Лишь во тьме звезда может сиять.

Ну, что ж... Дерьмо. Сун Джинву – это последний чело-… гм, последняя персона, которую хочет видеть Ким Докча на данный момент. Мужчина беспомощно дёргается в хватке YJH-1864, силясь вырваться, но получает только угрожающий рык. Поджав губы, исследователь всерьез задумывается, не стоит ли ему пнуть высокомерного ублюдка коленом в пах. Конечно, в таком случае ему могут вообще оторвать руку к хренам собачьим, но это лучше, чем находиться в подобной двусмысленной ситуации, так что-… Бархатный голос звучит в частично развороченном помещении, каким-то чудом перекрывая протяжный звук сирены: - Не делай этого. …есть нечто странное в том, как это перекликается с той самой, первой фразой, которую некогда произнес сам Докча, глядя в аквамариновые глаза Сун Джинву. Мужчина неосознанно замирает. Чон Хивон в стороне тоже, но на неё мало кто тут обращает внимание. Сун Джинву склоняет голову к плечу, концентрируя на мгновение взгляд на Ким Докче. Сияющие льдисто-голубым глаза чуть смягчаются, но снова обращаются двумя осколками льда, стоит ‘второму’ взглянуть на напряженного YJH-1864. - Чем больше ты сопротивляешься, тем сильнее его интерес, - тянет мужчина, будто облаченный в саму тьму. – Они ценят это больше всего. Способность противостоять им, выступать против их воли. Чувственные губы изгибаются в подобии усмешки. - Столь нелепый способ отыскать ‘компаньона’. Существо, удерживающее Ким Докчу, вновь скалится. Докча готов поклясться, что различает, как заостряются прямо на глазах его зубы. Это что-то новенькое… - Можешь больше не притворяться немым, - Сун Джинву приподнимает брови с неким снисхождением и внезапно будто выплёвывает: - Ккома. «Ккома»?.. Докча чувствует, как существо с обликом человека рядом с ним крупно вздрагивает. На миг золотые глаза раскрываются шире, YJH-1864 пробегает цепким, изучающим взглядом по Сун Джинву и щурится, кривясь. Ким Докча еле давит непрошенную дрожь, когда почти ему на ухо рычаще выдыхают: - …Монарх. О, ну зашибись! Эта красивая мразота действительно может говорить! Они оба, блять, могут! Докча ощущает себя полным идиотом, вспоминая, как в своё время вёл односторонние диалоги с YJH-1864, когда его только-только назначили смотрителем этой твари. Не удивительно, мать вашу, что тот всегда смотрел на него как на последнего придурка! …ему наверняка было чертовски весело наблюдать за таким дурнем. Исследователь искренне хочет катапультироваться на ближайшую планету, вырыть там глубокую яму и закопаться в ней. - Не Монарх, - неожиданно слегка ведёт головой Сун Джинву. – Пока что нет. YJH-1864 моргает. Его губы кривятся в усмешке. - Преемник… - это определенно презрение в его голосе, верно? – Незавершенный, - да, определенно, это презрение. Докча моргает. «Монарх»? «Преемник»? «Незавершенный»? Что?.. Ох, он подумает об этом позже… Сейчас же… Очевидно, что YJH-1864 пытается вывести из себя оппонента. Жаль лишь, что Сун Джинву это, кажется, ни в малейшей степени не трогает. - Незавершенный, - с легкостью признаёт он, делая скользящий шаг к двумя мужчина. – Но это временно. И, откровенно говоря… - в этот раз уже он кривит губы в снисходительной улыбке. – Это куда лучше, чем быть, как ты. Всего лишь одним из множества осколков. Докча вздрагивает, вновь слыша рык над своей головой. YJH-1864 рыпается в сторону ‘второго’, явно не с дружелюбными намерениями, но он всё еще держит исследователя за руку, возможно, сам того не осознавая, и это отрывистое движение заставляет того сдавленно зашипеть от боли. Взгляд Сун Джинву становится острым. - Отпусти его. Это звучит как приказ. Требующий беспрекословного повиновения, жесткий приказ. YJH-1864 на мгновение замирает, его зрачки вытягиваются. Он хмыкает. - Он мой, - …чего? - Я нашел его первым, - ...