Белые лилии, черные вороны

В дни Великого Раскола, когда копье Ивтанара пронзило небеса,

Владычица в гневе своем ударила мечом о землю.

Континент содрогнулся, и море взревело, отступая.

Так от материка была отделена часть суши,

ставшая нашим убежищем — островом Бирен Халет.

Ни один бог не посмел преследовать нас,

ибо морская пучина подчинялась лишь ей.

Запись 1

Из Хроник ордена Бирен Халет

      Времени на раздумье и составление планов было совсем немного. Присутствие демонов говорило о том, что их Покровитель либо уже находится где-то недалеко, либо того и гляди присоединится к своим маленьким чудовищам. И если с демонами у путников еще был шанс справиться, с одним из богов тягаться точно не под силу, даже если Ами будет на их стороне. Сил у той еще было не настолько много. Но Сенрад вообще не желал полагаться на нее. Он делал ту работу, с которой отлично справлялся на протяжении многих лет: составлял планы о том, как пробраться в необходимую область. Пусть команда у была совсем ничего, но одной птицы даже было достаточно. В крайнем случае у Сена была Ивонн, хотя жертвовать ей на подобные операции хотелось не сильно. За Вьюрка же колдун не переживал. Знал, что Веста выпутается из любой ситуации, а если нет — что ж, он сохранит себе больше денег.

── ✦ ──

      Веста понимала свою задачу предельно четко и ясно. Не было причин обижаться на то, что Сенрад не видел в ней человека, лишь инструмент, которым может повелевать, как хочет. Их объединяли только рабочие отношения, в которых Кристо требовал идеальности и беспрекословности. Девушка сама знала, что лучшим вариантом для них будет попытаться обойти всех этих демонов ночью, а значит, ей придется разведать обстановку до темноты.       Пока она собиралась, почувствовала, что кто-то подошел к и сел рядом на землю. Вьюрок не сразу решилась оторвать глаза от шнуровки ботинок, однако горьковатый аромат и так дал ей понять, кто требовал внимания. Она аккуратно подняла глаза. Боялась, что в любой момент можешь заметить какие-то изменения в Ателарде, но пока все было по-прежнему.       — Будь осторожна там, Ви. — Проговорил колдун. — Я знаю, что мне не отговорить ни тебя, ни Сена, и лишь надеюсь, что ты понимаешь, насколько там опасно.       Веста кивнула.       — Я быстро. Только взгляну, что внизу. Долго оставаться не буду.       — Они могут ждать нас.       — Скорее всего, так и есть.       — Ви, — Лард обеспокоенно коснулся ее локтя, — я не знаю, что тревожит тебя последние дни, но прошу, не давай и мне повода тревожиться.       Он протянул девушке открыть ладонь. Когда Вьюрок взглянула на нее, то увидела слабо различимые знаки. Они так часто использовали эти чары для поддержания связи, когда она уходила на задание в Косе... Веста подала свою ладонь. Колдун мягко сжал ее руку, и девушка почувствовала легкое покалывание на коже. Его ладонь была теплой и совершенно человеческой. Ви поймала себя на мысли, что не хочет ее отпускать. Она боялась, что если сейчас уйдет, то за время, пока ее не будет, Лард вспомнит свою божественную судьбу и... Девушке будет некуда возвращаться.       — Почему ты так смотришь на меня? — спустя некоторое время спросил Ателард. Веста смущенно убрала руку.       — Мне нужно идти.       — Конечно. — И, когда девушка уже поднялась и отошла, добавил, — Возвращайся поскорее. Я буду здесь.       Обойдя скалу, за которой они организовали небольшой лагерь среди камней, Веста отказалась почти на открытом пространстве. Ветер ударил в лицо, воздух казался странным — одновременно свежем и тяжелым. До порта, как это назвала Ами, ей нужно было еще спускаться минут десять или пятнадцать, а учитывая, какой крюк придется сделать, чтобы не попасться на глаза демоном, и того все тридцать. Но даже так Ви надеялась управится до наступления темноты, чтобы дать Сенраду возможность изучить предоставленную информацию и придумать наиболее подходящий план. То, что местность была такой открытой, приносило определенное количество неудобств. Веста с трудом выбирала места, за которыми ее не будет видно. Она понимала, что слишком близко не сможет подойти: демоны учуют энергию даже сквозь скрывающие символы, которые нанес Лард. Ей бы увидеть внутренности сооружения лишь одним глазком, совсем чуть-чуть...       Найдя место на возвышении напротив солнца, Вьюрок легла и всмотрелась в далекие и почти неразличимые с высоты человеческие фигуры и остатки построек. Сейчас порт для нее открывался с другой стороны, и встроенную в скалу часть было гораздо лучше видно. При других обстоятельствах у нее бы перехватило дух от этого зрелища: наверняка не без помощи божественной магии это сооружение было выстроено таким образом, что казалось частью природного массива. Отдаленно образ напоминал храм в Сикто, но архитектура была совершенно иной. Казалось удивительным, как тонкие черные колонны в несколько десятков метров высотой могли выдерживать всю массу горной породы. Помещения уходили вглубь, оставляя снаружи лишь несколько громадных ступеней и странного вида углубления, расположенных полукругом. Волны бились об эту постройку несколько веков, но казалось, что совершенно не изменили его. Лишь скальная порода, обрамляющая, словно картинная рама, это произведение искусства, местами обрушилась и обнажила менее приглядные темные стены. Большая часть из этого камня была покрыта белым налетом морской соли и размыта по нему разводами, словно мрамор. Одно из углублений явно уходило внутрь скалы, но насколько далеко — Веста не могла разглядеть из-за угла обзора. Могла лишь предположить, что это место для заплыва кораблей, но в своей жизни суден видела совсем немного, и все были мелкими, для двух-трех человек, чтобы было комфортно рыбачить в относительно небольших пресных озерах в Обители Смертных. Масштабы же этого сооружения были совершенно иными, как, вероятно, и его предназначение.       Правее от спуска, к самой воде, Вьюрок заметила длинную и узкую уходящую вверх лестницу. Она не сразу попалась ей на глаза, потому что была сделана не из камня, а, вероятно, из дерева. Одетые в белое одеяние стражи ходили по ней весьма аккуратно, особенно в конце подъема, где находился сильный ветер, сдувающий головные уборы. Больше ничего интересного девушка не заметила. Немногим позже она попыталась еще сместиться правее и пониже, но побоялась, что там окажется на виду. Всего ей удалось насчитать двадцать три человека, снующих по порту. Траектории их были четкими и отработанными. Как только кто-то один уходил с поста, другой направился в эту сторону, не оставляя участок без надзора. Но внутри наверняка демонов тоже было полным-полно. Весте хотелось пробраться туда и своими глазами увидеть, как выглядит одно из древнейших сооружений, построенных богами, но стоило ли ей пойти на такой риск?       Девушка долго взвешивала за и против. Разум цеплялся за глупейшие и безумнейшие затеи, благо она понимала, что это говорят адреналин и любопытство, а далеко не здравый смысл.       Нужно было либо решиться, либо возвращаться, пока окончательно не стемнело. Она отползла назад, повернулась на спину и посмотрела на небо. Ясная голубизна его уже давно исчезла, солнце клонилось к горизонту и окрашивало небо в медово-кровавый цвет. Печать, которую оставил Ларди, уже не в первый раз легко нагревалась: колдун волновался о ней, и напоминал, что время ограничено. Смирившись с этой мыслью, Ви принялась возвращаться по другому пути, — еще более длинному, чем предыдущий, лишь бы он помог скрыть следы, как случайно заметила пару кружащихся в отдалении крупных птиц. Они весьма быстро скрылись из поля зрения, нырнув куда-то на воздушные потоки за скалой, от которой она отходила, но этого было достаточно, чтобы Вьюрок задумалась об одной идее.       Когда вернулась, девушка рассказала об этом Сенраду, тот сперва отрицательно качнул головой. Однако и сам понимал, что информации, которую Веста принесла, мало. Ровным счетом это никак не изменило положение дел, и лишь укрепило мысли о том, как тщательно Ивтанар спланировал свою оборонительную операцию. Но после недолгих уговоров Весты колдун принял ее предложение. Ему понадобилось еще немного времени, чтобы обдумать этот шаг, и он отогнал девушку от себя. Однако как только та отошла и наклонилась ко фляге, дабы глотнуть свежую воды, Сен сменил размышления на решительность и направился к Ами. Их разговор происходил почти в центре лагеря, поэтому был слышен всем. Веста чувствовала себя странно из-за этого. Словно подслушивала что-то очень личное, и потому старалась не смотреть в сторону говорящих, делая вид, что ей совершенно не интересно.       — Я не собираюсь отправлять туда своих воронов, — ответила Кристо Ами. Она произнесла это достаточно тихо, но ветер был легким, и кроме них никто не разговаривал, поэтому в этой тишине голос прозвучал вполне отчетливо. Поняв, что ее фраза стала всеобщим достоянием, девушка продолжила уже совсем тихо: — Придумывать, как получить нужную информацию, это твоя работа.       — Я и придумал. А ты — воплощай, раз у тебя столько амбиций. Но если не хочешь, — Сен пожал плечами, сунул руки в карманы и развернулся. — Тогда мы будем ждать здесь до тех пор, пока демоны сами не покинут порт. Или пока Ивтанар не придет за нами — смотря, что первое произойдет.       Ами посмотрела на него исподлобья, повела плечами и на выдохе быстро произнесла:       — Ладно. Только ты сам заплатишь за каждый перо, которое упадет с их крыльев.       — Мне же заняться больше нечем.

