Sebastian's journal || Дневник Себастьяна

Предисловие к записи №46

46. Он вернулся в сосуд. Ощущение, будто он не движется, по-прежнему стоит там, склонив свою безумную голову на одну сторону с наигранным любопытством. Один из учёных (доктор Хубер) особенно заинтересовал его, и, кажется, он смотрит ему в лицо, куда бы тот ни пошёл. Себастьян слышит, как учёные говорят, что отсутствие лица физически невозможно объяснить маской. Отныне все эксперименты записываются на видео.

Запись №46

      Оно вернулось. Оно снова за стеклом! Как и когда оно туда попало, никто, похоже, не знает. Пока я записываю свои мысли, я вижу, как это существо стоит в камере, будто и не выходило оттуда. Может быть, всё это был сон? Если бы это был сон, хотя, скорее, кошмар, тогда мы смогли бы проснуться, зная, что это существо было просто продуктом наших измученных войной умов. Если бы только нам могло так повезти. Получив известие о его появлении, мы немедленно вернулись в лабораторию. Учёные бегают по комнатам и коридорам, крутят ручки и пульты как сумасшедшие. Куда оно пропадало и как вернулось? Может быть, оно обладает какой-то причудливой способностью к маскировке, как у хамелеона? Как вообще удалось доставить такую существо на такую глубину? Тайна этого объекта не знает границ.

Предисловие к записи №47

47. Тестирование пытаются проводить как можно скорее, начиная с попыток общения. Записи людей, говорящих на разных языках, постоянно проигрываются в сосуде, ожидая какого-либо ответа от существа. Оно никогда ни на что не реагирует, за исключением того момента, когда доктор Хубер объявляет о завершении данной фазы тестирования, и в этот момент оно качает головой в сторону, как собака.

Запись №47

      Сегодня я проснулся от мрачного сна. Я находился в тенистом коридоре, освещённом лишь лунным светом из одинокого окна. Я мог двигаться только вперёд, но не назад. Конец коридора был окутан чёрной пеленой. Мне не хотелось идти вперед, но в то же время я чувствовал странное принуждение. Меня нервировало то, что я знал, что в конце коридора что-то есть, хотя мои собственные глаза убеждали меня в обратном. Я проснулся прежде, чем узнал того человека в коридоре. Я смутно помню две маленькие точки света, пробивающиеся сквозь темноту, и блеск зубов. Бог знает, что это могло означать. Содержание моих необычных снов, несомненно, будет забивать мои мысли на протяжении этих длительных патрулирований.       В столовой мы с товарищами обменялись своими теориями о том, что это за штука. Арнольд сказал, что, по его мнению, это существо из космоса. Более молодой рядовой по имени Брунн утверждал, что это явно какой-то мистический демон, пришедший наказать нас. Один из них выдвинул отвратительную теорию о том, что Союзники прибегли к магии и послали призрака, чтобы он охотился за нами. Ещё один рассказывал небылицы о прошлом эксперименте, который вышел из-под контроля. Все эти утверждения кажутся мне одинаково нелепыми, но я не могу отделаться от ощущения, что в них каким-то образом есть доля правды. Мысль о том, что любое из этих утверждений может оказаться правдой, сильно меня тревожит.       Они начали тесты над существом. В итоге я занял пост, охраняя один из входов в комнату, примыкающую к атриуму. Через большое стеклянное окно я мог видеть ход проводимых тестов. Однако я быстро понял, что мне не нужно даже смотреть, чтобы понять, что происходит. Главный учёный, доктор Хубер, так его зовут, похоже, приказал включить записи на различных языках, пытаясь заставить это существо распознать человеческую речь. Возможно, это позволило бы нам узнать его происхождение. На немецкий, похоже, не реагирует. Он просто стоит и смотрит так, как только может смотреть человек без глаз. Я обеспокоен... но не по той причине, о которой ты можешь подумать. Хоть я и наблюдаю только издалека, я вижу в докторе Хубере ту же напряженность, что и в Финне. Я думаю... это, должно быть, влияние существа. С каждым новым языком добрый доктор, казалось, становился всё более нервным, опрокидывал вещи и натыкался на людей. Сегодня, впрочем, доктор Хубер отвернулся от существа и объявил, что, поскольку существо не проявляет никаких признаков понимания, он считает, что оно не является разумным, и что он лично проследит за дальнейшими испытаниями.       Он шевельнулся. Крошечное движение, как у собаки, которая услышала странный звук. Я собирался что-то сказать, но почувствовал, что во рту внезапно пересохло, а язык стал толстым и неуклюжим во рту. Я... Я думаю, что это, возможно, был знак. Я не хочу привлекать к себе внимание, не здесь. Возможно, это был обман света. Что бы то ни было, они скоро узнают.