Лишь во тьме звезда может сиять.

- Ты облажался. YJH-1864 молча скалится, показывая чуть выступающие клыки. Он смотрит на человека за перегородкой из закаленного двойного стекла исподлобья, угрожающе, непокорно – всем своим видом демонстрируя, что он думает об оппоненте и в насколько цензурной форме. Его собеседнику наплевать. Он выверенным жестом проверяет запонки на своём костюме: таких сейчас не носят, так называемый «раритет». Лишь зажиточные и власть имущие могут позволить себе подобную одежду. Вычурная маска закрывает большую часть лица, позволяя увидеть лишь волевой подбородок и чувственные губы, что сейчас сжаты в плотную линию. Человек по ту сторону стекла - «гость» - стоит выше, чем кто бы то ни было в этом звездном секторе, и даже на приснопамятной Земле к его мнению вынуждены прислушиваться. - У тебя была лишь одна задача, - мужчина в маске поднимает глаза на YJH-1864, - и ты облажался, 1864-ый. «Ккома» напряженно подаётся чуть назад. Будь здесь кто из обычно наблюдающих за ним, быстро бы пришел к выводу, насколько это нетипично для него – YJH-1864 отличался каким-то ненормальным отсутствием страха, и многие считали, что причиной тому, ну… естественное отсутствие хищников? Как еще назвать то, что на этой станции не было никого, кто мог бы сравниться с этим существом по силе?.. Что ж, SJW сравнительно недавно доказал, что теперь YJH-1864 не единственный, с кем стоит считаться. …а теперь это создание довольно красноречиво реагирует на своего оппонента. Пусть между ними и находится толстенное стекло, которое и очередью в упор не возьмешь – уже показатель. Мужчина в маске вздыхает. Нарочито разочарованно, словно взрослый, раздосадованный выходкой малолетнего ребенка. Красавец за стеклом напрягается еще сильнее. - Та женщина, - спустя небольшую паузу подает он голос. – Я думал, она подходит больше. - Женщины хрупкие, - человек в маске слегка склоняет голову к плечу. – Женщины мало подходят. Ли Сеольва была исследователем и медиком. Без подготовки, без опыта. Для примера, та же Чон Хивон – даже она оказала бы больше сопротивления тебе, чем эта женская особь. На что ты вообще рассчитывал, раз выбрал её? В отсеке отключены камеры слежения, не ведётся прослушка. Лишь аппарат фиксирует сердцебиение обоих присутствующих здесь, показывая, что оба живы и всё под контролем. Что вмешательство не требуется. Мужчина в маске пристально смотрит на создание перед собой. Сквозь прорези заметны мерцающие золотом глаза. - Ты сомневался в Ким Докче? – проницательно интересуется «гость». – В единственном, кто мог тебя выдержать на всей этой станции? - и в его голосе сквозит непонятное веселье. Почти незаметное. Вот только YJH-1864 странно съеживается. На миг на его красивом лице проступает какое-то поистине детское нежелание. - …я могу отбить его, - тихо тянет он, стискивая кулаки: на запястьях красуются наручи, исходящие неоновыми переливами – новейшие разработки по сдерживанию, чуть что, и мгновенный заряд электричества по нервной системе обеспечен. Люди на межпланетарной станции сделали соответствующие выводы, люди осознали, что с ними по большей части всё это время игрались. – Я могу снова сделать его моим. - Не можешь. «Гость» постукивает длинными пальцами по столу. Он звучит откровенно скучающе. - Для начала, он не был твоим. Ни разу. YJH-1864 стискивает челюсти, играет желваками – но слушает, не перебивая. Он и хотел бы, но… не в той «весовой категории», чтобы перебивать. Не этого… «человека». - У тебя был шанс, много шансов, но ты предпочел обратить внимание на ту женщину. Посчитал его слабым всего после одной попытки и отмёл в сторону его кандидатуру, - человек в маске слегка разводит руками в стороны. – И вот, пожалуйста. Ли Сеольва мертва, а Ким Докча уже синхронизирован. - Не синхронизирован! – YJH-1864 вскидывает голову, глядя с неприкрытой яростью, впервые за очень долгое время столь открыто выражая неподчинение тому, кто сидит по ту сторону стекла. - Вчера Ким Докча вышел из коматозного состояния, в которое был принудительно помещен объектом SJW три дня назад, - в отсеке воцаряется гробовая тишина; YJH-1864 застывает изваянием, пока его оппонент произносит, лениво растягивая гласные: - Подтверждено, что