Dein Weg ist Mein Weg

— Леди Дарджилинг? Ваш чай. — А, спасибо, — сказала Дарджилинг с полным благодарности кивком и взяла чашку, которую ей протянула Тифую, её заряжающая в отсутствие Оранж Пеко. Сладкий вкус чая обеспечил столь необходимое спасение от душной и тесной башни Виктори.       Шквал налетел без предупреждения и быстро перерос в полноценную песчаную бурю, заперев танки как Святой Глорианы, так и Оарая. Песок заполонил воздух снаружи, ударяя по бронированным монолитам, разбросанным по пустыне, и делая любую попытку посмотреть на горизонт тщетной. Приборы наблюдения были исцарапаны до бесполезности за считанные секунды, и даже если бы Дарджилинг попыталась открыть люк над собой и высунуться из командирской башни, она бы едва увидела свою собственную кисть, если вообще смогла бы что-либо увидеть с глазами, которые были бы забиты песком. Буря не принесла с собой ничего, кроме постоянного потока песка и пыли, яростно царапавшего всё, что попадалось на его пути, и жуткого воя ветра и шторма, заглушавшего звуки мира. — Итак, — спросила Ассам, слегка повысив голос, чтобы её было слышно сквозь вой снаружи, и откинулась на спинку сиденья, посмотрев на Дарджилинг, — какой у нас теперь план? — Ну, учитывая, что сейчас ничего особенного не происходит, я думаю, мы посидим здесь и выпьем чаю, пока всё это не уляжется, — пошутила Дарджилинг. — Ты же знаешь, я не это имела в виду, — вздохнула Ассам и закатила глаза. — Спасибо, — добавила она Тифую, кивнув, когда заряжающая протянула ей её чашку. — Каков план, когда песчаная буря пройдёт? Я полагаю, что теперь, когда Нисидзуми снова в деле, мы уже не будем церемониться, но я не думаю, что пускать танки за танками в брешь шириной с Панцер IV будет хорошей идеей. Так каков ваш план? Песчаная буря, возникшая из ниоткуда, в планы не входила. — Возможно, это довольно непредвиденные обстоятельства, но знаешь такую ​​поговорку? — с улыбкой сказала Дарджилинг, отхлебнув чая. — «Есть два типа людей: те, кто довольствуются тем, что подчиняются обстоятельствам, и играют в вист; и те, кто стремятся контролировать обстоятельства, и играют в шахматы». — Так кто же ты? — Ассам ухмыльнулась и покачала головой, снова сосредоточившись на циферблатах и ​​рычагах, которые регулировали её прицел. По крайней мере, им удалось прикрыть прицелы до того, как шторм обрушился на них со всей своей силой, так что как только шквал утихнет, она будет более чем готова стрелять. — Кто знает, — Дарджилинг пожала плечами, улыбаясь. — Мне нравится думать, что я, возможно, редкий пример того и другого, — усмехнулась она, но остановилась, заметив, что на радиоприемнике рядом с ней мигает маленький огонек, сигнализирующий о входящем сигнале на открытом канале. — Это Виктори, — спокойно сказала она, снимая трубку. — *скрррчс* -ивет, Дар- *шшшшшш* -линг, — несмотря на то, что сигнал скулил и прерывался из-за запылённого воздуха снаружи, голос на другом конце провода нельзя было спутать ни с чем. — Моя дорогая Нисидзуми, — сказала Дарджилинг с любопытством, пока возилась с радио, настраивая частоту дальше и устраняя помехи. — Снова играем в радиооператора, да? — Есть такое, — коротко ответила Махо, когда сигнал исчез. — В любом случае, я думаю, что мне следует извиниться. — Вот как? — спросила Дарджилинг с заинтригованной улыбкой. — А за что, если не секрет? — Там, на Арк Рояль, вы сказали мне, что думали о сенша-до как о способе увидеть, кто ваш противник на самом деле, и вы очень любезно показали мне, с каким человеком я имею дело, — начала объяснять Махо. — И потому прошу прощения. Я ведь даже не начала показывать вам, с кем вы имеете дело. Но я знаю, насколько важна репутация команды по сенша-до для Святой Глорианы, поэтому в благодарность за ваши вдохновляющие слова я хотел бы снова обсудить капитуляцию. — О, моя дорогая Нисидзуми, — ухмыльнулась Дарджилинг почти надменным тоном. — Я думала, я ясно дала понять, что моё предложение было одноразовым. — О, всё верно, — спокойно сказала Махо. — И я понимаю твоё замешательство. Видишь ли, я не предлагаю тебе нашу капитуляцию. Я предлагаю вашу. Я не хочу, чтобы ты теряла лицо без необходимости.       Дарджилинг не могла не рассмеяться. — Я ценю твою любезность, Нисидзуми, — самодовольно сказала она. — Но я боюсь, что твоё поражение сейчас так же неизбежно, как и три часа назад. Однако я обещаю тебе, что упомяну и поблагодарю тебя за твои доблестные усилия в своей победной речи после нашей победы в финале. — Очень хорошо, — сказала Махо как ни в чём не бывало. — Удачи тебе с этим. — протяжный гудок только подтвердил то, что тон Махо уже просигнализировал: разговор окончен.       Дарджилинг покачала головой — её улыбка была совершенно нетронутой — и вернула трубку на место, выключив радио, но не успела она поднять чашку, как радио снова загорелось, на этот раз с сообщением по внутреннему каналу команды. — Да? — сказала Дарджилинг, слегка раздражённая, когда она снова подняла трубку, даже не потрудившись поставить чай обратно, когда она ответила. — Это Виктори, что… — Это… это Ассистанс, — крикнула Эба Матсуяма, командирша одной из Комет, с ужасающей паникой в ​​голосе. — Я… я сожалею, командир… — Сожалеете? Почему? — спросила Дарджилинг. — В чём дело? — Мы… Мы не знаем, что произошло, но… к-каким-то образом… нас устранили!       Высокий и отчётливый звук тонкого фарфора, разбивающегося о металл, привлёк внимание Ассам, и когда она обернулась, чтобы посмотреть, что произошло, она увидела пустой, широко раскрытый взгляд на лице своей подруги, осколки чашки, разбросанные по полу под ней, а также капли чая, пятнавшие юбку и бёдра Дарджилинг. — Нисидзуми… ты — великолепная зараза… — медленно прошептала Дарджилинг, и широкая улыбка расплылась по её лицу, её выражение лица одновременно было ошеломлённым, разъярённым, впечатлённым, радостным и заинтригованным. — Ты никогда не перестанешь меня удивлять, не так ли? — Причём тут Нисидзуми? — спросила Ассам в замешательстве. — Что происходит? — Кажется, наш маленький Феникс вылетел из своей клетки… — задумчиво сказала Дарджилинг и потёрла подбородок, прежде чем повернуться к Ассам прямо. — Оарай только что вывел из строя Ассистанс. — Это невозможно, — сказала Ассам с привычным недоверием. — Не на этом злосчастном песке. Они никак не могли переместиться куда-либо, чтобы выстрелить в Ассистанс, не наткнувшись вслепую на один из наших других танков, и даже если бы они могли, они никак не прицелились бы, потому что там нет возможности увидеть что-либо, кроме коричневого, бежевого и ещё более коричневого цвета. — Возможно… — Дарджилинг заинтригованно пробубнила, спокойно вытирая платком пролитый чай с ноги. — Но у Нисидзуми есть довольно ужасная привычка делать невозможное…

