Белые лилии, черные вороны

      

Но хотя и забрала смерть Келлана Пранда, наследие его еще долго жило среди людей. Рождались те, кто героями подобно ему быть хотели, и обращались они к богам, чтобы силу получить и зачарованное оружие найти.

      

 "Где же меч, что даровал ты Келлану Пранду, великий бог охоты?" спрашивали они Асвара.

      

 "Тот меч — мой дар ему, и лишь боги отныне могут им пользоваться", — отвечал Он.

      

 "Так дай нам другое оружие, чтобы могли мы вершить великие дела, подобное Келлану Пранду", — просили люди.

 "Сперва великие дела вершите, а потом приходите моего дара просить. То есть награда, а не орудие, и покуда свою волю вы не докажете, ее не получите."

      

 Боги и Смертные,

Сказание III

                      Сенрад и Ивонн пришли в гостевой двор к остальным и пили чай, непринужденно беседуя и создавая тем самым мирную обстановку, чтобы у прислуги и других гостей заведения не создавалось ощущения, будто здесь что-то замышляют. Но как только служанка ушла, оставив еще один поднос с чаем и выпечкой, разговор вновь вернулся в рабочее русло.        — Вы езжайте первыми. У меня здесь есть дело. Поедете через Сикто, и это как раз даст вам лишние сутки пути. Ну и погуляете немного там. — Сен махнул рукой.       — Сутки? Дело настолько серьезное? — поинтересовался Ателард.       — Нет, не особо. И встретимся где-то на середине пути к Фирестоу дня через три. Какое там будет ближайшее поселение?       Он обратился к брату, но тот задумчиво провел ладонью по волосам и отрицательно качнул головой.       — Никакого. — Он указал на карту, по которой смотрел путь. — Может, эта карта и не очень точная, но здесь ничего нет.       — Жаль. — Сенрад откинулся на спинку стула и закинул голову назад. — Какой-то ориентир нам все равно будет нужен. Не будете же вы нас ждать посреди дороги.        — Возможно, так и придется сделать. Здесь никаких отличительных знаков нет.        — Найди что угодно. Мне все равно.        Лард протер глаза.        — Я оставлю тебе колдовские печати по дороге, если ты так хочешь. Сутки или двое они как раз продержатся. Но создать то, чего по дороге изначально нет, я не могу.        — Ладно, — Сен безразлично пожал плечами. — Печати тоже сойдут.        Было заметно, что Ателард выдохнул.        — В таком случае, мы будем собираться. Веста, на тебе твои вещи, а Ами...        — Я хочу остаться с Сенрадом и Ивонн. — Сказала ведьма безапелляционным тоном, от чего даже старший Кристо на нее взглянул.        — Зачем ты мне?        — А почему нет?        — Город полон демонов Ивтанара и мне не нужно, чтобы ты привлекала к себе внимания.        — Не волнуйся, я буду сидеть тихо и мирно. Но с тобой в команде. — Она улыбнулась, и Сен почему-то подумал, что это и правда неплохое решение.        — Ладно. Мне без разницы.        Ателард настороженно посмотрел на ведьму, но его мнения тут явно не требовалось. Да и он понимал, что его попытка переубедить брата не будет никем хорошо воспринята.        — Что ж, мне же легче.        — Я схожу за своими вещами, — проговорила Веста, стараясь подыгрывать ситуации, и вышла из комнаты. Вещей-то у нее, пожалуй, было не так много, чтобы прямо сейчас идти заниматься ими, но если бы у Ателарда была возможность сбежать, он бы тоже ей воспользовался.        Несколько минут они провели молча, а потом Сенрад попросил у брата сигару.        — Здесь нельзя курить, — мотнул головой тот. — Давай выйдем, если хочешь.        На улице была хорошая погода, хотя утренняя прохлада еще никуда не делась. Ателард дал Сенраду сигару и чуть позже закурил сам.        — Я заметил, ты не очень рад, что Ами напросилась ко мне, — начал старший Кристо. Лард поежился.        — Тебе нужно быть с ней осторожным, Сен. Что бы ни было у нее на уме, это не принесет ничего хорошего.        — Я так и понял. Вряд ли она из чистых побуждений увязалась за мной, но я буду осторожен, братец.        Ателард вздохнул. Конечно, будет. Так же, как и всегда, когда не воспринимает что-то достаточно серьезно.        — Как скажешь. Ты идешь? — спросил он, докурив сигару.        — Немного постою, — улыбнулся Сен. — Не одолжить еще одну?        Колдун вытащил ему еще одну сигару из металлического футляра. Сенрад ненадолго задержал на нем взгляд.        — Это тебе Вьюрок подарила?        Лард закатил глаза.        — Не твое дело. Как закончишь, возвращайся, нам еще есть, что обсудить.        Он спешно удалился, услышав только, как Сен рассмеялся от его реакции.       