чего, блять?! Докча оторопело моргает, на секунду даже позабыв о боли в запястье. Он недоверчиво смотрит на мужчину, что продолжает удерживать его. Что это еще значит, а? Какое еще «я нашел его первым», что за «он мой»? Это что, гребаная детская площадка, а он – игрушка, которую делят два избалованных ребенка?! В груди неприятно колет. …он ненавидит такое отношение. - Поэтому пытался убить? – одна бровь Сун Джинву исчезает под густой челкой. – Это очень любопытный способ заявить свои права. Кроме того… ‘Второй’ делает еще один шаг к ним. Тьма, исходящая от его «брони», стелется по полу, будто живая. - Разве ты не выбрал кого-то еще? Мы точно слышали разговоры других людей вне отсека… Ли Сеольва, верно? Неужели эта женщина не прошла твоей проверки? Ты убил её, так? Сун Джинву говорит это вкрадчиво, мягко. Его голос звучит завораживающе, гипнотически. Но лицо YJH-1864 искажается. Существо отступает, утаскивая за собой и Ким Докчу, игнорируя его еле слышное болезненное мычание. Докча опасается смотреть на своё запястье в чужой хватке, ему чудится нехороший синий оттенок под пальцами другого мужчины. - Он мой, - YJH-1864 игнорирует вопрос Сун Джинву, хмурит густые брови; он повторяет эту осточертевшую фразу, прижимая к себе Ким Докчу, и блять, как же это бесит… - Я уже всё решил. Я остановил свой выбор на нём, я забираю его-… - Ох уж эти ккомы! Сун Джинву низко смеётся, прерывая оппонента. Он чуть закидывает голову назад, и кажется, будто его и впрямь веселит вся эта ситуация, но, когда он резко обрывает смех и снова смотрит на YJH-1864, аквамариновые глаза лишены и доли насмешки. Это – бездушные холодные звезды, равнодушные и жестокие, и так палач смотрит на того, кому уже вынесен приговор. - Эшборн говорил, что вы никогда не спрашиваете других, хотят ли они следовать за вами. Никогда. ‘Второй’ криво улыбается. Тьма вокруг него становится более заметной. YJH-1864 настороженно следит за завихрениями смога. - Итак, ты тоже хочешь забрать его – без его согласия? Погубить его, как многих других, кого погубил ваш вид? Минутку… «Многих других»?.. Докча на миг отвлекается от своих мыслей, затронутый этой фразой. Всё, что говорит Сун Джинву, имеет невообразимую значимость, но конкретно это – оно словно спусковой механизм. В голове Докчи будто щелкает. …это херово. …это очень херово! Сколько еще людей погибло от действий вида YJH-1864? И не только людей, если уж о них знают даже представители другой расы, к которым относится тот «рыцарь»… Эшборн, так его назвал Сун Джинву, да? Для чего эти самые «ккомы» ищут так называемых ‘компаньонов’ и почему был выбран именно он, Ким Докча? Нет, не так… Почему YJH-1864 вообще выбрал именно их межпланетарную военно-исследовательскую станцию?.. Мужчина не хочет выяснять. Сун Джинву делает еще один шаг. Он словно источает тьму. - Ты думаешь, мы позволим тебе это сде-… - величавая речь резко обрывается; глаза ‘Преемника’ широко раскрываются, его взгляд концентрируется на Ким Докче в руках ккомы. YJH-1864 моргает, опускает голову, чтобы посмотреть на человека в своих руках, и застывает. Он чувствует, как Докча на мгновение жмется к нему – плотно, почти что яростно. Золотистые глаза вспыхивают странной эмоцией, но в следующий миг-… Рёв сотрясает весь отсек. YJH-1864 выгибается в спине под воздействием двойной волны тока: Докча озлобленно зажимает «пуговицу»-шокер со всей силы, не отпуская. В бешенстве, ккома отшвыривает от себя исследователя. Ким Докча уже готов к жесткой стыковке своей многострадальной спины с полом, но неожиданно оказывается в чужих руках, что бережно удерживают его. …такой контраст по сравнению с хваткой YJH-1864. Его поврежденного запястья касаются – на удивление бережно, мягко, пусть даже это плохо ощутимо из-за вспышки боли. Докча закусывает внутреннюю сторону щеки, вскидывает голову и замирает кроликом. Сун Джинву рассматривает его опухшее, нехорошего глубокого сине-фиолетового оттенка запястье. Его взгляд пугающе-пристальный, и холодеет с каждой секундой всё больше. - Он сделал тебе больно… - еле слышно выдыхает ‘второй’, оглаживая кончиками пальцев опухший участок руки. Это почти неощутимо. Вблизи голос Сун Джинву звучит еще более глубоко и чувственно, и это ненормально для Ким Докчи, так реагировать – застывать, словно олень в свете фар. Это совершенно на него не похоже. И все же, Докча не шевелится. Он совершенно неподвижен, когда Сун Джинву наклоняет голову и бережно касается губами его запястья. Лишь кадык нервно перекатывается вверх и вниз. На миг сияющие льдисто-голубым глаза ‘второго’ скользят по шее мужчины, чуть щурятся, и непонятно – в довольстве же, или в настороженности. Сун Джинву плавно отстраняется, аккуратно дует на посиневшую кожу. - Больше он тебя не тронет, - существо, некогда бывшее человеком, еле заметно улыбается. – Никто тебя больше не тронет, - это звучит словно клятва, ужасающе искренне. Докча, не в силах сдержаться, снова сглатывает. – Мы не позволим… В стороне раздаётся рычание. YJH-1864 поднимается с колен, на которые рухнул под воздействия тока. Пылающие золотом глаза неотрывно смотрят на них, непонятно лишь, кто именно привлекает больше внимания этого существа: Сун Джинву, или же Ким Докча в его руках. От мужчины исходит угнетающее давление, и исследователь невольно съёживается, прижимаясь к тому, кто его держит. …он не видит слабой довольной улыбки на губах Сун Джинву. - Отдай, – рычит YJH-1864, делая тяжелый шаг в сторону ‘Преемника'. – Он мой… Отдай! - Не заслуживаешь, - спокойно парирует Сун Джинву, вызывая у оппонента еще один взбешенный рык. Неспешно, ‘Преемник’ обводит полуразрушенное помещение взглядом и смотрит прямо на притихшую Чон Хивон. Возможно, кто-то бы и рассердился на женщину за её бездействие, но, говоря откровенно, Докча не может её винить. В такой ситуации он бы и сам старался не особо привлекать внимания: у главы охраны могут быть шансы против одного из двух нелюдей, это да, но против двух сразу?.. Немного смахивает на самоубийство, если уж начистоту. Судя по легкому прищуру, Сун Джинву считает иначе. Он поджимает на миг губы прежде, чем открыть рот: - Ты, - Хивон еле заметно вздрагивает, глядя на него. – Отведи его в лазарет, - мужчина аккуратно помогает Докче подняться на ноги, при этом ненавязчивая вынуждая прижиматься к себе. Исследователь украдкой косится на него, и только сейчас понимает… Да вы издеваетесь… Мужчина возмущенно вскидывает голову, забывая про все опасения и предосторожности. Он смотрит на Сун Джинву, что возвышается над ним аж на полторы головы. Да как так-то?!.. Поглощенный осознанием вселенской несправедливости, он упускает момент, когда Чон Хивон приближается и, настороженно поглядывая на ‘Преемника’, тянет исследователя к себе. На миг возникает довольно странная сцена: Докча уже сделавший было шаг к главе охраны, ошарашенно дергается, осознавая, что его… удерживают? Недоумевая, Ким Докча смотрит на ‘второго’. Сун Джинву поджимает губы, глядя ему в глаза. Его пальцы бережно сжимают локоть мужчины: совершенно иначе, нежели это делал YJH-1864. - Не бойся нас, - спустя небольшую паузу наконец тянет он и каким-то уже привычным движением убирает выбившуюся прядь за ухо исследователю. Докча оторопело моргает. – Пусть другие боятся. Но не ты. Ким Докча сглатывает. Он старается сделать это как можно незаметнее, но чёрт, пылающие льдисто-голубым огнем глаза бывшего колониста SL-11 скользят по его горлу, и это заставляет кончики ушей мужчины слегка порозоветь. - Я не боюсь, - слегка хрипло выдавливает из себя исследователь. Сун Джинву улыбается. Слабо, но от этого и без того красивое лицо мужчины становится еще ярче. - Хорошо. Хивон издаёт легкий кашель, привлекая внимание Ким Докчи. Вздрогнув, тот запоздало кивает, поглядывая на женщину с выражением вины в глубине глаз. Глава охраны заводит его себе за спину, пристально наблюдая за малейшим движением YJH-1864, и тот действительно пытается шагнуть в её сторону, но ‘Преемник’ быстрее. Бывший человек неспешно направляется