Dein Weg ist Mein Weg

— Как думаешь, какие танки ещё есть на авианосце? — спросила Юкари, когда они шли по улицам Дзуйкаку. — Хммм… Может, один из тех Carro Veloce, которыми пользовались в Анцио? — предположила Хана. — Они были довольно милыми. Почти как вазы для цветов, правда? — Если они помогут нам пройти дальше в турнире, я буду только рада, — сказала Саори. — Большой и мощный танк сделает нас намного популярнее, как думаешь? Как… Этот… Ох, как же он назывался… Я читала о нем буквально на днях… Это был зу… Не, может быть, Supra типа? — Super Pershing? — предположила Юкари. — Да, этот! — Получить в свое владение M26 было бы потрясающе… — сказала Юкари, глядя полными мечт глазами на медленно темнеющее небо. — Заполучить в команду настоящий тяжелый танк было бы просто супер. — Феникс тоже можно за тяжёлый танк счесть, когда в нём сидит Саори. — Эй! — крикнула Саори, явно негодуя, и отвесила подзатыльник Мако. — Вот это сейчас обидно было, Мако! — И все же я надеюсь, что где-то есть 7TPdw, — с тоской продолжила Юкари, не обращая внимания на препирательства Мако и Саори, только лишь слегка улыбаясь. — А ты что думаешь, Махо? — спросила она, развернувшись и попятившись назад, глядя на остальных.       Сначала Махо не ответила. Большую часть их совместной прогулки она просто пыталась осознать произошедшее в комнате студсовета и не принимала особого участия в разговоре. — Ну… — сказала она через минуту. — Думаю, было бы неплохо найти что-то потяжелее, но на самом деле нам в целом нужно больше танков. Не говоря уже о том, что нужно больше людей для экипажей…       Не успела Махо договорить, как её рука потянулась к воротнику Юкари и притянула девушку к себе. Она не задумывалась, зачем делает это, но через долю секунды мимо них на полной скорости пронесся электроскутер, прямо через то место, где за мгновение до этого шла Юкари. — Что… Как… — ошеломлённо сказала Саори, в удивлении глядя на Махо разинув рот. — Спасибо… — нервно сказала Юкари, её дыхание участилось от шока и адреналина. — Не за что… — ответила Махо. — Но… Ведь было же тихо?! — в замешательстве вскрикнула Саори. — Ты ведь не видела через стену… Как, блин, ты узнала, что было там?! — Я… — ответила Махо, неуверенно и так же растерянно. — Без понятия… — она отпустила воротник Юкари и сделала шаг назад. — Я просто… Просто почувствовала… — Ладно, серьезно. Если у тебя есть шестое чувство, ты должна нам рассказать, — сказала Мако с раздражением. — Это происходит уже в четвертый раз. Ты что, тайный йокай, что ли? — Простите… — на мгновение Махо задумалась о том, чтобы рассказать им, какие возможности открывает её слух и экстрасенсорика, но это привело бы только к новым проблемам. К тому же вряд ли они поверили бы ей, даже если бы она всё поведала им. Поэтому она пошла по пути наименьшего сопротивления и солгала. — Я тоже ничего не поняла… — она почувствовала, как у неё заурчал живот и она приложила к нему руку. Через секунду странное ощущение, казалось, поубавилось. — Ты в порядке, Махо? — спросила Саори, с беспокойством глядя на неё. — Это всё студсовет? Они пытались запугать тебя, чтобы ты молчала? Если они хоть пальцем тебя тронули, клянусь, я… — Нет, всё… Всё в порядке, — заверила Махо, из-за всех сил стараясь казаться спокойной и невозмутимой. — Я… Я, наверное, просто проголодалась, ничего такого. ------ — Разбудите, когда еду принесут, — пробормотала Мако, выскочив из коридора и забравшись под маленький столик в центре комнаты, после чего схватила лежавшую рядом подушку, чтобы положить её под голову. — Мако! Ты так себе режим собъёшь! — возмутилась Саори, но через пару мгновений вздохнула и смирилась. — Что ж, чувствуйте себя как дома, — сказала из-за плеча и вошла в небольшую квартиру. Хана и Юкари последовали за ней, но Махо была настороже.       Она до сих пор не могла понять, как и зачем её на это уговорили, но каким-то образом она решила приготовить еду и поесть её вместе с остальными членами команды — вот и оказалась здесь.       