── ✦ ──

      Аморис действительно очень очень бережно относилась к своим птицам и любила каждую из них. Воронов осталось у нее совсем мало — трое были убиты Асваром в погоне, и сейчас поблизости осталась лишь одна пара. Ами ни за что не простит Ивтанару то, как безжалостно он истреблял ее любимцев на протяжении веков. Эти замечательные существа ничего лично ему не сделали: весь шпионаж был только ее рук делом. Они были красивыми, очень умными и преданными. И при этом всем совершенно далеки от мира Аморис, от морей и песочного дна, находящегося на такой глубине, что туда не попадал свет. Вороны все равно ей нравились. Они напоминали о тех беззаботных временах, когда ничего еще не нарушало первичную чистоту мира. Именно в ту пору Асвар подарил ей этих птиц. Крупных, черных, словно сотканных из ночной ткани, громких, как прибой. Тогда Ами не понимала, что ей с ними делать. А сейчас, поглаживая одну из птиц по оперению, девушка никак не могла решиться и послать на верную погибель. Ами знала, что Рук сделает все, что она попросит. Даже ценой собственной жизни и это пугало больше всего. Данные существа остались единственными, кому она безоговорочно могла доверять. Асвар предал ее, и так мог поступить любой. Общность богов была нарушена. И ведьма прекрасно помнила слова Кэлкеля о том, что она не должна никому доверять. Вероятно, речь шла даже о нем самом. Как бы не была сильна его любовь к ней, мир потрясли невообразимые прежде обстоятельства, которые могли оказаться сильнее их чувств и эмоций. Поэтому Аморис не хотела его за это винить. При выборе между ним и сохранностью мира она бы тоже выбрала последнее... Наверное.       Поцеловав ворона в холку, она поднялась и вскинула руку, чтобы помочь птице влететь. Он описал кольцо вокруг нее и двинулся в сторону моря. Ами знала, что он не вернется. Твари, которых воспитал Ивтанар, были созданы как раз для того, чтобы ловить ее милых птиц. Но Рук успеет пробраться достаточно далеко, чтобы рассказать ей о том, что нужно.       Девушка все равно хотела надеяться на самое лучшее. Крайне печально будет потерять одного из последних своих друзей.       Даже из лагеря было слышно волнение, которое вызвало появление птицы в порту. Опасаясь, что демоны могут отойти от изначального приказа и отправиться на обследование территории, путникам пришлось найти более подходящее убежище в отдалении. Они вернулись в леса, тени которого скрывали от чужих глаз гораздо лучше.       Через час, когда стало понятно, что ждать возвращения ворона нет смысла, Ами рассказала о том, что успела увидеть.       Внутри зал делился на несколько основных тоннелей, однако по приказу Ивтанара демоны взорвали несколько из них, чтобы пресечь возможность обхода со стороны. Раньше там были тоннели, выводящие на другую часть скалы.       — Можно попытать счастье и найти их. Они не могли взорвать все. — Предположила Ателард.       — Да, но с куда большей вероятностью мы там затеряемся, и все. Без точной карты найти тоннель почти невозможно.       — Хочешь сказать, что даже ты не найдешь их? — с сарказмом спросил Сен. Ами дернула плечом.       — Когда я была там в последний раз, коридоров было меньше. Часть из них относительно новые, и куда они ведут, даже предполагать не могу. Скалы здесь очень большие.       — Идти напролом через демонов смысла тем более нет. — Сенрад вновь принял серьезный тон разговора. — Или пойдем через эти пещеры, или будем безуспешно пытаться отбиться от армии демонов. Силы у нас, очевидно, неравные, даже учитывая некоторое... Преимущество.       Ами кинула на него острый взгляд.       — Можешь попытать свою удачу, господин Неприкасаемый. Если, конечно, веришь в нее. Она рано или поздно закончится.       — Я лучше буду верить ей, чем тебе. Расскажи про все скрытые проходы, которые знаешь, а потом уже решим, что делать.       — Я уже сказала, — с раздражением произнесла ведьма. — Известные мне...       — Да хоть новый сделай — мне все равно. — Нетерпеливо перебил Сен. — Нам нужно добраться до Черного острова, и для этого нужен корабль, который, по моей информации, находится только здесь.       Ами развернулась и ушла в другую сторону. Она потеряла своего ворона, а этот мальчик хотел, чтобы ведьма еще и потеряла свою жизнь. Бога, конечно, так просто не убить, и ее душа все равно найдет способ воплотиться в иное время и в ином теле, но девушка не была готова ждать так долго. Найдя успокоение вдали от них и погрузившись мыслями в шелест листвы на ветру, Аморис слышала, как разговор между Сенрадом и Ателардом продолжался еще какое-то время. Они долго спорили о том, насколько хорошей была идея отправиться на поиски туннелей. Старший Кристо упорно стоял на своем. За это она могла бы поблагодарить, хотя и понимала, что он делает это для только, чтобы избавиться от нее и получить обещанную силу. Что ж, он хотя бы знал, чего хочет. И мог убедить в этом остальных, Ами не сомневалась: сильная божественная кровь придавала его словам определенное внушение, которому можно было противостоять, только если знаешь об этом. В конечном итоге их голоса затихли, и девушку больше ничего не отвлекало от попытки найти умиротворение. Течения времени она почти не замечала, поэтому, когда почувствовала чье-то приближение, удивилась: они успели принять общее решение за этот срок?       Еще не оборачиваясь Ами почувствовала родную энергию, которую сама же и даровала. Чуть повернув голову, ведьма положила руки на колени и спросила:       — Мы что-то решили?       Ивонн кивнула.       — Они все-таки попробуют найти путь через тоннели.       — Ладно. — Ами тяжело вздохнула, размяла шею и встала. — Я покажу им пару мест, которые знаю. Но пусть сильно на это не рассчитывают.       Сенрад, судя по его виду, и правда ни на что не рассчитывал, но слушал внимательно, пока Ами говорила и рисовала местоположение входов на земле. По ее словам, один из них выходил куда-то рядом с лесом.       Еще два были гораздо ближе к порту, и стоило опасаться, что там их могут заметить. Однако вариантов осталось еще меньше, чем они ожидали. Исследовав необходимую местность, путники не нашли ничего, кроме груды камней, сложенных в небольшом кратере.       — Видимо, этот они подорвали. — Предположил Лард. — Осталось еще два.       