А начиналось с гаража...

За окном ранее утро, 5 утра, квартира в центре ещё спящего город. Анатолий, уже отработав ещё один тяжёлый день только начал засыпать, как его долгожданную дрёму прервала вибрация телефона на прикроватной тумбочке. Мужчина, ещё находясь одной ногой во сне, вяло протянул руку и начал шарить ею по тумбе, пытаясь найти злосчастный кусок пластмассы. Он был почти на сто процентов уверен, что опять названивает очередная кучка мошенников, пытаясь выудить с него денег. Найдя таки ненавистый жужжащий гаджет, он не глядя на дисплей ответил на звонок. — Кто?… — сонно и с явным недовольством процедил он. — Что с голосом Анатолий? Голос начальника заставил мужчину подскочить с кровати и тут же прийти в себя. — Слушаю, Сергей Иванович! — уже более бодрым голосом ответил он. — Вот это я понимаю! Толь, ты сейчас как, в состоянии? — спросил Анатолия начальник. — Допустим… — потерая порядком уставшие глаза ответил он. — В общем, у нас тут новый фраер, тебя к нему наняли — М… А по самому делу что? — Знаешь ли… — мужчина в трубке замялся — Там дельце такое, гаденькое… — Что, опять по самообороне? — В том то и дело, что понять не можем! Короче, ты сейчас давай, сгребай мозги в кучу и через час лети ко мне в офис, там я тебе на него всё отдам. — Договорились, Сергей Иванович — Добро — сказал начальник, сбрасывая вызов — Сукааа… — Только услышав в трубке гудки и тяжело вздохнув, сквозь зубы прошипел Анатолий. Мужчина суммарно спал 3 часа, даже не подряд. И это за трое суток... И вот, наконец, он искренне надеялся поспать, но нет! Начальство снова припекло ему какой-то очень важное дело. Лучше ему действительно быть важным, иначе, какого чёрта ему звонят в пять утра!? Анатолий вяло встал с кровати и проковылял в ванну. Свет неприятно рябит в глазах, заставляя поморщиться. Мужчина обдакотился на раковину, сгорбившись и устало смотря в зеркало. В ответ на него смотрели не менее уставшие глаза: некогда ярко-голубые, мамины очи заметно потускнели, стали почти серыми. А в дополнение картины под ними красовались мешки. Чёрные волосы тоже были тусклыми, почти пыльными. Надо бы помыть, а то смотреть страшно... Вот только ни времени, ни сил нет. В очередной раз вздохнув, он отвернулся от комка усталости и затяжной апатии в зеркале, посмотрев вниз. Открыт кран, течёт прохладная вода. Она позволяет быстрее проснуться, хотя, не то чтобы он вообще спал, но состояние примерно такое. Лучше выглядит только труп. Мужчина почистил зубы, умылся, наспех причесал волосы и тут же вышел, не желая видеть отражение ещё дольше. Итак тошно от собственного состояния, увидь как оно выглядит – вообще сляжет. Так что хватит на сегодня этого безобразия. Ему ещё с делом разбираться! Гоняя все эти мысли в голове Анатолий начал одеваться. Его рабочий, всегда выглаженный, костюм лежал в зале на диване. Он живёт один, так что волен раскидывать вещи где его душа пожелает. Одев рубашку вспомнил, что неплохо было бы позавтракать, благо у него есть ещё час в запасе. Завтрак не блестал оригинальностью, варёное яйцо, пара бутербродов и его любимый чай с лимоном. Чай согревал уставшую душу в это холодное осеннее утро. Кофе он никогда не любил, он всегда казался ему горьким, даже с молоком или с чем-нибудь сладким. Только чай, не более. Закончив есть Анатолий убрал посуду и продолжил одеваться. Не страшно, что посуда денёк проваляется в раковине, он может её помыть когда угодно – так он говорит уже который день подряд, смотря на кучу посуды. Вот он уже надевал лакированные туфли на ноги и накидывал тёплое пальто поверх стильного, тёмно-синего пиджака. Последний шаг, взять портфель и закрыть дверь. Ключи, кошелёк, паспорт… Ничего