Ты мне нужна, для...

Хочешь быть не со мной, а с ней. Хочешь быть не со мной, а с ней… Хочешь быть… Габриель снова и снова слышит эту фразу в своей голове. Она никогда не задумывалась, даже краем мысли не представляла, что может быть рядом с этой женщиной, в этом мире. Для нее существовали только вымышленные истории, которые стали реальностью. В голове стали реальностью, а самый настоящий, реальный мир ушел в сторону. Как и всегда, когда она что-то пишет. Вот такая уж. Но сейчас. Сейчас губы помнили касание и вкус, тело помнило грубоватость рук и запах. Странный запах, ни на что не похожий, с примесью табака, горелой бумаги, в которую заворачивают этот табак, с примесью капли свежих духов, с примесью настоящего. Она закрывает глаза, вспоминая этот момент снова и снова, пытаясь унять собственный пульс, безуспешно. Она думала о всадниках, о легкой подстилке на землю, чтобы там, прямо на земле ночевать рядом. Она думала об объятьях, о соленых дорожках из глаз, о проклятьях и о знамениях. О путешествиях по всему миру, сквозь джунгли, пески, деревни и дворцы. Она думала, всегда думала только о том мире, представляла себе его во всех красках, жила там. Жила там с ней. А теперь, она, живая, настоящая, коснулась ее губ и задала вопрос, от которого не получалось унять мурашки. Если этот вопрос был задан, значит все возможно. Но что Габриель хочет? На самом деле, чего она хочет? Хочет ли снова почувствовать эти губы на своих, или ей достаточно того мира, что рождался стуком клавиш? Она никогда не размышляла о реальности, а теперь не может игнорировать струящиеся потоком мысли. Джо пытался с ней говорить, спрашивал, что случилось, и что это за женщина, но все безуспешно. Его слова отскакивали от стен, словно шарики, разлетались, разбивались о пол и так и оставались неуслышанными. А Габриель… Габриель запуталась. В собственным мыслях, чувствах, желаниях. До сегодняшнего дня все было понятно и просто, но вдруг стало так ярко и невыносимо, так много.

***

- Зачем я это сделала? Зачем? Зена идет ровным быстрым шагом, отстукивая по асфальту каблуками берц. Проводит рукой по волосам, выдыхает резко, закрывает ладонью губы и подбородок. Будто пытаясь перебить ощущения, но не выходит. Она совершенно не знает, зачем это сделала. Просто захотелось прямо там, сделать именно это. Просто захотелось.. С каких пор она вот так с ходу делает то, что хочется? Бред. Я ее больше никогда не увижу. Я о ней больше никогда не узнаю, так зачем? Ни за чем, просто так. Просто порыв, момент, в чем-то превосходство и доказательство своих слов, в чем-то желание. Это потому, что я так много о ней читала? Я ведь даже не знаю ее. И чем я лучше, если делаю все это из-за какой-то чертовой книжки, даже не зная ее саму? Бред.. Это все просто бред. Она шла, упрямо, просто вперед, теребя край куртки. Нет, она больше не будет ничего читать, не будет. Все это слишком странно, лучше просто забыть и жить дальше.