Лошадей пришлось оставить и взять лишь то небольшое количество припасов, которое смогло поместиться в путевые сумки. Время их поджимало, какое-то волнение разлеталось по воздуху, заставляя собираться быстрее. Ами, вглядевшись в небо, молча предположила, что это извещение о скором приближении Ивтанара.       Иные пещеры, на которые не указала ведьма, они намерены избегали. Не зная точно, куда ведут эти туннели, рисковать не стоило. Как и говорила Ами, там действительно можно было заблудиться, поэтому Сен приказал сперва проверить известные варианты.       К оставшимся двум пещерам они двинулись уже по темноте. Порт ничем не освещался, — демонам для того, чтобы видеть в темноте факел или искусственное освещение были не нужны. Но им все равно задавало быть осторожными: звезды здесь казались ближе, и света от них шло достаточно много, чтобы, при большом желании, разглядеть кого-то даже в таком отдалении, в каком пытались прокрасться незваные для тех гости.       Вместо второго входа в пещеру оказалась оторвавшаяся от скалы огромная глыба. Там оставалось совсем маленькое пространство сверху, но протиснуться через него оказалось невозможно. Долгая дорога и постоянное напряжение вымотало всех, однако Сенрад, слово не видя этого, отправился дальше.       Да и что он мог поделать с усталостью других? Он и сам был до безумия замучен этим путем. За это время он потерял брата, цель и собственную жизнь — хотелось уже просто закончить все это, и как можно скорее.       Последняя из указанных Ами пещер оказалась большим везением. Ее вход сильно зарос плотными лианоподобными мхами, так что сперва казалось, что здесь ничего нет. Но ведьма просунула руку сквозь растения и ощутила пустоту. Сен услышал вздох облегчения от Ивонн. Судя по всему, та боялась, что удача их подведет и придется прорываться сквозь орду демонов. Кристо помнил о ее нелюбви к насилию. Но, когда он захотел поймать ее взгляд, чтобы и самому почувствовать облегчение перед самой сложной частью задачи, он вдруг понял, что девушка его избегает. И не только во взгляде, во всем: в движениях, в шагах, в общении. Ив не держалась рядом, как в Клэрвиче, не искала в нем поддержку и опору в своих маленьких делах. Вместо этого она первая из команды достала нож и, пройдя мимо колдуна так, словно не замечала его, принялась перерезать часть обвивающих проход растений, чтобы освободить путь. Сенрад хотел пойти прямо за ней и положил руку на спину, подталкивая вперед. Почувствовав это, колдунья резко ускорилась, избегая его касаний. Кристо почувствовал, как напрягается все его тело из-за осознания происходящего. Ив отдалялась, и это ранило едва ли не больше, чем открытие природы своих видений.       Своды пещеры были ровными. Кто-то намеренно создал эти тоннели в свое время. Лишь кое-где камни обвалились, но это даже не мешало проходу.       — Меня смущает, что демоны так спокойно ведут себя после ворона. — Догнав брата, поделился опасениями Лард.       — Это странно, — согласился Сенрад, — Но это может быть лишь их приказ: не покидать порт, что бы не случилось.       — А я согласна с ним. — Влезла в их разговор Ами и кивнула в сторону Ателарда. — То, что именно этот тоннель оказался нетронутым, навевает большие опасения. Лучше быть начеку.       Своды пещеры уходили все глубже в скалу. Для того, чтобы видеть куда идти, пришлось использовать небольшие зачарованные фонарики. Они освещали совсем небольшое пространство, и время от времени Ивонн, которая шла впереди, обо что-то спотыкалась. Но так было лучше, чем использовать более заметное издалека освещение.       Сен оглянулся назад и встретился взглядом с Ами. Ее глаза горели слишком неестественно ярко для полумрака, по которому они шли. Казалось, что по краям синей радужки расползлись золотые лучи, создающие собственный свет. Но это продлилось мгновение, и колдун не мог точно сказать, было ли это правда или очередным его видением.       Разговоров почти не было. Это могло лишний раз привлечь внимание других там, где этого делать совершенно не следовало в такой тишине, в которой даже гасли звуки шагов и единственным, что позволяло помнить о том, что ты жив, оказывался звон в ушах и едва уловимое собственное сердцебиение. В какой-то момент тоннель немного расширился, и перед тем, как выйти зал, Ив замедлила шаг. Вслед за ней это сделали и остальные. Сенрад видел, как Лавьера вглядывается в темноту, словно пытается что-то уловить там. Его глаза видели зал гораздо лучше, — это снова неприятно кольнуло его напоминанием о том, что он и сам может быть демоном, — однако никакого движения мужчина там не заметил.       Ами скользнула справа от него, задев локтем, и дошла до Ив. Она что-то шепнула девушке на ухо. Колдунья внимательно посмотрела на нее, затем кивнула и отдала один из фонариков, который держала в руке. Теперь ведьма пошла первой, и через плечо сказала остальным:       — Я узнаю эту дорогу. Идемте быстрее, пока ничего не случилось.       От этих слов у Сенрада по спине прошли мурашки. Явный знак того, что что-то все-таки случится. Даже у его удачи были свои пределы.       В первом встретившиеся им зале была развилка. Ведьма уверенно выбрала правый и спускалась по каменным ступеням, уходящим вниз. По ощущениям, они завернули как раз туда, где было море. Его шума здесь не было слышно, стены блокировали все звуки снаружи, однако это давало основание предполагать, что Ами и правда хорошо знает это место. Каменные залы сменяли друг друга и казались бесконечными. В темноте отслеживать пройденное расстояние было невозможно, но в один Сен момент услышал, как на тихий вопрос Ателарда Веста также едва слышно ответила:       — Три тысячи четыреста двадцать восемь шагов. Колдун прикинул, что по времени это около получаса. Однако расстояние оказалось большим, чем оно могло бы быть, идя они до порта напрямую. Видимо, тоннели уходили по спирали вниз, хотя их изгибов не ощущалось.       По мере того, как они продвигались вперед, стены тоннеля больше обрастали мхом, а воздух наполнялся запахами сырости и затхлости. Постепенно с обеих сторон прохода начали показываться каменные плиты, слишком темные и гладкие для того, чтобы быть естественной частью скалы. Сен даже провел по ним пальцами и убедился в этом. Материал был похож на обработанный гладкий мрамор. В итоге эти каменные плиты сформировали собой небольшой коридор, оканчивающиеся, казалось бы, тупиком. Однако Сенраду даже в полумраке было видно, что края тупиковой стены не идеально плотно прилегают к раме. Ами аккуратно провела пальцами по ней сверху вниз и попыталась подтолкнуть плиту плечом. Это не возымело никакого результата, и тогда она обернулась и посмотрела на Сена.       — Помоги мне.       Колдун без особого желания прошел вперед и занял ее место. Сдвинуть механизм оказалось не так-то просто. За годы неиспользования, камень покрылся мхом, и корни растения прочно переплелись в местах соединения. Сенрад был к этому готов и приложил немало усилий, прежде чем понял, что что-то в этом его смущает. Часть растений действительно была нетронутой и крепко цеплялась корнями за верхний слой камня, но пара менее прочных побегов была сорвана с правой стороны. Однако подумать об этом колдун успел лишь тогда, когда каменная плита с непредвиденной им легкостью немного повернулась. После мертвой тишины коридоров — этот шум был оглушительным, и все замерли, опасаясь, что он может привлечь кого-то с другой стороны. В это время Сен обвел взглядом открывшийся проем. Судя по тому, каким образом лежали разорванные части мха, примерно на такое расстояние совсем недавно эта дверь и была открыта. При этом с другой стороны мох остался нетронутым — натяжение там оказалось недостаточно сильным для того, чтобы разорвать его.       Из проема обдало прохладным и влажным морским воздухом. Коридор тут же залило шумом прибоя, бесцельно разбивающегося о каменные помосты порта. Сен чуть наклонился и прислушался, не слышно ли шагов за стеной. Им могло не повезти выйти на самое оживленное место, но Ами выглядела спокойной.       — Это один из задних коридоров, — шепотом пояснила она. — Их и при мне-то особо не использовали, и сейчас здесь никого не должно быть. Ты кого-нибудь чувствуешь?       Сенрад отрицательно мотнул головой, однако слова ведьмы не сильно его успокоили. Наличие разорванных от открытия растений смущало. Эту дверь точно открывали до него совсем недавно, в этом колдун был уверен. Однако свои опасения он выразить не успел. Ами обошла его и протолкнула дверь дальше, делая проход достаточно широким для того, чтобы выйти. Аккуратно выглянув в коридор, она шагнула вперед и поманила остальных рукой.       Они вышли под своды высокого зала. Если задрать голову наверх, можно было бы заметить, как изящно встраивается темный гранитный камень в отвесную скалу. Судя по всему, сами углубления в пещере были естественными, и дополнительные строения лишь удерживали его от разрушения. Море слышалось откуда-то слева. Темнота в этом зале не была такой ослепляющей, как в тоннелях, но все равно предметы оказывались едва различимыми. Можно было увидеть груды полусгнивших ящиков, стоящих в кучах, подобие вырезанных из камня скамей, длинный ряд дверных проемов. Остановившись, Сенрад оглянулся на Ами и вопросительно вскинул брови: куда дальше? Вместо ответа ведьма обернулась вокруг себя несколько раз, и взгляд ее блуждал где-то в невидимом остальным пространстве. Затем она остановилась и указала рукой в одном из направлений. Когда они немного прошли, девушка вновь догнала Сена и шепнула ему:       — Ты все еще никого не чувствуешь?       — Нет. Почему постоянно спрашиваешь об этом?       Ведьма молчала весьма долго, что заставило его обернуться и убедиться, что та не ушла.       — Просто я тоже.       — Что это значит?       — Не знаю. Здесь ведь должно быть много демонов.       Сен поджал губы. Он даже оглянулся, чтобы убедиться, что кроме него этого никто не слышал. Что-то с этим местом определенно было не так — его интуиция не обманывала. Они шли прямиком в ловушку. Наконец-то Кристо это осознал, но делать что-то с этим оказалось поздно.       Коридоры вывели их к трехъярусному залу, у нижней части которого располагались заполненные водой доки. В нос ударил запах старости и гнили. Пространство освещалось небольшим естественным углублением сверху, и в слабом свете, падающим на темную воду, были различимы лишь очертания стоящих судов. Большинство из них были непригодны, доски давно развалились и сгнили, из-за чего суденышки едва не переворачивались на бок. Сен не понял, зачем они пришли сюда, если все это время никто не ухаживал за кораблями. Но Ами вытянула руку и указала куда-то вдаль. Словно повинуясь этому жесту, вода качнулась и дала рябь по зеркальной поверхности. Отблески света прошлись по волнам и достигли дальнего края, где, спрятавшись в темноте, словно гусеница в коконе, лежали чьи-то кости.       Сен нахмурился. Ему понадобилось время, чтобы понять, что находится перед ним. Его первое мнение оказалось верным — это кости, вероятно, реберные. Колдун сразу вспомнил видение о морском существе, обвивающего храм. Размеры были подходящими. Однако ребра кто-то перевернул, проложил вдоль и поперек другим костями, выстроив из него судно. Каждая кость оказалась непоколебимо связана с другой, создавая прочную и непробиваемую обшивку. Сенрад никогда не назвал бы это кораблем, если бы увидел в другой обстановке. Ничего общего между ним и мелкими суденышками, которыми были усеяны берега пресных озер, не было. Здесь находилась самая прекрасная и мерзкая вещь, которую он видел своей жизни. Это была пасть самого моря, и казалось, что вот-вот появится верхняя ее челюсть и захлопнется, раздробив в пыль тех, кто посмеет забраться. Но каждая из косточек, филигранно составленных в единое целое, рождала собой гармонию, превращая уродливое месиво в произведение искусства. У этого судна не было ни матч, не флага. Кристо мог поклясться, что у него не было даже имени. Потому, что это было что-то, чему нельзя давать имя.       Опустив взгляд на нижние ярусы, колдун заметил демонов, прячущихся в тени. Некоторые из них ходили по нижним этажам, создавая видимость патруля. Однако мужчина был уверен, что это создано лишь для отвлечения внимания, и на деле их здесь гораздо больше. Они устроили ловушку. Именно поэтому ни он сам, ни Ами ничего не чувствовала — зная, что к ним пробрались, эти твари каким-то образом подавили их восприятие. Но это ничего. Разобраться с кучкой каких-то демонов — небольшая проблема.       С того места, где путники находились, их было трудно заметить. При этом Сен был уверен, что еще через несколько мгновений демоны возьмут след. Нужно было брать инициативу в свои руки, потому что эффект неожиданности — единственное, что могло дать им хоть какое-то преимущество. Он насчитал двенадцать фигур перед тем, как соскользнуть с одного яруса на другой. Кто-то позади вздрогнул от этого неожиданного движения.