 ── ✦ ──

       Сенрад никому не говорил о головной боли, преследующей его с прошлого вечера, и как часто даже в процессе бодрствования ему приходят с тех пор видения. Он не понимал, о чем — картинки были размытыми и слишком спутанными, но что-то определенно точно хотело до него достучаться.        Перед тем, как встретиться в гостевом доме, Сен получил от брата письмо с рассказом о том, что случилось в Мистбарке и о ритуале, который ведьма пыталась вчера провести. Он сразу сжег эту бумагу, чтобы информация не попала в руки ни к кому лишнему. Были вещи, которые удобно только обсуждать, а были, которые лучше не произносить вслух — особенно, если главный виновник этих вестей может находиться где-то рядом.        Теперь Сенрада не покидала мысль, что ритуал Ами как-то связан с его видениями, но мужчине не хотелось верить, что она причастна к ним. Весь его путь, вся затея с поиском оружия, способного изменить мир, и вещие сны... Это все не может быть проказами какой-то ведьмы. Это обязано быть что-то высшее, наследие какого-то особого небесного порядка.        Кристо пытался отвлечься от этого с Ивонн, и ночь была прекрасной и горячей, утреннее продолжение тоже, только постепенно все эти эмоции угасали, оставляя после себя лишь горькое послевкусие о необходимости размышлять.        Сен завел игру, чтобы быть в ней ведущим и богом, но что, если, сам того не зная, он подписал контракт на роль мельчайшей пешки?        

 ── ✦ ──

       — Где Ами? — спросил Ателард, когда обнаружил, что в комнате осталась только Ив. Она читала одну из книг, взяв ее с полки, и допивала уже подостывший мятный чай.        — Я не слежу за ней, если ты забыл, — не отрывая глаз от строчек, ответила девушка.        — Ты лучше всех знаешь, на что она способна, и все равно ведешь себя так? — колдун облокотился о стол, на что Ив наконец подняла глаза.        — Наверное, поэтому у меня и хватает ума не лезть к ней?        Лард отошел, понимая, что она права. Но сдаваться не хотел.        — Нам... Надо следить за ней, понимаешь? Как раз потому, что она из себя представляет.        — Следи сам, если хочешь.        Он остановил свои нервные хождения по команде и посмотрел на нее так, словно в первый раз увидел.        — Ты очень странная сегодня. У вас с Сенрадом что-то случилось?        Ивонн вновь посмотрела в книгу и помедлила, прежде чем ответить.        — Нет, у нас все замечательно. Мне кажется, это у тебя что-то случилось. Ты стал слишком одержим Ами, словно она что-то тебе сделала.        — Дело не в ней. — Он мотнул головой и вновь принялся ходить, хотя самого раздражал стук трости о пол.        — В Весте?        Вопрос застал его врасплох. Колдун остановился, немного подумал, а потом спросил:        — Почему все спрашивают о ней?        — Потому что очевидно, что она тебе нравится. — Ив пожала плечами. — Подобное беспокойство о ней совершенно нормально.        — О, это не твое дело.        — Да-а, конечно. — Протянула девушка. — Как всегда.        — И это в любом случае не имеет значения.        Ив снова поддакнула, подперев голову ладонью, смотря за тем, как колдун продолжает рассказывать о "не ее деле".        — Мы коллеги. Она моя подчиненная. Здесь нет места чувствам, мы ведь просто друзья.        — Так может вам стоит перестать быть друзьями, чтобы дать место для чего-то большего?        Лард обернулся на нее, словно девушка сказала что-то возмутительное, но она так спокойно продолжала читать книгу, что колдуна это сбило.        — Глупости, — тихо пробормотал он.        — У нас жизнь и без того короткая, чтобы откладывать приятные моменты, Ателард. — И, подумав, словно невзначай добавила: — А что до Ами, она спустилась принести еще горячей воды для чая и сейчас вернется.        Колдун отвел взгляд.        — Что ж, тогда не буду ее дожидаться. Мне нужно собраться в дорогу.        Ивонн отпила чая, смотря на то, как он выходит из комнаты, и вздохнула.       