Судя по тому, что Саори была несколько легкомысленна и, казалось, целеустремлённа по жизни, Махо ожидала, что её квартира будет полностью соответствовать образу. В конце концов, в комнате Юкари, безусловно, прослеживается её помешанность на танках, поэтому Махо была весьма удивлена, обнаружив, что Саори не обклеила свою квартиру от пола до потолка постерами поп-идолов, не превратила рабочий стол в алтарь, не заполнила гардероб стереотипно девичьей одеждой и не похоронила пол под морем сёдзё-манги и журналов с советами по свиданиям.       Вместо этого маленькая квартира была куда более утилитарной и прагматичной, больше подходящей для отличницы Куромориминэ, чем для безнадежного романтика, населявшего её. Стены были «чисты», без украшений, книжные полки были аккуратно заставлены небольшой коллекцией книг и растениями в горшках, кровать была аккуратно застелена, а на рабочем столе не было ни малейшего намёка на то, что он когда-либо использовался для чего-то, кроме учебы. — Спасибо, что пригласила меня… Наверное… — негромко сказала Махо, снимая обувь. — О, не будь такой серьёзной, — весело сказала Саори, начиная распаковывать пакет с продуктами, который она приобрела по дороге. — Просто заходи и не парься. Вот здесь ты можешь помочь нарезать овощи. — Не думаю, что это хорошая идея… — начала было возражать Махо, как перед её мысленным взором возникли воспоминания о её предыдущем опыте приготовления пищи и использования кухонных ножей. — Я не очень умею готовить, так что я просто постараюсь не мешать, пока… — Чушь, — перебила Саори и, схватив Махо за запястье, потащила её на кухню. — Хана, поставь кипятить воду в кастрюле. Юкари, накрой на стол, ладно? — Конечно, Саори, — ответила Хана. — Конечно! — бодро ответила Юкари, заодно отдав честь. — Итак, — диктовала Саори, ставя на стол разделочную доску и доставая из ящика нож. — Нужно нарезать три луковицы кубиками, а также капусту и помидоры. — она быстро счистила шелуху с одной из луковиц и отложила её в сторону. В следующие несколько секунд Саори каким-то чудесным образом превратила всю луковицу в груду мелких белых кусочков, причем её руки двигались с потрясающей скоростью и эффективностью, а лязг ножа о разделочную доску раздавался с частотой пулемета. — Так что просто делай что я говорю и всё будет готово, — триумфально добавила она, быстро повернула нож в руке, взяв его за лезвие, и передала его Махо. — Всё просто, ага? — Да… Я разберусь как-нибудь… ------ — Когда ты вообще успела всему этому научиться? — спросила Махо. — О, ну… Само как-то сложилось… Мне всегда нравилось узнавать что-то новое, так что это получилось само собой, наверное… — ответила Юкари, закончив обрабатывать порез на руке Махо и принявшись накладывать повязку. — Возможно, дело в том, что мне не с кем было проводить время, кроме как с книгами, — тихо пробормотала она. — Я все еще считаю, что это очень здорово, что ты так много знаешь, Юкарин, — радостно сказала Саори из кухни. — Хотя бы с ножом обращаться умеешь, — буркнула Мако, дремавшая под столом. — Ну знаешь, Мако, — возразила Хана. — Махо умеет делать много таких вещей, которым вряд ли кто из нас научится. — Да, прояви уважение к своему командиру! — добавила Саори. — Ладно, — пробормотала Мако. — Извиняюсь, наверное. — Не беспокойся, — ответила Махо и посмотрела на свою руку, которую Юкари медленно перевязывала. — А зачем вы вообще этим занимаетесь… Ай! — спросила она, переводя взгляд, и дёрнулась, когда Юкари чуть сильнее надавила на порез. — Прости. — Всё в порядке… — успокоила её Махо. — Ну так зачем вы этим занимаетесь? — повторила она. — Ты про готовку? — неуверенно спросила Саори. — Знаешь, есть что-нибудь всё равно приходится, и готовить гораздо дешевле и полезнее, чем постоянно покупать что-то готовое в магазине… — Сенша-До, — уточнила Махо. — Я имела в виду Сенша-До. Кроме Юкари, никто из вас не похож на тех, кто занимался бы спортом, особенно таким, как Сенша-До. Так почему же вы записались-то? Неужели из-за всего того, что наобещал Студенческий совет? — Не знаю, мне показалось, что это будет весело. А если мы станем достаточно успешными и популярными, парни будут просто липнуть ко мне, верно? — с полной радости улыбкой сказала Саори, занимаясь приготовлением еды на плите. — Хотя, — с некоторой долей горечи добавила она и уставилась на рагу, лежащее перед ней на плите, — я начинаю подозревать, что Совет просто обманул меня. Мы занимаемся