не забыл. Свет в выключении не нуждался, ведь он его даже не включал. Дверь закрылась и мужчина пошёл по лестнице вниз. За тяжёлой подъездной дверью во всю хозяйничала поздняя осень. Листьев практически не было на деревьях, а холодная и пасмурная погода придавала пейзажу ещё более удручающий, наверное даже депрессивный вид. Плюс ещё и утренняя темнота. В такую погоду желание куда-то идти не было от слова совсем, хотелось остаться в хоть и не совсем уютной, но тёплой квартире. Мужчина методично переставлял ноги, которые глухим стуком ударялись о землю. Тихо, птицы уже давно резлетесль, так что петь некому. Бездомные – и те попрятались, не желая лишний раз морозить конечности. Собаки и кошки следуют их примеру: сидят в своих маленьких укрытиях, греются о тела друг друга, ожидая температуры по-выше. Увы, в ближайшие месяцы такой не планируется. Слабый, но холодный ветер неприятно обдувал лицо, потому мужчина натянул по-выше тонкий шарф. Не то чтобы он спасал от холода, но не позволял ветру "кусать" щеки. Все ещё прохладно, но уже не так неприятно. Он вздохнул, смотря на подгнившие, подмороженные листья на обочине тротуара. Деревья стояли голые, почти недвижимые. Казалось, будто время остановилось, и это только сильнее усугубляло апатичное состояние Анатолия. До офиса идти ещё минут 20, так что холодная, недружелюбная атмосфера ещё долгое время будет преследовать мужчину. По крайней мере, пока он не спрячется в тёплом кабинете. Почему же он не на машине? Нет её. Ни прав, ни машины. Она ему и не нужна. До работы 30 минут пешком, а если надо сходить куда-то дальше – автобус в помощь. Анатолий впринципе никогда не хотел машину: наблюдая как часто, долго и мучительно с такой возится отец, слушая вечный рёв мотора, и в целом, шум автомобиля – отбивалось всякое желание обладать транспортным средством. Да и начальник часто говорил: "Толь, тебе с твоей апатией ходить пешком полезно.!" Пешие прогулки в самом деле помогают развеяться. Летом и весной. В остальные времена года – это только усугубляет ситуацию. Тем временем, мужчина наконец дошел до злощастной двери. Ещё есть возможность развернуться и уйти домой, но его за такое не простят... Да и репутацию он выстраивал слишком долго, чтобы вот так её разрушить. Скрипнула входная дверь, впуская в помещение прохладу. Он тут же её закрыл и выдохнул, оглядывая тёплую прихожую. Была бы его воля – уснул бы прямо тут, на полу. Но сомневаюсь что начальству понравится его спящее тело в парадной. Пройдя в глубь помещении Анатолий разделся, сдал пальто в гардероб и пошагал по лестнице на верх. Поворот за угол, длинный коридор и вот кабинет Сергея Ивановича. Стук. — Войдите! — раздался громкий голос мужчины за дверью. Анатолий вошёл, присел напротив начальника. — Здравия, Сергей Иванович — вяло сказал он — И тебе Толя, и тебе — косясь на мешки под глазами ответил Сергей — Что-то ты сегодня особо недовольный — Мне больше знаете что интересно, Сергей Иванович? Неужели дело настолько важное, что вы меня вызвали в пять утра? Мужчина за столом удивился, как будто не понял претензии своего подопечного. — Всмысле, сейчас пять утра?! — Уже шесть, если быть точнее… Сергей моментально кинул взгляд на настенные часы и его лицо тут же сменилось на крайне виноватое. — Бля… — тихо выругался он — Толь, ты прости, я с этими командировками совсем счёт времени потерял… — Понимаю… Раз так, могу ли я доспать свои законные два часа? — Да, конечно. Вон, можешь на диванчик прилечь — махнув рукой в сторону небольшого дивана справа от него сказал Сергей. Анатолий кивнул и с зевком переместился на диван. Хватило всего минуты-полторы, чтобы уставший, сонный