***

— Хороший выстрел, Хана! Одной Кометой меньше. — Воу! Замечательно, Хана! — впечатлённо сказала Саори. — Ага! — согласилась Юкари и зарядила новый снаряд. — Спасибо, — сказала Хана и вежливо кивнула. — Но всё же, я не думаю, что заслуживаю такой похвалы. Это всё благодаря Махо, как никак. — Но стреляешь именно ты, — поддержала Саори. — Эй, Махо? Ты вообще как? — Я в порядке, — ответила Махо с того места, где она находилась, встав на командирском кресле и высунувшись из башни. Песчаная буря всё ещё бушевала вокруг неё, сильный ветер пытался изо всех сил сбить её с ног, а закалённые пески хотели поцарапать её, как миллион крошечных ножей. Её куртка защищала её торс от режущего шторма, а запасная пара перчаток заряжающей, которую ей одолжила Юкари, защищала её руки, даже когда случайная песчинка умудрялась царапать тонкую полоску кожи около её запястий. Она одолжила пустынные очки Эрвин, чтобы защитить глаза, а шарф Цезаря был плотно обмотан вокруг её шеи и головы, чтобы защитить её кожу, уши и нос от натиска. — Мако? — крикнула она, крепко прижимаясь пальцами к шее, чтобы активировать ларингофон через слоистую ткань. Она беспокоилась, что сильный шторм и песчаные порывы сделают его бесполезным, но, к её удивлению, он прекрасно улавливал вибрации в её горле, практически без помех. — Да. Что дальше? — Снова поезжай вперёд. Медленно. И разверни нас немного влево по ходу движения. — Феникс медленно начал движение, пока Махо снова не крикнула. — Замечательно. Сохраняй скорость и направление как есть, — спокойно сказала она. — Я постараюсь дать тебе знать, если ты собьёшься с курса.       Она сделала гораздо больше, чем пыталась, но, учитывая обстоятельства, она не очень хотела испытывать судьбу.       Поскольку песчаная буря превратила сам воздух вокруг них в море коричневого и бежевого, пыли и песка, видимость стала настолько близкой к нулю, насколько это было возможно, если не ниже. Они обе ехали и стреляли вслепую, и единственная, у кого был хотя бы один шанс, чтобы провести их через все это, была Махо и её пугающе хорошо натренированные чувства.       Она сделала глубокий вдох, какой только могла, через свою импровизированную тканевую маску и наполненный песком воздух, позволила ему побыть в лёгких несколько секунд и выдохнула, снова сосредоточив всевозможные фибры на задаче. В тёмном центре её разума карта, по которой она следовала, чтобы здесь оказаться, медленно начала открываться ей снова, поле боя и танки на нём медленно обретали миниатюрную форму перед её мысленным взором. Обычно этот невероятный подвиг был для неё таким же естественным и простым, как дыхание, но суровые условия матча до сих пор истощили её, а сплошное облако пыли и песка, окружавшее её, только добавило сложности. Тем не менее, когда она крепко закрыла глаза и сосредоточила свой разум, она могла ощущать все это вокруг себя. Танки. Дюны. Деревня. Всё это открылось ей, хотя и не так ясно, как обычно. Обычно мысленная модель её окружения была столь же ясна в её представляемом взоре, как изысканная модель диорамы, настолько подробная, что она могла различить каждое дерево, которое танки на ней обходили, маневрируя, но не в этот раз. Как будто кто-то накрыл модель толстым, пушистым ковром. Она всё ещё могла различить грубые формы и положения, но все детали терялись под завесой песка, которая застилала её «зрение». Тем не менее, её острые чувства, несовершенные и грубые, какими они были сейчас, сумели вывести Феникс из деревни, не столкнувшись с невидимым вражеским танком, и обеспечить Хане контрольный выстрел в упор по ничего не подозревающей Комете. — Ладно, хорошо, — крикнула Махо, снова прижимая шею. — Остановись. — Феникс качнулся и остановился, идеально заняв позицию, и Махо двинулась к своей следующей цели. — Хана, целься вправо, — продолжила она, и через мгновение почувствовала, как башня начала мягко поворачиваться. — Ладно, притормози… Вот! — Башня снова дернулась, останавливаясь. — Целься немного выше… ещё немного… Подожди… опусти… вот! — Орудие перестало двигаться, и Махо снова сосредоточилась, пытаясь проверить прицел, который, как она вскоре поняла, был идеален. — Огонь, — приказала она, и Феникс взревел. Взрыв был едва заметен, и выглядел как ничто иное, как кратковременная вспышка цветов сквозь шторм, словно фейерверк, взорвавшийся вдалеке, и звук был почти полностью заглушен завывающим ветром. Звук белого флага, вылетевшего из Кометы, в которую они целились, не был слышен, но Махо всё равно почувствовала его, довольно кивнув в знак своего успеха. — Отличная работа, Хана. Обе Кометы подбиты. Теперь за Крусейдерами.       Она начала давать Мако инструкции, чтобы они заняли позицию для следующего выстрела, и Феникс медленно начал пробираться сквозь песчаную бурю, пока Махо вела своими чувствами, чтобы не дать им ни с чем столкнуться или сбиться с курса. К сожалению, её сосредоточенность была нарушена бессердечным голосом в ухе. — Зачем мы тратим время на все эти крейсеры?! — пожаловалась Момо по радио. — Если бы мы просто пошли за их флагманом, как я сказала, мы бы уже победили!       Махо стиснула зубы и горько проворчала себе под нос. — Как я уже говорила тебе, Циклопиха, — раздраженно сказала она, — Черчилль слишком далеко, а между ними и нами слишком много танков. Либо нам пришлось бы с трудом маневрировать через все танки Святой Глорианы, чтобы добраться туда, либо нам пришлось бы обойти их широким кругом, чтобы добраться туда. И то, и другое стоило бы нам времени, которого у нас нет. — Она остановилась и потянулась руками, поправить пустынные очки от Эрвин, тихо пожалев о своём решении брать с собой команду Черепаха.       Она бы предпочла взять с собой команду Бегемот или Кролик в качестве резерва, на случай, если что-то пойдет не так, но она не доверяла никому другому командовать командой в её отсутствие. И поэтому вместо этого Феникс тащил за собой на тросе 38(t) студенческого совета, чтобы помочь, если дела пойдут наперекосяк. Не то чтобы Махо действительно считала любой танк с Циклопихой в кресле наводчика чем-то достойным спасения, но она надеялась, что очарованность Дарджилинг её эффективностью на поле боя отвлекла её от полного отсутствия таковой у Циклопихи. — По крайней мере, это не даёт Циклопихе подставить Адзусу и Эрвин, — подумала она про себя и вздохнула. Покачав головой и бросив взгляд через плечо, чтобы мельком увидеть 38(t) сквозь песок и пыль, она снова прижала к горло, чтобы продолжить спор с Момо. — Единственный способ добраться до него — обойти его или кропотливо пройти через все танки Святой Глорианы, на что у нас нет времени. Мы не знаем, сколько ещё продлится этот шторм, и нам нужно выбраться отсюда, прежде чем он начнет дуть… — Её голос затих, когда мозг начал осознавать, что только что произошло. Она увидела 38(t). Снова оглянувшись и обнаружив, что теперь видит мельком не только чешский танк, но и, снова посмотрев вперёд, очертания за пеленой песка. Ветер с каждой секундой терял свирепость и скорость, и воздух начал становиться чище. — Махо?! — удивленно вскрикнула Саори, когда Махо снова опустилась на место командира. — Мако! Уводи нас отсюда! — приказала Махо, запирая люк над собой и разматывая шарф, заглушавший её голос. — Северный северо-запад! Сейчас же!» — Вперёд, — пробормотала Мако, втыкая передачу Феникса. — Что-то не так? — спросила Хана. — Да, что происходит? — в замешательстве спросила Юкари, переводя взгляд с Саори на Махо. — Я думала, мы собираемся уничтожить их Крусейдеров. — Планы поменялись, — коротко проворчала Махо. Она засунула очки Эрвин в шарф Цезаря и поспешно засунула их в ящик для вещей, прежде чем схватить карту и внимательно её изучить, всё время следя за внешним миром через свой поцарапанный перископ. — Мы злоупотребили гостеприимством…       За пределами Феникса шторм стихал так же быстро и непредсказуемо, как и появился в первый раз, и оставалось всего несколько секунд, прежде чем они будут выделяться на фоне пустыни.

