Лишь во тьме звезда может сиять.

- Как? Леденец хрустит на зубах Хан Суён, и Ким Докче на миг становится действительно интересно, каким образом эта фанатичная поклонница никотина перешла на сладости. У него есть только предположение, что весь запас своих сигарет язвительная язва израсходовала за вчерашний день, полный сущего пиздеца и хаоса, так что вполне логично, что до следующей поставки с ближайшей колонии ей придётся искать заменитель своему пристрастию. А следующая поставка только через два месяца. Упс, как говорится. Хан Суён кивает на стекло, отделяющее их от основного отсека, в котором содержится объект SJW. Его новое наименование никто пока что так и не предложил, так что сочетание трех латинских букв остаётся актуальным. - Нет, ты мне, блять, скажи – как? – повторяет она более пространно. – Как эта махина поместилась в тот саркофаг? – Докча готов поклясться, что её веко дергается. И не то, чтобы он не мог это понять. …мужчина всё еще помнит собственный шок в тот момент, когда вместо двухметрового существа после взрыва саркофага увидел хреновину в почти шесть метров, упирающуюся макушкой в высокие своды отсека. - Ну, у меня есть одно предположение, - Докча со вздохом делает глоток из стаканчика. Кофе, как и обычно, отвратительный на вкус, и да, он тоже сожалеет, что следующая поставка еще не скоро. - Вещай, - милостиво разрешает глава исследовательской группы, заставляя Докчу закатить глаза. - Подпространство. В их смотровой кабине воцаряется потрясающая тишина. Суён медленно поворачивается в сторону друга, приподнимая бровь так красноречиво, что ей не нужно даже рот открывать, чтоб он понял весь уровень её скепсиса по поводу этой мысли. Мысленно показывая женщине средний палец, Докча начинает пояснять: - Мы считали, что саркофаг, в котором находилось это… существо, был создан в колонии. Это логично, если допустить мысль, что исследовательская группа Сеул-SL23 нашла способ «законсервировать» непонятное им создание до прибытия отряда с ближайшей станции. А если предположить, что саркофаг был изначально создан именно стараниями самого SJW? Мужчина кивает на существо внутри отсека: громадный «рыцарь» неподвижно застыл посреди помещения, игнорируя пиликающую аппаратуру. Пурпурные глаза вновь закрыты, но Докча больше не обманывается: он уже знает – пока спит один, другой вполне себе бодрствует. …жаль только, что этот самый другой пока что так и не показал себя остальным в группе наблюдения. - Хочешь сказать, - медленно начинает Хан Суён, разбирая это предположение по кусочкам в уме, - раз саркофаг был детищем SJW… то он мог представлять собой некую безопасную зону? – она игнорирует кивок друга, постукивая пальцами по сгибу своего локтя. – Ты понимаешь, как фантастически это звучит? Существо, способное создавать личное подпространство? Теперь уже Ким Докча выгибает бровь дугой. - Многоуважаемая моя Суён-сси, - вкрадчиво тянет он, елейно улыбаясь. – Позволь тебе напомнить, что мы сейчас находимся на межпланетарной станции, в открытом, мать его, космосе, и у нас две инопланетные хренотени на борту, одна из которых вообще носит в себе нечто наподобие человека, словно грёбаное кенгуру, - мужчина делает еще один глоток безвкусной жижи, ошибочно прозванной кофе, морщится. – Ты уверена, что термин «фантастический» в подобной ситуации вообще уместен? Суён буравит его мрачным взглядом, который не сочетается с ядовитой усмешкой на подведенных кричаще-красным губах. Докча предпочитает на неё не смотреть, предпочитая разглядывать «рыцаря» внутри отсека. Он слишком дорожит оставшимися нервами, чтобы видеть выражение лица этой стервы. Спустя какое-то время сбоку от него тихо хмыкают. - Говоришь, второй был точной копией человека? – о, хорошо, Хан Суён не стала развивать эту тему и переводить всё в холодную войну и обмен колкостями. Хотя, откровенно говоря, ни