адвокат ушёл из мира сего в царствие Морфея. Сергей покачал головой и что-то черканул на листке, смотря на мужчину. В голове всплыл образ маленького Толи: жизнерадостного, яркого, немного робкого, ещё и почти всегда загорелого. Этот образ никак не вяжется с тем, кем он является сейчас: весь бледный, тусклый, вялый. Даже глаза потускнели, будто вобрав в себя всю вселенскую грусть и тоску. Не даром говорят, глаза – зеркало души. Весь образ Толи, нет, уже Анатолия говорил об усталости. Некогда милиционер, теперь старший майор Сергей, с грустью вздохнул. "Надо выделить ему отпуск. Неделю минимум. И премию, обаятельно... Бедный мальчик, ему ведь только 35, а уже такой уставший. Если не дадим отдыха, Владимир мне голову открутит... Эх" – Сергей приклеил стикер с пометкой о премии и отпуске для Хорькова младшего и начал перечитывать документы. Может, хоть что-то дельное найдет и будет легче разбираться со всей это белебердой... Сон Анатолия, в отличие от реальности, был тёплым и ярким. Ему снились воспоминания, о далёком детстве. Такое приятное, беззаботное и рыжее... Рыжее? Ах да. В воспоминаниях ярко-рыжим, почти вырвиглазно рыжим пятном всплывал образ друга детства. Черты лица расплывались, да даже весь образ никак не мог собраться воедино, оставаясь размытым пятном с рыжим лохматым гнездом на голове. Толя вспоминает, как они вместе исследовали заброшки, как он впервые сбежал из дома вслед за другом... Как же его звали? Никак... Кажется, он и имени своего так и не назвал. Единственное, что он помнит, так это что-то рыжее, ржавое и бесстрашное. А ведь именно он впервые познакомил его с милицией... Интересно, где он сейчас? Что с ним стало? Жив ли он вообще? В душе теплилась надежда, что жив. Всё-таки слишком родным он стал за то время. Почти братом, раз на то пошло. Тёплые ведения, увы, были прерваны. Сергей аккуратно тряс Анатолия за плечо, возвращая в сознательное состояние. — Просыпайся, Анатолий. Пора за работу приниматься... — а?... А! – вышеназванный протёр глаза и, потягиваясь, зевнул – Да-да, сейчас... Мужчина переместился с удобного диванчика на стул напротив начальства. Сергей, в свою очередь, достал из портфеля крайне толстую, даже слишком толстую папку. Такое богатое личное дело порядком удивило адвоката. За свой многолетний опыт Анатолий выделил для себя одну забавную особенность, что чем толще папка с личным делом, тем больше в деле будет нюансов и тонкостей, которые придётся учитывать и зубрить, дабы не облажаться в суде. — Ну собственно, вот и твой горе подопечный. Что, как и когда ты знаешь, суд будет минимум через недели две, плюс-минус несколько дней. — М-да… — с долей разочарования протянул Анатолий — Я тогда в свой кабинет, Сергея Иванович. — Ну вот куда ты так торопишься? У тебя времени ещё много! — Не могу сидеть без дела… — Эх Толя-Толя… Ты когда последний раз отдыхал? — Не столь важно, мне нужно работать — Надо бы после развала этого дела кое-кого в добровольно принудительный отпуск отправить! — Смешно, Сергей Иванович — Ну серьёзно Толь, а то уже хуже смерти выглядишь! — подкалывал подопечного Сергей. — твой отец мне скоро бошку открутит! Да и я за тебя волнуюсь. Ты такими темпами себя в могилу сведёшь... Последняя фраза прозвучала тише и с заметной долей обеспокоенности. Мужчине льстило, что даже на работе названный дядя не забывает о нем волноваться. Он всегда был таким, даже не смотря на то, что, по рассказам отца, в детстве он был той ещё занозой. Видимо, из-за собственного опыта и волнуется... Приятно. Анатолий кивнул, вяло улыбнулся и забрал папку. Под тоскливый взгляд начальника, он ушел из кабинета, закрывая дверь. — Да... Я-то думал вспомнит...

