного я не нашел. Все готовить надо. — Сойдет, — Хенджин плюхнулся на компьютерное кресло, разрывая упаковку зубами, — а Минхо не готовит разве? — Он на стадии мытья плиты. Я постарался не мозолить ему глаза, мне и так от Чанбина перепало. — А он чего? — Повы намыв, а я ведитеви со своей штовой пвипевся, — с набитыми щеками пояснил Хан и прожевав добавил, — злой он. — Почему? — Да гон скоро, вот и бесится. — Ааа, ну да, — Хенджин задумчиво откинул голову на спинку стула и крутанулся вокруг себя, — окно я мыть не буду. — Да в жопу окно, меня оно не напрягает. Хан выкинул обертку в пакет для мусора посреди комнаты, посмотрел на выуженный ранее из-под кровати носок и, недолго думая, отправил его туда же. — Полироль не захватил? — Не, к Бину я больше не пойду, сам иди, — Хан помотал головой, — он меня погонит ссаными тряпками. — А ты не ходи по мокрому. — Да там не мокро было, ну! — Джисон цокнул языком и стянул футболку. — Жара, не могу. — Кондей прибавь, хотя я бы не стал, заболеешь еще, — Хенджин поднялся, направляясь к выходу из комнаты, — ладно схожу, помолись за меня. — Считай свечку поставил, — хохотнул Хан, судя по звукам принимаясь активно шариться по ящикам в комоде. Хенджин проскользнул в коридор и почти бесшумно двинулся по направлению к ванной, по дороге уловив негромкий смех из комнаты Чонина с Феликсом под активный аккомпанемент звона посуды с кухни. Чанбин в резиновых перчатках активно натирал стеклянную дверь душевой, что-то напевая себе под нос. В одном ухе у него был наушник и судя по негромким битам, песня была довольно быстрая. Хенджин аккуратно прикрыл за собой дверь и подойдя к альфе вплотную, обвил его руками за талию и прижал к себе. Он почувствовал, как тело Чанбина напряглось и тот замер от неожиданности. — Чего на Хана накричал? — спросил Хенджин устраивая голову на плече альфы. — Я не кричал, — Чанбин хотел было убрать руки Хвана, но вспомнив, что он в перчатках, а они все в мыльной пене, беспомощно опустил руки вниз. — Ты себя нормально чувствуешь? — Вполне. — А почему такой горячий? — Хенджин переместил одну ладонь на лоб Чанбина, проверяя температуру. — Просто. Убирался усердно, вот и взмок. — Ну-ну. — Джинни, пусти меня, — осторожно попросил альфа и Хван тут же расцепил руки, послушно отступая на шаг назад. Стало тихо, видимо песня, игравшая в наушниках, закончилась. — Тебе неприятно? Чанбин развернулся к нему, но не решался посмотреть, изучая принт на футболке Хенджина. Агрессивный заяц с морковкой. На Минхо похож. — Нет, не в этом дело, просто мне пока сложно. — Уточни? Чанбин тяжело вздохнул и задумчиво облизал губы. — Я не знаю как вести себя с тобой. Наедине. Он все-таки решился поднять взгляд на Хенджина, в очередной раз отмечая эту дурацкую разницу в росте и чувствуя себя сейчас еще более жалким. — Я думал у нас с этим нет проблем. Когда мы ехали в машине ты выглядел довольно спокойным. — Тогда у меня не было времени все обдумать. — А потом оно появилось и ты загнался. — Нет! — прозвучало довольно громко и Чанбин вздрогнул от собственного голоса. — Может, немного. — Я вижу, — усмехнулся Хенджин, засовывая руки в карманы. Со выглядел виноватым и это ему совсем не нравилось. Чанбин кусал губы, словно собираясь с мыслями, но боялся произнести слова, которые могли бы обидеть Хвана. — Я… Я пытаюсь. Не думать о том, что произошло и делать вид, что все как раньше, но я не могу. — А тебя никто не просит делать вид, что все по-прежнему. Чанбин, я не хочу, чтобы ты врал мне или еще хуже себе. От этого никому из нас не лучше. Я не обижусь, если ты будешь говорить то, что думаешь. Наоборот, мне будет приятно твое доверие. — Я не могу. — Не можешь что? — Быть с тобой, Хенджин, это неправильно. Мы ужасно подставим себя и всю группу. Скрываться по углам, держать отношения в тайне, это не для меня, я не вынесу. — Не можешь. Я понял, — Хван кивнул, — а хочешь? Чанбин открыл было рот, но тут же закрыл, до скрежета стискивая зубы. Хенджин смотрел на него так открыто и спокойно, что врать не было никаких сил. Хван притягательный. И он притягивал Чанбина к себе все больше с каждой минутой и это Со не мог отрицать. — Я хочу провести с тобой твой гон. — Что? — Чанбин ошарашенно уставился на него, не веря своим ушам. — Позволь мне, — Хенджин аккуратно погладил его по щеке, — помочь тебе. Альфа помотал головой, уходя от прикосновения. — Я не могу пользоваться тобой. — Я этого