The Shootout/Перестрелка

      Услышав звонок телефона, что висел у барной стойки, Ник и Рон нервно переглянулись. Яма проблем, в которую они угодили, с каждой минутой становилась все глубже. Ник чертовски нервничал, когда имел дело с копами, но не хотел, чтобы с ними говорил Рон. Парень был слишком возбужден и, вероятно, еще больше ухудшит ситуацию.       — Ответь на звонок, — сказал Ник Терезе, указав на телефон пистолетом.       Она ​​раздраженно скрестила руки на груди.       — Это твоя проблема, Ник. Так что сам отвечай на чертов телефон.       — Просто делай, как он говорит, Терри. — Рон стоял у крайней кабинки, наблюдая за напуганными заложниками. Пронзительный звонок телефона начинал раздражать его, и если кто-то из них не ответит, он сам возьмет трубку.       Тереза ​​вызывающе посмотрела на него. Ей никогда не нравился Рон, и она старалась с ним не пересекаться, но это было трудно сделать, когда придурок был хорошим другом ее младшего брата и бывшего бойфренда. Она никогда не могла понять, почему Ник проводил время с этим неудачником. От Рона были только неприятности, и именно из-за него ее брат сидел в тюремной камере, а не был дома со своей семьей. Ограбление пошло не так, и ее брат взял на себя вину и за себя, и за Рона. Это была одна из причин, по которой Тереза рассталась с Ником, и он ушел. Она терпеть не могла Рона, и думала, что никогда его не увидит. А потом они с Ником ворвались в ресторан, и все снова полетело к черту. Рон был полным придурком, но Ник был порядочным парнем, просто легко поддавался чужому влиянию. Именно поэтому он пошел на ограбление с Роном. У Ника были свои недостатки, но у него было доброе сердце, по крайней мере, так было, когда Тереза видела его в последний раз.       — Меня зовут Тереза, — процедила она. — И сам отвечай на этот проклятый телефон.       — Тереза, пожалуйста, — взмолился Ник.       — Отлично! — смягчилась она и подошла к телефону, висевшему на стене. — Но не со мной они захотят поговорить.       Тереза взяла трубку и не удивилась, когда мужчина представился сотрудником полицейского управления Уортвилля. В этом маленьком городке не происходило ничего особенного, если не считать выходки ее брата несколько лет назад. Именно это и нравилось ей в этом городе, но она знала, что ситуация с заложниками будет для местных копов чем-то новым.       — Алло.       Ник с тревогой наблюдал, как Тереза несколько минут слушала говорившего, пару раз взглянув на него и Рона, прежде чем передать трубку ему.       — Это шериф Ричардсон. Он хочет поговорить с вами.       Ник нерешительно пошел вперед, чувствуя себя в этой ситуации как рыба на суше. Взяв трубку у Терезы, он медленно поднес ее к уху.       — Шериф.

***

      Дин кашлянул и слегка пошевелился. Он застонал от боли в голове. словно ему снова было четырнадцать, и он лежал на бейсбольном поле получив мячом по голове. Прежде чем он понял, что происходит, бейсбольный мяч ударил его по голове, и он потерял сознание. Но тогда он слышал настойчивый голос Калеба, требующий, чтобы он открыл глаза, и плач Сэма. В тот день он до смерти напугал друга и брата, и в итоге провел почти сутки в больнице. Ему было интересно, что он сделал на этот раз, чтобы получить по голове, и где на этот раз были Калеб и Сэм.       Дин вдруг почувствовал себя как дерьмо. Калеба не было рядом, потому что он сам оттолкнул экстрасенса, а Сэм…       СЭМ!       Дин вспомнил, что произошло что-то ужасное. Что-то было не так с его братом. Словно слыша голос Калеба, как и много лет назад, приказывавший ему открыть свои чертовы глаза, Дин мелено моргнул, стараясь оттолкнуть головную боль.       Он чувствовал на лице засохшую кровь. Дин попытался поднести руку к ране, но с удивлением обнаружил, что не может пошевелиться. Потому что его руки были связаны над его головой.       Несмотря на то, что в комнате было темно, Дин смог рассмотреть обстановку и понял, что он был не здесь, когда его ударили. Сейчас он находился в помещении, похожим на небольшой офис.       