***

— Командир… — Что? — коротко пробормотала Дарджилинг Ассам.       Ассам не ответила, вместо этого лишь кивнула в сторону ноги Дарджилинг. Только тогда Дарджилинг поняла, что она постукивала ногой по металлическому полику башни, производя низкий, дребезжащий и, очевидно, раздражающий ритм. — Верно… — пробормотала она и заставила себя остановиться. Секунды и минуты с тех пор, как Ассистанс позвонил, чтобы сообщить об их выводе из строя, казались вечностью, и ей ничего не оставалось, как терпеливо сидеть и ждать, пока Нисидзуми невидимо пройдёт сквозь шторм и разберет её тщательно размещённую доску. — Гладко было на бумаге, да забыли про овраги… — горько подумала она про себя, скрестив руки и сделав глубокий вдох. Она бы солгала, если бы сказала, что Нисидзуми не произвела на неё невероятное впечатление ещё один раз, но раздражение и нетерпение всё ещё терзали её разум. Зуд, который она не могла почесать, пока Нисидзуми продолжала буйствовать, утих, как демон в пыли. — Шторм утихает, — сказала Ассам и легонько постучала по колену Дарджилинг костяшкой пальца, выведё ее из зудящих мыслей и вернув к битве. — Наконец-то, — пробормотала Дарджилинг себе под нос. — Рухуна, — крикнула она в сторону основного корпуса Виктори мгновение спустя. — Запускай двигатель. Я хочу, чтобы мы были готовы выдвинуться, как только увидим, куда направляемся. — Принято, командир, — ответила Рухуна и начала возиться с рычагами и приборами, сидя на мехводском сиденье. — Я заставлю его завестись и поехать прежде, чем ты успеешь сказать «чайник». — Я чертовски надеюсь на это, — пробормотала Дарджилинг себе под нос, отпирая люк над собой и высовываясь из командирской башенки, чтобы как следует рассмотреть окрестности. Буря всё ещё не утихла полностью; воздух казался грубым для её кожи, и ей сначала пришлось прикрыть глаза, как будто она двигалась сквозь наждачную бумагу. Она вгляделась в пустыню, её веки превратились в тонкие щели, чтобы песок не попал в глаза, и только смутно увидела темные пятна вдалеке сквозь бежевую вуаль. Но когда ветер стих, песчинки снова начали оседать, и её зрение прояснилось.       Глядя в сторону деревни, Дарджилинг нисколько не удивилась тому, что увидела; Панцер IV, флагман Оарая, исчез из виду, а на его месте стоял их М3 Ли, блокируя вход в поселение, при этом достаточно хорошо скрываясь в узком проходе между зданиями, чтобы его почти невозможно было нейтрализовать одним прицельным выстрелом. Даже если бы его удалось уничтожить, подбитый Ли просто стал бы ещё более неподвижным дорожным заграждением, должным образом перекрывающим путь.       Дарджилинг повернулась и несколько секунд оглядывалась с башни, словно сокол, высматривающий свою добычу, пока, наконец, не нашла её и не подняла бинокль. Вдалеке на северном северо-западе небольшое облако пыли быстро удалялось от неё, Панцер IV и 38(t) едва виднелись сквозь взбаламученный песок. Вот ты где… — Рухуна, — приказала Дарджилинг по радио. — Цель обнаружена, северный северо-запад. Выдвигайся как можно скорее. — Так точно, командир! — прощебетала в ответ Рухуна и дала ход Виктори. Или, скорее, попыталась. 12-цилиндровый двигатель Бедфорд не столько взревел, как мощная военная машина, направляющаяся в бой, сколько просто захрипел и застонал, как невыспавшийся подросток, которого грубо разбудили. — Рухуна! — Дарджилинг позвала своего мехвода, её голос был полон нетерпеливого раздражения. — Я делаю всё, что в её силах, командир, — крикнула Рухуна, яростно возясь с переключателями и рычагами, и постукивая по датчикам и приборам. — Если довести до предела, она взорвется! — Двигатель не подавал никаких признаков того, что отреагировал на внимание Рухуны, только шипел и скрежетал, резко выплевывая из своих стальных недр клубы черного дыма вперемешку с горстями грубого песка. — Р-р-р-р, — пробурчала Дарджилинг сквозь стиснутые зубы, прежде чем щёлкнуть переключателем на своём радио и снова крикнуть. — Дефайент! Берите Форсайт и Ашуранс и отправляйтесь за флагманом! На северный северо-запад. Не дайте им сбежать! — Ты поручишь ей это? — спросила Ассам с полным раздражения недоверием, отвлекаясь от снятия тканевого чехла, закрывающего её прицел, чтобы посмотреть на Дарджилинг. — Сейчас, леди Дарджилинг! — взволнованно прощебетала Роузхип. — Розелль, давай запускай эту штуку! Кранберри, Ванилла, за мной!       Ассам ничего не сказала и просто бросила на Дарджилинг взгляд, который очень ясно означал «Видишь?». — Роузхип, — сказала Дарджилинг как можно спокойнее. — Я думаю, тебе стоит убедиться, что твоё радио настроено на нужный канал, прежде чем отдавать приказы. — О! — сказала Роузхип со смущённым, но не менее возбуждённым смехом. — Точно! — Через несколько мгновений двое других Крусейдеров ожили и отправились вслед за своим командиром взвода, чтобы преследовать сбежавший флагман Оарая. — Да, я всерьёз посылаю Роузхип за ней, Ассам, — пробормотала Дарджилинг. — После маленькой выходки Нисидзуми Крусейдеры — самые быстрые танки, которые у нас остались, и будь я проклята, если позволю ей сбежать. Ты уже взрослая девчонка, я уверена, ты справишься с этим. — Она подождала несколько мгновений, ожидая ехидного комментария от своего заместителя, но Ассам только покачала головой и пробормотала что-то неразборчивое, продолжая снимать крышку МТО. Не сказать, что проблемы под ним как-то мешали прицеливаться, но всё же. Двигатель Блэк Принса всё ещё пыхтел и стонал, и издавал звуки, очень похожие на то, что он вот-вот взорвется, пытаясь изгнать весь песок, который забился в клапаны вентиляции и камеры двигателя, выкашливающего облака пыли, пытаясь с хрипом вернуться к жизни. — Рухуна! — Имей терпение, женщина! Почти доделала! — крикнула Рухуна в ответ, её голос был полон яростного гнева, подразумевавшего, что она предпочла использовать совсем другую часть своего словарного запаса. — Теперь работай, ты, чёртово упрямое ведро с болтами, — прорычала она и снова зажала педаль акселератора. Безуспешно, как и прежде. Двигатель по-прежнему отказывался нормально работать. — О нет, не смей, — сказала она с ядовитой яростью, снова возясь с рычагами и переключателями. — Не пытайся разговаривать со мной таким тоном! Пока ты сидел сломанный и заброшенный в каком-то складе и просто пылился в течение десятилетия, я научилась водить что угодно, и мой дедушка уж точно вырастил ту, которую не сдаётся, ты, бесполезный кусок запчастей. Так что ты, черт возьми, когда я. Скажу. РАБОТАЙ! — Она снова нажала на акселератор, так сильно, что почти подумала, что сейчас пробьёт броню и упадет на песок внизу. Двигатель всё ещё только хрипел и кашлял, и она ударила основанием кулака по панели приборов справа. Ужасный шум астматического двигателя на мгновение затих, подпрыгивая и дёргаясь ещё несколько мгновений, прежде чем все 350 лошадей, запертых в металлической тюрьме, ожили и взревели с яростью полного залпа, Виктори рванулся вперёд и вступил в бой. Прежде чем гусеницы снова полностью приземлились на землю, Рухуна уже схватила рычаг управления и повела их за Крусейдерами. — Видишь?! Я же говорила вам, что у меня всё получится! — Рухуна рассмеялась Дарджилинг, когда они начали выезжать со всей скоростью, которую она могла выжать из двигателя. — Я никогда не сомневалась, — улыбнулась Дарджилинг и усмехнулась про себя, раздражение и гнев быстро покинули её разум, когда они наконец тронулись. — Оранж Пеко? — спокойно сказала она по радио. — Д-да, леди Дарджилинг? — Мы с Ассам отправляемся на охоту. Оставляю вас командовать всем здесь. У вас четыре танка и Суперб против их четырех, со значительным преимуществом в огневой мощи, опыте и броне. Просто держите остальные силы Оарая прижатыми и остерегайте Суперб от опасности, пока мы не уничтожим Нисидзуми. — Поняла, леди Дарджилинг. — Хорошо. Я доверяю тебе и знаю, что ты можешь это сделать. Конец связи. — Дарджилинг щёлкнула переключателем на своём радио и продолжила говорить, теперь обращаясь ко всей своей команде. — Всем экипажам, это Виктори. Я пойду за вражеским флагманом вместе с Дефайентом и остальной частью её взвода. Я передаю все остальные танки и окончательное командование осадой Супербу.       Череда «так точно, командир» была ответом ей. — Это всё. Конец связи. Она закончила передачу и перевела взгляд на маленькую точку вдалеке, которая была её добычей, на вид медленно увеличивающейся в размерах.

