Лишь во тьме звезда может сиять.

Показатели этого существа сильно отличаются от того, что они получали при наблюдении за YJH-1864. Нет никаких резких перепадов, никаких скачков. В отличие от «Верховного Короля», SJW не пытается вывести аппаратуру из строя, не делает попыток добраться до кого-то из наблюдателей - он просто спокойно пребывает в своем саркофаге, изредка нервируя зашедших в отсек немигающим взглядом пурпурных глаз. Хотя, по сути, наблюдателей тут и нет. Всё выполняет аппаратура, фиксирует каждую мелочь, неустанно бдит за созданием немигающими окулярами камер. Персонал быстро научился, как стоит себя вести с подобными существами, на примере «Верховного Короля», из-за которого чуть было не погиб один сотрудник и получили повреждения несколько других. Не говоря уже об уничтоженной технике на пару миллионов. YJH-1864, несомненно, невообразимо полезный объект, благодаря исследованиям которого военные получают до сих пор непередаваемо огромное количество улучшенных практик. …но это не отменяет того факта, что он та еще ублюдская гнида. И, ввиду этого, сотрудники станции не хотят рисковать в отношении нового «подопечного». Отсек с громоздким саркофагом практически постоянно пуст. Тишину нарушает лишь звук аппаратуры и, периодически, пиликанья роботов-уборщиков, которые «просыпаются» благодаря заложенной в них программе для запланированной уборки. В целом же, тут тихо и спокойно. Как в склепе. …и Ким Докче это чертовски не нравится. Он входит в отсек, впуская вместе с собой электронный свет из коридора и отголоски шума откуда-то извне, шелест чужих голосов, приглушенных расстоянием. Звук его шагов порождает эхо, что дробится, отражаясь от стен. Неспешно, мужчина проходит вглубь помещения; планшет для считывания показателей с легким стуком вогружается на стол. - Не представляю, как можно находиться в такой тишине. Голос Докчи словно поглощается ответным молчанием. Создание в саркофаге не способно ответить: оно неподвижно, и в этот раз даже пурпурные глаза, что нагоняли жути, закрыты. Просто гигантское человекоподобное нечто за толщей то ли оргстекла, то ли слюды, то ли еще чего-то. Застывшее, будто вытащенный из могильного холода труп. Ким Докча дергает плечом от такого сравнения. Он кидает взгляд на планшет: вереницы данных плавно заполняют экран – и делает шаг к саркофагу. Каждое его движение ощущается так, словно он двигается в воде. Замедленным и тягучим. Докча слишком хорошо помнит, чем чревато излишнее любопытство: YJH-1864 идеально это продемонстрировал. И, пусть сейчас перед ним совершенно иное существо, Ким Докча не теряет бдительности. …он спит? Создание извне не подаёт ни малейшего признака жизнедеятельности. Это одновременно и хорошо, и откровенно паршиво, но аппаратура пиликает, аппаратура фиксирует сердцебиение – и на этот раз оно вполне себе так одинарное, без эха, что обозначает лишь один массивный орган для перекачки крови… или что там у подобных ему бежит по венам? Вероятно, в прошлый раз Хан Суён зафиксировала сбой? Ким Докча подходит практически вплотную к полупрозрачной плотной перегородке. Помедлив, он тянется к той рукой, касается её поверхности кончиками пальцев. Теплая. На удивление – теплая, как он и помнит. Мужчина тихо хмыкает, всматриваясь в слегка мутные очертания создания внутри саркофага. Только сейчас, не отвлекаемый язвительными фразочками Суён, он может как следует рассмотреть «постояльца» этой странной колбы. Оно… похоже на рыцаря. Того самого, из старых сказаний, что сейчас так популярны. Нечто вроде доспехов виднеется сквозь толстый слой перегородки: сочленения слегка… подсвечены? И Ким Докча уверен, что он может рассмотреть нечто странное там, где находится грудь этого существа. Что-то вроде… створок? Словно пластины слегка наезжают друг на друга, как если бы скрывали за собой нечто еще… Аппарат неподалеку издает прерывистый писк. Докча вздрагивает от неожиданности, оборачивается на него, натренированным взглядом высматривая на панели показатели, что вызвали такие изменения. Его брови ползут вверх. Парное сердцебиение?.. Скриии~ Протяжный тонкий звук вызывает у мужчины дрожь по всему телу. Мгновенно напрягаясь, он поворачивается к источнику скрежета – катастрофически близкому, и застывает изваянием самому себе. - Какого ебан?!-.. Нелицеприятный вопрос умирает в его глотке, едва успев зародиться. Докча поспешно закусывает внутреннюю сторону щеки, предотвращая любой дальнейший шум. Он медленно делает шаг от саркофага, игнорируя писки уже других нагромождений техники. Существо внутри… Его грудь раскрыта. Словно громадная устрица, распахнувшая створки, дабы похвастаться жемчужиной. Вот только внутри – не жемчужина. Внутри… - Мать твою… - дрожаще выдыхает Докча, врезаясь спиной в стол. Планшет, потревоженный рывком, падает с края и нехорошо хрустит при состыковке с полом. Ким Докче немного много плевать, насколько тот поврежден. Он медленно подносит руку к уху, заученным движением нажимает нужную комбинацию на ушном коммуникаторе. Всё то время, пока в его ушной раковине звучит протяжный и противный вибрирующий звук соединения, он не отводит немигающего взгляда от саркофага. От того, что смотрит на него оттуда в ответ двумя льдисто-голубыми звездами глаз. - Суён, блядь, отвечай, ну же… - еле слышно шепчет Докча. – Суён, у нас тут ёбаный Код Красный, бога ради… Он неосознанно облизывает пересохшие губы и мысленно скулит, замечая, как пульсирующие голубым глаза безошибочно фиксируют своё внимание на движении его языка. В стороне оглушительно пищит аппарат, отвечающий за отслеживание сердцебиения создания внутри саркофага. Невольно, Докча вспоминает язвительное замечание Хан Суён в прошлый раз и её предположение, что найденный ими чужак мог быть беременным. «Мамочка», да?.. …да лучше бы это нечто и правда было беременным! Он давит нервный смешок, когда внутри колбы возникает еще одна пара глаз – пурпурных – расположенных гораздо выше тех, что уже жадно смотрят на него.

