От того, что я это скажу, зад болеть не перестанет!

Жить с Кешей было классно, на самом-то деле, этакое ощущение семьи, которое я успел уже забыть. В выходные утром я вставал и плёлся готовить завтрак, потом приходил он и терпеливо ждал, наблюдая, как я готовлю. Потом мы могли уехать куда-то или целый день проваляться (и не только, давайте будем откровенны) в постели, потом, когда стемнеет, смотреть фильм, а ночью, доходя до нужной кондиции, переходили к самой интересной части. По будням Кеша обычно пропадал на работе, а я, если смена выпадала не моя, ездил за продуктами, одеждой ну и так далее по списку. Кстати, на второй месяц отношений этот ненормальный человек подарил мне машину, и не какую-нибудь «Ладу» или даже средненькую иномарку, а белую красавицу «Ауди». От такого подарка я долго отказывался, даже назвал Кабурова пару раз идиотом и шесть раз сумасшедшим, но в итоге машину пришлось принять. Я честно спрашивал, чем этому засранцу отплатить, но после такого идиотом назвали меня и повалили на кровать. Насосал ли я на машину? Не знаю, возможно, мне было плевать, если и да, то значит, я достиг в этом определённых успехов. Но это во мне говорит циник, а, если по правде, Кеша, похоже, и впрямь очень меня любил. И я его, наверное, тоже. По крайней мере, мне нравилось смотреть на него, нравилось его касаться, нравилось заниматься с ним любовью, готовить завтрак по утрам, чёрт возьми, да я даже сам начинал чувствовать радость, когда видел, что он был счастлив. Так что, да, наверное, любил. Вот только, видимо, мудака из человека так просто не выгонишь, и да, я говорю про себя. Поверьте, причина есть. Прошло не так много времени с того момента, как мы начали жить вместе. Я искренне полагал, что изменился, что прошлая жизнь реально стала прошлой, но хер там плавал. Началось всё с того, что Рыжая позвала меня в клуб, собственно, как и многих из работников кафе, на свой день рождения. Сначала я честно хотел пойти с Кешей, но у того образовались какие-то дела на работе, а потому он с сожалением сказал, что не сможет, и пожелал хорошо провести время. Вот только почему-то про то, чтобы я не ходил налево, шутить не стал. А зря, может быть, это бы и помогло. В клубе было темно, шумно и душно, мы сидели за довольно большим для таких заведений столом и просто болтали, изредка заливаясь алкоголем. Либи с Жекой тоже не было, они вроде как уехали куда-то на базу ещё два дня назад, о большем мне знать было не обязательно. Возможно, их присутствие тоже спасло бы всю ситуацию, но теперь говорить об этом уже поздно. Уже хочется знать, что же случилось? Хорошо, я скажу. Случилась невысокая блондинка на внушительных каблуках, в узких джинсах и сверкающем серебристом топе, которую Рыжая представила нам как Галю. Гале было двадцать лет, училась она на юриста и имело совершенно очаровательную привычку закусывать полные красные губы и крутить светлые волосы на тонкие пальцы. Кобель ли я? Да, кобель, потому что ночь провёл в квартире этой самой Гали. Люди мы не маленькие, и думаю, нет смысла объяснять, чем мы с ней занимались. Проснулся я тогда со звенящей головой, в незнакомой комнате, рядом со смутно знакомой обнажённой девицей. Красивой, надо сказать, девицей. Пока я отходил от шока, она раскрыла глаза и, зажимая у груди одеяло, приподнялась на локтях. – Я думала, ты ушёл ночью… – проговорила она чуть хриплым со сна голосом. – Минералочки? Я угукнул, даже не глядя, как Галя, не стесняясь своей наготы, прошелестела мимо меня. Вернулась она с бутылкой минералки и в банном халате, доходящем ей едва ли до середины бедра. – Пойдёшь теперь? – спросила она, когда я опустошил бутылку. Я угукнул снова и стал оглядывать комнату в поисках своей одежды. – Ну, спрашивать, увидимся ли, не буду. Такие как ты обычно два раза не приходят. – Она усмехнулась, а я стиснул зубы. Из квартиры я вышел с полнейшим осознанием, какая же я сука. На телефоне не было ни одного входящего от Кеши, только смс