── ✦ ──

      Ивонн раздражала эта его привычка. Он никогда не говорил другим, что собирается делать — просто делал, заставляя остальных разбираться с последствиями этого решения. И это каждый раз ее пугало. Хотелось догнать Сенрада и ударить по лицу за то, что испугал. А еще за то, что изменил ей. И за то, что давал надежду, будто между ними может быть что-то серьезное.       Сейчас, когда с помощью силы, которой поделилась с ней Аморис, колдунья видела и чувствовала немного больше, чем прежде, и мотивы действия Кристо казались чуточку более понятными. Но это не оправдывало его. Ни сейчас, ни когда-либо прежде. Пожалуй, Ив и сейчас часами могла бы любоваться на его отточенные движения, сильное высокое тело и очерченный самими богами профиль лица. Даже волосы, небрежно уложенные косым пробором и спадающие на лицо, казались ей красивее белого золота. Но как только она думала о том, что снова придется контактировать с ним, как к горлу подбирался тошнотворный комок. Это было, как тогда, несколькими часами позже в Фирестоу, когда Ив вдруг в одно мгновение поняла, что больше не хочет быть его, не хочет мириться с заскоками или менять в лучшую сторону. Все это время незаметно девушка отходила от колдуна, обучала себя самостоятельности и готовилась к моменту, когда придется рассказать Сенраду об этом — и с горечью отмечала, что колдун долгое время ничего не замечал. Сейчас, определенно, был не лучший момент для разговора, но подобные мысли находили на нее постоянно. Они хотели быть высказанными, вопрос требовал решения. Ивонн вздохнула и уговорила себя: не сейчас. После стольких дней пути приоритетность давалась ей легко. Аморис было нужно на корабль, и вряд ли у них было право не довести ее туда.       Сен, спустившись на ярус ниже, схватил одного из стражников за шиворот и перебросил через невысокий уступ вниз. Получив желаемое внимание остальных демонов, он двинулся в другую сторону, отводя их за собой. Лавьера услышала, как Веста взводит арбалет. Раздался глухой щелчок, затем лязгнул затвор. Болт пронзил одному из стражников спину, и тот, едва успев дотянуться рукой до сплетения позвонков, замертво упал.       В тактическом бою Кристо и правда был хорош. Он знал сильные стороны своих спутников, но при этом над слабыми задумываться не хотел. Сен знал, что Веста прикроет его, и что ему лишь стоит отвлечь врагов на себя, однако во всем этом Ивонн видела еще и желание первым добраться до корабля, чтобы кому-то что-то доказать. Его ведь на самом деле не заботило, случится ли что-то с остальными или нет. Наверное, он даже не расстроится, если окажется единственным, кто в итоге спасется. Ив не нравилась эта мысль, но она понимала, что это было правдой.       — Идем же, — шепнула Веста и потянула ее за руку. Лавьера видела аккуратное движение рук Ларда, порождающее чары и гасящее свет магических светильников. В темноте и под колдовством младшего Кристо скрываться было гораздо легче. Тень стала для них хорошим спутником по дороге к судну. Девушки аккуратно спускались по лестнице на нижний ярус, пока Сенрад развлекал себя вниманием стражников. Звуки их драки глухо разносились под сводом пещеры, и в них совершенно не было слышно шагов пробирающихся к кораблю людей. Впрочем, точно так же, как и им не было слышно шагов еще одного присутствующего.       Ив потянула Весту за руку, когда снова почувствовала необычное колебание энергии. Она оглянулась и нашла глазами Ами: та спускалась по противоположной лестнице, замерла на спуске между вторым и первым ярусом и смотрела туда, где находился Сенрад. К этому моменту колдун уже успел добраться до низа и сбросил очередного стражника в воду. Лавьера видела, как ладони Сена покрываются огнем в моменты, когда тот касается чужой плоти. Из-за этого по залу разносился запах жженой ткани и подгоревшего мяса. Но когда мужчина обернулся, чтобы найти следующего противника, покрывающий его ладони огонь сам собою угас. Ив видела замешательство на его лице и тоже вгляделась во тьму той части зала, куда он смотрел. Казалось, там не было ничего. На мгновение девушка отвлеклась, потому что один из стражей заметил их и поспешил атаковать; арбалетный болт сделал свое дело быстрее, чем Ив успела это понять. Через мгновение вернув взгляд к Сенраду, она поняла, что тот был уже не один на нижней площадке. На небольшом полукругом пространстве у воды рядом с ним появилась высокая фигура. Ивонн почувствовала, как его появление принесло с собой свежесть, свет и неприятно внушенное спокойствие. Это был Ивтанар. Она узнала его не столько по белому одеянию с золотой вышивкой и таким же золотым волосам: это было что-то вне ее понимания, просто знание, появившееся в тот миг, когда Ив на него взглянула. Отчего-то первым, о чем она подумала, было то, что на Сена он почти не был похож. Лицо бога было более острое и утонченное, глаза темнее. Он смотрел только на Кристо, и колдуну даже с его ростом приходилось задирать голову вверх. При этом Ив казалось, что взгляд Ивтанара видит и ее тоже: ее и всех остальных в комнате, охватывает каждую частицу происходящего, потому что в этот момент даже глаза девушки стали принадлежать ему. Она замерла, и все замерли. Лавьера видела напряжение Сенрада и то, как мышцы его спины напряглись и приготовились к движению, которого не последовало. Тогда колдунья перевела взгляд в другой угол, там, где скрывалась от золотистых глаз Ами. Она тоже не двигалась. Ив подумала бы, что та вообще превратилось статую, если бы не видела, как медленно вздымается от вздохов ее грудь.       — На колени. — Ясно, словно звук набатов при храме, прозвучал голос Ивтанара. Сенрад не шелохнулся и не отвел взгляд. Тогда трое стражников, от которых он не успел избавиться, подошли к нему сзади и надавили на спину, заставив опуститься. Ив удивилась этой покладистости, однако быстро поняла, что дело далеко не в желании Кристо получить прощение отца. Было что-то еще, что проникало в разум, разливалась по сознанию теплой волной, словно порция крепкого алкоголя, и просто не оставляло иного выбора, кроме как подчиниться. Если Ивонн ощущала это здесь, должно быть, мужчине, на которого взгляд Ивтанара был непосредственно направлен, приходилось совсем несладко.       — Я не ожидал настолько многого, Сенрад. — Ивтанар чуть наклонил голову. Лавьере это движение показалось очень знакомым.       — Что ж, — Кристо цокнул языком и точно так же, словно поддразнивающие, повторил движение головой. — Ты всегда недооценивал меня, отец. — Последнее слово он почти выплюнул, брызнул им, словно ядом. Только бог перед ним на эту уловку не поддался.       — Это неправда. Ты был весьма хорош в некоторых проявлениях... В начале. Но дурное семя стоило исключить еще раньше и не давать ему шансы взрасти. Я ведь дал тебе возможность прожить достойную смертную жизнь, и вот, чем ты мне оплатил?       — Чем же? — Сен усмехнулся. — Всего лишь отправился на поиски приключений, как и многие смертные. — Снова избавился от этого слова, словно это было что-то постыдное. Ив передернуло. Она ведь тоже была смертной, кровь богов в ней почти не сыграла. Значит, для него она всегда была чем-то таким же постыдным?       — Предательством. — Четко проговорил Ивтанар. — После всего, что я тебе дал.       — Ты мне ничего не дал.       — Я дал тебе жизнь. Но тебе, видимо, и этого было много.       Лавьера чувствовала, как вскипает воздух. Лицо бога оставалось таким же беспристрастным, словно у безжизненной статуи, — величественной и безмерно прекрасной, — но его эмоции, его раздражение и злость на колдуна находили выход в окружении. Они заряжали воздух, подобно грозовому облаку, и дышать становилось тяжело. Ивтанар, почувствовав что-то, поднял голову и осмотрелся. В момент, когда взгляд бога был отведен, Сенрад попытался встать. Оставшиеся стражники положили руки ему на плечи, чтобы не дать этого сделать, но колдун быстрым движением сбил их с ног. Бог вновь устало повернул голову в его сторону, потеряв интерес к изначальному источнику волнения.       — Ты не знаешь, что творишь.       Сен размял плечи и шею. Делал вид, что это все лишь игра. Но было непонятно, кого он обманывает — даже со своего расстояния Ивонн видела, как напряжены его мышцы и как он играет желваками, пытаясь совладать с мыслями. Все же не только перед богом, но перед отцом ему удавалось стоять не так часто.       В какой-то момент показалось, что внимание Ивтанара ослабло. Девушка ощутила возможность сделать шаг назад и прижаться спиной к холодной каменной стене. Она надеялась, что так тень укроет ее еще больше, надежно оберегая от взгляда бога.       — Разве? — Кристо беспечно отряхнул осевшую на белоснежный камзол пыль. — Я годами строил у тебя под носом теневую империю, убивал других твоих наследников, а в конечном итоге даже выкрал одно из твоих величайших сокровищ. А ты все равно уверен, что я не знаю, что делаю? Ивтанар протяжно выдохнул.       — Это все детские игры, Сенрад. Правда думаешь, что я всего этого не знал?       Сен хотел сказать что-то еще, но было видно, как сильно его распалили эти слова — он мгновенно вскинул голову и сжал кулаки. Однако Ивтанар поднял левую ладонь и сказал все тем же ясным, бархатистым голосом:       — Ни слова больше в моем присутствии.       Ивтанар сделал к колдуну шаг. Тот хотел отпрянуть, но снова застыл на месте под темным взглядом. По радужке бога пробежались золотые вкрапления и замерли над солнечным ободком. Сен точно совсем недавно где-то такое уже видел.       Он не хотел давать богу коснуться себя. Напряг все мышцы и приказал телу сдвинуться с места, но ничего не случилось. Оставалось лишь смотреть, как Ивтанар спокойно подносит руку к его шее, подцепляет длинными тонкими пальцами веревку с фрагментами ключа и подносит их ближе к глазам.       — Это... Хорошая работа. Я не ошибаюсь, когда вижу потенциал в наследниках. Как жаль, что ты решил использовать его для ложной цели.       Он поднял руку и снял цепочку с шеи мужчины. Обе части ключа оказались у него. Однако в момент, когда рубашка Сенрада чуть приоткрылась, потревоженная снятием цепочки, бог нахмурился.       — Так вот оно, что. — Немного подумав, он достал из-под плаща правую руку, которую вместо белоснежной кожи венчали черные когти, из-за чего конечность напоминала лапу ящера, — и положил ее на грудь колдуна. Ровно в то место, где находилось его сердце.       — Это много объясняет.       Это было все, что он сказал, но Ивонн хватило этого, чтобы понять: Ивтанар одним взглядом почувствовал то, к чему они шли несколько недель. Грубую работу одного из своих братьев по превращению наследника в демона тот понял почти мгновенно. На лице Ивтанара промелькнуло что-то вроде неприязни. Ив даже стало жаль, что Сенрад тоже это заметил.       — Твоя воля — ничто. Но это даже хорошо, что ты дошел сюда. Ты привел ко мне одного из самых желанных мною существ в этом мире — мою сестру. — Бог повернул голову в бок и посмотрел ровно в то место, где еще мгновение назад скрывалась Аморис. Только сейчас ее там не было. Тени поглотили девушку, оставив горькие воспоминания об упущенной возможности. Ивтанар глубоко вздохнул и по его губам расползлась острая, словно заточенное лезвие, улыбка. — Надеюсь, этими скучными разговорами я дал тебе достаточно времени, чтобы приготовиться, сестричка?       Ивонн вновь начала судорожно искать глазами Ами. Все это время Ивтанар знал, что она здесь. Лавьера хотела убедиться, что той ничего не угрожает: как бы то ни было, Ив была ее служительницей, ее воином, и была обязана защищать Покровительницу даже ценой собственной жизни. Но Аморис не была той, кто нуждался в защите. Она возникла рядом с Ивтанаром внезапно, словно сама была тенью. В ее руке был зажат нож, и его лезвие оказалось четко нацелено в центр груди. Под таким углом он бы задел сердце. Хотя Ив сомневалась, что у бога оно было.       