черта это не хорошо. …это значит, что она еще не отошла после всего случившегося. - Абсолютной, - слабо кивает Ким Докча, закусывая нижнюю губу. – Хотя, кое-что мне показалось странным. - Что именно? – Суён скалится. – То, что у тебя на него не встал? …он берёт свои слова обратно – эта ведьма явно начинает потихоньку приходить в себя. Ким Докча поднимает очи горе. - Он понимал мою речь. Краем глаза мужчина подмечает движение: существо в отсеке плавно ведет головой. Пурпурные глаза открываются шире, рыщут по помещению, словно в поисках чего-то. - Он слишком хорошо понимал мою речь. Хан Суён напрягается, стоит «рыцарю» застыть, повернувшись к ним. Сияющие фиолетовым глаза не мигают, и женщине не нужно подтверждений тому, что это существо прекрасно их видит. …хотя не должно бы. …перегородка между отсеком и смотровой кабиной – прозрачна лишь с одной стороны. - Суён, ты говорила, что этот громила наклонился так, что второй не попал в зону видимости камер, верно? Ким Докча ставит полупустой стаканчик на стол, и он может поклясться, что взгляд «рыцаря» проследил за его плавным движением. Это не так уж заметно, но Докча всё же подмечает легкое движение головы существа и то, как на миг прищурились его полыхающие глаза. - Если я опишу того, кто внутри него, ты сможешь составить голографический портрет? Суён дергает уголком рта. От леденца во рту осталось гадливое послевкусие. Ей стоит сказать начальству, чтобы они проверили поставщиков на «вшивость». - Без б. А зачем тебе? Дро-… гм, молиться на него перед сном? Докча нежно смотрит на стаканчик на столе. Он на полном серьёзе размышляет, не стоит ли кинуть им в эту язву. - Пробей его по базе данных ближайших колоний на соответствие, - нет, всё же, он не до такой степени сорвиголова, чтобы действительно выбешивать эту женщину. Еще проклянёт, с неё станется. – Если ничего не отыщется, то всё хорошо. Но в противном случае… - Ким Докча не договаривает, но это и не нужно. Суён хмурится. Она в полной мере осознаёт, что это самое «в противном случае» обозначает.

_

«Рыцарь» смотрит на него. Немигающе, испытующе. Пурпурные глаза чуть щурятся. Ким Докча нервно сглатывает, борясь с желанием обернуться назад и глянуть в сторону защитной перегородки. Он уверен, что Хан Суён сейчас злорадствует. Вообще, по сути, было бы логичнее, если б они еще немного понаблюдали за этой «матрёшкой». Пусть SJW и ведёт себя куда спокойнее пресловутого YJH-1864, это не отменяет того факта, что он одним ударом расхерачил саркофаг, который до этого не могли даже поцарапать. Докча не хочет думать о том, что может случиться с хрупким человеческим телом, если этот гигант хотя бы слегка толкнет его. В частности – с его хрупким человеческим телом. И да, для справки – в этом вопросе Докча чертовски пессимистичен. Вздохнув, мужчина аккуратно устраивает поднос с пробирками и инструментами на стол рядом с собой. Пурпурные глаза существа на миг концентрируются на разнообразии колб прежде, чем вновь сосредоточиться на нём. …это, ожидаемо, нервирует. - Не делай так, ладно? – негромко тянет Докча, дёргая уголком рта. – Я знаю, что ты понимаешь мою речь. В конце концов, тот, другой, послушно замер, когда он в первый раз попросил его остановиться. Пурпурные глаза чуть щурятся. «Рыцарь» вновь смотрит на коллекцию пробирок. - Это для анализов. Образцов, - Ким Докча плавно ведёт рукой над подносом, берет пальцами тонкий пинцет. - Мы хотим узнать о тебе больше. Он не считает нужным скрывать что-либо от этого существа. После пары дней наблюдения за гигантом мужчина уже пришел к выводам, что тот не заинтересован в погромах и бунтах, как тот же YJH-1864. «Рыцарь» вёл себя на удивление спокойно всё это время, величаво игнорируя всех исследователей, которые осмеливались заходить в его отсек для снятия показания с приборов наблюдения. Просмотр же записей с камер показал, что