этим уже несколько месяцев. Мы даже дошли до полуфинала, а я до сих пор не получила ни одного письма от фанатов! — Изначально я не собиралась принимать в этом участие, — сказала Хана, переведя разговор в другое русло, прежде чем Мако успела как-либо прокомментировать. -Я просто собиралась продолжить заниматься икебаной. — Ты занималась икебаной по выбору? — спросила Махо. — Почему бы тебе не продолжить? — Знаешь, — ответила Хана. — Моя семья давно практикует икебану, и я тоже пошла по этому пути. Но в последнее время я чувствую, что мне чего-то не хватает и что моё творчество и рядом не стояло с тем, на что я была способна в прошлом. Именно поэтому я выбрала Сенша-До в качестве факультатива. Я хочу испытать что-то новое и взглянуть на жизнь с другой стороны, чтобы снова преуспеть в семейных традициях. Я надеюсь, что Сенша-До поможет мне достичь этой цели. — И твоя семья не против? — Я думаю, что скорее нет, чем да, — призналась Хана. — Моя мать считает, что Сенша-До — есть не что иное, как форма жестокого варварства, и что это пустая трата моих талантов. Когда я сказала ей, что выберу Сенша-До в качестве факультатива, она была довольно… категорична. Я из-за всех сил пыталась объяснить ей свои доводы, но как только я дала понять, что приняла решение… — она сделала паузу и коротко вздохнула, как бы собираясь с мыслями. — Синдзабуро, один из слуг моей матери, пытался её образумить, но с тех пор она со мной не разговаривала.       Махо это, по меньшей мере, удивило. Хана казалась человеком многогранным: вежливым, элегантным, сдержанным, умным, красивым, но непокорным — уж точно нет. Она не производила впечатления, что в её жизни есть какая-то борьба, а если и была, то она потратила бесчисленные часы на тренировки, чтобы скрыть её от чужих глаз. В отличие от Махо, которая, хотя и скрывала свою боль от окружающих, не делала никаких усилий, чтобы сохранить спокойствие или изящество, чтобы скрыть это. Если Хана была спокойна и безмятежна, как озеро в безветренный день, то Махо напоминала бушующее и штормящее море.       Несмотря на то, насколько чётко вырисовывалась диаграмма Венна между этими двумя людьми, Махо в данный момент не была заинтересована в том, чтобы продолжать разговор на эту тему, и просто отложила эту новую информацию в памяти, бросив на Хану короткий взгляд и слегка кивнув. — Понятно. — Я уверена, что рано или поздно она одумается, — прокомментировала Саори. — В конце концов, какая мать не захотела бы заботиться о собственной дочери?       На мгновение в комнате воцарилась тишина, и Махо почувствовала, как взгляды её товарищей по команде медленно обратились к ней, и пожалела, что вообще дала им знать о шрамах на спине. — Прости, Махо… — медленно произнесла Саори. — Я… Я не думала… — Забей, — вздохнула Махо. — Не переживай. — на мгновение она задумалась о том, чтобы рассказать им, что на самом деле произошло в комнате студенческого совета в тот день, чтобы они узнали, какая судьба её ожидала. Но в итоге она просто пробормотала: Все равно, если я больше никогда не увижу эту женщину, было бы слишком рано… — если она расскажет им о визите матери в Дзуйкаку, ей придется рассказать и обо всём остальном. — А ты, Мако? — спросила Юкари через некоторое время, нарушив молчание. — Я просто выбрала это, чтобы Содоко перестала меня постоянно доставать, — пробормотала Мако в ответ. — А ты не думала просто вставать вовремя и успевать на занятия? — спросила Махо — Если мы так мешаем тебе, то, наверное, так было бы проще. — Просто не хочу… — Мако, — резко сказала Саори, ставя кастрюлю с тушёнкой на стол. — Эх… Ладно, — простонала Мако. — Думаю, водить танк было весело, и, наверное, мне нравится это. Но я всё равно в деле только ради бонусов и бесплатных пропусков. — она медленно и лениво выползла из-под стола и уселась поудобнее. — Кроме того, бабушка убьёт меня, если я буду уклоняться от занятий. — А родители — нет? — с лёгкой насмешкой спросила Махо, поворачиваясь к столу.       