Клюква

— Гермиона, что бы там не произошло, помни, ты всегда можешь дать Малфою сдачи! — Джинни с самого утра донимала опекой, которая хоть и была прията сначала, но сейчас лишь действовала на нервы. — Хочешь, я пойду с тобой? Да нет же, дослушай! Я просто буду все время стоять под дверью, и если вдруг Амбридж начнет сходить с ума, ну, больше чем обычно, то я сразу же приду на подмогу. Гермиона слабо улыбнулась и покачала головой. Ей вообще не хотелось это обсуждать. Она и так думала об этом два дня подряд. Грейнджер просто ждала, когда этот день кончится, чем бы то ни обернулось. Да и, честно говоря, ей не верилось, что Малфой сделает ей что-то действительно плохое. В этом году он поразительно потерял интерес к своему любимому занятию. Издевательству над Гермионой. А Амбридж… Амбридж, конечно, может выйти за грань. Если представить, что она у нее вообще есть. И все же, впутывать Джинни в эту историю — последнее дело. — Джин, — ласково сказала Гермиона, стараясь сохранить ровный голос, — спасибо тебе, но нет. Я уверена, что все будет нормально. Справлюсь. Джинни возвела глаза к потолку. — Я приду за тобой через час. Эти животные с человеческой маской предприняли удивительное количество попыток навредить тебе за столь короткий отрезок времени. Между прочим, я получила вредилки и готовлюсь к мести. — Не говори глупостей. Вряд ли мое наказание продлится всего час. У Джинни загорелись глаза. — И это не значит, что я одобряю эти ваши вредилки умников Уизли! — А ты мне не мама, чтобы что-то запрещать. — Годрик, как будто твоя мама имеет над вами власть. Вы, Уизли, слишком неудержимо тянитесь к разрушительству. Джинни улыбнулась и заправила рыжий локон за ухо. — Факты остаются фактами, — она хмыкнула. — Что ж, ну, если с этим мы разобрались, то… — Нет, — перебила ее Гермиона, но увидев взгляд подруги, смягчилась. — Хорошо. Но не час. Дай мне хотя бы два часа. Если ты завалишься в кабинет Амбридж размахивая волшебной палочкой по середине наказания, то обязательно присоединишься ко мне. Кто же тогда нас будет спасать? Джинни прикусила губу. — Невилл? Гермиона закатила глаза и встала. — Два часа, Джин. *** Гермиона несколько минут стояла перед кабинетом Амбридж, глубоко дыша. Это всего лишь несколько часов. Просто унижение, вероятно, немного боли. Но не смертельно. Собравшись с духом, она все таки постучала в дверь Амбридж. Раздалось приторное «войдите». Гермиона вошла в помещение и оглядела его на предмет… Мерлин его пойми, машины для пыток? Но тут даже Малфоя не оказалось. Мысленно сравнив Малфоя и машину для пыток, Гермиона нахмурилась. Вдруг Малфой будет отрабатывать на ней Круцио? Или Сектумсепру в отместку Гарри? — Как видите, — Амбридж улыбнулась, — мистер Малфой нашел более интересное занятие на сегодняшний вечер. Но вам повезло, потому что мистер Крэбб любезно согласился прийти мне на помощь. О! А вот и он. Гермиона в ужасе обернулась и увидела злобную ухмылку вошедшего Крэбба. — Добрый вечер, профессор Амбридж. Надеюсь, я не опоздал? — Ох, что ты, дорогой, конечно, нет. По правде говоря… меня ждут некоторые дела в учительской… О, мистер Гойл, вы тоже здесь? — Амбридж задумалась. — Что ж. Тем лучше. Думаю, ничего не произойдет, если я оставлю вас одних. Она осмотрела ухмыляющихся Крэбба и Гойла и кивнула сама себе. — Приятного вечера, молодые люди. Амбридж встала из-за стола и вышла из кабинета. *** Драко Малфой шел по подземельям с неизменно недовольным выражением лица. Стоило ли поблагодарить Снейпа за то, что он избавил его от вечера в компании Амбридж и Грейнджер? Пожалуй, сегодня он будет с ним вежлив. Драко взялся за ручку двери, но вспомнив о манерах, сначала постучал, хоть и все равно зашел, не дожидаясь ответа. — Мистер Малфой, — поприветствовал его декан, — присаживайтесь. Надеюсь, вы не слишком расстроены тем, что мне пришлось вас отвлечь от маленького поручения Долорес? — Нисколько, — фыркнул Драко и по-королевски расположился на кресле около стола Снейпа. Снейп едва заметно поджал