время от времени его «панцирь» раскрывался, демонстрируя спрятанного внутри ‘второго’. Более человеческое внешне создание слегка выдвигалось вперед, вело головой и вновь пряталось внутрь своей «раковины». Что примечательно, выбирало оно для своих «вылазок» лишь те моменты, когда никого не было – ни в самом отсеке, ни даже в комнате наблюдения. Могли ли эти двое как-то общаться между собой?.. Докча протягивает к «рыцарю» пинцет. - Я не причиню тебе вреда, - спустя паузу, он издает слабый смешок. – Не смог бы, даже если бы попытался. Пурпурные глаза в прорезях «шлема» не моргают. Ким Докчу не покидает странное ощущение, что его пристально рассматривают. - Я слабее тебя, - произносит исследователь как нечто, само собой разумеющееся: он не видит смысла лгать этому существу, с учетом того, что они абсолютно на разных ступенях силы. Откровенно говоря, будь на то желание «рыцаря», либо его «жемчужины», в прошлый раз люди, присланные Суён, вполне могли найти в отсеке лишь его остывающую тушку. То, что сейчас он стоит тут, это целиком и полностью милость непонятного парного создания. Ким Докча это прекрасно понимает. Как и Хан Суён, что сейчас мрачно наблюдает за происходящим из-за защитного стекла. Ранее, сразу после того, что случилось в отсеке YJH-1864, глава исследовательского отдела откровенно надавала ему по мозгам. Впервые за крайне долгое время. Не смущаясь присутствия главы подразделения охраны, и да, судя по лицу Чон Хивон, та сама хотела всыпать ему по первое число. Что было как минимум несправедливо. Докчу вообще не покидает до сих пор ощущение, что все на станции свято убеждены в его скрытом желании влезть в любые неприятности, которые только есть. Иначе он объяснить внезапное пристальное внимание каждого второго сотрудника к своему поведению не может. …при всем уважении, это не нормально. Ким Докча категорически не хочет вспоминать, как он отвоевывал право присматривать за SJW. За те два часа «аудиенции» с этой межзвездной ведьмой всея станции, мужчина услышал о себе столько откровений, сколько ему не высказывали даже в годы притеснений и издевательств. Будь благословенна Ю Сангах-сси, которая буквально ворвалась в кабинет Суён, не дав той перешагнуть черту! Докча может терпеть крайне долго. Чертовски долго. …но есть темы, которые даже он не оставит без внимания. И, видимо, Хан Суён скумекала, что могла затронуть пару-тройку именно таких тем в пылу своей словесной горячки. Поэтому Ким Докча сейчас здесь. С подносом с ампулами, пробирками и колбами на столе. Перед громадным «рыцарем», внутри которого таится до поры до времени иное существо. - Ты можешь убить меня в любой момент, верно? – Докча не очень кстати вспоминает хватку YJH-1864 на своём горле. Его кадык дёргается, привлекая внимание существа. – Я беспомощен против тебя. …и это звучит до омерзительного двусмысленно. Гигант щурится. Он плавно наклоняется к Ким Докче, и это выглядит так, словно он опасается спугнуть маленького зверька резкими движениями. Громадному «рыцарю» требуется основательно согнуться, чтобы его «забрало» оказалось на одном уровне с лицом Докчи. Исследователь борется с желанием отступить на шаг назад, когда видит прямо перед собой сияющие фиолетовым глаза. За «забралом» он кое-как способен различить нечто… человекоподобное, но словно окруженное то ли густым маревом, то ли какой-то субстанцией. Докча чуть хмурится, пытаясь вглядеться. - Это… «Рыцарь» издаёт тихий гул. Ким Докча дёргается, чувствуя, как вибрация от этого низкого звука словно проходит сквозь всё его естество. Он поспешно отводит взгляд в сторону. Не провоцируй его, не провоцируй… Он неосознанно касается своего горла: Докча чувствует фантомные жесткие пальцы. Хах, а Эйлин была права, да? Такое не проходит бесследно. …ничто, блядь, не проходит бесследно. Низкий гул, раздавшийся в опасной близости, заставляет