 ── ✦ ──

       Лард и Веста уехали. Номера, которые брал Ателард, сдали хозяевам, и Сенрад забрал Ами с собой в гостевой двор на другой стороне города, дал ей денег, чтобы она сняла комнату, и постарался забыть о существовании ведьмы. Вряд ли она денется куда-то, если уж сама увязалась за ним.        Он мог бы и сам поехать через Сикто, но захотел остаться, потому услышал про игровое заведение, в котором можно получить артефакты по цене взноса за вход. Ателарда бы это не заинтересовало, поэтому пусть себе езжает вперед.        Сен пойдет туда вечером. В карты он всегда играл хорошо, да и это станет дополнительной возможностью отвлечься от проблем и получить что-то стоящее за бесценок. Обед уже прошел, и после хорошего отдыха он был более, чем готов идти — погладил рыжие волосы Ив, лежащей у него на груди, и аккуратно поднялся, надеясь ее не разбудить. Но девушка, видимо, лишь слегка дремала — сразу проснулась, когда он начал одеваться.        — Куда собираешься? — сонно спросила она.        — Я пойду в игровой дом. Там разыгрывают артефакты в карты, и я посмотрел лоты на сегодня. Кое-что даже приглянулось, а рука для карт у меня легкая.        Он надел кафтан и поправил волосы. Они начинали отрастать слишком длинными: еще немного, и начнут мешать. Надо не забыть что-нибудь с ними сделать.        — Ты не возьмешь меня с собой? — спросила его маленькая колдунья, садясь на кровати.        — Это не самое дружелюбное место, моя милая, и мне будет нужно сосредоточиться на картах, а не на тебе.        — Я могу сама о себе позаботиться.        Он качнул головой.        — Ты ведь все равно хотела отдохнуть, разве нет?        Сенрад поцеловал ее перед уходом. Когда он вышел за дверь, Ив упала обратно на кровать, чувствуя, что все это — не то, чего она на самом деле хочет.       