губы, удивительно напомнив этим старуху Макгонагалл. — Рад слышать. Я могу рассчитывать, что все сказанное мной в данном кабинете останется между нами? Малфой вздернул брови, не ожидая такого поворота событий. Изучив серьезное выражение лица Снейпа, он кивнул. — Мистер Малфой, дело в том, что, как вы наверняка догадываетесь, печально известные мистер Поттер и мистер Уизли не вернулись в школу. — Да, очевидно, я догадываюсь, сэр, — практически вежливо. — Но мисс Грейнджер вернулась. — Я заметил, — саркастично ответил Драко, — сэр. Снейп тяжело вздохнул, но продолжил: — У меня есть основания подозревать, что Грейнджер поддерживает связь с Поттером и Уизли. Реакции Драко не последовало, и декан продолжил, удовлетворившись хотя бы в какой-то заинтересованности ученика. —Я осведомлен о вашей способности к легилименции, Драко. Именно поэтому я хотел бы вас попросить выведать у мисс Грейнджер подробную информацию о местонахождении Поттера. Как вы понимаете, это чрезвычайно важно. Драко удивлённо воззрился на профессора. Следить за Грейнджер? Залезть ей в голову? Да он, блять, прикалывается. — Это просьба или приказ? — озлобленно спрашивает Драко, плюнув на вежливость. — Это имеет значение? — вздергивает брови Снейп. — Очевидно, — с холодной злобой протягивает Драко. — В таком случае, это — приказ. *** Живот Гермионы свело от страха. Дверь еще не успела закрыться, а Гермиона уже полезла за волшебной палочкой. Чертова мантия, чертовы карманы! Гойл воспользовался ее медлительностью и направил на нее палочку. — Экспелиармус! В мгновение ока палочка Гермионы выпуталась из слоев мантии и упала прямо в руку парня. Крэбб заливисто расхохотался. — Так-так-так, кажется, малышка грязнокровка осталась совсем беззащитной. Кто бы мог подумать, — голос ядовитый и насмешливый, практически такой же, какой был у Малфоя на протяжении младших курсов. Гермиона стала отступать вглубь класса. Она оглянулась по сторонам, пытаясь найти хоть что-то, чем можно защититься. Тем временем Крэбб в два шага преодолел расстояние между ними и со звонким хлопком ударил девушку по щеке. Гермиона вскрикнула и упала на парту, прижимая ладонь к горящему лицу. — Думала, сможешь так легко отделаться, мразь? — гаркнул Крэбб. — Грег, наложи оглохни. Гойл взмахнул волшебной палочкой, но Гермионе показалось, что его движение не было точным. Она всмотрелась в дверь, пытаясь понять, смог ли он правильно наложить невербальное заклинание. — Чего уставилась, тварь? — крикнул Гойл. — Думаешь, сможешь сбежать? Гойл в развалку подошел к ней, и Гермиона, оттолкнувшись от парты, ринулась к двери. Но он успел схватить за предплечье и, дернув изо всей силы, кинул на пол. Моментально почувствовалась острая боль в нижней губе. От неожиданного удара ее зубы сильно впились во внутреннюю сторону губы. Гермиона сплюнула кровь и подняла глаза на парня. — Ты об этом пожалеешь! — она хотела, чтобы это прозвучало грозно. Но Гойл рассмеялся. И от этого смеха Гермиона почувствовала, как зашевелились волосы на затылке. Гойл грубо схватил ее за волосы и стал поднимать. Девушка закричала, и тогда Крэбб схватил ее за плечи и подтолкнул к стене. — Грязнокровка, завали свое мерзкое ебало! — Погоди, Крэбб, сейчас она начнет кричать от удовольствия, — в его взгляде промелькнуло безумие, смешанное с эйфорией. Гермиона вонзилась ногтями в руки Крэбба, пытаясь высвободится из его хватки. Крэбб зашипел от боли и крикнул Гойлу, чтобы тот держал ее руки. Оказавшись полностью обездвиженной, Гермиона почувствовала, как ее сердце норовит выбраться через легкие. Ей казалось, что она умрет прямо сейчас. Что ее сердце не выдержит, и она, наконец, получит спасение. Крэбб плюнул ей прямо в лицо, и Грейнджер отвернулась, жмуря глаза. Затем раздался хруст, и ее джемпер разорвали, минуя мантию. Вдруг Гермиона осознала, что не может кричать. Ужас происходящего тарабанил странным гулом повсюду: в сердце, в легких, в голове, ушах, даже в глазах. Она одновременно чувствовала боль и полное безразличие. Где-то там, на