В комнате снова воцарилась тишина. Выражение лиц Мако и Саори помрачнело, и Махо огляделась, пытаясь понять происходящее. Увидев, что Хана и Юкари тоже выпали в осадок, она немного успокоилась, но это не помогало ей справиться с ощущением, что она словно только что наступила на мину. — Мако… — сказала Саори тихим, заботливым голосом, поставив кастрюлю на стол и подойдя к подруге. — Она не специально. Она не знала… — Не… Всё в порядке… Я… Я в порядке… — пробормотала Мако, но отступила от стола и накинула на себя одеяло с кровати Саори, что резко противоречило её собственным словам.       Саори быстро вздохнула и села рядом с укрывшейся Мако, нежно гладя её по голове. Наклонившись, она прошептала что-то, чего Махо не расслышала, и получила в ответ лёгкий кивок. — Бабушка Мако — единственная родня, что у неё осталась, — произнесла Саори спустя некоторое время. — Когда мы учились в начальной школе, произошёл несчастный случай, и… Ну… Её родители не выжили… — Ох, Мако… — почти в унисон сказали Юкари и Хана и уставились в пол. Махо, в свою очередь, вздохнула и ущипнула себя за переносицу. Она чувствовала себя дурой. — Прости меня, Мако, — сказала она через некоторое время. — Правда. Я не хотела тебя обидеть. — Нет… Всё… Всё в порядке… — пробормотала Мако, её лицо медленно начало проглядывать из-под одеяла, в которое она закуталась. — Ты не знала… Всё в порядке… ------ — Спокойной ночи, Хана! Спокойной ночи к-… Махо! — Юкари помахала рукой, отдаляясь от дуэта, чтобы вернуться домой. — Спокойной ночи, Юкари, — ответила Хана и помахала рукой. — Спокойной ночи. До завтра, — кивнула Махо, и они с Ханой продолжили свой путь. Как только им удалось вернуть Мако к разговору, или, по крайней мере, к тому, чем она обычно занималась, ужин прошёл без каких-либо происшествий. Мако в основном молчала, но отвечала на все вопросы, которые ей задавали. Когда они закончили, Саори предложила проводить Мако до её дома, а Юкари и Хана последовали за Махо, и теперь Юкари тоже отделилась. — Полагаю, ты тоже живешь в этом районе? — спросила Махо, пока они шли. — Да, — ответила Хана со свойственной ей вежливой сдержанностью. — Итак… — продолжила Махо, пройдя ещё один квартал, — Ты живешь возле пекарни, что на маленькой улочке, правильно понимаю? — Да, совсем рядом, — ответила Хана. — От твоей квартиры до неё всего несколько минут ходьбы. — Понятно… — Махо кивнула. — Хана, мне нравится считать, что мы обе — умные леди. — Я тоже так считаю, Махо. — Тогда не ври мне, — спокойно сказала Махо. — Ты не живешь поблизости со мной, так? — Не живу, — призналась Хана. — Я живу совсем рядом с Саори. — А почему тогда ты идёшь со мной? — Я подумала, что было бы неплохо, если бы тебя кто-то проводил до дома. — Может, хватит относиться ко мне так, словно я нуждаюсь в защите? — Махо негодующе вздохнула. — Я не хрустальная, не ребёнок, боящийся темноты, и я вполне могу дойти до дома сама. И раз уж на то пошло, я старше вас всех и по возрасту, и по званию. — Прости меня, я не хотела тебя обидеть, — спокойно сказала Хана. — Но, поскольку мы обе умные леди, я считаю, что мы обе ещё и наблюдательны. — А это тут вообще при чём?       Хана бросила на Махо пристальный взгляд. — Потому что я наблюдательна, как и ты, и я всё замечаю. — она опустила взгляд на предплечье Махо. — С тобой точно всё хорошо, Махо? — Я в порядке, — пробормотала Махо и одернула рукава куртки, чтобы они как следует закрыли запястья и шрамы на предплечьях. — Точно? — спросила Хана. — Если тебя что-то беспокоит, и ты хочешь об этом поговорить, я с удовольствием выслушаю… — Я сказала — со мной все хорошо, — огрызнулась Махо. — Кроме того, я не хочу об этом говорить. — Ну хорошо тогда.       Дальше они шли молча, Хана продолжала идти рядом с Махо, несмотря на то, что её обман был раскрыт. — Итак… — сказала Махо через некоторое время, поддавшись порыву нарушить оглушительную тишину, — Твоя семья занимается икебаной? — Да, — ответила Хана, слегка кивнув. — Если я не ошибаюсь, мы занимаемся ею со времён незадолго экспедиции Перри. Моя мама считается одним из лучших мастеров в стране. — И ты совсем не против следовать семейной традиции? — Мне это нравится, если ты об этом, — ответила Хана. — Это часть меня, и я чувствую себя спокойно, когда занимаюсь этим. — Хм… Понятно… — пробормотала Махо. — А что насчет тебя, Махо? У твоей семьи тоже долгая и престижная история, не так ли? — Да… — Махо вздохнула. — Кажется, ещё со времён эпохи Эдо. — А сейчас вы одни из самых выдающихся мастеров по Сенша-До в мире. — Так все считают… — А ты сама как? — спросила Хана. — Нравится ли тебе Сенша-До?       