его вздрогнуть. Ким Докча кое-как фокусирует взгляд на существе перед собой и в этот раз действительно делает шаг назад. Близко. Слишком близко. «Рыцарь» кренится вперед, стоит Докче отстраниться. Это довольно жутко – видеть, как нечто столь массивное приближается снова, будто раздраженное увеличением дистанции со стороны оппонента. Рука существа, покрытая подобием брони, неспешно тянется к мужчине, и тот запоздало обращает внимание на заостренные когти, поблескивающие пурпуром. Где-то в стороне слышится движение, и не нужно быть гением, чтобы понять – Хан Суён начинает действовать. Створки дверей в отсек разъезжаются: краем глаза Докча способен различить силуэты нескольких массивных людей в полном обмундировании. Он хочет закатить глаза. Серьезно? И что они могут сделать? Почистить броню этого Гаргантюа, наточить его коготочки? SJW разворотил собственный саркофаг, всего лишь, блядь, потянувшись – а Суён думает, что парочки бойцов хватит, чтобы заставить эту махину дрожать от страха? Да их размажет тонким слоем по стенам отсека!.. Кроме того… это слишком хорошая возможность проверить намерения этого создания. И Ким Докча осторожно приподнимает руку, ведёт пальцем из стороны в сторону. «Подождите.» Знак, достаточно понятный любому, и исследователь испытывает смутное удовлетворение, когда солдаты внутреннего правопорядка замирают. Один из них, явно старший по рангу, поворачивает голову в сторону замаскированной смотровой перегородки. Докча знает – он получает инструкции, а также наверняка выслушивает парочку нелестных эпитетов в сторону того, из-за кого их и отправили в этот отсек. Да, Ким Докча не сомневается: его сейчас костерят. И явно со вкусом. …не в первый раз, впрочем. Удостоверившись, что солдаты не двинутся без крайней надобности, Ким Докча возвращает всё свое внимание «рыцарю», только сейчас понимая, что тот не шевелился всё то время, пока он играл в гляделки с бойцами. Но сейчас, когда мужчина вновь сосредоточен на нём, гигант возобновляет движение. Черно-пурпурные когти тянутся к тонкой шее мужчины, задевают горловину темно-серого свитера, приспуская. Докча застывает, чувствуя прохладу. Сияющие аметистами глаза неотрывно смотрят на темные отметины чужих пальцев, так ярко выделяющиеся на почти белой коже. Низкий гул вновь проносится по всему отсеку. Докча еле заметно вздрагивает: ему чудится недовольство, сочащееся в этом густом, странно-маслянистом по ощущениям звуке. А затем он застывает. Коготь-… нет. Ладонь существа бережно касается его шеи. …и это - не ладонь «рыцаря». Ладонь «рыцаря» может с легкостью уместить в себе всю его многострадальную и, как ни скажет Суён, пустую головушку. Она не может ощущаться так... по-человечески. Сглатывая, Ким Докча опускает глаза, отводя взгляд от немигающих пурпурных глаза, что так ненормально сосредоточены на его шее. Покрытая черной броней рука, более тонкая и миниатюрная по сравнению с громадиной, который согнулся сейчас в три погибели перед человеком, тянется из приоткрывшего панциря. Прохлада касается кожи исследователя, оглаживает в пугающе-ласкающем жесте всё еще неприятно ноющие отметины. Вот только глаза, полыхающие льдисто-голубым, сосредоточены на лице Ким Докчи. Мужчина сглатывает. Поглаживания на миг прекращаются: Докча ощущает, как большой палец медленно оглаживает его дрогнувший кадык прежде, чем ‘второй’ возобновляет странную ласку. …нельзя молчать. - Уже не больно, - Ким Докча заставляет себя улыбнуться, пусть и уголками рта. Это больше смахивает на гримасу, но всё же. – Скоро всё пройдет окончательно. Человекоподобное существо внутри «рыцаря» продолжает смотреть на него. Докча уверен, что способен распознать в глубине этих лазурных звезд скептическое выражение. Поэтому он тянет, спокойно и размеренно: - Это не самое худшее, что случалось со мной, - и это не ложь, совсем нет: просто