пороге сознания, Грейнджер уже приняла это. Сейчас ее изнасилуют. Пронеслась бредовая мысль о том, что она толком и не целовалась никогда. Так, чтобы понравилось. Хотелось упасть в обморок, чтобы закрыть глаза. Но глаза были так широко открыты, что капилляры в них стали лопаться. Или это было от ужаса? Крэбб не стал церемониться и с рубашкой. Послышался звенящий звук от рассыпавшихся по полу пуговиц. Грейнджер осталась в одном лифчике, и Гойл мерзко улыбнулся, глазея на нижнее белье. — Не медли, — прохрипел он. И Крэбб сорвал с нее лифчик. В месте, где ткань белья порвалась, осталась лишь жгучая боль. Почувствовав холод на голой груди, голос все же прорезался, и она завизжала, как банши. «Господи-господи-господи» — почему-то Гермиона не могла вспомнить ни одного слова, кроме абстрактного божества маглов. Вдруг дверь распахнулась, и Гермиона сползла по стене, прикрываясь руками и пытаясь заново научиться дышать. «Джинни» — подумала она, смотря в одну точку. Сейчас достанется и ей. Но больше страха за подругу был стыд. Гермиона заторможенно перевела взгляд на дверь и увидела замершего Малфоя, который медленно переводил взгляд от одногруппников к Грейнджер. Она посмотрела на него сломленным взглядом, и по лицу Малфоя расползлась ярость, предназначающаяся не ей. Драко увидел красные глаза, в которых не было ни намека на чистые глаза лани. Он одним движением палочки отшвырнул Гойла в стену, а затем еще раз посмотрел на Грейнджер. Она не предприняла попытки убежать, а лишь вздрогнула и опять посмотрела на Драко. Ее глаза были действительно красными. И вдруг Малфой вспомнил красные радужки Волан-де-Морта, которые видел слишком часто. И слишком больно. И в них нет ни капли схожего. Он убрал волшебную палочку и схватил ошарашенного Крэбба за грудки. Малфой и сам выглядел как раненый зверь, когда принялся бить однокурсника в лицо, разбивая костяшки в кровь. Он хотел, чтобы кровь Крэбба лилась так же, как лилась его. Все ебаное лето он только и занимался тем, что зализывал раны. И ради чего? Ради на голову поехавшей ублюдошной змеюки. Ради, блять, того, чтобы он стал достоин быть его последователем. Крэбб упал на пол, а Драко продолжал бить. Ради того, чтобы занять место отца. Его, блять, спрашивали: а хочет ли он этого? Он мечтал сдохнуть. Чтобы не слышать своих криков. Не слышать криков людей, которых ему приходилось убивать. Не слышать плача матери. Крэбб перестал сопротивляться, но Драко бил. А сейчас эти уебки, не видевшие вообще нихуя, решили, что они короли мира, потому что им покровительствует Волан-де-Морт. Драко желал им смерти. Чтобы сократить процент тупости на один квадратный метр этой сраной школы. Чтобы, блять… Он просто хотел причинять боль. Прозвучал шокированный вздох, но Малфой не обратил на него внимания. Видимо, Грейнджер пришла в себя. Пусть съебывает, иначе он убьет и ее. Малфой продолжил бить, а в это время на пороге кабинета стояла Джинни, прижавшая ладони ко рту. Только через несколько секунд она увидела растрепанную Гермиону, сжавшуюся в комок у стены. Одежда была порвана, а лицо испачкано в крови. Джинни перевела взгляд на Гойла и на кровавое месиво, которое, видимо, было Крэббом. Уизли подбежала к Гермионе и стала трясти за плечи. — Герми, о Гермиона, пожалуйста, пойдем отсюда, — взмолилась она. — Ты можешь встать? Взгляд Гермионы никак не желал фокусироваться, но она едва заметно кивнула. Джинни помогла ей встать, и они пошли к выходу. Вдруг Гермиона остановилась и крепче сжала руку подруги. — Моя палочка, — прошептала она. — Она у Гойла. Джинни медленно обернулась и, собрав остатки храбрости, подошла к Гойлу. Он явно был без сознания, но руки Джинни дрожали от напряжения. Она исследовала его карманы, совершенно забыв об акцио. Найдя палочку подруги, девушка быстрым шагом приблизилась к выходу. Вдруг она остановилась и обернулась на Малфоя, не замечающего ничего вокруг. — Малфой, я… Я, конечно, не против, но… — Драко остановился. — Ты же понимаешь, что еще чуть-чуть, и убьешь его?