Махо ничего не ответила, а просто продолжила идти. — Понятия не имею, — наконец ответила она тихим голосом, намекая, что разговор окончен. — Ты уверена в себе перед полуфиналом? — спросила Хана через некоторое время, когда они завернули за очередной угол. — Ни разу, — со вздохом призналась Махо. — Все совершенствуются, но нас будут превосходить в числе два к одному. Не говоря уже о том, что нам будут противостоять одни из лучших танкисток в стране. — А что мы можем сделать, чтобы повысить наши шансы? — Я пытаюсь выяснить это… — пробормотала Махо. — Нам нужно больше танков, но у нас нет экипажей, чтобы их обслуживать, и нет времени, чтобы их обучать. Нам нужно, чтобы все были лучше, но у нас нет ни времени на это, ни средств, ни возможностей получить танки получше. Получается, всё, что мы можем сделать — это приложить все усилия и надеяться, что всё получится…       Махо сделала паузу. Затем она замедлила шаг. Наконец она остановилась, вздохнула и приложила ладонь к лицу. — В чём дело, Махо? Что-то случилось? — спросила Хана, остановившись и повернувшись через несколько шагов, когда поняла, что идёт одна. — Хана… — медленно и досадно произнесла она. — Мы же ведь здесь уже были, когда шли к Саори, правда ведь? — Думаю, да. — Значит, Саори проходит через эту улицу каждый раз, когда идёт в школу, верно? — Да, так и есть. Я часто присоединяюсь к ней, и мы идём здесь почти каждый день. — Да… Так я и думала… — пробормотала Махо. — Видимо, это значит, что и Юкари тоже. Я точно помню, что и сама не раз здесь ходила. — Возможно, — сказала Хана, смутившись. — Но я не понимаю, почему это тебя так волнует? — Хана… Что это там в гараже стоит? — Махо указала на небольшой гараж со стальными стенами, мимо которого они только что проходили; его двери были распахнуты, и свет внутри сливался с лучами уличных фонарей снаружи. Хана слегка наклонилась в сторону, чтобы лучше видеть, и снова посмотрела на Махо, недоумевая и удивляясь. — Это… Это то, о чём я думаю? — Да… Похоже на то… — пробормотала Махо. — Так как же, блин, мы все проходили мимо этого места сто раз, не меньше, и ни разу не замечали это? — она ещё раз вздохнула и повернулась, чтобы подойти обратно к гаражу. Внутри, освещённый сверху фонарями, действительно стоял танк. Выкрашенный в серо-зеленый, почти синий, средний танк выглядел ухоженным, гораздо лучше, чем те остальные танки команды. Насколько Махо могла судить со своего угла обзора, на броне не было ни трещин, ни следов небрежного ремонта, а колеса, гусеницы и башня, казалось, были в идеальном состоянии.       Она наклонила голову в открытый дверной проем и огляделась в поисках признаков жизни. Увидев в дальнем конце гаража пожилого мужчину в комбинезоне, стоящего на коленях возле мотоцикла и повернувшегося к ней спиной, она подошла к нему. — Простите, — сказала она, приблизившись к мужчине. — Я Махо Нисидзуми, — поклонилась она, когда мужчина обернулся, — командир школьной команды по Сенша-До, и я хотела бы узнать, есть ли у нас возможность одолжить или купить этот танк? Я понимаю, что Вам придётся некоторое время подумать над этим решением, но если Вам будет интересно, можно ли оставить Вам номер телефона, по которому вы сможете связаться со студсоветом, чтобы узнать подробности, или, если хотите, я могу прийти завтра, и мы сможем обсудить всё более подробно… — Что, эта старая рухлядь? — перебил мужчина, поняв, что Махо действительно интересуется танком. — Э-э-э… Да? — ответила Махо. Она ни в коем случае не окрестила бы превосходный с виду танк «рухлядью», но внезапно её охватило чувство беспокойства. Вполне возможно, что с танком были проблемы, которые она не заметила при беглом взгляде. Электроника могла полностью выйти из строя, орудие могло быть сломано, и ещё миллион других вещей могли быть в полной негодности. — Если хочешь, он твой, — сказал мужчина с улыбкой и встал с места, на котором работал над мотоциклом. — Он все равно занимает место, и я не могу его просто так водить. — он жестом указал на танк, когда они подошли к нему, и продолжил говорить с