 ── ✦ ──

       Кристо немного прошелся по городу перед тем, как идти в назначенное место, потому что надеялся, что это проветрит ему голову и настроит на рабочий лад, чего, к сожалению, не случилось, и он лишь начал опаздывать, плутая по улицам. Однако самый интересный лот был последним, а к нему он точно успеет.        — Доброго вечера, господин Кристо, — сказала ему с улыбкой работница дома и протянула браслет взамен на взнос. — Благодарим вас за участие в сегодняшней "Игре удачи"! Проходите к вашему столу.        Она указала за единственный, за которым было место.        — Хотите заказать себе что-нибудь?        — Хорошей выпивки. — Бросил он и прошел к месту.        Здесь было шумно, играла музыка, от людей и парфюма становилось душновато, но в целом приятно — обстановка была богатой, стулья обшиты кожей, столы из дерева и накрыты желтыми велюровыми скатертями. Сев за свободное место, Сенрад кивнул соседним игрокам и замер, увидев, кто сидит прямо напротив него.        Она была обворожительна. Увидь он ее такой в самом начале, никогда не подумал бы, что она потерянный человек, сбежавший из дома и не понимающий, как жить эту жизнь — она была так прекрасна, словно сами боги выковали ее из драгоценный камней, и смех ее звучал разливами ручья в жаркий день.        На ней было темно-красное платье — конечно, как иначе — оголяющее плечи и ключицы, которые он еще этой ночью целовал, открывающее шикарную зону декольте, которой он сам совсем недавно любовался, — и он хорошо знал это тело, но сейчас ему казалось, что видит его впервые в жизни.        — Господин играет с нами в "Игру удачи" сегодня? — спрашивает девушка, улыбаясь идеально накрашенными губами.        — Такая честь быть сегодня здесь, — сдержанно отвечает ей Сенрад. — Неужели я еще не знаком со столь прекрасной особой?        — Леди Лавьера, коль вам угодно, — звучит ответ. Мягко и чарующе. — Позвольте представить вам остальных...        — Что вы, миледи, — спохватился мужчина по правую руку от нее. — Позвольте сделать это мне...        Он что-то говорил, но Сенрад не слышал. Не мог отвести взгляд от Ивонн, с улыбкой смотрящей на него, словно они никогда не были знакомы. Но что ж, раз она затеяла эту игру, он ответит сполна.        Ему как раз принесли напитки, и он отпил вина из бокала, не сводя с девушки глаз.        — Вы немного припоздали, — вновь начала она. — И один лот мы уже разыграли. Кольцо с опалом и чарами гармонии отошло господин Лаккуну.        — Но я любезно дарю его нашей восхитительной гостье! — заявил мужчина, протягивая ей выигрыш.        — Вы слишком щедры и милы ко мне, — удивленно возразила она и тут же мягко опустила ресницы. — Я не могу это принять...        — Прошу вас, не обижайте, это такая мелочь для меня, но принесет столько радости, если вам будет приятно. — Он аккуратно взял ее руку в перчатке и надел кольцо на палец, на что Ив благородно покраснела послала ему полный благодарности взгляд.        — Оно великолепно.        — Как и вы.        Девушка вмиг расцвела, и опал переливался на ее руке, вторя цвету глаз.       — Давайте объявим второй лот, — предложил один из игроков.       — Колье госпожи Орин, которая, согласно преданиям, была любовницей Асвара. — Проговорила работница дома у их стола, выкладывая на стол украшение в коробке. Сенрад заметил, что Ив оценила его взглядом, но энтузиазмом не разразилась — должно быть, не нашла его особо привлекательным.        Начали разыгрывать партию, но Кристо не играл всерьез. Он не мог не думать о том, что Ивонн решила прийти сюда, несмотря на его слова — и еще больше его раздражало ее поведение, потому что она — его, но позволяла так заглядываться на себя другим и отвечать взглядом на их касания. Она смеялась и флиртовала с разными мужчинами, сидя перед ним, выкладывала карты, радовалась неплохой позиции, и совершенно на него не смотрела. Словно его и не было.        Сен разложил свои карты. Лот его не интересовал, поэтому он не расстроился, когда удача не оказалась на его стороне. Победителем стал один из господ, имя которого колдун даже не пытался запомнить; кто-то угостил Ивонн самой дорогой выпивкой, которая есть в заведении, пока она говорила что-то про историю колье. Откуда она это знала? Впрочем, не столь важно, но эти ловко вброшенные в разговоре факты создают для нее впечатление очень начитанной особы, что сразу привлекает всеобщее внимание — с другого города, и так много знает про их историю! Ив снова рассмеялась, и ямочки на щеках были так хорошо видны при этом освещении. Душа компании, прелестная и прекрасная.        — Разыгрываем третий лот!        Кто-то кричит, перекрикивая шум в заведении.        — Обломок меча, убивающего проклятых зверей! — огласила работница.        Это было уже немного интереснее. Сенрад попробовал отвлечься от оголенных плеч Ивонн и сосредоточиться на игре. Он взял карты, и они были хорошие. Если повезет, даже получится выиграть.        — Откуда вы, миледи Лавьера? — спросил он, вливаясь в общий разговор. Невыносимо было смотреть, как за ней ухаживают другие, даже если это было знаком формальности и восхищения.        — Вы пропустили мой рассказ в самом начале, господин Кристо, но вам я расскажу еще раз. — Она чуть облокотилась грудью на стол, чтобы ее было лучше слышно. — Скоро я вступаю во владение имуществом, поэтому решила навестить друзей семьи в других городах и наладить с ними контакт. — Девушка вмиг переключилась на мужчину справа от нее. — Как вы считаете, господин Лаккун, я достаточно хорошо налаживаю контакты с незнакомыми людьми? Первое впечатление ведь так важно... — Она подала ему руку в полупрозрачной перчатке.        — Несомненно, леди Лавьера. Я уверен, все будут очарованы вами так же, как и мы.        — Если вы задержитесь в городе, — привлек к себе внимание другой мужчина, тот, к кому отошел предыдущий лот, — то я организую вечер в вашу честь, чтобы познакомить вас со всеми нужными людьми этого города.        Продолжили разыгрывать карты. Сенрад допил свое вино и подал знак, чтобы ему налили еще.        — Господин Аксель, это слишком большие траты! — Ив положила ладонь на ключицы, привлекая внимание к груди. — Но мне очень приятно, что вы это предложили. Вы так внимательны! Я приложу все усилия, чтобы мы нашли время для этого. Ах, кажется, в этот раз у меня совсем не выигрышные карты.        Победа ушла тихому господину за их столом, который, как и Сенрад, не был активным участником беседы с леди Лавьера, хотя и часто посмотривал в ее сторону — он пришел с женой.        Объявили перерыв, и кто-то предложил потанцевать, раз уж большая сцена того позволяла. Некоторые вышли покурить на улицу, пригласив Кристо с собой, но тот холодно отказался. Не мог позволить себе оставить Ивонн одну.        Лаккун пригласил девушку на танец. Ничего особенного — весьма простые и формальные движения, но Сен с трудом подавил желание встать и врезать ему. Понимал, что это будет самой большой глупостью, которую он сделает, поэтому решил, что уж лучше выпьет еще вина. Эмоции впервые так бурно переполняли его за последние несколько дней и пока приносили больше вреда, чем пользы.        Едва закончив танец с одним, Ив подала руку еще одному мужчине, и немного покружилась с ним, делая свое красное платье и огненные волосы центром притяжения внимания всего зала. Кристо был уверен, что к ней подойдет кто-то еще, и потому подхватил ее, как только на то появилась возможность.        — Что это за театр? — тихо спросил он, кладя руку ей на талию, словно она могла сбежать от него.        — О чем вы, господин Кристо?        — Хватит, Ив. Как ты вообще здесь оказалась?        — Так же, как и ты. Заплатила кому надо.        — Моими деньгами?        — Но для тебя ведь это мелочь, правда? — она так улыбнулась и посмотрела на него, что колдун понял: тоже попал под эти демонические чары и не может и слова возразить ее очарованию. — Тебе нравится мое платье?        — Очень. — Сенрад хотел поцеловать ее, но это разрушило бы всю их историю и вызвало бы подозрения в сговоре, поэтому он лишь тяжело сглотнул и отвел взгляд. — Тебе нужно уйти, Ивонн. Здесь опасно для таких, как ты.        — Таких, как я?        Он принялся было ей объяснять, но девушка лишь качнула головой.        — Я никуда не пойду, господин Кристо.        Она ловко вывернулась из его рук и завершила танец формальным поклоном, возвращаясь к столу. Сенраду пришлось пройти за ней. Начинали разыгрывать четвертый лот.       Во втором этапе партий разыгрывали два украшения и финальный лот: зачарованную мантию. Сенрад выиграл мужской перстень с янтарем и гранатом, сам того не ожидая, но посчитал это хорошим знаком. Когда объявили пятый лот, он увидел, как Ивонн загорелась энтузиазмом: речь шла о крупном ограненном сапфире. Увидев, как ей нравится, Кристо положил карты на стол и сдался.        — Прекрасные девушки должны иметь возможность получить вещь, которая им нравится, — объяснил он и получил на это сдержанную улыбку. Один из оппонентов, господин Аксель, согласился с ним и тоже пропустил этот раунд.        Когда оставшиеся игроки раскрыли карты, оказалось, что у Ивонн и госпожи Керо карты с одинаковым количеством удачи. Они вдвоем переиграли партию, но девушке не повезло. Сапфир ушел в руки даме напротив, и Ив заметно расстроилась.        — Леди Лавьера, что вы, грусть так не идет вашему прекрасному лицу, — попытался приободрить ее господин Аксель. Она улыбнулась ему. — Я уверен, найдется много желающих одарить вас не менее прекрасными подарками.        — Ах, вы правы.        — К тому же, — продолжил он. — Настал самый интересный этап, и здесь удача может оказаться на вашей стороне. — Аксель повернулся к работнице. — Разыграйте последний лот!        — Мантия соткана из нитей, собранных с этермонов — растений, выросший на трупах колдунов. — Рассказывала работница, представляя зачарованную накидку темно-зеленого цвета. — После специальной секретной обработки, проведенной домом Поклонников Смерти, мантия приобрела особые свойства. Она усиливает природные магические способности и служит резервуаром эфирной энергии, которую владелец может использовать для усиления своих чар.        Разыграли карты. Ивонн молчала, и Сенрад пристально наблюдал за ней. Наверняка она пришла не просто повеселиться и позлить его в этом шикарном платье, но и задеть еще больше, забрав его приз. Он видел, какой заинтересованной она стала, рассматривая свои карты.        — Поклонники Смерти очень щедры по отношению к городу, — заметил господин Лаккун. — Я слышал, что для создания подобной вещи требуется около полугода.        — Им это все равно выгодно, — вступила в дискуссию госпожа Керо. — Учитывая взносы, которые мы делаем на входе... И ведь эта сумма увеличивается вдвое для тех, на чьей стороне удача сегодня не окажется и они не выиграют ни одного лота. — Она косо глянула на Ив. — Вы не переживаете по этому поводу, леди Лавьера?        — Игра еще не окончена, госпожа Керо. Следите за своими картами, — холодно ответила та.        — Они у меня очень хорошие.        — Но ведь могут быть и получше.        В игре за последний лот правила немного менялись — финальный и самый желанный артефакт получил тот, кто останется в игре последним. Игрок с наименьшим количеством удачи выбывал, и на пятой партии остались только двое. Эту игру все восприняли более серьезно, чем прежде, но до финала дошли лишь двое.        — Леди Лавьера, — протянул Сенрад, когда начали раздавать карты к пятому туру. — Я думаю, это судьба.        — Или удача, господин Кристо.        Они взяли свои карты. Кто-то за их столом остался следить за их игрой, а пара господина и госпожи Керо удалилась потанцевать.        — А вы настроены решительно, — сказал Сенрад девушке. — Так стремитесь пополнить коллекцию семейных реликвий?        — Играть в вашей компании — уже радость для меня, господин Кристо. Но такая прелесть, как эта мантия, не будет лишним подарком удачи в этот вечер.        Сен улыбнулся и выложил свои карты. У него была прекрасная комбинация, одна из самых высокий, что была за их столом в этот вечер. Ивонн взглянула на это и поджала губы.        — Надеюсь, этим я не испортил вам вечер, леди. — Колдун сложил руки на столе и отклонился на спинку стола. Был уверен, что победа его.        Ив перевела на него взгляд, улыбнулась в ответ и раскрыла свои карты. У нее было на единицу больше удачи, чем у него.        — Нет, господин Кристо. Не испортите.        Ивонн забрала главный лот. Это принесло ей вторую волну популярности среди гостей заведения, и она много разговаривала со всеми, пила вино и немного танцевала. Позже, когда все начали расходиться, девушка ушла так тихо, чтобы никто за ней не увязался.        Кроме Сенрада, конечно. Он не мог упустить.        — Довольна этим представлением, Ивонн? — спросил он, нагнав ее на улице.        — Я вполне неплохо провела время, — призналась колдунья.        Какое-то время они молчали, пока не отошли достаточно далеко, и Кристо не выдержал:        — Куда ты полезла со своей слабой магией?        — Какая разница, Сенрад? Я от этого не имею права жить такой жизнью?        — Ты не представляешь, сколько разных ужасных вещей могло с тобой случиться.        — Тысячи людей в этом мире и вовсе не обладают магией, но прекрасно живут.        — Да, только они не лезут в серьезные вещи, в которых не могут победить. Ты ведь не понимаешь, насколько тебе повезло, что никто из них не ранил тебя и не убил просто потому, что сильнее.        Ивонн остановилась, не в силах больше слушать все это, и повернулась к нему.        — Никто меня не тронул. И я, слышишь, — я забрала артефакт, который ты так хотел, вся из себя бесполезная и слабая. Я его получила, а ты нет. Смирись уже с этим.        Она попыталась уйти, но Сен взял ее за руку, не пуская; Ивонн все равно вырвалась и поспешила от него прочь. Кристо недолго смотрел ей вслед. Все равно считал, что она не понимала, что делала, хотя это его и задевало. Ив не хотела его слушать. Но он все равно пошел следом за ней, ведь хотел убедиться, что с ней ничего не случится.        Сен немного постоял и покурил на входе в гостевой дом. Не хотелось торопиться заходить и встречаться с Ив. Он предпочитал думать, что она из тех девочек, что всегда были рядом с ним — мягких, податливых и смиренных. Божественная кровь в венах давала ему ряд преимуществ, в том числе определенное ментальное влияние, которому мало кто мог противиться. Потому что такова была воля богов: подчинять и управлять. И Сенрад привык к этому. А не к тому, что Ив пытается противостоять.       В момент, когда девушка в Клэрвиче отказалась ехать с ним и поменялась с Ателардом, нарушив его планы этим изящным движением, Сен едва удержал себя руках — не мог позволить себе навредить ей, даже если она вытворяла подобное. Лард тогда удивился тому, что колдунье удалось так легко повлиять на его планы, а Сенрад промолчал, не найдя, что ответить. Потому что брат был прав. Ивонн вносила хаос в его жизнь, хотя и была воплощением чистой гармонии: но ее действия и чувства искажали его выстроенный по четким линиям мир, каким бы мрачным и эгоистичным он ни был, и это было плохо.       Ведь, — что хуже всего, — Сен не знал, что вырастет на этих руинах.       И его разрывало от этого. От желания разрушить эту связь и заставить девчонку просто подчиняться ему с одной стороны и позволить ее теплу изуродовать выстроенный временем ледяной замок с другой. Но в этом холоде и была вся его личность, и Сенрад не представлял, что с ним будет, если он потеряет рациональную и божественную часть себя и позволит смертной и чувственной править. Даст ли это ему недоступное прежде счастье или принесет только больше страданий? Легенды говорили, что боги не имели права быть счастливыми.       Местные сигары нравились ему меньше, чем те, что он брал у брата — те отдавали Косом, и оттого вкус их был приятным. Эти же пахли жженной травой и отдавали горечью на языке. И этот вкус, пожалуй, теперь всегда будет ассоциироваться у него с тем взглядом, каким одарила Ив в тот момент, когда развернулась и ушла.       Он не хотел терять ее. С вещами было просто — их всегда можно вернуть, потому что у них не было своего мнения и воли. Он мог бы вернуть Ивонн так же, как вещь, и эта мысль не давала покоя. Просто взять силой, заставить делать то, что он хочет, и быть такой, какой ему удобно. Но если она перестанет быть Ивонн и станет очередной вещью, то он потеряет весь интерес. И все чувства.       