Под потолком на дальней стене было маленькое окошко, но вряд ли в него можно было пролезть. Он не сможет до него добраться, пока не освободиться. И он не уйдет без младшего брата. Под окном стоял громоздкий деревянный стол, заваленный бумагами, папками и довольно древним на вид компьютером. Переведя взгляд от бесполезного стола, Дин заметил диван у стены. Но когда он увидел, кто лежит на полу у дивана, все мысли вылетели у него из головы.       — Сэмми, — прошептал он. — Сэм!       Он отчаянно хотел, чтобы брат что-нибудь ответил. Но Сэм был слишком неподвижен, и в тусклом свете из окна Дин не мог понять дышит ли он.       Но Дин почувствовал бы, если его брат умер. Он не был экстрасенсом, как Сэм, Калеб и даже Макленд, но у него всегда было что-то вроде шестого чувства, когда дело касалось Сэма. Как будто он всегда мог определить, когда ребенок расстроен или обижен. Он бы, черт возьми, знал, если бы его брата больше не было в живых. Он уцепился за эту мысль, когда младший брат так и не ответил.       Дину нужно было избавиться от веревок. Поэтому он начал тянуть руки изо всех сил, отчаянная потребность добраться до брата притупила боль от веревок, впившихся в его запястья. Но он добился только того, что чуть не стер кожу до крови.       — Сэмми! — крикнул он. Ему уже было все равно, если он привлечет внимание плохих парней. — Чувак, проснись, черт возьми! Пожалуйста, — взмолился он, обхватив руками трубу, к которой был привязан. Мысленно сосчитав до трех, Дин подтянулся и встал колени. Он пытался развязать веревку зубами, но все было бесполезно, Рон хорошо постарался.       В отчаянии прислонившись к стене, Дин повернулся к Сэму. У него в ботинке был нож, но сейчас он был так же полезен, как детектор Джошуа против черного пса, который Сойер использовал в их детстве.       Дин слегка подпрыгнул, когда услышал громкий спор в другой комнате. Дверь приглушала голоса, но Дин уловил раздраженный голос Рона и плач ребенка. У Дина в душе снова вспыхнул гнев, придурок снаружи продолжал терроризировать детей. Как, черт возьми, что-то подобное могло произойти в таком маленьком городке?       Дин снова пошевелился, поморщившись от жжения в запястьях. Ему никогда не удавалось усидеть на месте, особенно когда кто-то, о ком он заботился, попал в беду или пострадал. Глядя на Сэма, Дин безмолвно молил брата подать какой-то признак жизни.       — Сэм! — снова позвал он. — Вставай!       Ему очень хотелось что-нибудь ударить. Он так увлекся, представляя себе всевозможные способы того, как он надерет задницу Рону, что чуть не пропустил движение Сэма.       Глаза Дина расширились, и он наклонился вперед, насколько позволяли веревки. Ему не показалось? Неужели он так отчаянно хотел увидеть знак от Сэма, что теперь у него галлюцинации?       — Сэмми?       Дин с облегчением улыбнулся, услышав в ответ ворчание.       — О, слава Богу. Сэм, проснись!       С большим усилием младший Винчестер повернул голову к брату.       — Дин…       — Чувак! — воскликнул Дин. — Ты напугал меня до чертиков.       — Ой, — поморщился Сэм.       — Что такое?       — Что случилось?       Дин был немного обеспокоен тем, что Сэм еще не открыл глаза. И к тому же младший брат с трудом дышал. Дин не был так напуган с тех пор, как умер отец. Внезапно он пожалел, что вел себя как осел с Калебом. Прямо сейчас им бы не помешала помощь надоедливого экстрасенса. Он чувствовал себя таким бесполезным. Джон умер из-за него, а теперь Сэм умирал на другом конце комнаты, и Дин ничего не мог с этим поделать. Зря он ворчал, что Калеб не должен постоянно присматривать за ними.       — Тебя подстрелили.       — Я думал… — Сэм облизал губы. — Я думал, что ты…       — Я в порядке, — перебил его Дин. — Как ты оказался на полу, большой парень?       Беспокойство Дина достигло новой высоты, когда брат не ответил.       — Сэм?!       Услышав панику ив голове старшего брата Сэм распахнул глаза. Он хотел успокоить Дина, но это было трудно сделать с пулей в спине.       — Что?       — Я спросил, как ты оказался на полу?       — Я услышал, что у тебя звонил мобильный.       Глаза Дина расширились от осознания.       — А я все спрашивал себя, почему у меня в голове застряла песня «Sweet Child of Mine».       Глаза Сэма снова начали закрываться, но потерять сознание ему помешал приступ кашля. Он чувствовал, как что-то теплое и влажное окрасило его губы.       — По крайней мере, ты не думал о Акселе, — пошутил Сэм, на самом деле радуясь, что вспомнил имя парня, и надеясь, что шутка скроет, насколько все плохо. — Потому что тогда я бы действительно волновался.       Дин не был глупым или глухим. Он слышал кашель Сэма и видел кровь на его губах. Ситуация только что достигла новой пугающей отметки. Дин снова попытался разорвать веревки, и от жжения в запястьях у него на глазах выступили слезы. Дину хотелось включить свет, чтобы нормально увидеть брата, но в то же время он этого боялся. Если он увидит Сэма при свете, то не сможет притвориться, что они не облажались по полной. Перед смертью Джона, он пообещал отцу, что будет присматривать за Сэмми, и он хреново с этим справился. Он пообещал отцу еще кое-что, и в глубине души Дин знал, что никогда не сможет выполнить это обещание.       — На самом деле я думал о тебе и Калебе.       Хотя глаза Сэма теперь снова были закрыты, он сосредоточенно нахмурился.       — Я даже не хочу знать, чувак.       — Я не про это говорил, сучонок. Помнишь, как меня ударили по голове бейсбольным мячом?       — Ага, — промычал Сэм, чувствуя, что снова теряет сознание. — Я думал, что у тебя череп раскололся на две части.       — Я думал так же, — Дин обеспокоенно посмотрел на Сэма. — Не спи, Сэмми!       — Я пытаюсь.       Старший Винчестер приподнял бровь.       — Это было бы намного убедительнее с открытыми глазами, парень из колледжа.       — Я устал, — вздохнул Сэм.       — Чувак, я знаю, что ты устал и тебе скучно, — сказал Дин, выпрямившись. — Просто не спи, Сэмми.       Дин не знал, что делать, и готов был отгрызть себе руку, чтобы выбраться.       Внезапно ему на ум пришел образ Джоша Бролина, отпиливающего себе большой палец в «Ночном дозоре», чтобы освободиться от наручников и спасти Юэна Макгрегора и Патрисию Аркетт от психопата Ника Нолти. Он закрыл глаза во время этой части фильма, но после этого у него появилось новое уважение к персонажу Джоша Бролина. Он чертовски хорошо знал, что если его брат попал в беду, он бы сделал то же самое. Конечно, эта отсылка к фильму сейчас ни хрена не значила, потому что ближайший острый предмет был в его ботинке, и Дин не мог до него дотянуться. И если ему каким-то образом удастся достать нож, он разрежет веревки, а не свой большой палец.       — Тебе даже не нужно что-то говорить, Сэм, просто останься со мной.       — Я пытаюсь…       Дин кивнул, хотя брат и не смотрел на него.       — Я знаю, что ты пытаешься, приятель.       Шум в главной комнате стал громче, и в какой-то момент Дин ясно услышал, как Рон рявкнул:       — Заткни его.       В прошлом Дин готов был убить несколько человек, таких как Рой Ле Гранж, прежде чем понял, что не он контролирует жнеца. Дин готов был убить Макса Миллера, потому что парень был психом. Но в этот момент Дин как никогда хотел убить Рона. В нем было все, что Дин ненавидел в человеке, и он подстрелил Сэма. Такие парни, как Рон, всегда совершали ошибки, и Дин будет рядом, когда это произойдет, а затем он выпотрошит этого ублюдка. Он просто молился, чтобы парень ошибся до того как ситуация Сэма ухудшится.       — Чувак, послушай меня. Клянусь, если ты будешь держаться, я отменю правило «водитель выбирает музыку» на целую неделю.       Сэм приподнял бровь. У него не осталось сил, но отчаяние и страх в голосе Дина заставляли его чуть крепче держаться за реальность.       — На месяц…       — Месяц? Черт побери, Сэмми, ты слишком дорого торгуешься. — Дин снова бесполезно потянул за веревки в надежде, что они могли ослабнуть. — Хорошо, договорились. Не смей мухлевать.       — И не мечтал об этом, — устало вздохнул Сэм.       Дин снова остановил взгляд на лице брата, не зная, что делать. Проблема была в том, что он ничего не мог сделать.       Возле офиса шум становился все громче, и Дин почти желал, чтобы полицейские просто пришли и решили проблему. Он не любил копов, скорее всего потому, что Джон воспитал его так, убедив держаться подальше от них. И после того, что произошло в Сент-Луисе и того факта, что Дин Винчестер должен был быть мертв, он старался держаться подальше от полиции еще больше. Но прямо сейчас Сэм истекал кровью, и Дину было наплевать, кто решит эту проблему. Ему не хотелось это признавать, но на этот раз ему нужна была помощь.       — Все! Меня тошнит от маленького сопляка!       Дин напрягся, услышав громкий крик, за которым последовало множество приглушенных ругательств. Он не знал, что происходило за пределами комнаты, и это убивало его. Тем более, когда он услышал испуганный крик ребенка. Возле двери послышались шаги, и Дин понял, что ожидание закончилось.       Сэм вздрогнул, когда дверь в офис распахнулась, и Дин в гневе стиснул зубы. Он совсем не удивился, увидев стоящего на пороге Рона, но он не ожидал увидеть маленького плачущего мальчика, которого придурок держал одной рукой. Мальчик был младшим из двух братьев. Он рыдал и брыкался изо всех сил, и Дин без слов подбадривал его, надеясь, что один из его ударов попадет в самое чувствительное место Рона.       Рон усмехнулся, увидев, что Дин не спит.       — Как поживаешь, принцесса? — он перешагнул через Сэма и бесцеремонно бросил ребенка на пол у стола.       — Почему бы тебе не подойти сюда, и я тебе скажу, как я поживаю, — бросил вызов Дин.       В этот момент он был бы доволен даже просто пнуть придурка ногой, но вряд ли Рон будет настолько глуп, чтобы подойти слишком близко.       — Опять терроризируешь маленьких детей? — издевался Дин. — Твоя мать, должно быть, так гордится тобой.       Рон рассмеялся, но проигнорировав издевку, начал что-то искать на столе. Мальчик свернулся калачиком между диваном и столом, и чем больше он плакал, тем больше Дину хотелось разорвать Рону горло. Дети всегда были его слабостью, и, увидев этого испуганного ребенка, он был в ярости.       — Ты же знаешь, что тебе это не сойдет с рук, — продолжил Дин. — С того момента, как я увидел тебя, я сразу понял, что ты не был мозгом твоей маленькой команды из двух человек. Ты, по сути, просто сумасшедший придурок, который убьет себя и своего напарника. Тебе действительно следует больше смотреть телевизор. Ты бы многому научился.       — И это говорит связанный парень, — фыркнул Рон. Он нагнулся и поднял вырванный из стены телефон. — Похоже, придется импровизировать. — Он пожал плечами и присел на корточки перед ребенком. — Протяни руки!       Когда ребенок не сразу выполнил просьбу, Рон дернул его к себе, и мальчик закричал от боли и страха.       — Ты тренировался, чтобы быть такой задницей, или это у тебя само собой получается? — прорычал Дин.       — Знаешь… — Рон затянул телефонный шнур вокруг маленьких запястий ребенка, надеясь, что он выдержит. Потом повернулся к Дину, когда закончил привязывать мальчика к ножке стола. — Для человека в твоем положении ты чертовски остроумный.       — А ты просто копаешь себе глубокую могилу.       — Да неужели? — Рон встал сзади Сэма и присел рядом с Дином так, чтобы тот был на уровне глаз, мудро избегая ног охотника. — И что ты собираешься с этим делать?       Лицо Рона было всего в нескольких дюймах от него, и Дину ничего не хотелось, кроме как стереть с его лица хитрожопую ухмылку.       — Я могу пообещать тебе прямо сейчас, Рон, ты не уйдешь отсюда. Я лично прослежу за этим.       Рон рассмеялся, а Дин слегка склонил голову набок.       — Что ты смеешься, маленькая сучка?       — О, я просто думаю, что будет трудно сдержать это обещание, учитывая, что ты связан прямо сейчас.       Дин вспомнил, что почти то же самое он сказал Гордону Уокеру, когда оставил его связанным в том фермерском доме.       Рон насмешливо хлопнул Дина по щеке, а затем встал.       — Веди себя хорошо.       Он обошел Дина на случай по широкой дуге, на случай если связанный попытается вырваться. Рон уже собирался переступить через распростертое тело парня, в которого выстрелил, но послав Дину ухмылку, он пнул Сэма, когда перешагнул через него.       — Эй! — в ярости крикнул Дин, когда Сэм застонал от боли.       Рон рассмеялся над его разгневанным взглядом и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.       В приступе ярости Дин снова натянул свои путы. Он доберется до этого придурка и объяснит ему, почему никто не прикасался к младшему брату Дина Винчестера, даже если это будет последнее, что он сделает в этой жизни. Рыдания ребенка вывели Дина из тумана ярости. Он почти забыл, что мальчик был с ними.       Дин посмотрел на Сэма, и ему снова захотелось убить Рона за взгляд брата полный боли.