большим энтузиазмом. — Знаете, он принадлежал моей внучке. Она и её подружки очень любили этот танк, поэтому, когда команда закрылась, они хотели спрятать его здесь, чтобы школа не смогла его продать. Скажу вам, неважно, сколько ей не было лет, вы просто не сможете отказать внучке, когда она вам так улыбается. Конечно, немного надоедает, что все эти годы он просто занимал место, но я следил за тем, чтобы он был чист и исправен. — он с гордостью посмотрел на танк и похлопал Махо по спине с такой силой, что она чуть не упала. — Я знал, что рано или поздно школа придёт за ним. Но не думал я, что это будет так поздно. Так что если она тебе нужна, то милости прошу. Я позабочусь о том, чтобы его поскорее тебе доставили. — Правда? Я… То есть, спасибо. Мы очень ценим это. — она ещё раз поклонилась и, оставив мужчину наедине с его работой, вернулась к Хане, которая ждала её снаружи. — Так что это за танк? — спросила Хана. — Я не узнаю его, но судя по всему, ты была очень заинтересована, так что я думаю, это мощная машина? — Да, нет. Я просто пыталась быть повежливее, — вздохнула Махо. — А так, это примерно тот же самый Феникс. Правда, немного хуже. Но, по крайней мере, это ещё один танк. — она снова зашагала по освещённым звездами улицам, покачивая головой и изредка тихо посмеиваясь. — Юкари будет просто на седьмом небе от счастья, — пробормотала она про себя. ------ — Хорошо, все молодцы. Свободны. — Спасибо за сегодня, — ответила команда, кивнула и поклонилась Махо и Ами, после чего начала медленно покидать гараж. — Добрый вечер, Янус! — Эрвин кивнула, когда она и команда Гиппо приготовились уходить. — Янус?» спросила Саори, бросив на Махо озадаченный взгляд. — Кто это? — Римский бог ворот, времени и ещё кучи всякой всячины, — невозмутимо ответила Махо, продолжая осматривать Феникс на предмет повреждений. — Думаю и всех начал со всеми концами тоже. — Они дали твоей душе имя? — спросила Юкари. — Да, — коротко ответила Махо. — После второго тура. — Имена душ? О чём вы говорите? — спросила Саори, с каждой секундой всё больше запутываясь. — Это то, что практикует команда Гиппо, — начала объяснять Юкари. — Это имя души внутри тебя, которую ты делишь с другими на протяжении всей истории. Или… Что-то вроде того, наверное. Эрвин — это, очевидно, Эрвин Роммель, Цезарь — тоже вполне очевидно. Саэмондза — это Санада Юкимура, а Орью — Нарасаки Рё. — Понятно… — Саори приподняла бровь. — Я… Э-э-э… Кажется, я поняла… — Просто признайся, что ты не поняла ни слова, — пробормотала Мако, дремавшая на верхушке Феникса. — Да поняла я! — раздражённо возразила Саори, но тут же обратила своё внимание к Юкари и Махо. — Значит, у тебя тоже есть, Юкарин? — Да! — радостно воскликнула Юкари и триумфально приложила руку к груди. — Я — Гудериан, отец танковой тактики…       Её праздное хвастовство было прервано звуком суматохи снаружи. Когда они вышли из гаража, чтобы посмотреть, что там за суета творится, Махо распознала танк, который вчера вечером медленно подъехал к тренировочной площадке, и по мере его приближения воздух наполнялся шипением двигателя Mitsubishi. — Подкрепление? — громко спросила Саэмондза, с интересом глядя на прибывшую технику вместе с остальными членами команды Гиппо. — Подождите, я не знала, что у нас есть ещё один танк… — удивленно сказала Саори. — Он похож на Type 89, — заметила Норико. — Это с какой стати он похож на Type 89? — спросила Синобу. — А если… Если немного прищуриться? — Видимо, это тот самый танк, о котором вы мне рассказывали? — спросила Юдзу, просматривая папку с документами в поисках технических характеристик танка. — Да, — кивнула Махо. — Хорошо, тогда давайте посмотрим. Panzerkampfwagen IV Ausf D, Panzerkampfvagen 38(t) Ausf B, Type 89 I-Go, Sturmgeschütz III Ausf. F, Medium M3 'Lee' Tank, Char B1 Bis… Хм… — она сделала небольшую паузу. — Я… Я не думаю, что на это есть какие-либо документы… — Эт… Это… Э… Э-э… Это то, что я… Что я… — заикаясь, Юкари обогнула угол и вышла из гаража, бросив взгляд на танк. — Юкари? — спросила Хана. — Ты не знаешь, что это за танк? — Та-ак… — продолжила Юкари, забыв про всё и на полной скорости подбежав к танку. — Это Type 4 Chi-To! — радостно воскликнула она, набрасываясь