-

Хан Суён не глядя сбрасывает входящий, не сводя глаз с того, что происходит в закрытом секторе. Закусив губу почти до крови, она отдает отрывистый, рявкающий приказ: - Пустить ток! - Напряжение 25 мА! – откликается кто-то из сотрудников. Существо, практически не отличимое от человека, дёргается за крепкой прозрачной перегородкой. Красивое лицо – чертовски красивое, Суён вынуждена это признать, не зря Докча, этот латентный геюга, сох по ублюдку – абсолютно не красиво искажается в оскале, но подонок даже не разжимает пальцы на тонкой шее. Ли Сеольва впивается ногтями в его запястье, те ломаются, застревая в чужой плоти. Из уголка рта женщины течет нить слюны. Внутри Суён всё холодеет. - Ёб твою налево! Увеличить мощность! - Напряжение 30-… - Нехуй мелочиться, врубай все 55! – женщина орёт во всю глотку, и подчиненный, дёрнувшись, покорно выполняет приказ. Ублюдочная тварь внутри отсека издаёт вибрирующий рёв. Толстое стекло дрожит и, мать вашу, на краткий момент Суён кажется – его сейчас выбьет. Золотые глаза человекоподобного создания, полные ярости, безошибочно фокусируются на ней. Главу исследовательского отдела трясёт не хуже сукиного сына в отсеке. …как всё это произошло?! Эта гнида, YJH-1864, всё это время был чертовски спокоен рядом с Ли Сеольвой! Он даже позволял брать образцы его мягких тканей для анализа генетической структуры – охрененно неприятная процедура, если вы спросите саму Суён! Грёбаный пришелец вёл себя тише воды и ниже травы после того, как чуть было не прибил Ким Докчу в прошлый раз, и был отдан в нежные и заботливые руки Сеольва-сси. Так что его выбесило? Что довело до всего этого?! Да чёрт его знает!!.. Он просто взбесился! На пустом месте, ни с хрена! Сегодня Ли Сеольва должна была проследить за приёмом пищи этим уродом, а позже взять образцы крови перед тем, как того отведут на полигон для испытания новой экзоброни, предоставленной военным ведомством. И всё шло потрясающе, всё шло гладко, всё шло зашибись… Пока в один прекрасный момент YJH-1864 не замер, не повёл головой, всматриваясь в смазанные лица группы наблюдения за стеклом, не нахмурился… и не вцепился одним резким движением в шею Сеольва-сси, без труда приподнимая ту над полом. Мать твою… Мать твою!.. - Больше! – Хан Суён не отводит глаз от задыхающейся в хватке ублюдка женщины: глаза исследовательницы уже закатились. Очередная волна тока проходит через вживленные в тело YJH-1864 датчики, заставляя того чуть ли не выгнуться дугой. Зрачки ублюдка сокращаются, он сдавленно рычит. Его взгляд, цепко державшийся на Хан Суён, резко переходит на хрипящую Ли Сеольву. Суён ощущает, как её сердце бухает вниз камнем. - Разряд 100 мА!!.. – кричит она практически фальцетом, и плевать, если ублюдок скопытится, она сумеет как-нибудь извернуться перед начальством! Лишь бы Ли Сеольва-… …они не успевают совсем чуть-чуть. Хруст слишком отчетливо звучит в секундной тишине.