***

— Эй, Адзуса? — спросила Эрвин. — Прошло пять минут, они должны быть достаточно далеко, чтобы не успеть вернуться. Думаю, нам пора двигаться. — О-о… А-ага… — застенчиво пробормотала Адзуса и начала спускаться в башню М3 Ли, но остановилась на полпути и оглянулась на Эрвин. — Э-эй… Эрвин? — Да? — ответила Эрвин. — Всё в порядке? — Ты не думаешь… Я имею в виду… Разве не было бы лучше, если бы… Я-я имею в виду… — Адзуса замолчала, сделав глубокий вдох, прежде чем попытаться ещё раз. — Я-я подумала, может быть, будет лучше, если ты возьмешь на себя командование атакой… — Хм… — Эрвин опустила взгляд и несколько секунд поглаживала подбородок, по-видимому, глубоко задумавшись, прежде чем снова взглянуть на Адзусу с дразнящей, уверенной ухмылкой на лице. — Не-а! — коротко сказала она и начала спускаться в ШтуГ III. — Э-эй, подожди! — крикнула Адзуса, но Эрвин уже закрыла люк над собой.       Адзуса вздохнула и покачала головой, несколько раз хлопнув себя по щекам, чтобы попытаться прогнать худшие свои беспокойства и сомнения, но так как это оказалось безуспешным, она просто тихо опустилась на место командира танка и начала готовиться. — Эй, Адзуса? — раздался голос Эрвин по радио, когда она надевала гарнитуру. — Ты здесь? — Д-да… — тихо ответила Адзуса. — Я… я здесь… — Смотри, — уверенно и успокаивающе продолжила Эрвин. — Я понимаю, что ты нервничаешь. Мы все беспокоимся о том, что произойдет. Но ты не можешь позволить этому чувству тебя одолеть. Командир Нисидзуми поставила тебя во главе этой атаки не просто так. Она доверяет тебе и знает, что у тебя всё получится, и я тоже это знаю. Я видела, как ты одолела командира, так что ты определенно можешь победить и здесь. Тебе просто нужно верить в себя, ладно? — Д-да… Я… я… постараюсь… — Хорошо. И, кроме того, время жмёт, — продолжила Эрвин, её голос приобрел гораздо более беззаботный тон. — Неважно, насколько хороша командирша, она не сможет вечно противостоять этому монстру, и я не хочу быть той, кто скажет ей, что мы проиграли матч, потому что потратили слишком много времени на решение того, кто должен быть главным. — В-верно, — усмехнулась Адзуса. — Спасибо, Эрвин. Правда. — Только никому, — усмехнулась Эрвин. — А теперь давай сделаем это! — Так точно! — ответила Адзуса и прокашлялась, щёлкая несколькими переключателями на радио. — Внимание всем, это Кролик. Проверьте своё состояние и доложите. — Она глубоко выдохнула и положила трубку на место в ожидании. — Двигатель работает отлично! — крикнула Карина с места механика-водителя. — 37-миллиметровка готова, — сказала Айя, подняв большой палец вверх.       Саки ничего не сказала и просто молча смотрела на пушку, но когда Адзуса вопросительно подняла большой палец вверх, она слегка, почти незаметно кивнула, схватив снаряд, готовая его зарядить, как только Айя выстрелит. — Пушка заряжена, — крикнула Юки с корпуса. — Не то чтобы она пробьёт что-то… — Может быть… может быть, я смогу хотя бы сбить несколько гусениц? — неуверенно сказала Аюми.       Адзуса хотела сказать что-то умное или вдохновляющее, чтобы поднять настроение Аюми, но она не знала, что именно, и даже если она и придумала бы что, у нее не было времени, так как радио снова зазвучало. — Бегемот готов. Мы сделаем это, — холодно послышался голос Эрвин в эфире. — Утка на связи! — сказала Норико следом. — Мы все готовы, и полны решимости! — Это Цапля! Мы все готовы ехать, — крикнула Тайга, завершая подготовку. — Время творить сенсацию! — Хорошо, — ответила Адзуса, изо всех сил стараясь казаться спокойной и собранной, как всегда делала Махо, когда отдавала приказы. — Вы все знаете план. Огонь по моему сигналу и только по моему сигналу. Мы прикроем вас и убедимся, что всё идет по плану. Как только будет возможность, просто обрушьтесь на них так сильно и быстро, как только сможете, понятно? — Понятно, Кролик, — ответили Эрвин, Тайга и Норико более-менее в унисон. — Хорошо. Конец связи. — Ты действительно преуспела в этом, знаешь ли, — сказала Айя с полным впечатления взглядом, когда Адзуса положила трубку. — Спасибо… — Адзуса кивнула в ответ. — …за то, что веришь в меня. — А вот не верю. Мы точно все умрём по ходу дела, — пошутила Айя. — Но, наверняка, я успею сказать: «Я же говорила». — Да уж… Спасибо… — пробормотала Адзуса и закатила глаза. — Эй, я просто пошутила. Немного черного юмора хватит, чтобы поднять настроение, знаешь ли. — Это. Просто. Уморительно, — парировала Адзуса. — Знаешь, это было так смешно, что я просто забыла посмеяться, — добавила она, притворно усмехаясь. Айя просто ухмыльнулась ей, довольная шуткой, и вернулась к прицелу.       Адзуса молча покачала головой и откинулась на спинку сиденья, чувствуя, как сомнения в её сознании начинают пускать корни. На кону было поставлено так много, и всё должно свалиться на неё. Если они потерпят неудачу, это будет её вина. Она чувствовала, как тревожные переживания всё сильнее и сильнее заедают в сознании, ударяясь о стены её головы в попытке вырваться из ограничений, которые она пыталась воздвигнуть вокруг них. Она сжала дрожащую руку в кулак и схватила запястье свободной рукой, прижав обе руки к груди в попытке успокоиться и изгнать свою тревогу, но когда её запястья проскользили вниз, она случайно задела край юбки и почувствовала внутри незнакомую форму. Она сунула руку в карман юбки, и, ощутив потёртую и грубую ткань в своей руке, схватила маленького медвежонка, которого ей дала Махо. — Когда ты падаешь, тебе ничего не остается, как подняться… Когда ты падаешь, поднимайся… Падай, поднимайся… — повторяла она себе тихим шепотом, сокращая мантру с каждым повторением, чувствуя, как слова вытесняют из её разума все оставшиеся сомнения. — Ладно… — сказала она через мгновение, кивнув Айе. — Погнали. — Она переключила радио на нужный канал и снова поднесла гарнитуру к губам. — Всем танкам; Огонь.