к ккоме, и с каждым его шагом его улыбка плавно обращается в нечто иное, заставляя потеплевшее было выражение неестественно красивого лица становиться всё более холодным. …бесчеловечным. Докча прерывисто выдыхает, следуя к выходу под прикрытием Чон Хивон. Ему хочется передёрнуть плечами от непрерывно следующего за ним взгляда YJH-1864, но он сдерживается, и блять, это чертовски сложно. YJH-1864 смотрит на него, как оголодавший хищник – на свою добычу. Это в принципе мало кому понравится… - Не смей пялиться на него, - голос Сун Джинву словно вспарывает наступившую тишину. Жесткий и властный, он мало вяжется с тем податливым образом, который ‘второй’ демонстрировал всего минуту назад. – Ты не имеешь на это никакого права. - Ты – всего лишь незавершенный, - уничижительно тянет в ответ на это YJH-1864, с презрением глядя на медленно приближающегося к нему бывшего колониста. – Ты прибыл на эту станцию гораздо позже меня. Кто не имеет тут никаких прав, так это ты. Это - мои охотничьи угодья. …Ким Докче охренительно не нравится то, что он слышит. Сун Джинву издаёт тихий звук, напоминающий смешок. - Вот оно как? Что ж, тогда… - тьма, окружающая его руку, неожиданно вытягивается, покорно ложится в ладонь мужчины, принимая облик чего-то вроде… кинжала? – Почему бы этим «угодьям» не сменить хозяина? Ким Докча до последнего вытягивает шею, пытаясь рассмотреть, что будет дальше – уступая непрошенному любопытству. Но Чон Хивон, как назло, слишком хорошо понимает весь звездец ситуации. Она выпихивает мужчину из полуразрушенного отсека всего за мгновение до того, как изнутри раздаётся красноречивый грохот, что смешивается с жуткими, определенно нечеловеческими звуками. Миг спустя весь ярус станции вновь погружается в пронзительный звук сирены.

-

Хан Суён вертит в руках конфету, незряче глядя в одну точку перед собой. Она в таком состоянии с тех самых пор, как получила отчет о произошедшем. Это либо достижение состояния Дзен, о котором сама Суён грезила уже полгода, либо же просто крайняя степень эмоционального выгорания. Докча даже не знает, что лучше. За последние пару недель на их станции произошла масса такого, что с легкостью могло привести как к первому, так и ко второму, а то и к обоим пунктам одновременно. Сам он пока что держится. Ключевое слово – «пока что». В конце концов, не каждый день узнаешь, что являешься целью двух (а то и трех, мать вашу) инопланетных хренотеней. Ким Докча отпивает из бумажного стаканчика. Держать тот левой рукой не очень удобно, но правой он не сможет пошевелить как минимум еще пару дней. Хватка YJH-1864 оказалась поистине ужасающей. Докча даже невольно задается вопросом, как Ли Сеольва, да упокоится её душа, смогла так долго продержаться до своей трагичной кончины… Мрачные мысли изгоняются из его головы еще более неприятными размышлениями. Сегодняшний день принёс много новой информации. До сих пор они считали, что есть лишь существа по типу YJH-1864 – или же ккомы, как они теперь знают. До упомянутого объекта их разведывательным отрядам удавалось находить лишь останки ему подобных: разорванные словно изнутри, ужасающие и исковерканные. То, что они отыскали YJH-1864, казалось всем на станции и в военном ведомстве неслыханной удачей. Но Сун Джинву намекнул, что таких вот кком существует довольно много. А из реплик самого YJH-1864 можно вынести, что все они что-то – кого-то – ищут. ‘Компаньонов’, как выразился, опять же, Сун Джинву. …и в глазах YJH-1864, Докча – один из таких вот ‘компаньонов’. Мозг Ким Докчи уже кипит от всех размышлений и теорий, которые он успел выстроить в ряд. Однако, что более важно… Докча поджимает губы, делает еще один глоток из стаканчика. Он старается не смотреть в сторону смотрового стекла. Это нечто интуитивное, нечто подсознательное. …он знает, что на него неотрывно смотрят. Когда группа безопасности прибыла к отсеку YJH-1864 – запоздав из-за повреждений на ярусе, очевидно, вызванных