Лишь во тьме звезда может сиять.

- Что б ты понимал, это наглость. Джинву не может подавить усмешку, когда слышит этот голос, чуть раздраженный, пропитанный каким-то недоверием. Ким Докча громко захлопывает книгу в своих руках. Та рыкает, и мужчина поспешно поглаживает её по корешку, пытаясь извиниться. Мило, Джинву не может не признать этого. …но раздражающе. - Разве? – он засовывает руки в карманы накидки, вздёргивая подбородок. – Мы ведь уже обсуждали, что у Теневого Монарха есть полный доступ к этому месту. - И всё равно, это не отменяет того факта, что подобное – наглость, - Докча чуть оборачивается, недовольно глядя на него: темные глаза почти лишены былого блеска, но в глубине зрачков еще что-то мерцает, призрачно, не присматриваясь и не заметишь. …и в груди Джинву слегка отпускает. - Ну, прости, я не имею возможности уведомлять тебя о своих визитах заранее, - пожимает молодой Монарх плечами, почти сразу же щурится. – Или имею? - В каком смысле? – хозяин Библиотеки медленно моргает, и – о. О. Значит, способ действительно есть, хм? Сун Джинву сам не понимает, как ему удается понять, если существо перед ним недоговаривает или лжет. Это нечто инстинктивное, нечто внутреннее. Словно легкая щекотка на задворках сознания, которая намекает, что Ким Докча – не искренен. Мужчина криво улыбается. - Неужели ты не хочешь быть со мной постоянно на связи? – он тянет это почти что кокетливо, добавляя в голос немного грустных ноток. – Это так ранит… - Очень хорошо, - с каменным выражением лица обрывает его Докча. – В таком случае советую пострадавшему многоуважаемому Теневому Монарху уйти зализывать раны. До свидания, - с этими словами хозяин Библиотеки делает короткий вежливый поклон и отворачивается. Айш. Как холодно. Сун Джинву прикрывает рот рукой: его уголки губ дёргаются в попытке приподняться. …интересно, был ли Ким Докча таким же с Эшборном? Или он демонстрирует эту свою сторону лишь ему? Что-то внутри довольно урчит от этой мысли. - Докча-я не окажет мне первую помощь? – мужчина добавляет в голос больше слёз и тоски, делая скользящий шаг к хозяину Библиотеки: с полок на него тихо рычат книги. - Я хреновый медик, - безжалостно обрубает объект его внимания, даже не оборачиваясь, но Джинву видит, как напряжена его прямая спина. Что-то темное поднимает голову в глубинах его души, и он ловит себя на мысли… Каково это – обнимать этого «человека» со спины? Каково это – держать его в своих руках? Каково будет – устроить голову на его макушке, прижавшись к нему сзади грудью? Эти мысли роются в голове Теневого Монарха, плодятся, обрастают всё большим количеством предположений и образом, размытых, но таких заманчивых. Джинву закусывает губу, задаваясь вопросом, а не сошел ли он с ума, раз начинает думать о подобном? Охотник делает еще один шаг к хозяину Библиотеки. Быть может, приходит он к некоему понимаю, всё это и правда безумие. Кто знает, возможно, оно передалось ему от Эшборна… или же зародилось уже в его душе, отравленной этим образом – образом существа, что незримо разделяло его тяготы и присматривало, не оставляя одного. Джинву слишком хорошо помнит ту картину: устроивший голову его более юной копии на своих коленях Ким Докча. Тот, кто не боялся ничего и никого, но так покорно отступил, когда решил, что Джинву в нем не нуждается… …не нуждается? Плотная ткань плаща ощущается холодной. Докча застывает изваянием, стоит крепким ладоням скользнуть по его бокам, а затем сцепиться замком на его животе, удерживая в кольце. Джинву чувствует напряжение мужчины, прижимаясь к нему со спины. Он склоняет голову, зарываясь носом в мягкие темные волосы, и делает глубокий вдох. - …какого чёрта? Ох, как очаровательно-угрожающе это звучит. Сун Джинву улыбается. Тепло другого мужчины проникает в него, по крупице, через это объятие, и накопившаяся усталость – как физическая, так и ментальная – начинают исчезать. - Я спросил, какого чёрта, ты, мелкий паршивец. О. А теперь уже – просто угрожающе. Джинву обнимает Докчу крепче. - Обманывать нехорошо, - бурчит он, слегка улыбаясь: его губы скользят по мягким прядям. - Что?.. - Ты говорил, что не медик, - Теневой Монарх чуть дёргает хозяина Библиотеки на себя, от чего тот издаёт невнятный тихий звук. – Кто разрешил тебе лгать? - Ты о чем вообще-… - Если ты не медик, - Джинву наклоняется ниже, отчасти сам не понимая, что творит, - то почему мне стало гораздо лучше? – он шепчет это прямо на ухо мужчине. Воцаряется тишина. Охотник прикрывает глаза: он внутренне готовится к чему-то, возможно, к ругани или попытке вырваться – Джинву уже понял, что Ким Докча не был таким уж смиренным и покорным, каким он видел его в осколках памяти Эшборна. Возможно, мелькает у мужчины мысль, воспоминания о проблесках строптивого характера считались его предшественником слишком драгоценными, чтобы ими делиться? Ну, он может это понять. Он бы тоже никому не хотел отдавать и крупицу такого Ким Докчи. Странная дрожь, отдающаяся в его груди, вырывает