***

— Чёрт!       Махо просто покачала головой, когда Момо выкрикнула ещё одно ругательство в адрес преследователей. Она только что выпустила ещё один снаряд в Крусейдеров, следующих за ними, и, ожидаемо, снова промахнулась. — Прекрати стрелять, Циклопиха. Ты просто тратишь боеприпасы, — вздохнула Махо по радио. — О, да?! А что ещё мне делать?! — крикнула Момо в ответ, и в её голосе начал нарастать панический гнев. — У нас ограниченное количество снарядов, так что пока придержи их. Если Хана не может попасть ни во что прямо сейчас, то и ты точно не сможешь. — Какого, заносчивая ты… …Так в чём же тогда план, о всемогущий командир?! Если ты не заметила, за нами следует целая дивизия танков, и они быстро нас догоняют! — Это Блэк Принс и трио Крусейдеров, — вздохнула Махо. — Это едва ли взвод, и далеко не дивизия. И если мы не можем попасть по ним, то и они не могут попасть по нам, так что просто заткнись и дай мне подумать.       Она вернулась к изучению своей карты, игнорируя шальные снаряды, летящие вокруг неё, когда Крусейдеры тщетно пытались попасть. Ей нужно было придумать план, и она не знала, как. В идеале она хотела бы уничтожить Крусейдеров и Блэк Принса Дарджилинг, чтобы они могли повернуть назад и помочь остальным из Оарая уничтожить флагман Святой Глорианы, но это казалось маловероятным. Момо едва могла попасть по краю школоносца, а у Феникса оставалось всего семь бронебойных снарядов, что, казалось, было недостаточно, чтобы уничтожить четыре опытных танковых экипажа, особенно один в Блэк Принсе, который был практически неуязвим для 75-мм пушки Панцера IV, если только не оказаться позади или выше него. Ни то, ни другое, похоже, не могло произойти.       Ей осталось лишь просто пытаться продолжать преследование, следя за тем, чтобы силы Святой Глорианы оставались разделёнными. Но они не могли бежать вечно. Даже если бы они хотели, они направлялись к краю поля боя, и гигантские бетонные стены становились всё больше с каждой минутой. Крусейдеры медленно настигали их, и даже Блэк Принс сокращал дистанцию. Каждое отклонение и поворот, сделанные в попытке избежать препятствие или скорректировать курс, замедляли Феникс ровно настолько, чтобы даже неуклюжий тяжёлый танк вскоре оказался в пределах досягаемости. Махо не знала многого о наводчице Дарджилинг, но она смогла распознать стрелка, когда увидела её, и как только Виктори подъедет до нужного расстояния, не пройдет и секунды, как один из его снарядов, попал в цель, обеспечит победу для Святой Глорианы. — Эй, Нисидзуми? — небрежно спросила Андзу по радио. — Что-то случилось, Мелюзга? — Думаешь, сможешь справиться с большим? — Ненадолго… — призналась Махо со вздохом. — Особенно с этими Крусейдерами, которые вмешиваются. — Ладно, тогда давай мы займемся ими. — Вы сможете? — Не знаю, — сказала Андзу с бодростью, которую Махо слишком хорошо знала. — Но, чёрт подери, это будет весело, согласись.       Махо на мгновение усмехнулась и посмотрела на Юкари и Хану, прежде чем кивнуть самой себе. — Ладно. Ещё увидимся, Мелюзга. — Хорошо! — радостно воскликнула Андзу и выключила радио. Высунувшись из командирской башенки, Махо увидела, как Панцер 38(t) рванул на северо-восток, словно пытаясь вернуться к осаде и флагману Святой Глорианы. Через несколько секунд Крусейдеры развернулись, разрезав гладь песка описанной широкой дугой, чтобы последовать за заблудшим чешским танком, оставив Феникс наедине с Виктори. — Ладно, Дарджилинг. Ты хотела, чтобы я сыграла с тобой в игру… — прошептала Махо и ухмыльнулась. — Ну что же… Тогда давай поиграем…