***

Спустя 2 года За эти два года что-то произошло, что-то поменялось, что-то нет. Люди просто продолжают жить, делая то, что делали. О чем-то жалеют, что-то вспоминают, а что-то не хотели бы вспоминать. Люди работают, отдыхают, запираются в своих квартирах и смотрят вечером фильмы. Люди пьянеют от пары глотков или от нескольких бутылок. Люди ругаются, мирятся, целуются, стонут до хрипоты. Люди выключают утром будильники с ненавистью, приходят вовремя, опаздывают. Люди по кому-то скучают, или наслаждаются теми, кто рядом. Габриель из тех, кто опаздывает, просыпает, собирается впопыхах, жалеет о сделанном, или не сделанном, помнит все поцелуи, не смотрит фильмы потому, что читает. Зена из тех, кто всегда приходит вовремя, смотрит фильмы, выпивает пару бутылок в выходной и с наслаждением выкуривает хорошую сигару вечером. Из тех, кто ни о чем не жалеет. По крайне мере, она так считала всю свою жизнь. Но не теперь. Она жалеет, что однажды непреодолимая тяга привела ее снова в книжный. Жалеет, что увидела две новых, и еще больше жалеет, что прихватила их с собой на кассу. Она забивалась в угол дивана, оставляла только ночник, и торопливо листала страницы, проглатывая предложение за предложением. Она смеялась, злилась, негодовала, радовалась, и даже пару раз тихо всплакнула. О чем тоже предпочла бы забыть. По какой-то неведомой причине ей нравилось читать. Когда вышла следующая книга, она уже целенаправленно пришла за ней, и прямо в магазине не удержалась от того, чтобы ее немного полистать. Ей нравился этот мир. Ей нравились приключения, истории, персонажи. Особенно один, точнее одна, по имени Габриель. Почему-то все сцены с ней вызывали легкую улыбку и печаль. Зена перечитывала, проваливалась, по вечерам не существовала здесь, а утром снова становилась собой. Вот и сегодня, держа в руках новенький томик, она чувствовала себя ребенком, которому купили любимое лакомство. Уселась поудобнее, и начала читать. Все прошлые части стояли рядом на полке, которую прикрутили к стене специально для них. Других книг в этом скромном жилище никогда не водилось, и, видимо, не будет. Она прочитала до рассвета, со слезами на глазах захлопнув книгу. Так явно и так живо представив себе распятие, холод, ветер, и любовь, которой была пронизана каждая строчка. Она не думала, что может так любить. Нет, не она, а та, что в книге. Она не думала, что ее могут так любить. Нет, не ее, а ту, что в книге. Но все давно смешалось, запуталось, и теперь из этого не выбраться. Ей казалось, что этот том, словно послание, словно просьба вернуться и воскреснуть. Зена позвонила, отменила все на пару дней и села на поезд. Возможно, ее никто не ждет, и уже давно забыли. Возможно, она просто все себе придумала, и делает самую сумасшедшую вещь в своей жизни. Но самая последняя строчка не давала ей покоя, будоражила кровь, и заставляла делать все это. - Найди меня, в нашей другой жизни. Я верю, что мы встретимся.

***

Знакомый парк, знакомая дорога, знакомый дом. Та сама дверь, которая захлопнулась два года назад и укрыла за собой все мысли и возможности. Зена терпеливо ждет. Сумерки, как и в тот раз. Она готова подождать и до завтра, и снова до вечера. Но внутреннее нетерпение заставляет ее подняться. Она помнит, в каком окне видела силуэт. Зачем вообще тогда стояла и смотрела? Может быть для того, чтобы сейчас знать, куда подниматься. И сейчас, сегодня, там горит свет. Почему так громко стучит сердце в ушах? Что происходит такого волнительного? Невозможно… Лифт стремительно поднимается, руки теребят края куртки. Что она скажет? Топчется у двери, разворачивается, возвращается снова. Вдруг стала маленькой девчонкой, до нелепости трясущейся, до нелепости. Все-таки нажимает кнопку, слышит звук звонка, шаги, поворот ключа. Из открывшейся двери на нее смотрит незнакомая девушка. - Вы кто? - Скажите, а Габриель здесь живет? Может быть, она перепутала? Ошиблась квартирой, не правильно посчитала. - О, так она уже год как уехала. Теперь я тут снимаю. - А не знаете куда? Или, может быть, ее номер знаете? - Нет, не знаю. Мы встречались то всего раз, когда она выезжала, а я заселялась. - Ладно, спасибо. - Да не за что. Дверь закрылась с хлопком. С тем же хлопком разбились ожидания, мечты, надежды и сердце.