Острие мягко уперлась в ткань плаща цвета слоновой кости, но дальше не двинулась. Ивтанар схватил сестру руку, не дав завершить маневр. Можно было думать о чем угодно, но все выглядело так, что именно этого Аморис и ожидала. Она встала между Ивтанаром и Сенрадом. Одна ладонь крепко сжимала рукоять кинжала, и костяшки пальцев были такими же белыми, как одежда ее брата. В другой блестели, размеренно покачиваясь на цепочке, два фрагмента ключа.       — Это — мое. — Сказала Аморис, а затем чуть качнула головой назад. — И он — мой.       Ивтанар снова улыбнулся. На этот раз к острию его улыбки примешалось что-то еще. Ивонн это напоминало моменты, когда Сен также смотрел на нее: когда она танцевала в красном атласе перед ним в первую встречу, или когда обыгрывала его в “Игре удачи”, или когда стаскивала с плеч одежду перед сном, дразня.       — Здравствуй, Аморис. — Проговорил Ивтанар, чуть наклонившись вперед. Светлые волосы скатились с плеч и упали вперед, касаясь руки девушки, в которая она сжимала нож.       — Здравствуй, Ивтанар. — Спокойно ответила ему ведьма. — Отойди с дороги, пока не стало поздно.       — Ты правда думаешь, — он достал из-под плаща правую, оскверненную руку и также положил ее на запястье девушки, заставляя немного отодвинуть кинжал от его груди. — Что я разрешу тебе уйти?       — С каких пор мне нужно твое разрешение?       Ивтанар выждал небольшую паузу. За это время он приподнял ладонь, чтобы коснуться белой пряди у ее лба.       — С тех самых, — почти прошептал он. — Как я забрал у тебя все, что ты имела.       Лавьера почувствовала это снова — непреодолимое давления то ли воздуха, то ли ее собственного тела, не дающего сдвинуться с места. Все стало одновременно легким и тяжелым. Бог знал о присутствии здесь остальных и не хотел, чтобы они вмешивались. Казалось, что магия влияла даже на его стражников. Они опустились на землю на колени и головы у них поникли. Ив ощущала потребность сделать то же самое, но она заставляла себя стоять, чувствуя, как один из камней за спиной врезается в кожу. Эта боль каждую секунду возвращала ее к реальности и не давала поддаться чарам.       Колдунья старалась не сводить взгляда со сцены на нижнем ярусе. Сделать она ничего не могла, но это давало ей хотя бы смутное представление о развивающей ситуации. Она заметила, как Аморис бросает взгляд в сторону Ателарда. В этом можно было прочитать определенную просьбу о помощи: "Давай же, пробудись и покажи ему свою силу." Ами изначально надеялась сделать Файза секретным оружием, поэтому так беспечно вышла к Ивтанару с одним кинжалом в руках. Но Лард ее просьбу никак не воспринял. Ответил беспокойным взглядом и сжал губы в едва заметную полоску. "Не мне с ним тягаться. Я — никто."       Показалось, что в глазах Аморис на мгновение промелькнул страх. Она не ожидала такого ответа. Она не принимала ничего, кроме беспрекословного послушания: столкнувшись с реальной угрозой в виде Ивтанара, Файз должен был найти в себе потерянную сущность. Непонимание, почему он не мог этого сделать, слишком явно отразилась на лице девушки, и Ивтанар это заметил. Он оглянулся, чтобы понять, на что она смотрит. Ами решила не упускать эту возможность: раз уж Файз не собирался ей помогать, она сделает все сама. Она была единственной, на кого магия Ивтанара не действовала. Как только он отвел взгляд, ведьма выпутала руку из его ладоней и вновь занесла кинжал над грудью. Действие было быстрым для зрения смертных, но не для ее брата. Ивтанар перехватил и это движение. Аморис не собиралась сдаваться и, развернувшись, попыталась нанести новый удар. Однако Ивтанар предвидел это и, ударив девушку по запястью, выхватил кинжал. Ив знала по его взгляду, и то же самое знал каждый, кто видел это: он не собирался отпускать Аморис живой. Может, бог и правда был рад ее видеть. Но гораздо большее счастье ему бы принесла уверенность в том, что Ами не вернется еще ближайшее несколько сотен лет. Ив рефлекторно дернулась, чтобы хоть как-то помочь, хотя понимала, что это бессмысленно и бесполезно. Чары держали прочно. В поисках хоть какой-то помощи она быстро взглянула на Сенрада, а затем и на Ателарда, скованного той же самой магией и внутренними страхами. Девушке снова показалось, что она ощущает внутри чье-то присутствие. Чужой взор заполнял пространство, как если бы уже считал, что каждый человек в этом зале принадлежит ему. Лавьера зажмурилась, потому что это был единственное, что могло помешать этому. Если Ивтанар убьет Аморис, их путь будет закончен прямо здесь. Он не выпустит ее, и не выпустит остальных. Ни саму Ивонн, ни Весту, ни Ларда, ни, тем более, Сенрада. Осознание этого факта очень медленно доходило до нее, но казалось неотвратимым. Кончики пальцев вдруг замерзли: дохнуло холодом, и по спине пробежали мурашки, чувствуя приближение демонов смерти.       Это было неправильно. Они не могли закончить путь здесь. Может, Ивонн не так уж и много понимала в этой жизни, однако осознание именно этого факта казалось какой-то константой в ее голове: здесь им умирать нельзя. Не то место и не то время для них всех. И как жаль, что она не могла ничего сделать. Так долго стремилась к какой-то силе, что, получив ее, сразу почувствовала себя неуязвимой, но сейчас магия, которой поделилась с ней Аморис, ничем не могла помочь. Она ничем не противостояла чарам Ивтанара, но Лавьера все равно не хотела смиряться с этим. Все произошло за долю секунды. Кинжал все еще не коснулся тела Ами, а в голове у Ивонн сформировался образ: единственный, который казался правильным. Чудом и неисполненным желанием. Бальтатом. Красным камнем, исполняющим любую просьбу. Ивонн вспомнила, как держала его в руке и как его энергия охватывала ее. Казалось, это было так давно. Казалось, с мгновения, как она украла его у Сенрада и хотела продать в Косе, чтобы начать новую жизнь, прошел лишь миг. Казалось, что он все еще был в ее руке, и что она протягивала его беловолосому наемнику, чтобы он исцелил свои раны.       