***

— Огонь! — крикнула Адзуса. Услышав приказ, четыре танка под её командованием дали ещё один залп, хотя к этому моменту она уже потеряла счет тому, сколько раз они повторяли это «упражнение». Тем не менее, она изо всех сил старалась не волноваться и вместо этого смотрела на пустыню через узкий въезд в деревню и наблюдала за оставшимися танками Святой Глорианы, которые всё ещё держали их в осаде. Они не двигались и не корректировали свои башни, поэтому она предположила, что они так же устали от монотонных действий, как и она. — Ладно, всем перезаряжаться, — приказала она по радио и откинулась на спинку сиденья с лёгким вздохом. Не то чтобы приказ был действительно необходим. Все они уже знали порядок действий наизусть и, вероятно, могли бы повторить его во сне.       Как только орудия будут перезаряжены и Адзуса отдаст приказ на следующий залп, Цапля, Утка и Бегемот все выстрелят из своих орудий по крестику, который они отметили на стене небольшого здания, обозначенного ими как цель. Каждый новый залп, который врезался в толстые стены из песчаника, ещё больше повреждал здание, с конечной целью — эффективно пробурить себе новый выход из деревни. Такой, который не был бы проложен их противниками и на который не был бы нацелен квартет пушек.       Тем временем, это было дело команды Кролик, и, более конкретно, Айи, чтобы не дать Святой Глориане обнаружить их хитроумный побег. Всякий раз, когда отдавался приказ на новый залп, Айя стреляла в пустыню, чтобы создать видимость того, что они пытаются стрелять наугад по танкам, охранявшим выход. Её выстрелы ещё не достигли цели, но их отсутствие успеха, казалось, не вызвало никаких тревог сигналов до сих пор. Вероятно, узкая щель, через которую им приходилось целиться, оборонительные и труднодоступные позиции, которые заняла Святая Глориана, и отсутствие опыта у Оарая по сравнению с их противниками послужили достаточным оправданием того, почему «выстрелы в упор» только поднимали облака песка и пыли.       Однако самый большой вопрос заключался не в умении Айи создавать видимость того, что она пытается попасть во что-то, или в способности Оарая ковырять песчаник. Он заключался в невероятно точном расчете времени, и именно это заставляло Адзусу постоянно беспокоиться. Чтобы их противники не поняли, что Оарай фактически пытается проложить себе новый путь к выходу, все пять их орудий должны были выстрелить в один и тот же момент. Единственный способ сохранить их уловку — сделать вид, что стреляет только 37-мм орудие М3, а необычно громкий шум был просто результатом эха, отражающегося от скалы позади них.       До сих пор всё шло хорошо, так как ни танки Оарая, ни танки Святой Глорианы не сдвинулись ни на дюйм с момента приведения плана в действие, но с каждым повторением ужасающая возможность того, что на этот раз что-то пойдет не так, закрадывалась в глубины сознания Адзусы сильнее, чем прежде. — Бегемот готов, — доложила Эрвин. — Утка готова. — Цапля, перезарядилась. — Ладно… — сказала Адзуса, пытаясь как можно лучше скрыть свой тревожный вздох. — Всем танкам, приготовиться… — Эй, Адзуса, подожди секунду… — сказала Эрвин. — Я думаю, у нас сейчас всё получится. — Т-ты так думаешь? — спросила Адзуса и встала со своего места, чтобы выглянуть из своей башни. Глядя на маленькую хижину из песчаника, которую они обстреливали последние пару минут, определенно больше ничего не удерживало её. Им удалось пробить внешнюю стену, обращенную к двору, несколько залпов назад, и теперь они пытались сломать противоположную стену, чтобы создать проход, через который они могли бы вырваться из осады, которую держала на них Святая Глориана. Хаотичная паутина трещин расходилась от середины стены, где они сосредоточили свой огонь, до самых краев стены.       Эрвин была права. Достаточно было нанести ещё один сильный удар, и стена рухнет, открывая путь для их атаки. — Хорошо, — крикнула Адзуса по радио. — Норико, Эрвин, прекратить огонь. Мидорико, заряжай осколочно-фугасный и сноси её. Как только путь будет открыт, мы выдвигаемся. Нет времени на хитрые маневры, просто бейте их быстро и сильно и прорвитесь к их флагману. Это наш единственный шанс, так что давайте сделаем это! — Принято, командир, — ответила Эрвин, кивнув в знак поддержки. — Ладно, давай сделаем это! — подбодрила Норико. — Покажем всем нашу отвагу! — Осколочно-фугасный заряжен и готов, — коротко сказала Содоко. — Айя, не стреляй, — кивнула Адзуса своей подруге. — Оставь это для атаки. — Принято, — кивнула Айя в ответ, подняв большой палец вверх.       Адзуса закрыла глаза и сделала глубокий вдох, сосредоточившись на выдохе, и снова открыла глаза. — Огонь!       Гаубица, встроенная в корпус Char B1, снова взревела, нанеся огненный удар прямо в стену из песчаника, которая треснула и упала, рухнув на щебень и пыль. Команда Утка первой воспользовалась возможностью, бросившись в пролом с такой скоростью и решимостью, на которые были способны только они. Меньший вес Типа 89 позволил им быстро подняться и преодолеть грохот, чтобы вырваться из деревни, в то время как более тяжелые Char B1, ШтуГ III и М3 Ли были вынуждены ждать по очереди, чтобы перебраться через щебень и выйти на открытую местность.       После изнурительной минуты ожидания М3 наконец съехал с щебня из песчаника и начал набирать скорость, когда Карина нажала на газ, чтобы догнать своих товарищей. К этому моменту, любая завеса нормальности, которую им удавалось поддерживать в деревне, была полностью отброшена, шальные снаряды дико летали туда-сюда между двумя силами, и Святая Глориана изо всех сил пыталась в хаосе создать какую-то действенную защиту для своего флагмана, когда Оарай рвался к ним, готовясь врезаться в их фланг, как кувалда.       М3 вскоре догнал Char B1 Цапли и ШтуГ III Бегемота и пролетел, подобно снаряду из баллисты, к флагману Святой Глорианы. Подход к флагману был широко открыт, и только одна Матильда II была на позиции, чтобы хотя бы иметь шанс остановить их. Три Валентайна, которые прикрывали центр и дальний фланг периметра, всё ещё перестраивались и бешено мчались по пескам, пытаясь занять позиции между Оараем и их флагманом.       Команда Утка — последняя надежда Оарая — просто благодаря своей скорости, к этому моменту значительно опередила остальных своих товарищей и рванула через пустыню, не обращая внимания на Матильду II. Они целились в Черчилль, как и все остальные, полагаясь на свою скорость и меньшие размеры, чтобы преодолеть единственную оборону, которая могла их заблокировать. — ВОЛЕЙБОЛ!!! — закричала Норико во все лёгкие, когда Тип 89 прорвался мимо траектории перехвата Матильды, нацелившись на Черчилль, который медленно полз назад в надежде дать Валентайнам больше времени, чтобы занять позиции впереди него. Однако прежде чем Акеби успела выстрелить, Матильда II дерзко выстрелила в японский средний танк, выведя из строя его переднее ведущее колесо и заставив его потерять левую гусеницу.       Танк накренился в сторону, и его колеса начали врезаться в песок, заставив его сильно заскользить в сторону, когда он свернул с курса и глубоко погрузился своим передом в грязь. Матильда, зная, что у неё нет ни времени, ни огневой мощи, чтобы уничтожить любой из других танков, наступающих на него, снова навела свою башню на теперь неподвижный Тип 89, чья вращающаяся башня остановилась и прицелилась на Матильду II. Оба танка выстрелили практически одновременно, обменявшись последними выстрелами, прежде чем оба подняли белые флаги.       Хотя это и вывело из боя единственного настоящего защитника Черчилля, это также означало, что Оарай потерял танк. Теперь в бою было 3 танка против 4, причем Святая Глориана имела преимущество как в броне, так и в огневой мощи. Однако эта проблема не пришла в голову Адзусе. Она была слишком занята совершенно другой. — Маневрируй! Маневрируй! — она крикнула Эрвин, Содоко и Карине. В то время как команда Утка сумела уничтожить Матильду II, два подбитых танка стали огромной ловушкой, блокирующей прямой выстрел по Черчиллю, в который они целились. Им придётся сломать строй и маневрировать вокруг него, что будет стоить им и времени, и скорости, а потеря скорости приведет к потере ещё большего количества времени. Того времени, которое позволит Валентайнам отрезать их, а Святой Глориане снова организовать надёжную оборону.       Когда М3 вильнул вправо, чтобы обойти беспорядок, преграждавший им путь, Адзуса увидела девушку с длинными каштановыми волосами, заплетёнными в хвостик, высунувшую голову из комбашни. Норико также вылезла из башни Типа 89, и две девушки, казалось, кричали друг на друга, хотя Адзуса не могла понять, о чём на самом деле был спор, только уловила короткий отрывок перепалки, когда М3 Ли проезжал мимо. — Не смогла! — сердито крикнула девушка с хвостиком, размахивая кулаком в сторону Норико. — Смогла! — крикнула Норико в ответ, уперев руки в бёдра и высунув язык. — Не смогла! — крикнула девушка в ответ. — Смогла! — снова парировала Норико, остальная часть волейбольного клуба теперь присоединилась к ней, и ни одна из сторон конфликта не собиралась сдаваться.       Адзуса просто вздохнула и покачала головой, когда Ли продолжал уводить её из зоны слышимости спора. Сейчас у неё были более серьёзные проблемы, о которых стоило беспокоиться. — Есть приказы, командир? — спросила Эрвин, когда три танка снова собрались. Впереди них было небольшое скопление камней и валунов, за которым следовала большая дюна, за которой ускользнул Черчилль. Три Валентайна уже занимали позиции вдоль гребня дюны, снаряды летели вниз в сторону одинокого трио танков Оарая. — Мы не можем выиграть у них схватку, и мы не сможем обойти их… — Адзуса горько вздохнула. Валентайны уже спрятались за дюной, обрушивая на них огонь по мере приближения. Левый фланг Святой Глорианы состоял из ровной и твердой земли, идеально подходящей для фланговой атаки, если бы не эшелонное построение, которое Валентайны заняли на вершине дюны, что позволяло им прикрывать как фланг, так и центр. Любая попытка обойти их позиции таким образом была обречена. Их правый фланг был столь же непроницаем, дюна заканчивалась у подножия скалистого холма, склон которого вёл вниз к Черчиллю, держащему крутой уступ. Даже если холм был не очень высоким, отвесный обрыв, у которого приютился Черчилль, означал, что ни один танк не мог достаточно снизиться, чтобы выстрелить по нему. Короче говоря, план провалился. Элемент неожиданности был потерян, и они не могли ни двинуться вперед, ни обойти его, не будучи выведенными из строя. — Хотела бы я, чтобы Махо была здесь… — Она остановилась, неосознанно проведя рукой по карману юбки, в котором лежал маленький медвежонок, и снова посмотрела на Валентайны. — Всё, у меня есть идея! Эрвин, сосредоточь огонь на самом правом Валентайне. Мидорико, ты берёшь левого. Мы снимем центрального. — Ты уверена? — спросила Эрвин. — Даже если мы сможем столкнуть их с дюны и вернуться за неё, мы никак не сможем подняться и перебраться через неё, не будучи выведенными из строя. — Я знаю… — ответила Адзуса со вздохом. — Я… я на самом деле рассчитываю на это… — добавила она смущённо и передала свою идею остальной команде. — Ладно… Это смелый шаг, но мне он нравится… — сказала Эрвин с ухмылкой, когда Адзуса закончила. — Видишь? Я же говорила тебе, что ты должна командовать. — К-конечно… — Адзуса покраснела. — Д-давай сначала план сработает, а потом хвалить меня будешь…