-

«…говори.» Голос Хан Суён звучит устало, безжизненно. Он лишен эмоций, хоть каких-то, и Ким Докча не спешит говорить, что именно происходит на данный момент в этом отсеке. Справедливости ради, его уже не трясёт. Он вообще спокоен, как питон. Очень сытый питон. Он, блять, воплощение спокойствия, познал дзен, постиг нирвану и далее по списку. Почему? Всё просто. Его нервные клетки уже перегорели к чертям собачьим. Мужчина сухо сглатывает, стараясь не шевелиться. Ему не хочется напороться ладонью на осколок, а их тут, на полу, немерено. - Всё хорошо? – он решает начать, эм… издалека. Подготовить старую подругу к тому пиздецу, который собирается на неё вылить, словно пресловутое содержимое помойного ведра. Из тех же самых старых легенд, в которых фигурировали рыцари. …будь они неладны. «Нет,» коротко, лаконично и чертовски ‘обнадеживающе’, если вы спросите Ким Докчу. «Говори, в чем дело. Тут у нас… многое нужно сделать, так что будь покороче.» Одна бровь мужчины приподнимается, пока он слушает сухой ответ, убеждающий его отвалить со всеми проблемами. Он бы и рад, вот честно. Вот только не может. Существо над ним повторяет его жест. Ким Докча наблюдает, как тонкая иссиня-черная бровь на нечеловечески красивом лице медленно приподнимается. Нет, не так… Намекающе медленно приподнимается, так будет точнее. Сияющие льдисто-голубым глаза щурятся, и точно так же сужаются в прищуре пурпурные глаза… эм, ух… как же это назвать?.. Докча снова сглатывает. Существо… Оба существа концентрируют своё внимание на его дёрнувшемся кадыке, но не шевелятся. …если бы они при этом еще и не нависали над ним, было бы вообще заебумба. - Я узнал, почему аппаратура фиксировала парное сердцебиение, - осторожно тянет Ким Докча: он пытается слегка отползти от создания, но то мягко пододвигается ближе, и он застывает. В ответ на это красивое человеческое лицо изгибает чувственные губы в мягкой улыбке, заставляя что-то внутри Ким Докчи паникующе пискнуть. …какого гребаного чёрта они так хороши собой, что YJH-1864, что SJW?! Хотя, стоп. Можно ли всё еще звать так последнего, теперь, когда Докча точно знает, что это, ну… не одно существо? «Вау,» тускло выдает Хан Суён. «Охрененно. Оно что, разродилось прям у тебя на глазах? Тебя можно назвать крёстным папочкой?» Случилось что-то определенно херовое, раз эта ведьма так блёкло реагирует. Но Докча предпочтет подумать об этом позже. - Не совсем… «Докча, давай ты коротко скажешь, что там у тебя стряслось такого важного, а подробности разжуешь мне попозже, ладно? Здесь… не очень хорошая ситуация.» Он так и понял, спасибо. Ким Докча выдыхает, закрывая глаза. Со стороны раздается шелест, вынуждая его снова уделить всё своё внимание созданию… созданиям над собой. - Их двое, Суён. На мгновение воцаряется тишина. «…в смысле, их двое?» Оп, а вот и проблеск эмоций. - В прямом. То, что мы видели в саркофаге – это… скажем так, ‘защитный слой’. «…у этого ‘слоя’ есть глаза.» Определенно, очень яркий проблеск. Докча закусывает внутреннюю сторону щеки. - Верно. Потому что он живой. Взгляд пурпурных глаз обсуждаемого ‘слоя’ нервирует. - И внутри него есть… нечто еще. Носитель. «Носитель,» тупо повторяет за ним Хан Суён. - Да. И этот носитель чертовски похож на челове-… пожалуйста, не делай так, - Докча подаётся назад, из-за чего тонкие пальцы упомянутого ‘носителя’ на миг замирают, так и не дотянувшись до его лица. Они обтянуты чем-то черным, слегка сочащимся темным маревом, что, истончаясь, переходит в фиолетовый. «Докча?..» Мужчина не отвечает. Он смотрит в сияющие ледяной лазурью глаза существа. Тот отвечает внимательным взглядом, но не опускает руку. «Докча, ты там с кем-то?..» - Не делай так, - игнорируя напряженный голос Хан Суён в коммуникаторе, повторяет Ким Докча, не прерывая зрительного контакта. Льдисто-голубые глаза наиболее человекоподобного существа из двух чуть щурятся. Тонкие пальцы, запелёнатые в темноту, вновь начинают движение. «Докча!..» - Суён, - Ким Докча прерывает набирающую громкость подругу, настороженно наблюдая за тем, как пальцы непонятного создания, ранее скрытого внутри, эм… другого существа, тянутся к его лицу. – Не могла бы ты прислать в отсек SJW пару человек? «…только не говори мне-…» Докча замирает, когда ему бережно убирают прядь за ухо. С невинной улыбкой на чужом лице, словно вылепленном руками падших ангелов. Лишь после этого ‘носитель’ подаётся назад, полностью скрываясь внутри «панциря» своего ‘напарника’, сиречь ‘защитного слоя’. Докча широко открытыми глазами наблюдает, как пластины «панциря» сходятся, скрывая за своими створками улыбающегося мужчину, что неотрывно смотрит на него. Рыцарь-гигант же, в свою очередь, довольно щурит глаза, выпрямляясь и возвышаясь над человеком. - Суён-сси, - голос Докчи слегка дрожит. Он нервно косится на развороченный саркофаг, который, если верить словам его подруги, не были способны проломить даже удары экзоброни. …SJW хватило лишь одного грёбаного удара. - Только скажи им не высказывать агрессии, ладно?..