от Рыжей, что она сказала ему, будто я ночевал у неё. Ну и приписала, что повёл себя, как мудло, но это я и сам знал, спасибо, что напомнила, дорогая. Сев в такси, я объяснил, куда ехать, и устало прислонился лбом к стеклу. Вопросов два: «нахуя столько пить?» – раз, и просто «нахуя всё?» – два. Стоило один раз расслабиться, и так глупо сорвался, трахнул какую-то девку, которую мой пьяный мозг посчитал прекрасной парой на ночь. Что за блядство, чёрт бы его побрал… Когда я вошёл во двор, машины Кеши не было, а значит и его самого ещё нет дома. Это радовало, потому что, как смотреть ему в глаза, я не знал. Всё же мой поступок, как не крути… измена, мать её. Я ещё раз проверил своё тело в ванной на наличие засосов и царапин, но то ли я был плох, то ли девушка умна, а кожа моя была чиста, в отличие от моей совести. Блять, ну до чего я докатился. Ладно измена Пашке, нахрен он мне был не нужен, но Кеша-то нужен. Наверное. Чёрт… Когда Кеша вернулся, я с тупой миной опечаленного неандертальца сидел на полу посреди гостиной и хлебал недорогое вино прямо из горла. Позвав меня из прихожей и не услышав ответа, Кеша прошёл вперёд и, кажется, почти что случайно заметил меня напротив камина. Он остановился, а я буквально спиной ощущал, как он по привычке – одной из моих любимых – закатывал рукава бежевого свитера. – Что такое? Решил податься в добровольцы алкогольного строя? – усмехнулся он. Я сделал огромное усилие, чтобы натянуть на кислый еблет улыбку и повернуться. – Да не. От вчерашнего отхожу, – качнул бутылку в сторону Кабурова. – Ну ты осторожнее отходи, солнце моё. От этих слов внутри что-то болезненно сжалось, и, стоило Кеше скрыться в нашей спальне, я поставил бутылку на пол и со стоном откинулся назад, едва не ударившись головой, а затем подумал и всё-таки несильно приложился затылком о паркет. Мудак, какой же я мудак… Я провалялся так ещё минуты три, после чего с усилием поднялся, оставив вино посреди комнаты, и пошёл на кухню, разогреть еду. Кеша пришёл как раз тогда, когда микроволновка противно тренькнула. – Как отметили? – сказал он, поглощённый поеданием печёной картошки и курицы. – Да нормально. Напили-и-ись все!.. – я старался говорить как можно убедительнее, но сам слышал, какой тусклый и безликий был голос, совсем как будто не мой. – И ты? – парень хохотнул, на секунду подняв взгляд на меня – весёлый и жизнерадостный. Когда он перестал на меня смотреть, улыбка тут же пропала с моего лица. – А я больше всех… – теперь отчётливый тоскливый скрип моего голоса насторожил Кабурова. – «Болеешь», что ли? – Угу. Он ещё раз усмехнулся и покачал головой. Болею, да, тип того. Знал бы ты только, чем. Под предлогом плохого самочувствия я провалялся в постели до вечера, сходил поесть и вновь лёг, выключив свет. Всё это время Кеша работал в кабинете, и спустя некоторое время после того, как я улёгся спать, он тоже появился в спальне. – Тебе хоть лучше? – спросил он, но я промолчал, сделав вид, что уже заснул. Он вздохнул, сел на кровать, невесомо поцеловал меня в висок, потёрся носом и щекой о моё плечо, а потом лёг рядом. Я зажмурился и стиснул зубы – от самого себя тошно становилось. Утром, когда я снова остался дома один, на экране моего телефона высветился незнакомый номер, и, поскольку у меня не было привычки или причины избегать таких вещей, я нажал на значок в виде зелёной трубки. – Алло, Мирослав? Это Галя, мне твой номер Лиза дала… – я замер, тяжело соображая, что за Лиза такая могла дать ей мой номер, пока до меня не дошло, что Лиза это Рыжая. – Ты у меня кольцо оставил. Снял, когда… – она хихикнула. Я зажмурился. Кольцо тоже подарил мне Кеша. Вообще-то оно было совсем недорогим, но понравилось мне, и тогда я в шутку сказал, что если он не хочет, чтобы меня увели, то должен купить его сейчас же. Он так же в шутку купил. А носил я его совершенно серьёзно. – Хорошо, давай встретимся, и ты мне его вернёшь. Но ничего больше. Я… Пока я думал, как правильнее