***

— Они нас догоняют! — крикнула Момо из башни, снова закрывая люк над собой. — Эта штука не может ехать быстрее?! — Я стараюсь изо всех сил, — сказала Юдзу как можно спокойнее. Неприятное напряжение в руках от управления танком начинало нарастать. — Президент, может, вы попробуете побыть хоть немного полезной? — Ээээээ… — небрежно сказала Андзу, потянувшись к почти пустому мешку с сушёными сладкими бататами за ещё одной «чипсиной», которая скоро попадет в её желудок, вслед за предыдущими. — Может потом… — Юдзу… — обратилась Момо с возрастающей настойчивостью. — Они приближаются… — Я знаю, Милочка, но если ты не захочешь вылезти и вырвать ограничитель скорости из двигателя, то это итак уже предел скорости. — Не называй меня Милочкой! — Момо закричала в ответ, раздражённая, и выстрелила в ведущего Крусейдера, который улетел далеко влево и только поднял облако песка и грязи там, где ударился.       Андзу смяла теперь уже пустой пакет в руках и бросила его обратно в отсек, где она хранила свои запасы закусок. Она потянулась за другим пакетом, но не нашла ничего, кроме пустого пластика. — Ладно, думаю, пора, — сказала она, зевая, и вытянула руки. — Кавасима, поменяйся со мной! — крикнула она в башню, на что Момо ответила с полным замешательства выражением лица. — Просто доверься мне, это будет весело, — продолжила Андзу и кивнула в сторону заряжающей, терпеливо ожидая, пока Момо обойдет пушку и примет свою новую роль, прежде чем выползти с места радистки в башню. Заняв позицию, она открыла люк наверху и высунулась из него, глядя из башенки. — Три Крусейдера, клином, 1200 ярдов… около того… и набирают обороты… — пробормотала она, наблюдая за тремя крейсерскими танками, которые приближались к ним, и им приходилось щуриться, чтобы не ослепнуть светом, отражавшимся от их серебристо-голубой покраски. — Трое одинаковых, агрессивные движения… — подумала она, пока кончики её пальцев танцевали на крыше 38(t), словно играя с кучкой воображаемых фишек. — Мы здесь в меньшинстве, но, думаю, нам придется пойти ва-банк, — пробормотала она себе под нос и ухмыльнулась, начиная забираться внутрь танка. — Кавасима, я хочу, чтобы снаряды летели один за другим! — Так точно! — ответила Момо, кивнув. — Юдзу! — уверенно крикнула Андзу в корпус. — Да, мисс президент! — крикнула Юдзу в ответ. — Я хочу, чтобы ты сделала широкий поворот направо, а затем резко развернулась. Подведи меня к ним поближе и продолжай движение, но не делай ничего слишком вычурного. Я хочу пока разыграть наши карты. — Поняла, мисс президент! — ответила Юдзу и начала делать поворот. — Теперь ты сделала это… — подумала она с уверенной и довольной улыбкой. — Давайте покажем, почему никто не связывается со студсоветом Оарая…