Сенрад вздохнул и закурил вторую сигару. Нужно извиниться перед ней.       Или хотя бы попытаться сделать вид, что он сожалеет о своем поведении.       Когда он поднялся, Ив закончила принимать ванну. Комната наполнилась паром, вновь пахло розовым маслом и шалфеем. Сенрад немного постоял на входе, тихо прикрыв за собой дверь: не хотел спугнуть ее, занимающуюся своими делами. Девушка надела ночную рубашку и открыла окно, чтобы проветрить комнату. Ему нравилось, как влажная ткань прилегала к ее коже, и как Ив заметила его взгляд в отражении и обернулась.        — Мне жаль, Иви. — Произнес он, и девушка отвела взгляд обратно.        — Все нормально, забудь.        — Я снова чем-то тебя обидел, почему я должен это забыть? — Он подошел ближе, но колдунья шагнула в сторону, не дав себя коснуться.       — Ты ведь все равно не понимаешь, на что именно я злюсь, Сенрад. Поэтому это не важно.       — Можешь сказать мне. — Но она молчала, и словно лишь больше закрывалась. — Ив. Ты не можешь игнорировать меня всю ночь, у нас общая комната.       — Сен, я не хочу, чтобы через несколько дней оказалось, что я открыла тебе всю душу, а ты потерял ко мне интерес, потому что я... — Она посмотрела на него мельком и принялась приглаживать волосы. Колдун протянул руку и тоже коснулся ее локонов, затем нежной шеи, подбородка и лица. Ив прикрыла глаза и вдохнула терпкий запах сигар, оставшийся на его коже.       — Потому что ты — что?       — Потому что я не знаю, чего ты на самом деле от меня хочешь.        — Я хочу, чтобы ты любила меня, Иви, потому что мне нравится любить тебя.        — Ты говоришь это всем, кого хочешь затащить в постель?       — Тем, кого я хочу затащить в постель, я ничего не говорю. Я приказываю.        Она вздохнула. Ей нравилось тепло его руки на щеке, но взгляд говорил о том, что она ожидала чего-то худшего. Возможно того, что он разобьет ей сердце каким-то приказом, и тогда она убедится, что не значит в его жизни ровным счетом ничего.       — Только не говори, что я особенная или что-то в этом роде.        — Не знаю. Это не мне решать. — Он убрал руку и пожал плечами. — Но ты мне нравишься, и я хочу, чтобы ты это запомнила.        — И что это значит? Что ты будешь запирать меня одну каждый раз, когда тебе удобно? Я буду сбегать и портить тебе планы.       — Что ж, справедливо. И в этом что-то есть. Может, мне даже стоит почаще тебя запирать, чтобы иметь возможность видеть тебя такой, как сегодня?..       — Какой?       Он усмехнулся и притянул ее к себе. Залез руками под рубашку, касаясь округлых упругих бедер и наклонил голову к ее шее. Его снова окутало запахом шалфея и роз.       — Бесстрашной. — Выдохнул он и оставил поцелуй под ухом. — Я тебя там прекрасно понял. Там все кричало. Каждое движение, усмешка на губах, когда ты смотрела на меня. Все это — ради моих эмоций, верно? Ты так и говорила: посмотри на меня. Посмотри, какая я восхитительная и желанная, а ты, такой гад, оставил меня одну. Или я не прав?       Он медленно подвел ее к кровати и, когда девушка уперлась коленями в ее край, аккуратно усадил и навис сверху. Сен увидел, как загорелись огоньки на дне ее глаз и как она чуть шевельнула губами, желая не показывать улыбку и остаться безэмоциональной. Но он уже это заметил, по тому, как она пальцами сжала простынь и неосознанно чуть приблизилась к нему ближе.        — То, что ты гад — это точно. Твои слова на улице звучали очень оскорбительно. Моя магия не определяет, кто я. Я могу побеждать и обыгрывать людей, которые гораздо сильнее меня. Даже тебя, Сенрад.       — Это была очень красивая игра. — Он не хотел вновь ссориться и принялся ненавязчиво успокаивать ее поцелуями. Нарастающий было гнев девушки быстро растворялся пропорционально оставленным на шее поцелуям. — И мне жаль, что я ее испортил. Возможно, мне стоит подумать о том, чтобы доверять тебе немного больше. Но... Как же сложно было держаться там, видя, как ты заигрываешь с ними и как позволяешь мне просто смотреть на это.       — Тебя это задело? — она улыбнулась.       — Немного.        — Жаль, что немного. Мне очень нравится, когда ты горячий, а не холодный. И когда я могу чувствовать в тебе человека с эмоциями.       — О, так ты это хочешь почувствовать? — Колдун провел рукой по ее ребрам и коснулся груди. Прикосновения обжигали даже через ткань.       Он укусил ее в шею, нагло и бесцеремонно, и девушка откинулась назад, открывая вид на такое манящее горло и на изгиб ключиц.        — Ты помнишь, что я уже говорил тебе о том, что ты мне нравишься? — прервавшись на мгновение, спросил Сен.       — Помню...       — Почему ты все равно сомневаешься в этом?       Ивонн не ответила, и он остановился с ласками, чтобы оставить ощутимый укус на нежной коже шеи. Девушка смущенно вздохнула.       — Я спросил тебя, Ив.       — Я... я не знаю.        — Это плохой ответ. Подумай еще.       — Зачем?       — Хочу знать, что мне нужно исправить.       Он уперся коленом в кровать, проследил за тем, как девушка обвивает его шею руками, и наклонился вперед, укладывая Ив на спину и нависая сверху.        