"Unmei" - accept or run

Рики было пятнадцать с небольшим, когда он решился изменить всё. Наверное, по всем меркам, это не тот возраст, когда нужно бороться за возможность нормально жить, заботиться о матери и волноваться о её долгах, но другого выхода у парня не было. Они бедны с тех пор, как он себя помнит: еды всегда мало, на одежде куча заплаток, а обувь носится до тех пор, пока не отклеится к чертям подошва. Учёба в школе безумно дорогая, коммуналку за их задрипанную однушку нужно выплачивать вовремя, а ведь существуют и прочие, незапланированные расходы.. Маминой зарплаты никогда не хватало. Да, конечно же, она без отдыха работала то там, то тут, но это была та самая грязная работёнка, за которую платили противные копейки. Издёвкам в школе по поводу его внешнего вида не было конца, вечно уставшее и опустошенное лицо матери лишь ухудшало ситуацию, и Рики рос с уверенностью в том, что он - тот, кому нужно всё поменять и взвалить тяжёлое бремя на себя. Идея найти нормальную, законную подработку - была, но горький жизненный опыт научил, что всё это - полный лохатрон. Ты можешь провести целый день, раздавая сраные листовки никому не нужного магазина, чтобы потом получить, дай Бог, долгожданную тысячу йен. Этот вариант сразу отпал. Зато появился другой. Вступить в банду. Да, идеально. В конце концов, многие так поступают, да? Несомненно, мысли о драках, наркотиках и, что ещё хуже, убийствах, всё ещё пугали, но так он бы смог помочь маме. В их мире всё решают деньги, а значит - нужно найти способ, как заработать кругленькую сумму и жить припеваючи, обеспечить себе и своим близким всё необходимое. Чего бы это не стоило. Сложнее всего, конечно же, было эту самую новую «работёнку» отыскать. Не подходить же к каждому встречному «бандиту» на улице и спрашивать: «Извините, а вы не подскажите, как мне найти главный штаб вашей банды? Или, может, какой-нибудь другой.. Мне не принципиально.» - это было бы странно и глупо, есть вероятность и по башке получить, или, если сильно «повезёт», ещё и в полицию отправят. Это бы только принесло маме больше проблем, чего Рики хотелось меньше всего. Поэтому он придумал другой способ. Их город кишит незаконными, во всех смыслах, заведениями, в которые мама всегда учила не ходить ни при каких обстоятельствах. Но Рики подрос и понял, что на данный момент, эти места - его шанс найти того, кто ему нужен. План простой и надёжный, как швейцарские часы, по крайней мере, так казалось парню: разыскать один из подпольных клубов (которые легко было вычислить по ярким вывескам, кричащим названиям и дорогим тачкам вокруг), затем прикинуться совершеннолетним, чтобы пропустили, а дальше дело за малым - ищем кого-нибудь брутального и опасного, обязательно с крутой татуировкой. Делов-то. Наряд пришлось подбирать соответствующий: недавно купленная чёрная кофта с капюшоном, такого же цвета кепка с длинным козырьком, чтобы прикрыть лицо, и рваные джинсы. Только-только проколотые своими же руками уши тоже должны были придавать «крутости». Уходить пришлось поздно ночью, когда мама уже спала, не забыв, на всякий случай, прихватить кухонный нож.

***

Долго бродить по улицам не пришлось. В очередном темном переулке, внезапно, открылась большая черная дверь, и Нишимура спрятался за углом. Над входом в место «культурного времяпрепровождения» висела неоновая вывеска с каким-то древнеяпонским названием, которого Рики не понял, а из вышеупомянутой двери вывалилось пьяное «тело» мужчины средних лет, под руку его уверенно удерживал миловидный парень в коротких шортиках. Конечно, стало интересно, насколько сильны руки у этого парниши и жутко хотелось поинтересоваться, не холодно ли бедолаге в подобной одежде. Но Нишимура здесь не за этим. Как только парочка скрылась где-то за домами, Рики поправил кепку, натянул капюшон и выпрямил плечи - выглядеть надо было максимально по-взрослому. Выйдя из-за угла Ники разглядел красные цветы и ковровую дорожку перед входом в заведение. А еще двух громил в костюмах прямо у двери. Как ни странно, Нишимуру больше напугали не охранники перед входом - их он ожидал, - а эти цветы, на высоком стебельке, краснющие, с волосками и странными скрюченными лепестками, они ему почему-то покоя не давали. Казалось, что, как только встаёшь на эту дорожку, цветы не дадут тебе шанса развернуться и уйти. Чем ближе по ковру к двери подходил