***

— Так, ну и кто тут у нас? — с ноткой сарказма сказал Анатолий, садясь за свой стол. Открыв дело он принялся изучать кого ему предстоит защищать в суде. На фотографии был изображён мужчина около его возраста, может старше, выглядел он на удивление не так как выглядят большинство криминальных морд, опрятно и обычно. Даже и не скажешь что он способен совершить приступление по типу убийства! Фото было чёрно-белое, так что какого цвета волосы, глаза и прочее ему не дано было знать. Но это и не важно. — Угу, Волков Дмитрий Юрьевич, по сводке непредумышленое убийство двоих человек, по словам самого подсудимого - самооборона… — в слух рассуждал адвокат. — …неполноценная семья, среднее образование отсутствует, из родственников никого… Мужчина зачесал рукой упавшую на лицо чёлку. Почему-то, эта история навевает стойкое чувствую дежавю, заставляя хмуриться из-за невозможности восстановить в памяти причину такой реакции. Образ, кажется, вот-вот обретёт четкие контуры, но тут же исчезает, оставляя после себя абсолютное ничего! Хоть о стену головой бейся – никак не может вспомнить. М-да, не хватало ещё и головной боли в этот депрессивно-апатичный букет. Резко встряхнув головой, Анатолий продолжил читать. И снова неудачно: ушел в свот мысли и сбился с текста. Точно! Надо ведь записать себе, пока не забыл! Мужчина быстро записывает на листике «Допытать ведущего следователя о подробностях». Листик отправляется на стену с кучей других таких листиков. Ещё раз встряхнув головой и выдохнув, он наконец начал вчитываться в текст дела. Ему точно нужен отдых… Засиделся адвокат достаточно долго. Из бесконечного множества информации всё же удалось выудить ключевые факторы, которые могли бы достаточно смягчить наказание. Первый - это очевидно факт самообороны. На то что это была именно самооборона указывало несколько факторов, как например то, что, по словам подсудимого, у нападавших были холодные оружия. Так же, рассматривая подавшего в суд с его делом и дела жертв, ими были уже не единожды судимые за кражу маргиналы. Ещё при осмотре тел жертв не было найдено следов оружия, что говорило о том, что подсудимый был безоружен. У самих же жертв были пистолет, нож-бабочка, а так же пакеты с очень интересными травами. Перечислять можно долго, главное, что у Анатолия была достаточная доказательная база невиновности своего подопечного, точнее того, что он был вынужден обороняться и убийство было непредумышленое. Осталось заполнить документы и выстроить линию защиты. Такие дела никогда не занимали у него много времени, в отличие от особо тяжких, как например когда приходится защищать серийных убийц или особо ушлых криминальных авторитетов. Сколько уже времени? Он бросил взгляд на часы, уже было почти 8 вечера. Да уж, вот так засиделся… Ещё и опять обед пропустил! Ладно, с утра чем-нибудь перебьётся. Главное успеть связаться с адвокатом подавшего и решить, как вывести дело в сторону меньшего наказания для его клиента и бо́льшего, для другого. Потому что дело тут явно запутанное и без обговаривания таких моментов – проиграют оба. Чёрт, там же ещё один суд будет... Анатолий с усталым, обречённым вздохом закрыл лицо руками, зарываясь в чёлку. Судя по всему, выспаться он только на том свете сможет...