он вступил в «тесный контакт» с объектом, к которому был приставлен. Раздаётся еле слышный хруст. YJH-1864 сжимает кулаки до побелевших костяшек. Наручи начинают предостерегающе мигать янтарным. - Он… - мужчина не договаривает, но «гость» кивает, подтверждая невысказанное предположение уже вслух: - Он находился во внутреннем пространстве Монарха. И да. После этого состояние Монарха было стабилизировано. Мы оба понимаем, что это значит. Наручи «ккомы» напротив «гостя» теперь зловеще мигают красным. Золотистые глаза мужчины широко раскрыты, позволяя увидеть пульсирующий зрачок. Человек в маске наблюдает за ним в течение пары секунд, после чего с тихим вздохом поднимается с места. В отличие от слегка сгорбившегося собеседника, он стоит почти что с неестественно прямой спиной, заложив одну руку за спину. Совершенная противоположность тому, лицо с кем вынужден делить. Столь большая разница, при таком пугающем внешнем сходстве. …«ккомы» делят одну личину, одну сущность, но это не распространяется на их мышление и характер. - В ближайшие дни тебя переведут в другой звездный сектор. Там всё готово: планетарная станция ORV-18-65 уже ожидает твоего прибытия. 1863-ий уверяет, что персонал подобран на совесть, так что среди них должен быть кто-то подходящий. У тебя еще есть достаточно времени, чтобы найти-… - Я хочу, чтобы это был Ким Докча, - резко перебивает оппонента YJH-1864; тот на краткий миг умолкает, однако продолжает, как ни в чем не бывало: - …найти того, кто сможет создать с тобой связь, - «гость» делает неглубокий вдох, словно в попытке взять под контроль свои эмоции: аппарат, отслеживающий ритм его сердца, на миг пиликает, но сразу же утихает. – Забудь о Ким Докче. Его симбиоз с Монархом – лишь вопрос времени, - мужчина одёргивает свой пиджак. – Не позорься сильнее, чем уже есть. YJH-1864 смотрит на него исподлобья: всем своим видом он напоминает дикого зверя, что вот-вот сорвется с цепи. - Это не Монарх. Еще нет. Я могу одолеть его, могу заявить свои права на Ким Докчу! Вот только перед ним не тот, на кого он мог бы скалиться. - Не можешь, - произнесено это так спокойно, что на миг YJH-1864 даже теряется. Его оппонент тянет, снисходительно и слегка лениво: - Человек по имени Сун Джинву уже в заключительной фазе преемственности, - «ккома» дёргается. – Вот почему я и сказал, что ты облажался, - чувственные губы на мгновение растягиваются в несколько издевательской улыбке, показывая ровные зубы. – Ты слишком расслабился, 1864-ый. Нам чертовски повезло, что 41-ый смог сформировать связь с подходящим кандидатом. Это выиграло нам некоторое время. - 41-ый смог?.. – в голосе существа с человеческим обличьем звучит неприкрытое удивление. - То, что он нелюдим, не означает, что он некомпетентен, - снисходительно хмыкает «гость», выуживая из кармана пиджака перчатки. – Ли Хакхён, инженер из колонии «Снежное Поле-49». Он стал его ‘связующим звеном’, - хрустнув пальцами, теперь обтянутыми черным латексом, мужчина в маске кидает пренебрежительный взгляд в сторону оппонента. – Не забудь поблагодарить 41-го при встрече. Если бы не его успех, думаю, тебя бы уже разорвало на части. Он уже собирается выйти из отсека, когда позади звучит тихое: - Ким Докча… казался слишком хрупким. Слабым. Я думал, он не выдержит. «Гость» замирает. Вздох, уже более тяжелый, раздаётся в наступившей тишине. - Я говорил тебе изучить его дело. Этот «хрупкий и слабый» вынес в своё время насилие от рук отца, продолжительные издевательства в интернате и училище, ментальный слом, и своими силами выкарабкался из продолжительной суицидальной депрессии. Для человека… это уже показатель внутреннего стержня, - мужчина оборачивается в сторону застывшего изваянием «ккомы». – Ты просрал идеально подходящее нам ‘связующее звено’, буквально подарив его Монарху, - YJH-1864 вздрагивает, не в силах сказать что-либо под тем давлением, которое оказывает на него собеседник. – Поэтому, будь так добр… Сияющие расплавленным золотом глаза смотрят на «ккому» сквозь прорези маски, отчетливо демонстрируя откровенно нечеловеческую сущность визитёра. - ...Избавь меня от своих жалких оправданий. Дверь отсека закрывается за его спиной, оставляя YJH-1864 в одиночестве.