Ники, тем больше он сомневался в гениальности своего плана. Внезапно появилось большое желание побыстрее оттуда слинять, пока не поздно. «Может, не надо оно мне? Проживём как-нибудь с мамой, до этого же жили. Надо попытаться поискать ещё какую-нибудь работу.. » - это, и ещё сотня подобных вопросов начали проноситься у Нишимуре в голове. Наверное, он бы так и развернулся, ушёл бы восвояси, но сзади раздался грубый голос: — Чего встал, малолетка? Или иди вперёд, или вали отсюда. Рики вздрагивает и оборачивается посмотреть, чтобы увидеть вошедшего. Это был мужчина лет двадцати восьми, с зачесанными назад волосами, несколькими проколами в ушах, рубашке, расстёгнутой пуговицы на три или четыре, и в чёрной кожаной куртке. Но больше всего Рики заинтересовала татуировка на тыльной стороне ладони и кобура пистолета, спокойно висящая на ремне и ничем не прикрытая. Могло ли Нишимуре так повезти, что он встретил нужного человека сразу, как вошел? — Чего ты пялишься? Не слышал, что я сказал? — мужчина начинает раздражаться сильнее - это заметно. Рики решает не нарываться. — Да, извините, я иду.. — отвечает он и подходит к дверям. Охранники недоверчиво оценивают его взглядом, переглядываются между собой и загораживают проход. Да, проскользнуть не получится. — Сомневаюсь я, пацан, что тебе есть двадцать. Не в то заведение ты попал немного. Рики хмыкает, стараясь выглядеть непринужденно: — Есть мне, есть. Часто слышу, что молодо выгляжу. Пропускайте, — он поправляет кепку, пытается контролировать небрежно высвеченные волосы, чтобы длинные пряди тоже прикрывали лицо. Мужчины напротив всё ещё не выглядят убеждёнными. — Паспорт показывай. Твою мать, а. Придётся играть дурака. — Не ношу я с собой его, везде спокойно пропускают. Вы то чего прикопались? — Рики делает шаг вперёд, но его отталкивают назад. Мужчина позади него, ждавший всё это время, недовольно цокает и закатывает глаза. — Или иди за паспортом, или зови совершеннолетнего в сопровождение. Детишкам тут делать нечего, — говорит один из охранников и противно посмеивается со своим коллегой. Нишимура сжимает кулаки и задумывается над вторым предложением. «Сопровождение..» Парень поворачивает голову назад, на дальше стоящего в очереди, и смотрит умоляющими глазками, мол «Пожалуйста, помогите мне. Я что угодно сделаю!», но на незнакомца это не производит никакого эффекта. — Не стану я тебе помогать, мелочь. К мамке катись своей, небось потеряла, — шепотом говорит он и обходит Рики. Младший сдерживает в себе порыв огрызнуться в ответ с какой-нибудь противной шуточкой про мамок. Получит по башке ведь, сто процентов. Вместо этого Нишимура хватает мужчину за запястье, на что тот её рефлекторно дёргает и очень, очень недовольно смотрит, — Да что тебе, блять, нужно от меня? — Пожалуйста, помогите мне, — на выдохе шепчет Рики и сильнее сжимает чужое запястье, — Можно не тут, хотя бы подальше от входа. Прошу Вас. — Я не занимаюсь благотворительностью, малец. Иди звони какой-нибудь спасательной службе. Ты не в том месте, где тебе окажут нужную помощь.. — и Нишимура всё равно видит, как незнакомец начинает сомневаться. — Джей, ну ты идёшь там? Сколько можно с этим ребёнком возиться? — снова подаёт голос охрана и Рики делает вывод, что бандит здесь завсегдатай. Джей цокает вновь и раздраженно качает головой. — Приду сейчас! Отведу этого непутёвого, — Рики, как собаку, хватают за шкирку и ведут к выходу. Он не уверен, есть ли у него право жаловаться, так что парень просто пищит и повинуется. Нишимуру, в буквальном смысле, вышвыривают за угол здания. — Ну и что тебе нужно? Боже, ну почему всегда я из всех людей? — Джей сжимает переносицу и задаёт вопрос, явно риторический, и явно не для Рики. Младший скидывает с себя капюшон. — Ты из какой-то банды, да? Я хочу вступить, — серьезно заявляет парень и у мужчины напротив от неожиданности округляются глаза. — Ты что, совсем? У тебя с головой проблемы? — он с издевкой ухмыляется, осматривая Рики с ног до головы, — Если это шутка, то очень неудачная. Коли жизнь дорога, я даю тебе последний шанс убежать самому. В ином случае, ты получишь хорошего пинка под зад. «Ну почему он такой противный?» думает про себя Нишимура, но продолжает настаивать. — Это не шутка, мне очень нужны деньги. Банда - мой единственный вариант. Прошу Вас. Джей закатывает глаза, отворачивается и идёт обратно ко