***

«Утро красит ярким светом стены древнего Кремля! Просыпается с рассветом вся Советская страна!» – Верещит кем-то оставленный радиоприемник рядом с диваном. Диваном, на котором случайно уснул Толя. Что-ж. Утро добрым не бывает... Проспал он дольше 3 часов. Удивительно, но всё же факт! Если верить настенным часам, то проспал он около 4-5 часов. Самое большое количество за последнюю неделю! Смущало только то, что проснулся он в пять утра. М-да... Ладно, не впервой. "Кто рано встаёт – тому бог даёт!" – говорила бабушка в деревне. Самое время прислушаться к совету, перестать проклинать весь белый свет и пойти в туалет. Умываться. По прибытию, в зеркале встречает всё тот же молодой человек. Молодой, но до боли уставший. Огромные мешки под глазами, грязные, пыльные, растрёпанные волосы, бледные глаза, отёки. Такое себе зрелище. Как труп выглядит. Хуже некуда... Толя включает кран и обдаёт холодной водой лицо. Другой тут и не бывает, но она всяко лучше тёплой: бодрит. Мужчина тщательно вымыл лицо, стараясь уменьшить отёки. Не глядя из кармана достает расчёску, чуть намачивает и зачесывает волосы назад, чтоб не мешались. Из зеркала на него смотрит всё ещё уставший мужчина. Он попытался выдавить что-то вроде улыбки, но врать самому себе как-то не хочется. Анатолий вышел из ванной, шагая по пустому, мрачному коридору обратно в кабинет. Скоро начнут подтягиваться работники. Новенькие в замешательстве смотрят и сплетничают пытаясь узнать почему Анатолий так рано на работе. "Старенькие" лишь с грустью вздыхают, смотря на проходящего адвоката. Для них он все ещё мальчик. Мальчик, на которого свалили слишком много... У Анатолия ещё минут пятнадцать до прихода начальника. Значит, есть законные 15 минут на отдых, прежде чем он начнет строить линию защиты, бегать по отделам за номером адвоката противоположной стороны и заниматься прочим бредом. К слову, этот самый "прочий бренд" на удивление не занял ТАК много времени, встреча с другим адвокатом была назначена на пятницу, но это уже послезавтра, сейчас же мужчина в очередной раз навис над делом своего подчинённого. Чувство дежавю не проходило, чем-то он его зацепил. Адвокат тщательно вчитывался в каждое слово, вглядывался в фотографию, но всё без толку. Тут в кабинет постучали. — Да-да? — бросил Анатолий, не поднимая глаз. В кабинет вошёл Сергей. — Толя, у меня для тебя приятные новости! — с энтузиазмом сказал майор — Да? И какие-же? — с ноткой сарказма ответил он — Короче, дату суда назначили на следующию неделю — И это хорошая новость?! — возмутился Толя. Ему и так сна не хватает, а тут ещё и суд так рано нащначили? — Да не возмущайся ты раньше времени! Вот ты встретишься со своим "коллегой" в пятницу и суд будет в пятницу, только в следующую — Ааа… Ладно, сойдёт — уже спокойным голосом ответил Анатолий, всё так же не подымая глаза Сергею уже порядком надоело наблюдать его усталую физиономию и тот, подойдя и слегка ударив по столу, сказал: — Так, мне уже надоела твоя кислая мина! Оставляй эту чёртову папку тут и марш домой, отсыпаться! Анатолий аж подпрыгнул от неожиданности. Не разу он ещё не наблюдал на практике что начальство может быть так благосклонно к своим работникам. — Хорошо-хорошо… Уже ухожу — расуетившись сказал он и быстренько прошмыгнул между Сергеем, устремляясь к выходу из кабинета. *** Улица встретила мужчину неприятной, но бодрящей прохладой. В голове все ещё прокручивалась произошедшая ситуация: до того она была комична. "Прогнали с работы домой, за хорошую работу..." – Анатолий усмехнулся, мысленно благодаря Сергея за внеплановый выходной. Если повезёт, сможет нормально выспаться и будет менее походить на труп, когда прийдёт на встречу. Это, конечно, если повезёт. Потому что мозг в ближайшее время отключить не получится. В голове роятся мысли о деле, о предстоящем суде: он сам для себя уточнает детали линии защиты и предполагает какие могут быть исходы. Переодически возникают очередные мысли-около-дежавю о подсудимом. Волков казался до боли знакомым, но разум всё никак не хотел восстанавливать воспоминания. Возможно, сказывается сильнейший недосып и депрессивно-апатичное состояние... Анатолий встряхнул головой, пытаясь отбросить все лишнее. И так голова раскалывается, потому забивать её чем-то, с чем разобраться можно (нужно) будет уже после основной волокиты – ой как не хотелось. За всеми этими размышлениями, он не заметил как оказался дома. Действия происходили до того машинально, что мужчина не обращал внимание на окружающий мир до момента открытия двери квартиры. Впрочем, не так уж это и важно. Анатолий скинул с себя верхнюю одежду, переоделся в домашнее и, пройдясь тоскливым взглядом по пыльной квартире, тихо уплыл в спальню. До кровати он не дотрагивался уже с неделю, если не дольше. Она жалобно скрипнула под весом владельца, который не менее жалобно вздохнул. Кое-как пробравшись под одеяло, уставший Толя моментально уснул. Скоро новый день, скоро снова в суд…