В отношениях с ним Ивонн не могла уже понимать, что для нее будет правильно, а что нет — давно не могла, с тех пор, как встретила Кристо, хотя никогда не стояла прочно на ногах в этом мире. Но Сенрад и вовсе сносил все установленные ею границы, забираясь под ткань ночнушки, словно под кожу, и оставляя на ребрах свои следы. Она хотела быть с ним, хотела быть рядом, даже когда он делал ей больно своими поступками, потому что он — одновременно самое лучше и самое худшее, что с ней случалось.        Она судорожно вдохнула и почувствовала, как по телу прошел рой мурашек, когда Сен спустился поцелуями вниз и, раздвинув ее ноги, оставил укус на внутренней стороне бедра.       — О чем ты думала, когда играла в карты в том шикарном платье?       — О том, что выгляжу прекрасно. И о том, что ты смотришь на меня.        Он провел рукой от колена к основанию бедра по фарфоровой коже, на которой остались красные следы его ласк.       — ...Смотришь, — продолжила Ивонн, наблюдая за ним. — Как тогда, на площади в Косе, когда первый раз увидел, и когда поил вином тем же вечером из своего бокала. А не как на девчонку, которую подобрал из жалости, чтобы поиграться.       — Я был поражен тем, какой ты стала во время игры.        — Я всегда была такая, Сенрад.        Она все равно играла с ним, даже сейчас. Он это понял по едва заметной улыбке. Девушка попыталась спрятать ее, но Кристо снова успел ее заметить, и решительным жестом обхватил ее бедра руками и придвинул к краю кровати.       — Любишь играть с огнем?.. — Сказал он скорее утвердительно, чем вопросительно.       — Немного, — передразнила она его.       — Тогда я устрою тебе пожар.       Сен в состоянии еще немного потерпеть, лишь бы не дать ей право вести в этой их маленькой игре. Он оставлял синяки под следами своих пальцев, вбирал в себя ее мычание во время поцелуев и то. Касался ее груди под ночной рубашкой, проводил пальцами нежно, а потом сразу по-собственнически грубо, не оставляя выбора, кроме как податься вперед от его ласки и еще ближе прильнуть к нему.       Ее пальцы путались в его светлых, выцветших на солнце добела волосах, когда он наклонялся вниз, чтобы вновь утянуть ее в поцелуй. Сенрад хотел, чтобы Ив чувствовала, что она в действительности особенная для него, хотя причину этой особенности он пока сам не понимал. Просто знал, что она горячит его кровь сильнее, чем все девушки до нее, и что он предпочитал ссориться и терпеть ее молчание, лишь бы видеть рядом. Эти эмоции причиняли больше дискомфорта, чем удовольствия, но Сен был уверен, что если лишится ее, то тогда радости ему уже ничто приносить не будет.       — Достаточно горячо? Или мне поиграть еще немного? — прошептал он ей на ухо, получив в ответ ощущение того, как ее тонкие нежные пальцы залазят под его рубашку, пытаясь снять ее, и сладкий стон, просящий о продолжении удовольствий.       Сен помог ей стянуть с себя верх, позволяя колдунье вдоволь насладиться видом и изучить руками все рельефы мышц.        Она любила его. Восхищалась, почитала, горела вместе с ним этим огнем и с каждым поцелуем отдавала эту любовь, так, что он словно впервые это чувствовал. И это обжигало, распаляло внутри что-то, чего там прежде никогда не было, и заставляло выплескивать переполняющее чувство, чтобы самому не сгореть. Сенрад стянул с себя оставшуюся одежду, вновь опустился к прекрасному телу юной колдуньи и оставил еще несколько поцелуев, смешанных с укусами, на плечах и груди. Ему всегда будет ее мало, и ощущение смертности и конечности бытия ощущалось особенно четко в те моменты, когда она, обхватив его руками за спину, была так близко, что он чувствовал каждый удар ее сердца своей грудью.       Он медленно вошел в нее, почти рыча от расходящегося по телу жара и тому, как Ив выгнулась и сладко вздохнула.       — Сладкая девочка, — шепнул он ей, подхватывая поудобнее и начиная двигаться. — Моя сладкая девочка.        Иногда он хотел быть к ней нежным, но иногда, как сейчас, не мог, да и не желал сдерживать себя. Мстил за то, как она вела себя сегодня во время "Игры удачи", хотя месть эта была, пожалуй, слишком сладка и приятна для них обоих. Ничего на свете не волновало его в этот момент больше, чем юная несносная колдунья, затрагивающая в нем невидимые струнки ущербной души. Он ее никогда не отпустит. Будет вечно наслаждаться ее существом, вбивая в кровать и вырывая желанные стоны. Оградит от любых проблем, с которыми придется столкнуться, и ей никогда не нужно будет ни в чем нуждаться. Она ведь будет счастлива от этого?       По крайней мере, Ив была точно счастлива сейчас, когда проводила по его спине ногтями в тщетной попытке совладать с нахлынувшими чувствами и не находила себе места от удовольствия. Отвечала на его жадные поцелуи, едва находила время на вздох между стонами и его ласками и кончала, растворяясь в волне ощущений. И так еще несколько раз за ночь, пока совсем не выбилась из сил.       Сенрад решил, что в этой игре они сошлись в ничью, — не хотел оставлять Ивонн места для реванша. Да и к тому же, она так спокойно и мило спала в его объятиях, что сложно было назвать ее проигравшей. Наверное, проиграл все же он, когда решился опуститься в новые для него всплески эмоций. Но он ни о чем сейчас не жалел.        Кристо закурил сигару, лежа на кровати и поглаживая девушку, уснувшую у него на груди, по спине. В окно посмел заглянуть первый рассветный луч. Сен вспомнил о том, что планировал выехать утром. Видимо, придется задержаться до вечера.        Он усмехнулся, поняв, что колдунья снова испортила его планы.        Но ей простительно.