Лавьера бы хотела, чтобы они взяли его с собой в команду. Хотела бы, чтобы Сенрад не был так убежден в собственной непобедимости. А еще она хотела бы, чтобы все эти мысли посетили ее гораздо раньше, еще в Косе, когда была возможность что-то изменить и на что-то повлиять. Может, тогда она начала бы раньше задумываться о получении силы, или вообще начала молиться богам, словно в том был смысл — трое из них сейчас были в этом помещении, но по каким причинам...       Она все еще хотела, чтобы здесь был кто-то еще. Тот, кто не вызывал в ее воспоминаниях ничего, кроме ощущения спокойствия и силы. Тот, на кого можно положиться в вопросах безопасности и решений. Ив захотелось вспомнить имя того наемника, которому Она отдала Барахман в Косе. Он говорил его ей, и от воспоминания об этом осталось сладкое послевкусие на языке.       Как же его звали...       Себастиан?       Если бы она произнесла его имя и взмолилась ему, или кому-нибудь другому, пришли бы они на помощь, чтобы остановить острие кинжала, готового убить Аморис? Ивонн выросла на сказках о справедливых богах, которые приходили на помощь к тем, кто их звал. Но боги, которых она видела перед собой, приносили только разрушение. Жаль, что девушка не знала имен иных существ, обладающих такой же силой.       Ив ожидала звук рассекаемой плоти и тихий лязг лезвия о кость, но прозвучало что-то совершенно иное: металлический протяжный звон, совершенно не характерный для убийства. На мгновение показалось, что время замерло, однако колдунья почувствовала, как легко она может шевелить руками, ногами и головой, поняла, что замер только Ивтанар.       Бог с удивлением смотрел на человека, ставшего перед ним. Изогнутое полумесяцем лезвие перехватило кинжал, которым он намеревался убить свою сестру, а последующее за этим легкое и уверенное движение рукой заставило его и вовсе выронить нож. Вместо удивления в глазах Ивтанара нарастала ненависть. Но секундного замешательства хватило, чтобы Сенрад успел прорваться через оставшихся демонов и бросился по мосту к кораблю. От противоположной стены также двинулась фигура. Ателард потянул Ами за собой, пробегая мимо, и когда они оказались достаточно далеко от опасного места, Веста и Ивонн тоже двинулись вдоль дальней стены к судну. Ив все не могла оторвать глаз от того, кто помешал Ивтанару завершить начатое. Она оборачивалась назад, пытаясь разглядеть гостя под глубоким капюшоном. Девушка уже знала, где видела такую вышивку по краям окантовки и чьи руки держали такие серповидные ножи.       Если бы Веста не шла за ней и не отстреливала демонов, пытающихся нагнать их, Ив вернулась бы обратно и забрала Себастьяна с собой. Казалось неправильным оставлять его здесь, наедине с Ивтанаром и отрядом демонов. Однако как только колдунья захотела вернуться, Вьюрок выругалась на нее и подтолкнула в плечо, подгоняя за остальными.       У нее не было времени подумать о том, как упросить остальных вернуться за Себастьяном. В очередной раз оглянувшись, Ивонн увидела, как Ами останавливается на краю моста и протягивает руку вперед, желая коснуться окостенелой обшивки корабля. Сенрад дернул ведьму за плечо и о чем-то спросил; та отмахнулась. Сен бросил взгляд назад, на Ивтанара. Бог не сдвинулся с места за это время. Он смотрел на незваного гостя перед ним, чье лицо было скрыто под капюшоном. Должно быть, подумала Ив, при свете тусклых фонарей, вновь зажженных магией, Ивтанару видно, кто стоит перед ним. Дух отвлекал его, давая время остальным разобраться с кораблем. Девушка не понимала, зачем он это делает, и вообще как здесь оказался. Последний раз они встречались в Косе, и этот путь был слишком большим для того, чтобы преодолеть его в одно мгновение.       Как жаль, что у нее не было времени для раздумий об этом. Она услышала странный скрежет, и когда повернулась на Ами, под чей протянутой рукой часть обшивки раскрывалась и превращалась в короткий мостик, позволяющий вступить на основную часть корабля. Аморис прошла первой. Сенрад оглянулся на Ивонн и протянул руку. Колдунья не хотела ее брать. Казалось, что время тянулось невообразимо долго, однако пока она задумалась об этом, он успел схватить девушку за локоть и потянуть на себя, затаскивая на корабль.       — Держись! — услышала Лавьера чей-то голос сбоку, но, словно не поняв, что именно от нее хотят, переспросила Сена:       — Что?       — Она говорит, держись.       Кристо взял ее ладони и положил на собранный из костей борт. Ив вцепилась в него, но сперва не сильно, лишь инстинктивно, и когда корабль тряхнуло, сомкнула пальцы так, что начало сводить мышцы. Девушка посмотрела вперед: Ами стояла на корме корабля у штурвала. Она крутанула руль влево и судно, казалось, стало на дыбы: только с этим чувством Ивонн могла его сравнить. Передняя часть корабля поднялась, а затем замерла, готовясь нырнуть вниз. Ив почувствовала леденящий ужас. Если бы он наклонился еще немного больше, то задняя часть полностью ушла бы под воду, и это потопило их, но в последний момент волны подуспокоились. Ами обернулась и посмотрела на Ивтанара и их незванного спасителя. Вряд ли ее интересовал брат. Но кому-то из них она кивнула, и, после нескольких мгновений, Ив почувствовала, что корабль начинает наклоняться вперед, и кости его обшивки сдвигаются, словно у живого существа.       — Держись, — еще раз шепнул ей на ухо Сенрад и положил руку на талию. Ивонн и не собиралась отпускать. Она задержала дыхание, когда водная гладь в огромных всплесках разбилась у нос корабля и принялась заполнять борт. Но в итоге девушку обдало лишь легкими брызгами. Через несколько мгновений, открыв глаза, Ив увидела над собой лишь тьму. Течение влекло их вперед, но кругом не было неба: лишь море.       Колдунья вновь посмотрела на Ами. Та улыбалась, так искренне и счастливо, что на щеках впервые за все время появились ямочки. Воздушный пузырь, окруживший палубу, послушно следовал за водным течением, и внутри него гуляло слабое подобие ветра, трепавшего волосы и одежду. Скоро стало слишком темно, чтобы разглядывать хоть что-то. Но Ивонн была уверена: чем глубже они уходили вниз, тем ярче прорисовывался восторг в глазах Аморис.