будет сказать, что я её видеть не хочу, она продолжила мою мысль на свой лад, но в целом правильно: – Ты занят, я в курсе. И тогда была в курсе. Я мгновенно взбесился. – Тогда какого чёрта… – зашипел я, но она меня перебила. – Ты не был против, а я не святая. Давай смотреть правде в глаза, мы оба этого хотели, не делай из меня злую искусительницу. В общем, ладно. Жду тебя у себя в семь. Адрес я тебе скину. Ну душе стало погано-погано, но кольцо вернуть было необходимо, поэтому, конечно, в семь часов я уже стоял у её квартиры. Она открыла дверь, одетая в футболку с мишкой и спортивные бриджи. Усадив меня в небольшой кухне, она заварила мне чай и пошла за кольцом. А потом мы сделали это снова, и домой я вернулся только в начале одиннадцатого. Кеша был удивлён тому, что я так задержался, но ничего больше не сказал, а я угрюмо заперся в ванной. Блять, ну какая же я тварь. Хуже того было то, что сегодня я не был пьян, то есть сделал всё осознанно. Что ещё херовее, я бы сделал это ещё раз, просто потому что… блять… Надо отдать должное, девушка своё дело знало, и мне было поебать на то, сколько мужчин у неё было раньше и как она вообще всему этому научилась, мне просто было хорошо, даже очень. Не так, как с Кешей. Кеша парень, там другие ощущения. И может, я просто заскучал по женскому телу, но скрепя сердце я трахнул бы её опять. И всё же из ванной пришлось выползать. Взъерошив полотенцем мокрые волосы, я опустился на свою половину, молясь, чтобы Кеша был неебически уставшим, но нет, похоже настроение у него было боевое. Он провёл пальцами мне по шее, затем по плечу, предплечью, и накрыл праву руку своей, прижавшись со спины и уткнувшись носом в волосы. Я продолжал сидеть, закрыв глаза, и, видимо, парень принял это за согласие. Поцелуй у кромки волос, потом возле выступающего позвонка. Кеша приподнял мои руки вверх и потянул за футболку, давая понять, что собирается снять её. Замешкавшись на долю секунды, я послушно задрал руки, чувствуя, как тёплая ткань скользит по коже. Он развернул меня к себе, но я не мог смотреть на него и никак не отреагировал, когда он коснулся губами ключиц. – Что-то случилось? – напрягаясь и внимательно глядя на меня, спросил он. – Нет, просто… задумался. Кабуров удивлённо приподнял брови. – Как у тебя хватает наглости в такой момент думать о чём-то, кроме меня? – воскликнул он наигранно и засмеялся. Я засмеялся вместе с ним, но совсем невесело. – Действительно, – произнёс я, медленно целуя его. Я так и не смог отвязаться от этой девушки. Помимо того, что она была опытна и сексуальна, она была ещё и совершенно очаровательной и довольно образованной. С Галей мы виделись, когда я не работал. Каждый раз я говорил Кеше, что еду то за покупками, то отдать что-то кому, то просто прогуляться, а он, кажется верил. Вот только ходил мрачнее тучи, потому что всё больше и больше я находил причин, чтобы отлынивать от того, чтобы не заниматься с ним любовью. Я почти не целовал его, почти не обнимал: то просто забывал, то мне казалось неправильным касаться любимого человека после измены. Но я, как последняя заправская шлюха, продолжал спать с Галей, стараясь не думать, насколько мерзко это всё выглядит со стороны. Но иногда мы просто сидели и разговаривали, и мне даже казалось, что вот оно – то, чего мне не хватало, простая женская нежность и женское обаяние. Я задерживался у неё всё дольше, дома бывал всё меньше времени. Где-то в глубине души я знал, что поступаю ужасно, что я мразь, но продолжал врать Кеше, продолжал трахаться и развлекаться с Галей, тщательно проверяя тело и одежду на наличие нехороших улик, и всё так же предпочитал не вдаваться в моральную сторону этого вопроса. Мне было… прикольно. И я искренне полагал, что могу просто взять и остановиться, объяснить всё Кеше, порвать с Галей, попросить прощения у любимого человека, и всё вернётся в прежнее русло. Но вместо этого наступил тот момент, когда я не вернулся домой ночевать. Вот так