хочу. — А я… — начал было Чанбин, но закончить не смог, потому что «нет» не смогло сорваться с его губ. — Черт. Он сделал шаг вперед и уткнулся лбом в грудь Хенджина. Привычный и родной аромат хвои приятно расслаблял и отвлекал от ненужных мыслей. Хван снова позволил себе обнять Чанбина, понимая, что в этот раз препятствовать ему не будут. — Зачем ты так со мной, — на грани слышимости произнес Со. — Ты можешь мне отказать. — Могу. Но не хочу. — Ты мне больше нравишься, когда говоришь правду. Хотя я думал, больше уже не куда, — улыбнулся Хенджин. — Все, хватит, я чувствую себя очень глупо, когда ты так себя ведешь. Чанбин отстранился и Хенджин успел заметить, как порозовели его щеки, хотя это можно было списать на жар. — А как я себя веду? — Слишком уверенно. Я начинаю чувствовать себя омегой. — Это просто период такой. Ты на все реагируешь слишком резко. Это нормально. — И я тебя этим не отталкиваю? — Ни капли. А если ты сейчас снова начнешь кусать губы, я сам их покусаю. — Хенджин, иди уже, — простонал Чанбин, отворачиваясь и поднимая с пола губку, которой тер душевую. — Уйду, когда получу ответ. — Да. Хенджин улыбнулся и опустился на корточки в поисках полироли среди многочисленных моющих средств. — Что да? — Не издевайся. — Даже не думал, — Хван достал нужную бутылку, а потом немного подумав ущипнул Чанбина за щиколотку. — Ай, да что ж ты за человек такой! — Чанбин зашипел и отпрыгнул в сторону, с негодованием глядя на Хвана. — Да, я хочу, чтобы ты провел со мной гон. Хенджин улыбался, глядя на него снизу вверх, а потом поднялся и, подмигнув, вышел из ванной. Сердце бешено колотилось где-то в ушах, а носки были влажные. Все-таки пол был еще мокрый, и Хан напиздел. Он на секунду застыл в коридоре с глупой улыбкой на лице и пришел в себя, только когда мимо протиснулся Феликс с каким-то подозрительным пакетом. Омега приложил палец к губам и скрылся за дверью своей комнаты, плотно закрывая ее. — Чонин, я пронес контрабанду, — Феликс хихикая опустился на пол рядом с младшим, обложенным кучками одежды и вытащил из шуршащего пакета огромное ведро мороженого. — И даже не попался? — Ну… меня заметил Хенджин, но, кажется, ему было не особо интересно, — Феликс протянул Чонину ложку, — налетай. Тот даже не стал спрашивать, почему именно мороженое. Еще со времен преддебюта, когда Чонин переживал один из самых сложных периодов в своей жизни, Енбок вытаскивал его на прогулку до ближайшего парка и всегда покупал ему мороженое, надеясь, что сладкое поможет отвлечься от того, как горько было на душе. Сейчас то же самое. Чонин был расстроен с самого утра, и это не укрылось от внимания Феликса, который, не задавая лишних вопросов решил, что есть способ поднять настроение младшему. — Не спросишь, что случилось? — Сам скажешь, если хочешь. Я, конечно, не настаиваю, чтобы ты насильно делился со мной своими переживаниями, но, я умею слушать, — Феликс ободряюще улыбнулся, похлопав младшего по колену. Чонин благодарно кивнул, а потом, немного подумав разблокировал телефон и протянул его Ликсу. Там было открыто полученное утром электронное письмо из клиники, в которую они ездили с Минхо. Енбок чуть нахмурившись внимательно вчитался в мелкие строки, пропуская совсем уж заумные термины, значения которых не понял бы даже, будь они написаны на английском. — Ммм… Я не уверен, что понял правильно, ты можешь пояснить? — он вернул телефон Чонину обратно. — Если вкратце, то врач, к которому меня отвез Минхо, предположил, что у меня синдром отложенного цикла и результат анализа подтвердил диагноз. — И что это за хрень такая? — Феликс нахмурившись зачерпнул новую порцию мороженого. — Моя течка может начаться когда угодно. От чего угодно. И это может стать проблемой. — А почему это происходит? — Что-то вроде реакции на раздражители или постоянный стресс. Я сам толком не знаю. — Эм… Это лечится? — Феликс задумчиво причмокнул губами, переваривая информацию. Да, наверное, это не самая удобная опция. Одно дело знать заранее, когда у тебя начнется течка, чтобы обезопасить себя, а совсем другое не быть к этому готовым. — Ага. Сексом. — В смысле? — В прямом. Мне нужен альфа. Енбок нахмурился, пытаясь по лицу Чонина понять, что он сам об этом думает. Только младший не давал ему никакой подсказки. Было непонятно, расстроен он или воспринял эту новость спокойно. — Ну, тогда… Переспи с кем-нибудь? — Спасибо, ты только что решил все мои