попытка удушения ублюдочным YJH-1864 стала первым подобным случаем за последние как минимум пять лет, так что… тут скорее виновата грёбаная память тела. Эйлин всегда права в таких вопросах. Он должен угостить её чашечкой кофе, и нормального, а не той бурдой, что сейчас томится на складах станции. Обтянутые чем-то черным, прохладным, пальцы скользят выше. Огибают его челюсть, задевают мочку уха. Касаются чуть впалой бледной щеки и замирают так, пока лазурные глаза слегка прикрываются ворохом угольных ресниц – и мать вашу, это противозаконно, чтобы у мужчины были подобные ресницы! - Всё хорошо, - Докча заставляет себя улыбнуться чуть искреннее. За его спиной в открытых дверях отсека настороженно застыли солдаты, и его не может не напрягать то, как складывается вся эта ситуация. К гулу «рыцаря» добавляется новый звук – легкое мычание, ленивое, несущее в себе оттенок недоверия. Льдисто-голубые глаза ‘второго’ щурятся. Докча сдерживает себя от желания сглотнуть еще раз. - Раз уж ты проснулся, - он плавно приподнимает пинцет с зажатым впитывающим сгустком. – Как насчет дать мне образцы твоей слюны, м? …и блять, не спрашивайте, как ему удалось при этом прозвучать игриво. ‘Второй’ смотрит на пинцет в его руке, затем поднимает взгляд на лицо Докчи. Мужчина умудряется сохранить легкую улыбку на губах, когда ему намекающе нажимают пальцами на щеку, оставляя легкое покраснение на коже. Кажется, его послали?.. …о. О-о-о. Нет, его не послали. Панцирь «рыцаря» раскрывается чуть шире, и в этот раз Докча способен рассмотреть то, что находится внутри гиганта. И это… вызывает мурашки не только вдоль хребта, но и вдоль любой мало-мальски крупной кости в его теле. Тело ‘второго’ утопает в густой смолянистой субстанции, которая, словно чудовищные зыбучие пески, втягивает человекоподобное существо в себя практически полностью. Это вещество переливается, и Докча на мгновение поражен мыслью, что оно будто… живое? Создание с человеческим обликом выдвигается чуть вперёд, не сводя взгляда с Ким Докчи. Чувственные губы слегка изгибаются в улыбке прежде, чем раскрыться, и исследователь еле-еле давит постыдный звук, рвущийся из глотки. Это существо что, действительно?.. Сухо сглотнув, Докча протягивает руку с зажатым в пальцах пинцетом, несмело помещая его в приоткрытый рот существа. Аккуратно, он прижимает впитывающий сгусток к внутренней стороне щеки ‘второго’, несильно, даже вопрошающе. Можно ли?.. Льдисто-голубые глаза на человеческом лице необъяснимо смягчаются. ‘Второй’ слегка ведет головой, самостоятельно усиливая нажим, после чего отстраняется, позволяя Докче вытащить пинцет из своего рта. Напоследок создание жуёт губами, на миг строя слегка обиженное выражение лица. Словно жалуясь на послевкусие. Исследователь сухо сглатывает снова. …какого чёрта только что произошло, позвольте спросить? Ким Докча прекрасно помнит, сколько труда и нервов было потрачено на то, чтобы взять образцы слюны у YJH-1864. О, это была настоящая битва! Ублюдок сопротивлялся так, словно из него хотели вырезать какой-то орган на живую, и в итоге его держало несколько солдат в экзоскелетах, пока Докча, мысленно поминая всех известных ему богов прошлого и настоящего, силился разжать челюсть инопланетного красавца. И вот сейчас, вот так просто… Докча тупо смотрит на пинцет в своих руках. Тихий смешок вырывает его из размышлений, заставляя вскинуть глаза. Второй плавно ускользает обратно внутрь панциря «рыцаря». Улыбка на его губах теперь куда отчетливее, и да – да… хрень внутри гиганта действительно живая, что только подтверждает некоторые мысли Ким Докчи. Пинцет подрагивает в пальцах человека, когда панцирь «рыцаря» закрывается на манер раковины. Пурпурные глаза гиганта щурятся. Ким Докча тупо моргает. - Бесстыдники, - срывается с его губ само собой. В этот раз гул, исходящий от «рыцаря» звучит самодовольно.