на лобовую броню и прижимаясь к ней, словно желая погладить. Однако жар летнего солнца, который металл впитал за время своего путешествия сюда, заставил её пересмотреть своё решение, и она отпрыгнула на несколько шагов от танка. — Ой… — негромко сказала она и разжала руки от боли. Среди свидетелей этого зрелища послышалось небольшое хихиканье, но оно быстро стихло. — Type 4… Type 4… — бормотала про себя Юдзу, перелистывая страницы. — О, точно. Вот оно. Простите, я неправильно прочитала одну из страниц, думала, что там написано «Type 3», — усмехнулась она, прежде чем начать зачитывать. — Это японский… — Это самый современный танк, когда-либо построенный японцами во время войны, созданный для борьбы с американскими «Sherman», — воодушевлённо разговорилась Юкари, ничуть не тревожимая произошедшей секундами ранее глупостью. — До конца войны их было произведено всего две штуки, хотя Mitsubishi планировали поставлять по 25 штук в месяц, чтобы помочь защитить родные острова от вторжения Союзников. Он стал преемником Type 97 Chi-Ha, в то время как Type 3 Chi-Nu был просто промежуточным танком для временного использования. Он весит 30 тонн, имеет цельносварной корпус с 75 миллиметрами лобовой брони, в то время как остальная броня составляет от 30 до всего лишь 12 миллиметров. На нём также установлена 75-мм танковая пушка Type 5. Это одно из самых мощных орудий, когда-либо устанавливавшихся на японские танки, по крайней мере, во время войны. — Значит, он довольно мощный? — спросила Эрвин. — А… Ну, я… Я имею в виду, что он примерно на одном уровне с Panzer IV. Пушка Type 5 может пробить примерно 75 мм брони на расстоянии километра, что… Неплохо. Это хороший танк, просто время его обогнало, так сказать. — Судя по тому, что я смогла отыскать, на борту должен быть ещё один танк, — заметила Юдзу, закончив копошиться в бумагах. — Но где он находится — я понятия не имею. — она сделала паузу и посмотрела на Махо. — Командир, могу я Вас попросить, чтобы команда собралась здесь в воскресенье? Если мы полностью обыщем корабль, что вполне под силу, то почти наверняка найдем восьмой, последний танк. Это было бы то что надо для пополнения нашего арсенала, учитывая, что мы собираемся идти до конца, верно?       Махо переглянулась с Юдзу. Остальным членам команды, которые всё еще не знали о нестабильной ситуации в школе и о причине существования команды, слова Юдзу, вероятно, показались просто дельным предложением, небольшим советом; одним из многих. Но Махо понимала, что это — приказ. — Хорошо, — вздохнула она и слегка повысила голос, чтобы лучше обратиться к членам команды. — Мы все соберемся здесь в воскресенье утром и отправимся на поиски последнего танка. ------ — Как они вообще смогли протащить сюда танк? — спросила Саори. — Может, он трансформировался в робота и спустился сюда сам? — взволнованно предположила Карина. — Но как бы он спустился по лестнице? — возразила Юуки. — Скорее всего, его сначала разобрали на части, — ответила Юкари и посветила фонариком в другой пустой коридор. Увидев поникшее лицо Карины, она быстро добавила: Впрочем, на борту есть большие грузовые лифты, так что всё возможно. — Ура!       Махо только закатила глаза от такого диалога. Она сама, Саори и Хана вместе с командой Кролик прочёсывали нижние палубы уже более двух часов, не обнаружив даже намёка на следы. Хана осталась на палубе, чтобы помочь Юдзу и студсовету просмотреть старые документы в надежде получить побольше информации, а Мако вместе с командой Утёнок отправилась на поиски в старые клубы, расположенные по всей школе.       К этому моменту они обошли уже несколько верхних палуб, и если в ближайшее время они ничего не найдут, Махо не удивится, если они окажутся на территории Оджин.       Все первогодки спокойно воспринимали затянувшиеся поиски и болтали между собой, а также с Саори и Юкари. Исключение из весёлой атмосферы составляли лишь Адзуса, шедшая впереди, и Махо, державшаяся позади. Они отвечали, если кто-то обращался к ним с просьбой, но ни одна из них не вступала в беседу без особой охоты.       