просто отправил сообщение Кеше, что поехал к Мире и заночую у них. Казалось бы, всё идеально, но нет. У порога дома стояло несколько чемоданов и сумок, а услышав, что я пришёл, в прихожую вышел и сам Кеша. Бледный, измученный, усталый и ужасно расстроенный. Не нужно быть гением, чтобы всё понять. – Наразвлекался? – тихо спросил он. Я сжал челюсти и опустил голову. Хрен знает, что нужно было сказать, я точно не знал, а потому молчал и сверлил взглядом фирменную наклейку на новенькой стеклянной двери. – Уходи. Машину забирай, подарок всё-таки. И… – он вздохнул. – И уходи. Ладно? – Как узнал? – всё же спросил я. – Как? – он усмехнулся, а я всё ещё не решался поднять взгляд, но прекрасно чувствовал, что тот, с кем я хотел остаться надолго, веря, что смогу измениться, смотрит на меня горько и непонимающе. – Поверь, научился видеть. Всё. Прощай. – Мне жаль! – вскрикнул я, но новенькая стеклянная дверь с фирменной наклейкой уже закрылась перед моим носом. Кажется, с минуту я тупо стоял на месте, в полнейшем шоке. Всё было логично, но так… быстро и почему-то неожиданно, что сейчас я растерялся. Я был морально убит, не зная, как реагировать на это всё: начать умолять о прощении, пытаться всё объяснить или… Я закусил губу, подхватил чемоданы и направился к своей машине. Чёрт… Распределив все свои вещи и окинув на последок взглядом большой дом, который успел стать мне родным, я сел на водительское сидение и завёл мотор. Со злостью непонятно на кого, вытащил телефон и набрал Гале смс: «Меня выперли». Телефон тут же пиликнул. «Любовник»? Я с рычанием швырнул телефон на соседнее сидение. «Любовник»? Всего лишь? К чёрту! Какой, в задницу, любовник?! Это она, может, любовница, девка на стороне, а Кеша… А кто он мне? Пришлось выдохнуть, потому что эта мысль свалилась на меня, как поваленное ураганом дерево. Телефон пиликнул снова. Вздрогнув, я пошарил рукой по сидению, запоздало понял, что, скорее всего, мобильник просто упал, отскочив, и нагнулся вперёд. Найдя его на коврике под пассажирским сидением, прочитал новое смс: «Можешь остаться у меня. Ну, если хочешь, конечно». – Блять… – я положил телефон в карман и тронулся с места. Ехать к ней… нет, сейчас было противно даже думать об этом. Спустя десять минут телефон стал разрываться, но я не обращал на это внимания. Наверняка Галя, а с ней я сейчас хотел говорить в последнюю очередь. Но она звонила снова и снова, и мне пришлось съехать на обочину, чтобы ответить, потому что, зная себя, я мог начать злиться, а вождение от этого лучше не становится. – Чего тебе? – глухо поинтересовался я, не здороваясь. – Послушай, ты… можешь остаться у меня. Я серьёзно. – Голос её звучал взволнованно. Она хотела этого, но подсознательно понимала, что больше всего мне хочется послать её куда подальше. – Нет. Забудь обо мне. Прости, но я больше… Я не хочу быть с тобой. Повисло молчание. – Ты всё решил? – Да. Прости, что дал тебе надежду, но забудь обо мне. – Даже если я скажу, что люблю тебя? – Да не любишь ты меня! – заорал я, не выдержав. – И я тебя не люблю, ясно?! Да я же через месяц другую девку трахать буду, как ты не понимаешь! Нет, блять, «той единственной», нет! – Прекрати орать на меня! – я услышал, что она плачет. Даже не просто плачет, а рыдает. – И катись к чёрту, ненавижу тебя! В трубке раздались гудки. Я с силой ударил по рулю, громко выругавшись. Моя жизнь в который раз превратилась в помойку из ругани и разочарований, и виной всему был я. Который раз. Вырулив на дорогу, я поехал в город, судорожно размышляя, у кого я мог остаться хотя на какое-то время, потому что жить в отеле или снимать комнату мне казалось уже совсем последним делом. Друг телефон упорно не брал, Альберта с Жекой вообще не было в городе. На ум пришёл только один человек, у которого я мог перекантоваться, но и то не факт, что меня пустят, особенно узнав, что случилось. Небо разразилось ливнем, и я подумал, что моя жизнь на проверку оказалась абсолютным дерьмом.