проблемы, — усмехнулся Чонин. — В сексе нет ничего страшного, — Феликс пожал плечами. — Возможно, но мне хотелось, чтобы… — Чтобы что? — Ничего… — По любви? — Ты так звучишь, будто это какое-то ненормальное желание. — Да нет, просто иногда достаточно, чтобы партнер был заботливым и внимательным. Так что секс и без любви бывает очень даже хорош. Чонин был удивлен. Ему казалось он достаточно хорошо за эти годы узнал Феликса, они делили вместе одну комнату, вечерами часто разговаривали по душам, иногда делились своими сокровенными переживаниями. Хотя и не настолько личными как сейчас. Видимо, всему было свое время. Феликс всегда был светящимся. Сияющим. Человеком, который притягивает к себе своей добротой и искренностью, и, казалось, что именно он понял бы Чонина, в глубине души мечтающего о ком-то единственном, кто войдет в его жизнь. Но Феликс рассуждал в корне противоположно и это надломило идеальную картинку, которая сложилась о нем в голове младшего. — Не смотри на меня так, я чувствую себя неловко, — Феликс рассмеялся и осторожно пихнул Чонина ногой, а тот будто вышел из оцепенения. — А у тебя уже был? И как это? Прозвучало как-то глупо, но другой вопрос младший просто не успел сформулировать. Пришлось спрашивать как попало. — Ммм. Приятно. Очень. На самом деле трудно описать словами, но чувствовать внутри альфу это так… Правильно. Словно все расцветает, будто становишься полноценным. И эта связь опьяняет, дурманит мозг. Состояние полной эйфории. — А потом? Когда все, ну, заканчивается. Феликс прикрыл глаза, словно старался что-то вспомнить. — Как после прыжка с парашютом снова чувствовать землю под ногами. Непривычно, тяжело, но ты же до этого ходил как-то. — Я. Не ожидал. — Надеюсь, ты не станешь обо мне плохого мнения, после этого разговора. — Что? Нет! — Чонин замахал руками. — Я ценю твою откровенность. Просто немного удивлен. — Почему? — Такое услышать я ожидал больше от того же Минхо, только вот он другого мнения. Феликс понял, что Чонин запомнил слова, сказанные во время его течки старшем омегой пару дней назад. Было грубовато. — Мне кажется он не хотел, чтобы ты принимал решение руководствуясь тем, что хотело твое тело. Ты должен решать головой. Вот что он имел в виду. — Но я не могу ничего решить, — Чонин развел руками, капля мороженого упала на пол бесформенным пятном. Младший вздохнул и потянулся за салфетками. — Возьми влажные лучше, — Ликс подвинул к нему пачку. — Тогда дай себе время. Решение придет само. — И сколько на это нужно времени? Пока я снова не потеку где-нибудь рядом с Сынмином? — фыркнул младший, нервно поправляя челку. — Кстати он бы тебе не отказал. Младший уставился на Феликса круглыми глазами, пытаясь понять шутит он или нет. Судя по выражению лица, тот был серьезен как никогда. — Он меня ненавидит. — Эй, с чего ты взял. — Он злится. И даже не пытается это скрыть. — Но, ты же не знаешь на что именно он злится, может дело вовсе не в тебе. Ты же с ним так и не поговорил? Чонин вздохнул, помотав головой. — Все еще оттягиваю момент. Я сам не разобрался, как вести себя с ним, но зато пытаюсь что-то требовать от него. Глупо. — Знаешь, любая правда лучше неведения. — Феликс протянул ладонь и подождал, пока Чонин вложит в нее свою. — Вы слишком давно знаете друг друга, не думаю, что попытка разобраться в произошедшем сделает кому-то из вас больно. Даже если этот поцелуй был просто ошибкой, посмейтесь, да забудьте. В конце концов, он тебя любит и ценит, как и ты его. Просто сделай первый шаг. Ян улыбнулся, глядя на их сцепленные руки и хотел поблагодарить Ликса, но не успел, потому что в комнату бесцеремонно ворвались Хенджин с Ханом. - Я так и знал! - Хван, прыгая по пустым островкам пола, которые не были ничем завалены подскочил к устроившим импровизированный пикник омегам и сел рядом на корточки укоризненно глядя на Феликса. - Мне не стыдно, если ты об этом, - улыбнулся Енбок, отправив в рот порцию мороженого и показав Хенджину язык. Хван недолго думая повалил Феликса на пол, принимаясь щекотать во всех местах, до которых мог дотянуться. Чонин протянул Джисону мороженое, отодвигаясь на безопасное расстояние от старших, которые грозились устроить полный беспорядок из любовно сложенных им ровных кучек одежды. Джисон выдернул из руки Феликса ложку, которая ему сейчас явно мешала и заверил, что помогать ему не будет, сам виноват, а с ближним своим нужно делиться.