мужчину из ленивых размышлений. Тишина разбивается странными смешками, исходящими от Докчи, но прежде, чем Джинву успевает спросить, тот чуть поворачивает к нему голову, демонстрируя широкую улыбку. - Итак, мы дошли уже до подобного, да? И есть нечто нехорошее в этих интонациях, нечто, что заставляет Сун Джинву насторожиться. Прищуренные темные глаза хозяина Библиотеки смотрят на него немигающе. - Был ли ты всегда таким? Теплая ладонь похлопывает его по руке, заставляя оба сердца Монарха сбиться с и без того слишком ненормального ритма. Ким Докча не отводит от него взгляда. - Или это сила Эшборна так повлияла на тебя? …что-то не так. - Ты не вёл себя так. …что-то определенно не так. - Когда мой милый малыш успел превратиться в деспотичного хулигана? …этот прищур… Сун Джинву успевает отскочить за миг до того, как его отталкивают резко вырвавшиеся из спины «человека» крылья. Волна маны разносится по коридору, образованному стеллажами, вызывает воодушевленный шелест у множества книг. Массивные черные перья расправляются в воздухе и, невзирая на маленькое пространство, они смотрятся так, словно были изначально предназначены именно для переплетений лабиринта Библиотеки. Джинву завороженно смотрит на мерцающее ночным небом оперение. Его взгляд цепляется за вспышки падающих звезд, за подмигивание созвездий, названия которых он не знал и навряд ли узнает когда-либо – их просто не существует в этом мире. Мужчина сглатывает. …так красиво, что внутри щемит. Ким Докча разворачивается к нему: прямая спина, руки в карманах белого плаща. Два рога на лбу, чуть загнутые, поблескивающие отголосками Млечного Пути. Несколько гало из мерцающих золотых символов крутится вокруг его головы, порождая блики на темных волосах. Падший ангел, чья мягкая и обнадеживающая улыбка не предвещает ничего хорошего. Возвысившийся дьявол, что взглядом обещает спасение ценой всего. Джинву не в силах отвести глаз. - Ты и правда… сильно испортился. Чужое давление опускается на его плечи, словно в попытке согнуть, но Джинву не шевелится. Он терпеливо ждет. …он опьянен. Еще, бьется в его голове ненормальная, словно чужая мысль. Дай мне еще. Еще этого ощущения аномальной силы, что способна сломить кого угодно – но почему-то так милосердна и мягка к нему. - Ты говоришь так, будто разочарован этим, - мягко воркует Сун Джинву, вновь делая шаг к Ким Докче. - Я разочарован, - с легкостью признает тот. Его крылья расправляются чуть шире. – Я действительно разочарован. Так же, как и Джинву, он шагает ближе. Они неспешно приближаются друг к другу, в этом узком коридоре из стеллажей, и каждый их шаг сопровождается шелестом книг на полках. Теневой Монарх не сомневается, что все эти бесчисленные фолианты подбадривают своего Читателя – и желают уже ему с позором проиграть. От мысли об этом Охотник не в силах сдержать усмешку. …ну, он поступил бы точно так же. - И что же ты собираешься делать, Докча-я? – они стоят почти что вплотную. Джинву ловит себя на мысли, что ему достаточно лишь слегка наклониться, чтобы-… Чёрт. Он действительно сошел с ума, верно? - Скажи мне, - Охотник прикрывает глаза, что полыхают пурпуром. – Ты и впрямь так расстроен тем мной, которого видишь перед собой? Тебя огорчает это? Его прохладные пальцы скользят по чужой руке, такой теплой, что он еле сдерживает желание крепко сжать её в своей хватке. Джинву ласкает кончиками пальцев кожу Докчи, вырисовывает одному ему понятные узоры. …он позволяет своему безумию вести себя по этой темной и запутанной тропе. - Ты тогда так и не ответил ему… Молодой Монарх улыбается краешками рта и всё же цепляется за чужие пальцы, аккуратно переплетая их, внутренне замирая при мысли, что Докча отдёрнется. …хозяин Библиотеки неподвижен. - Мои волосы. Темные глаза «человека» напротив раскрываются чуть шире, когда он крепко берёт его руку и устраивает ладонью на своей голове. Пурпурные глаза щурятся, отражая нехарактерные для Джинву мягкость и ласку. - Они мягкие? Охотник может поклясться – мерцающие багрянцем вертикальные зрачки создания перед ним подрагивают. Тишина поглощает всё вокруг, словно ненасытные зыбучие пески. - Ха… Острые плечи Ким Докчи вздрагивают раз, другой. Джинву чувствует, как чужие пальцы сжимают его волосы, но это на удивление… не больно? - Ха-ха… Он мог бы причинить ему боль, внезапно четко осознает Теневой Монарх. О, он действительно мог бы. С его силой, с его навыками и, тем более, в его реальности – это легче легкого. Но пальцы, зарывшиеся в густые волосы Сун Джинву, подрагивают. Эти пальцы – слабы, в них нет и капли силы, о которой Охотник знает. - …засранец… Это звучит на выдохе, окрашено в теплые тона и несёт отголосок чего-то тоскливого, загнанного в самые глубины. Джинву на мгновение ощущает такую чуждую для себя слабость. - Похоже, мне нужно хорошенько заняться твоим воспитанием, несносный ты мальчишка. Докча улыбается ему. Ярко и солнечно. Так, что у Джинву перехватывает дыхание. …а потом его швыряет в стеллаж.