***

— Медиатор, докладывайте. Что у вас там происходит? — Мы пока стоим, командир, — доложила Гибискус с Медиатора, одного из трех Валентайнов на дюне. — Но они не сдаются. По нам ведут сильный огонь здесь. — Вы можете удержать позицию? — спросила Оранж Пеко, высунувшись из командирской башенки Суперба, чтобы попытаться оценить ситуацию на дюне впереди. — Думаю, да, командир, — ответила Гибискус. — Это потребует некоторой работы, но мы справимся.       Оранж Пеко оглянулась на флаг, развевающийся позади неё, прикреплённый к башне Черчилля, прежде чем снова посмотреть на три Валентайна на дюне. Звук снарядов, летящих туда-сюда, было трудно игнорировать. Она думала о ситуации несколько секунд, время от времени поглядывая на свою карту, чтобы увидеть, есть ли другой способ для Оарая добраться до неё. С дюной впереди, уступом слева и широкой открытой пустыней справа она не могла ничего найти. Осмотрев всё ещё раз и приняв во внимание приказы леди Дарджилинг, она приняла решение. — Медиатор, Сапфир и Актив, — передала она по радио. — Это Суперб. Отступайте от хребта и снова соберитесь у Суперба. Мы позволим врагу прийти к нам. — Вы… вы уверены, командир? — спросила Маття с Актива, стараясь быть дипломатичной и не нарушать приказы Оранж Пеко, несмотря на то, что была на два года старше её. — Мы здесь на высоте и имеем хорошее поле зрения… — Я… Я знаю, — ответила Оранж Пеко, стараясь, чтобы её голос звучал уверенно и решительно. — Но вы также подвергаетесь вражескому огню и рискуете быть выведенными из строя. Наша первостепенная обязанность — защитить флагман. Перестраиваясь к Супербу, мы заставляем их перевалить через дюну или развернуться на открытом пространстве, чтобы добраться до нас, и в обоих случаях они станут легкой добычей. — Принято, командир… — сказала Маття через несколько секунд, и Актив дал последний залп со своей позиции на вершине дюны, прежде чем откатиться на ровную поверхность. Гибискус и Медиатор сделали то же самое несколько мгновений спустя, и два танка заняли оборонительные позиции по обе стороны от Суперба. — Сапфир? — позвала Оранж Пеко по радио через несколько секунд, поскольку последний из Валентайнов всё ещё удерживал свою позицию на вершине дюны и не показывал никаких признаков движения. — Отступайте с дюны и перестраивайтесь к Су-. — Я слышала твой чёртов приказ, табуретка, — горько крикнула Жасмин в ответ с Сапфира. — Я… Я… — Оранж Пеко немного запиналась, прежде чем сделать вдох и попробовать снова. — Я приказываю вам покинуть позицию и отступить, мисс Жасми- — Для тебя я — «леди Жасмин», рыжая ты мелочь. — Жасмин, твой командир только что отдала вам приказ, — возмущенно начала Маття, но Оранж Пеко её перебила. — С-спасибо, мисс Маття, но… но… но мне нужно самой разобраться. Леди Дарджилинг оставила командование на мне, и это моя проблема. — Но, командир… — Н-никаких но… — тихо сказала Оранж Пеко и снова поднесла гарнитуру к губам. — Жасмин, леди Дарджилинг дала мне командование всеми оставшимися танками в этой команде… и… и я-я даю тебе прямой приказ отсту- — Когда же это до тебя дойдёт, через эти твои кудри, салага? Я не принимаю приказы от недорослых соплячек вроде тебя. Продолжай стрелять, чёрт подери! Уничтожь их! — Радио замолчало, и Сапфир дал ещё один залп, несмотря на то, что теперь он стал главной целью всех трёх танков Оарая. — …Приказы, командир? — спросила Гибискус после нескольких неловких мгновений. — Командир? — Х-хорошо… — сказала Оранж Пеко через несколько секунд, изо всех сил стараясь не выдать полный провал и никчемность, которые она чувствовала внутри. — М-мы… Мы будем придерживаться плана. Оборонительные позиции на Супербе, сосредоточиться на фронте. — Принято, командир, — сказала Гибискус через несколько мгновений с впечатлённой улыбкой, низко поклонившись, прежде чем спуститься в башню Медиатора. Маття улыбнулась и одобрительно кивнула, прежде чем исчезнуть в башне Актива, и два танка немного продвинулись вперёд, повернувшись так, чтобы их передние углы встретились перед Супербом, создав бронированный угол перед флагманом. — Ладно! Боевым постам, — крикнула она, спускаясь в башню Суперба. — Гибискус, вы сосредоточитесь на левой стороне дюны, а Маття займется правой. — Принято, командир, — ответили Гибискус и Маття. — М-мисс Омура… — нервно сказала Оранж Пеко, повернувшись к Мисао Омуре, своей наводчице. — Т-ты будешь следить за центром… — С удовольствием, командир, — сказала Мисао с улыбкой и начала прицеливаться. — Ио, дай мне пока осколочно-фугасный снаряд. Его должно более чем хватить, чтобы справиться с кем угодно, кто попытается затеять драку. — Ладно, — кивнула Ио Кумагаи, заряжающая Черчилля и нынешний обладатель того, что обычно было местом Оранж Пеко, когда Дарджилинг командовала танком, и начала перекладывать снаряды. Через мгновение она остановилась и оглянулась через плечо. — Если… Если это то, что вы считаете лучшим, конечно, командир… — смущённо сказала она, понимая, что она даже не удосужилась спросить приказы у де-юре командира танка, вместо этого полностью проигнорировала её и сделала только то, что просила Мисао. — Д-да… Осколочно-фугасные должны подойти на данный момент… — пробормотала Оранж Пеко и вздохнул. — Я… Я доверяю суждению мисс Омуры… — О, да ладно, Мисао, постарайся хотя бы сохранить иерархию командования, ладно? — крикнула Юри Фукуидзуки с водительского места. — То, что Улун в больнице, не значит, что можно просто так взять и пропустить командира. Помните, Дарджилинг дала нам эту работу не просто так. — Верно. Прошу прощения, командир, — рассмеялась Мисао и почесала шею. — Я просто немного переволновалась. Этого больше не повторится». — Н-нет, все н-нормально, — ответила Оранж Пеко, протестующе размахивая руками и качая головой. — В-вы все опытнее меня, п-поэтому вполне естественно, что вы можете с-с-справиться сами… — Эй, командир, — обратилась Джурия из корпуса. — С вами всё будет хорошо. Обещаю. — Х-хорошо… — Вы нервничаете, да? — Н-нет, я… Я просто… — В этом нет ничего постыдного, — сказала Джурия как ни в чём не бывало. — Мы все когда-то нервничали. Мисао промахнулась так сильно во время своего первого матча, что «минусанула» нашего собственного командира взвода. — Ты никогда не дашь мне это забыть, да? — Мисао смущенно вздохнула. — Однажды Ио случайно попыталась зарядить снаряд задом наперед, — добавила Джурия, и Ио смогла только пожать плечами и рассмеяться. — О да. Я помню это, — усмехнулась она. — Я сама умудрилась разнести коробку передач, когда впервые села за руль танка, — продолжила Джурия. — Получила за это выговор от Кью, но я научилась и стала лучше. Вот и всё. Все совершают ошибки, а потом учатся. Так что нет смысла их бояться или беспокоиться об этом. Особенно, когда в следующем году ты будешь командиром команды. — Ч-ч-чт…? — Оранж Пеко вскрикнула и покраснела. — Я-я-я… Я имею в виду… Нет… Никаким образом, я никогда не буду коман- — Леди Дарджилинг сделала тебя заместителем командира через три недели от начала семестра и поставила тебя во главе Суперба в полуфинале национального турнира, — сказала Джурия с выразительным взглядом. — Если это не подготовка к командованию, то я не знаю, что это. — В-верно… Я-я думаю, да… — Сделай глубокий вдох, командир, — сказала Мисао, успокаивающе положив руку на колено Оранж Пеко. — Вдыхай четыре секунды, задержи дыхание на четыре секунды и выдыхай четыре секунды.       Оранж Пеко сделала, как ей сказали, и повторила упражнение несколько раз, подбадривая Мисао и Ио. Она должна была признать, что чувствовала себя намного спокойнее и увереннее, когда закончила, и кивнула в знак благодарности своим товарищам по команде. — Вот, — ухмыльнулась Мисао. — А теперь давайте победим!       Прежде трое старших были экипажем Дачесс, одного из Кромвелей Святой Глорианы, но поскольку их командир Улун находилась в больнице на химиотерапии, Дарджилинг выбрала их для экипажа Суперб под руководством Оранж Пеко, в то время как она сама, Ассам и Рухуна управляли Виктори. Вместо того чтобы перетасовывать команды и собирать совершенно новую команду, Дарджилинг посчитала лучшим отдать под командование Оранж Пеко опытную команду, поскольку у них не было бы много времени для совместных тренировок. Она знала, что эти трое считаются опытными танкистками и с ними легко общаться, но больший опыт старшекурсников заставлял Оранж Пеко нервничать всякий раз, когда они тренировались. Это был первый раз, когда она чувствовала себя совершенно непринуждённо в кресле командира.       Услышав характерный звук вылетевшего белого флага, Оранж Пеко подпрыгнула и посмотрела на индикаторные лампы рядом с собой, но все они были выключены, показывая, что ни один из флагов, разбросанных по танку, не был активирован. Она вздохнула с облегчением, прежде чем посмотреть на дюну через перископ, где Сапфир медленно скатывался с гребня; белый флаг развевался на башне. — Всем приготовиться, — крикнула она по радио, и не успела она закончить говорить, как М3 Ли Оарая появился на вершине дюны. Прежде чем он смог полностью преодолеть дюну, Мисао уже прицелилась и выстрелила, подняв некоторое количество песка в воздух и отправив американский танк вниз по склону с такой же вялостью, как у подбитого Сапфира несколькими мгновениями ранее. — Странно… — пробормотала Мисао себе под нос. — Не думаю, что этот должен был быть похоронным… Ну ладно… — пожала она плечами. — Полагаю, в этих маленьких школах не так много обслуживающего персонала, чтобы следить за состоянием брони.       Однако времени на более глубокие размышления по этому поводу не было, так как следующими появились ШтуГ III и Char B1 bis, хотя они были гораздо осторожнее своего товарища, используя осколочно-фугасные снаряды, чтобы проделать отверстие в дюне для каждого из них, где они могли бы укрыться, не показывая свои уязвимые нижние части для стрельбы Святой Глорианы. Успешно закрепившись на вершине дюны, они начали обрушивать огонь на оборонительную позицию своего противника, заперев обе стороны в очередной тупиковой ситуации.