Пока они шли, Махо стала замечать, как время от времени Юкари и Саори приближаются друг к другу и говорят на тихих тонах, которых она не могла разобрать, изредка бросая взгляды то на неё, то на Адзусу. Она лишь вздыхала и не обращала на это внимания, продолжая осматривать многочисленные комнаты, мимо которых они проходили, но ни в одной из них не было танка. — О… — Саори остановилась, и её фонарик ярко осветил стену перед ней. — Похоже, здесь пути расходятся, — заметила Юкари и посмотрела на карту. — Нам придётся разделиться. — А это хорошая идея? — спросила Аюми. — А что, если мы заблудимся? — Да, может, лучше держаться вместе?» спросила Карина. — В фильмах всегда всё идёт не так, когда люди расходятся, — заметила Айя. — Всё будет хорошо, — заверила Саори. — Да, ничего плохого не случится, — добавила Юкари. — У нас есть карты и фонарики. Но если мы хотим закончить поиски танка сегодня, нам нужно будет разделиться. — Президент сказала, что переборки закроются в пять, не так ли? — спросила Саори.       Точно. Переборки.       К этому моменту Махо уже смирилась с полётами фантазии студенческого совета, но, узнав об этом, тихо прокляла их к чертовой матери. Судя по всему, Юдзу поручила им обыскать нижние палубы в тот же день, когда ученики военно-морского факультета собирались обследовать переборки корабля. Это означало, что если до пяти часов они не вернутся на самую верхнюю палубу или, по крайней мере, не выйдут на центральную лестницу, то почти наверняка застрянут где-нибудь за запертой стальной дверью. — Да. — Юкари сделала паузу и посмотрела на часы. — До этого момента осталось около полутора часов. — Хорошо, — кивнула Саори. — Айя, Юуки, Аюми, вы и я отправимся сюда. Юкари, ты и Махо поведёте остальных в ту сторону, хорошо? — Принято, — ответила Юкари и отсалютовала, а группа разделилась на две части.       Поиски продолжались в гораздо большем молчании, чем раньше, отчасти потому, что поисковая группа уменьшилась вдвое, и отчасти потому, что Карина и Юкари были единственными, кто был заинтересован в общении. Саки, как обычно, вела себя отстранённо и тихо, а Махо и Адзуса просто продолжали придерживаться своей линии — говорить только тогда, когда к ним обращаются, и при этом бросали раздражённые взгляды. — Похоже, мы снова разделимся, — заметила Юкари, когда они подошли к очередному перекрёстку. — Вот. — она порылась в рюкзаке и протянула Махо сумку поменьше. — Вы с Адзусой пойдете туда, а Саки, Карина и я — сюда, и мы все встретимся у лестницы. — Подожди, что? — спросила Махо, но Юкари не стала дожидаться её возражений. — Юкари, я не… — До закрытия переборок осталось не так много времени, так что мы не можем позволить себе спорить, — перебила Юкари и помахала рукой, когда она, Карина и Саки начали пробираться по коридору. — Увидимся позже. — До встречи, Адзуса! — крикнула в ответ Карина, а Саки просто проводила их взглядом. — Юкари! — крикнула Махо, но безрезультатно. Трио уже свернуло за угол и исчезло. — Проклятье… — пробормотала она и горько вздохнула. — Ладно. Давай просто покончим с этим, — пробормотала Адзуса и без лишних вопросов бодрым шагом направилась по другому коридору, оставив Махо позади. — Эй!       Адзуса не ответила и не замедлила шаг. Махо пришлось бежать за командиром М3. — Эй, Адзуса! Притормози! — Просто заткнись и отвали, — крикнула в ответ Адзуса, её фонарик беспорядочно колыхался вдоль стен и многочисленных комнат и коридоров нижних палуб. — Ты что себе позволяешь?! — воскликнула Махо ей. — Мы здесь точно пропадём или потеряемся! — Лишь бы не быть с тобой, — пробормотала Адзуса и начала открывать одну из тяжёлых дверей. Она собиралась найти последний танк и при этом заткнуть Махо. — Может, хватит выкаблучиваться?! — прошипела Махо, успев схватиться за дверь до того, как она закрылась, и последовала за Адзусой в темноту, когда сталь захлопнулась за ней. — Да что на тебя нашло?! — Не задавай вопросов, если тебе всё равно на ответ, — проворчала Адзуса, но не успела Махо огрызнуться, как позади них послышался металлический лязг. Махо попыталась потянуть за ручку тяжелой двери, но, взглянув на телефон, поняла, что уже слишком поздно. Дверь была заперта за ними и открыть её с их стороны было невозможно. — Отлично, — пробормотала она. — Сначала ты чуть не проиграла нам битву с Анцио, а теперь втянула нас в очередную передрягу…