Русский роман

Беатрис проводила совещание — собрались все медсестры. Беатрис оглядывала подтягивающихся медсестер строгим и придирчивым взглядом, отмечая любые недочеты в форменной одежде. — Натали, где твой бейдж? Почему он висит на нижнем кармане, быстро перевесь его. Натали попыталась объяснить, но Беатрис не слушала — нашлась новая жертва: — Галина, ты почему в белых джинсах, ты должна приходить в форме. Верх и низ должны быть четко по уставу. — Беатрис, все равно же не отличить. — Я сразу заметила. — но… Беатрис уже не слушала: — Олег, привет дорогой, — она шла к нему, раскинув руки- Олег был в зеленой форме. — Беатрис, не на… , — не успел он договорить, как Беатрис уже обнимала его. Бася закатила глаза и посмотрела на Галину. Галина подмигнула Басе и тихо, но очень внятно сказала: — Беатрис, он сегодня на колоноскопиях работал. Беатрис отшатнуло от Олега. — Почему не сказал, ты же знаешь. — Я не успел, — сдерживая смех, сказал Олег и протянул ей Септол . — На, полейся. Тут уж заржали все. Заняло много долгих минут, пока Беатрис бегала и переодевалась — единственное, что ее могло повергнуть в страх — это микробы. Бася своим громким голосом рассказывала страшную историю о каком-то дальнем родственнике, который родился, жил и, как водится, умер. Натали с Майей слушали ее, задавали вопросы и тоже вспоминали своих умерших родственников. Олег вполголоса переговаривался с Галиной, обсуждая, каковы шансы, что начальство согласится построить отдельную душевую для него и еще нескольких маньяков-марафонцев, которые прибегали на работу, включая это в утреннюю пробежку. Все-таки утром бежать в Тель-Авиве приятнее чем днем или вечером. Есть бриз и еще свежо. Галина была уверена, что шансов нет, но подбадривала Олега попытаться еще раз объяснить начальству насколько это важно. На совещании выяснилось, что Натали и Майя идут в отпуск, а Галине придется 2 дня помочь окулистам. Олег, Бася и Шакед выдохнули — глазное отделение не пользовалось популярностью. Галина не согласилась: — Ребят, возьмите кто-нибудь один день и быстро написала Борковски: «ты когда работаешь целый день?» №В четверг» — тут же пришел ответ. — Я в четверг отработаю, — сказала Галина, напрочь позабыв, что это ее день сидеть с внуками. — Заберите кто-нибудь второй день. Бася благородно согласилась поменяться с Галиной. Веся с Галиной весь день проработали вместе. Вместе приняли очень много пациентов. Галина делала визометрии, капала капли и переводила пациентов к Весе и Кляйн. Веся приняла за целый день около 30 человек. а Галина почти в 2 раза больше. Когда ушел последний пациент, Галина зашла в кабинет с дезинфицирующими салфетками. Начала протирать поверхности, принесла новые капли, выкинула старые — Веся заносила данные последнего пациента в компьютер и периферическим зрением наблюдала за Галиной. Когда Галина приблизилась в очередной раз, Веся обняла ее за талию. — Веся, с ума сошла? А если кто зайдет? — Так кто? Мы ж вдвоем тут. Кляйн ушла. — А если кто из других отделений. Галина сделала шаг назад — Веся выпустила из рук ее талию, с силой проведя пальцами по бедрам. Галина наклонилась и ей на ухо шепнула: — Мне было так сладко. — Тогда иди обратно, — Веська расставив ноги в тонких черных брюках, сидела на офисном крутящемся стуле и улыбалась. Галина, с откуда ни возьмись, появившимся кокетством, ответила: — Доктор, я на работе. Веська ловко подъехала на стуле, крепко прихватила Галину за талию и усадила себе на колени. — Доктор, поцелуй меня, — Галина закрыла глаза и подставила губы. Веся страстно целовала ее, будя в Галине возбуждение. Веся с удовольствием, смотрела на закрытые глаза, на все ее тело, которое подается к ней. В голове шумело, Веся точно знала, что сможет сделать с Галиной все, что захочет, от этого кипела кровь и намокло внизу. Она одной рукой прижала Галину к себе, а второй ткнулась между ног, нащупав жесткий шов джинсов. Галина сжала бедрами ее руку. — Веся, ты не понимаешь, что делаешь со мной. Ты превратила меня в сексуально озабоченную. Сексуально озабоченная бабушка. Ха-ха, -невесело посмеялась Галина. — Нехорошо это, Галина! — Веся строго посмотрела на нее, — бабушка должна ходить с гребенкой в седых волосах, прятать в рукаве носовой платочек и таскать сумки с базара. А ты носишь белые джинсики — Веська немного задрала ее кофточку, посмотрев на лэйбл, хотя и так знала, что это за бренд — ей просто хотелось потрогать ее — O'lala, сникерсы пума, волосы у тебя так стильно подстрижены и на