входу в клуб: — Мне насрать, мелкий, какой это там для тебя по счёту шанс. Ищи нормальную работу, а не доёбывайся до таких, как я. Будь на моём месте кто-то другой, твои мозги бы уже были размазаны прямо по стенке этого клуба. Вали домой. Нишимура не знает, что делать. Его «спаситель» вот-вот скроется за дверью. Рики потеряет свой шанс. Надо действовать. И быстро. В миг то ли адреналин, то ли отчаяние, толкают Рики на необдуманный поступок. Джей был вооружён, хладнокровен и явно опасен, любая выходка парня может окончательно вывести его из себя, и он убьёт Рики, даже глазом не моргнув. Младший старается не думать о таком исходе. — Я попросил тебя по-хорошему. Отведи меня к своему главарю, Джей, — говорит он и перекрывает дорогу мужчине. Тот возмущённо охает и хмурит брови. — «Джей»?! Да я минимум лет на десять тебя старше, сопляк! Ты совсем борзый что ли, не понимаешь, с кем разговариваешь? — кричит Джей и хватает Рики за ворот кофты. Парень не меняется в лице, всё ещё серьезно прожигает взглядом. — Я не отстану, пока ты не отвезёшь меня к нему. — Да я с бóльшим удовольствием просто застрелю тебя! — Ну и чего не стреляешь тогда? Джей агрессивно пыхтит и скрипит зубами. Он впервые видит кого-то настолько наглого и безбашенного. До жути хотелось поставить противного сопляка на место, но что-то на подсознательном уровне не давало этого сделать. Мальчишку отпускают, тот чуть пошатывается, но не отходит далеко. — Чёрт с тобой, понял? Один лишний звук, писк или слово - и я выбрасываю тебя из машины на полной скорости, понял? — Джей сплёвывает и идёт в сторону своей припаркованной машины, — И не смей говорить мне «спасибо». В груди у Рики бушует огонь, счастье и надежда. Он кивает, чуть более энергично, чем нужно, и почти вприпрыжку догоняет старшего.

***

Главный штаб Сумиёси-кай, как узнал Рики, это высокое, но не примечательное темное здание недалеко от города. Такое, чтобы не бросалось в глаза, но выглядело достойно. Машина Джея спускается на цоколь, где находится парковка. Нишимура, если честно, чуть не задремал по дороге, прислонившись к холодному окну, но это было бы полнейшим позором, поэтому он сдержался. Они молча заходят в лифт, где Джей сразу нажимает на кнопку верхнего этажа и прислоняется спиной к стене, руки скрещивает на груди и продолжает рассматривать Рики. Младший старается держаться уверенно. — Мой тебе совет, малец: не ной. Сонхун-сама ненавидит малолеток, а ещё больше нытиков. Четко объясни что тебе нужно и всё, — выпаливает Джей. — Несколько минут назад ты готов был убить меня, а теперь советы раздаёшь? Приглянулся я тебе, что ли? — усмехается Рики. Джей снова раздражается. — Уже жалею, что не убил. Лифт останавливается и раздается неприятная мелодия, сигнализирующая об окончании поездки. Старший молча выходит и идёт в конец коридора, к широким, тяжёлым дверям. По бокам стоят двое парней, видать, снова охрана. — Какими судьбами, Вака-гасира? — спрашивает один из них и улыбается, — Очередная внеплановая встреча? — Заткнись и не лезь не в своё дело. Я привел новобранца, Сонхун-сама на месте? — что ж, видимо, Джей со всеми такой грубый. Видно, что юноша из охраны уже к этому привык, так что он даже не реагирует на подобное общение. — Да, он здесь. Недавно вернулся и снова с засосами на шее, — ухмылка у парня становится шире и он играет бровями. — Меня это мало интересует, открывайте. Охрана стучит в двери, а затем открывает их. Рики сжимает кулаки, чтобы собрать мысли в кучу и выглядеть серьезно. — Сонхун-сама, к Вам Джей-сан. Можно? — Пусть войдёт, — раздаётся короткий ответ. На самом деле, у Рики мурашки по телу только от голоса. Затем он видит самого главу, и волосы на теле встают дыбом. Он молод, но всё в нём кричит о доминантности и суровости: его строгий чёрный костюм, поза, в которой он сидит, и, конечно же, этот холодный взгляд пронзительных глаз. Казалось, что Сонхун-сама читает его, как открытую книгу, хотя они видятся впервые в жизни. — Джей, кто это? — без особой заинтересованности спрашивает Оябун и поднимает бровь. — Этот ребёнок увязался за мной, Сонхун-сама, и не отставал, пока я не согласился отвезти его к Вам. Он хочет вступить в банду. — А ты не объяснил ребёнку, что у нас тут противозаконная организация, а не детский сад? Давно ты поддаёшься на подобные уговоры? — скучающе отвечает Сонхун и неодобрительно качает