Sebastian's journal || Дневник Себастьяна

Предисловие к записи №29

29. Себастьяна вызывают для помощи в лечении Ларса, во время которого Ларс набрасывается на Себастьяна. Первый продолжает ничего не помнить об этих инцидентах. Во время патрулирования, Себастьян начинает видеть странный символ, вырезанный на деревьях (символ Наблюдателя). (Одал*)

Запись №29

      Прошу прощения за задержку. Мне жаль, если моя последняя запись встревожила тебя. Я хотел бы сказать, что мне легче спится, но не могу сказать, что эта пара недель была лёгкой. Через несколько дней после... последней записи ко мне пришел один из учёных, доктор Линдеманн. Он задал мне ряд вопросов о Ларсе. Я сказал ему, что мы не были хорошими друзьями, но в целом хорошо общались. Это, похоже, удовлетворило его, и мне разрешили присоединиться к патрулю. Мы видели знак Одала* в лесу — несомненно, какой-то слишком старательный рядовой взялся вырезать символ на деревьях. Большинство радуется этому зрелищу, но я должен признаться, что нахожу его немного жутковатым. Кроме того, никто не стремится взять на себя ответственность. Все это очень странно, но я решил отмечать знаки на своей карте. Кто знает, возможно, это может оказаться полезным.

— Позднее —

      Они попросили меня помочь с лечением Ларса. Анна, я не могу понять, почему они просто не выпишут мальчишку и не отправят его домой. Днём он кажется... достаточно способным, хоть и немного рассеянным. В том состоянии, в каком я увидел его сегодня вечером, любовь моя, он явно не годен к службе. Он непригоден для человеческого общества. Когда я вошёл в комнату, он был заключён в другой, ещё меньшей комнате, полностью сделанной из стекла. Его немигающие глаза следили за мной, а голод проступал в каждой его жилке. Я спросил, что они с ним сделали, и они приказали мне не задавать вопросов и не обсуждать ничего из того, что я видел здесь, с солдатами снаружи под страхом увольнения и позора. Я не думаю, что если бы я рассказал кому-то ещё, они бы мне поверили. Мне сказали задавать ему вопросы — очевидно, до моего прихода он отказывался отвечать на них, только спрашивал обо мне. Теперь, когда я был там, мне дали список и велели читать его вслух, а также не обдумывать ничего слишком серьёзно.       Должен признаться, несмотря на то, что в первый вечер всё было как в тумане, я помню несколько необычных вещей.       Я спросил: Ты общался с тем существом в лесу?       Он ответил: Близость украденных поцелуев, разделенных тобой и твоей возлюбленной, не может сравниться с близостью меня и моего хозяина.       Я спросил: Он может говорить?       Он ответил: Ему не нужна речь — не нужны такие примитивные инструменты, как язык, зубы, губы...       Я спросил: Как он общается с тобой?       В этот момент он просто бился головой и кричал... не крики боли, а экстаза, сопровождаемые жутким смехом. Он резко замолчал, и в этот момент налетел на меня, сотрясая толстое стекло с такой силой, что я почувствовал, как оно впечаталось в пол. Наконец...       Он ответил: Ему нужен ты. Ему нужен Финн. Ему нужны все мы. Срочно. Нам так повезло. Только нам.       В этот момент мне разрешили уйти, и я был очень рад этому. Это болезнь. Он болен. И всё же я не могу удержаться от того, чтобы не вглядываться в поредевшие буковые деревья во мраке сумерек. Что бы это ни было... надеюсь, что это не заразно.

Предисловие к записи №30

30. Годовщина отношений Себастьяна и Анхен.

Запись №30

      Неужели уже май? Я не забыл, любовь моя. Пятое мая. Мне жаль, что я не могу увидеть тебя или подарить подарок на годовщину. Вместо этого, я думаю, я расскажу тебе историю.       Это история о молодом человеке, который вместе со своими друзьями отмечал своё первое трудоустройство. Они были довольно молоды, около двадцати лет, но это не помешало им в очередной раз появиться в местном пабе. Но эта ночь, эта ночь изменила жизнь этого молодого человека и невзрачной официантки к лучшему.       Тогда были ничем не примечательные выходные: группа братьев, сидящих за столом, сытно обедающих и пьющих за победу, добрая официантка, такая же прекрасная внешне, как и сердцем, и другие посетители, шумные и весёлые, наслаждающиеся едой в этом прекрасном заведении.       Когда молодой человек отошёл от столика по делам, он пробежал мимо изысканного произведения искусства в самодельной галерее ресторана. Это была картина, изображающая двух влюблённых. Они обнимались, их тела переплелись таким причудливым образом, что они были одновременно и отдельными, и едиными, будто два растения, что делят один корень. Желание, которое он испытывал ранее, рассеялось, сменившись новым — желанием найти этого художника, чтобы похвалить его за такое прекрасное, словно из снов, произведение.       Юноша вернулся к своим братьям, сообщив им, что после разговора с хозяином он вернётся ещё раз и продолжит веселье с ними. Он попросил официантку отвести его к хозяину для разговора. Она быстро привела мужчину, как-то испуганно, но расслабилась, увидев его улыбку. Можно только предположить, что обращение к управляющему должно быть похоже на прогулку по пиратской доске, когда подаёшь еду другим.       Увы, у молодого человека была лишь похвала в адрес управляющего, сытной еды, милой официантки и гениального художника картины, которая очаровала его дух. Но что удивительно, художник всё это время был рядом с ним! Официантка была художницей, вдохновлённая «Поцелуем» Климта**, она нарисовала то, что представляла себе как души двух влюблённых, связанных судьбой.       Это была их первая встреча, и он всё чаще и чаще посещал это место, желая узнать, нет ли у неё новых картин, и переживая, что не может поговорить с таким удивительным существом. Он легко подружился с ней, её очарование расположило к себе простого молодого человека, и с годами он понял, что был важной частью её жизни, так же как обнимающиеся фигуры были важны друг для друга.       Прости мою бессвязность, дорогая Анхен, но любитель творчества и художественного самовыражения во мне похоже, снова взял верх. Мои воспоминания о нашей первой встрече уступают лишь моим мечтам о нашем совместном будущем. Мне не терпится увидеть тебя снова, и я не могу дождаться, когда увижу твоё лицо, когда я открою тебе свой секрет.       Время всё позднее, а свет — тусклее, это значит, что я слишком долго пробыл в воспоминаниях, поэтому я оставляю тебя сейчас, любовь моя, и вернусь к тебе, когда моё пребывание здесь закончится.