прибытием Сун Джинву – они застали сцену ужасающей драки. Весь отсек был разворочен от и до: аппаратуру расхреначили так, что восстановлению она не подлежала от слова совсем. И посреди всего этого стояли два человекоподобных существа… вот только людьми их сейчас никто не посмел бы назвать даже в мыслях. Докча понятия не имеет, как им удалось скрутить взбешенного YJH-1864. Он лишь знает, что по итогу того всё же отбуксировали в другой отсек, где строптивый ублюдок и находится на данный момент. А что касается Сун Джинву… ‘Преемник’ вернулся в отсек SJW сам. Пусть в сопровождении нервных бойцов и под прицелами бластеров – как если бы те могли что-то ему сделать, хах!.. – но сам. И, если кто-то спросит Ким Докчу, такая показательная покорность куда подозрительнее буйства YJH-1864. - Он тебя трахнет, - внезапно уверенно говорит Хан Суён. От неожиданности Ким Докча выплёвывает глоток кофе, который успел сделать. Темная жидкость стекает по его подбородку, пока он ошарашенно смотрит на главу исследовательского отдела, пытаясь осмыслить то, что услышал. Какого ху-?... Со стороны слышится задумчивое мычание Чон Хивон: - Как пить дать, трахнет, - подтверждает она, вызывая очередной полузадушенный звук у мужчины, стоящего между двумя пребывающими в каком-то заторможенном состоянии женщинами. - Прям на столе посреди отсека, - продолжает эстафету Суён. - А второй будет стоять и смотреть, - добавляет Чон Хивон, кивая каждому слову. И, простите пожалуйста, но какого грёбаного хрена?.. Бумажный стаканчик трещит в здоровой руке Ким Докчи. Кофе течет по его пальцам, капает на пол, пока исследователь немигающе смотрит на двух внезапно единодушных мадемуазелей, с деревянной улыбкой на лице. Его левый глаз слегка дёргается. Что он только что услышал?.. Вообще-то, эти двое друг друга на дух обычно не переносят. Они отличаются друг от друга, как небо от земли, а потому немудрено, что обычно стараются особо не взаимодействовать. Каждая их встреча начиналась с вежливо-делового тона и заканчивалась завуалированными издёвками, так что без особой необходимости женщины старались не пересекаться. До сих пор, по крайней мере. И вот, свершился первый признак грядущего Конца Света – Чон Хивон и Хан Суён мирно беседуют. …если б еще не столь сомнительная тема разговора, можно было бы спокойно записывать этот разговор и транслировать на всю станцию, чтоб остальные тоже приохренели. Ким Докча делает медленный вдох. К сожалению, в данный момент они единодушно обсуждали не то, что он хотел бы обобщать. Мужчина так же медленно выдыхает, запоздало чувствуя, как обожженный горячим кофе участок руки неприятно зудит. Воистину – издевательство над ним сближает людей. Великолепно, мать вашу. Выбросив поврежденный стаканчик в мусоросжигатель, Докча оторопело наблюдает за деловито кружащим у его ног роботом-уборщиком. Тот проворно вытирает остатки низкопробного кофе, заодно аккуратно подчищая его лакированные туфли. Мужчина с присвистом выдыхает прежде, чем чувственно обратиться к двум коллегам, косящимся на него подозрительно блестящими глазами: - Идите на хрен. Суён хрюкает, подбрасывая конфету в воздух и, не глядя, ловя её. - Только после тебя, дорогуша, - елейно тянет она. – У тебя на это больше шансов. Докча чувствует, как веко дёргается сильнее. Возможно, аккуратно высказанное ранее предложение Ю Сангах о переводе на другую станцию не так уж и лишено смысла. По крайней мере, вероятность того, что там продолжатся эти издевательства над его и без того никчемной самооценкой, практически равна нулю. …не говоря уже о том, что это значительно повысит его собственную безопасность после всего, что случилось за этот день. Вот только… Мужчина нервно кидает взгляд в сторону смотрового стекла отсека SJW, сглатывает. Неподвижно стоящий перед преклонившим колени «рыцарем» - Эшборном – Сун Джинву мягко улыбается ему, окруженный завитками живой тьмы. …позволят ли ему?