головой. Джей хочет ответить что-то ещё, но Рики перебивает его. — Я прошу Вас принять меня. Мне нужны деньги и я готов на всё, что прикажете. У меня хорошие физические и умственные данные, я ловкий и быстро бегаю.. Я могу быть полезен, — он смотрит главе в глаза, но его невозмутимость невозможно пробить. У Нишимуры есть ощущение, будто все его слова не имеют веса. — Все приходят к нам с такими заявлениями и большинство оказываются очередными пустышками. Мне не нужно бесполезное пушечное мясо, коего уже навалом. С таким же успехом ты мог бы начать воровать, но ты выбрал самый опасный путь из всех возможных, ещё и нашу банду - одну из самых влиятельных в стране. В чём твой мотив? — Сонхун откидывается на спинку своего кресла, задавая парню, вообще то, правильный вопрос. Но Рики не знает на него ответ. Он был без понятия, что ехал в одну из самых опасных и больших банд, а теперь уже деваться некуда. А идея воровства привлекала его меньше всего, это было слишком рискованно и постыдно. Нишимура не отвечает. Вместо этого он хочет, в очередной раз, продемонстрировать своё отчаяние и решительность. Парень быстрым движением достаёт спрятанный нож, хватает рядом стоящего Джея и приставляет острое лезвие вплотную к горлу старшего лейтинанта. — Какого хера ты творишь, ублюдок?! — негодует Джей, но не сдвигается с места. Нож в опасной близости к сонной артерии. — Примите меня, иначе я перережу ему горло. Он ведь не «пустышка» и не «пушечное мясо», не так ли? — Рики не отводит взгляда от Оябуна, но тот не меняется в лице. Сонхун совершенно не удивлён. Стойка у мальчишки не особо надёжная, рука, держащая нож, незаметно, но дрожит, да и Джей куда опытнее и сильнее. При большом желании он может вырваться сам, но не делает этого, тоже выжидающе смотрит на своего босса. Но что-то в этом парне интригует Сонхуна. Возможно, пламя в его глазах, или, может, отсутствие страха к серьёзным последствиям. В конце концов, он в главном штабе мафии, в осином улье. Сонхун может наобещать ему что угодно, а потом убить, не дав произнести последних слов, но мальчишку это, видимо, не волнует. — Как тебя зовут, парень? — спрашивает Оябун спустя минуту молчания. — Нишимура Рики, — честно отвечает он. — Хорошо. С этого дня ты «Ники», работаешь во благо нашей банды и безоговорочно выполняешь все приказы, это понятно? Не благодари меня и отпусти Джея, — отдаёт Сонхун первый приказ и младший повинуется. Джей же недовольно, почти обиженно, смотрит на, теперь уже, Ники. — А ты, Джей, берёшь его под своё крыло, — заключает глава. — Что?! — восклицает Ваки-гасира, — Почему я, Сонхун-сама? Вы же знаете, что я ненавижу работать в команде. Он просто будет путаться под моими ногами- — Это не обсуждается, Джей. Ты привёл его, вот и нянчись теперь. Может быть, сможешь вырастить достойного солдата. А теперь вы оба свободны. После этих слов возражать уже нельзя, поэтому старший лейтенант бесится, но послушно кланяется, а затем направляется к выходу. Ники повторяет за ним и плетётся следом. — Значит, теперь ты от меня не отвяжешься, Джей, — ухмыляется Рики, шагая за своим наставником. Тот раздраженно и резко оборачивается к нему. — Для тебя это минимум «Джей-сан», а в идеале «Джей-семпай», усёк? Не мешай мне и не действуй на нервы, иначе я скажу боссу, что тебя «случайно» убили на задании, — он тычет пальцем младшему в грудь, дожидаясь его кивка, мол «Да, да, всё понятно», и продолжает свой путь. — А куда мне теперь идти? — Нишимура не останавливается. — Пиздуй к своей мамаше, откуда мне знать? Я выполнил свою задачу, привезя тебя сюда. — Но Сонхун-сама сказал, чтобы ты наставлял меня. Я не могу жить здесь, как все остальные? Джею больше всего хотелось ответить, что ему «похуй, что там сказал Сонхун-сама», но это было неправдой, да и наказуемо. Он опять останавливается, измученно стонет и хлопает себя по лбу. — Хорошо, мы едем к тебе домой, ты быстро хватаешь свои манатки, и мы возвращаемся обратно. Сам ищи свободную комнату здесь, учись самостоятельности. Начнём тренировки завтра днём, чтобы у тебя хотя бы был нормальный захват, а не этот сегодняшний позор. Всё, решили? Ты больше не будешь задавать дебильных вопросов? — в надежде спрашивает старший, и Рики улыбается во все зубы. — Да! Я всё понял, Джей-сан, с.. — начинает парень, но его останавливают. — Не смей говорить мне «спасибо». Ники ещё раз кивает.