базар не ходишь. — Тогда, значит, просто сексуально озабоченную, — легко согласилась Галина и приникла к Весиным губам. — Или все же бабулю, — рискнула Веся. Галина жарко прошептала ей в ухо: — Много себе позволяете, доктор. Как бы не пришлось расплачиваться за бестактность. У Веськи от этой фразы все стянуло внутри и не удалось подавить тихий стон. Галина только собралась сказать что-то про не очень хороший самоконтроль доктора Борковски, как где-то вдалеке хлопнула дверь. Галина, чуть не упав, вскочила с Веськиных коленей. Веська развернулась к компьютеру. Послышались странные стуки, шорох, вздохи и ворчание. Галина заглянула в боковую дверь — все кабинеты просматривались насквозь — увидела тележку с ведром и шваброй. — Веська — это уборщица. Веська рванулась к телефону — а сколько время? 8 вечера?! — Ой, мне пора, — Галина быстро вошла в свой кабинет, открыла шкафчик, взяла сумку. Просунула голову в Весин кабинет. — Пока, моя красавица — Галина, я из-за тебя забыла обо всем! Ходишь тут в своих джинсиках. — В следующий раз буду без, — серьезно пообещала Галина и, увидев оторопевший Веськин взгляд, снисходительно посмотрела на нее: — Я тоже так умею. Ты думала, я такая тихенькая скромница, да? Веся рванулась к ней, Галина быстро отступила от двери и лукаво взглянула на Весю блестящими глазами: — Весь, мне правда надо идти. Веся с улыбкой выключила компьютер. Она была удивлена. Такое неприкрытое заигрывание, это впервые. Это нравилось. Это было здорово. Это распаляло и хотелось продолжать, но Галина смылась. Веське тоже надо было уходить. Поздно. Веся пришла домой, когда няня уже накормила детей ужином и ушла, они сидели, смотрели телевизор. Когда Веся зашла, они поцеловали ее и вернулись к экрану. Веся посидела немного, есть не стала. Обедала на работе. Искупалась, переоделась, села между детьми, обняла их, они обняли ее, положив по обе стороны ее плеч свои головки. Весе нужна была сила перед телефонным разговором. Предстоял тяжелый разговор. Нужно было молчать, вовремя поддакивать и очень чутко вслушиваться в голос, чтобы не упустить момент. Мама. Да будут прокляты все… на свете… И она позвонила. — Але, — радостно ответил голос и спросил: — Как дети? — В порядке, все хорошо. — Ты работала сегодня? — Конечно, вот только вернулась. — С кем они были? — После школы с Эраном, а потом Настя пришла. Ужин им погрела. — Ты не думаешь, что ты слишком много работаешь? Прекращай уж? — Мама? Ты что? — Дети все время с чужими людьми толкутся. — Эран их отец. — А Настя эта им никто. Мать должна быть дома, с детьми. Веська не ответила, молчала. И подумала кое о чем, но говорить нельзя. Будет обида, а после обиды молчание и жесткие манипуляции. Мать вещала в трубку как воспитывать детей. И почему Веся говномать, говнохозяйка и говночеловек. Веся выслушала, сказала мамочке спокойной ночи и отключила телефон. Пошла на кухню, выпила стакан вина, вернулась к детям в гостиную, посмотрела на несчастных брошеных детей, которые имели слишком здоровый и счастливый вид для сироток. Взяла статью и углубилась в чтение. Статья не шла. Вспоминалась тяжесть Галины на колене, задранная кофточка, запах ее волос, ощущение талии в ладонях. Веся откинулась в кресле закрыв, глаза и улыбаясь своим мыслям. В мыслях Галина непристойно раздевалась в кабинете, ходила без джинсов, отсвечивая ягодицами и бедрами, коварно соблазняя наивную и доверчивую Весю. О, бля… Хороша была картинка. Веся потянулась к телефону — захотелось написать ей. О! От нее сообщение. " Моя хорошая, я скучаю. Завтра в 7:00?» «Конечно, маковка моя. Я буду.» Веся взглянула на часы — десять вечера. — Ребятки, идите баиньки. — Позвала она Ребятки заканючили. Пришлось рассказать очередную небылицу, под которую ребятки пошли спать, еще и зубы почистили в ожидании продолжения истории. Веська в ванной перед зеркалом внимательно осмотрела себя, тщательно промыла лицо и намазала ретинолом. Сделала массаж живота по модной методике из ютъюба. Попыталась рассмотреть ягодицы в поисках целлюлита — не увидела. Закончив процедуры легла в кровать, борясь с желанием взять телефон. Взяла распечатанные листы статьи — углубилась в чтение. Галина сгоняла к свекрови, погуляла с ней, привычно пропуская мимо ушей все, что та говорила и машинально отвечая междометиями. Прогуляв старушенцию, заехала в магазин, купила свежей говядины, чтобы приготовить назавтра. Пришла домой, позвонил шестилетний внук. Дочке надо давно сказать, чтоб прекращала давать ему телефон. Он звонит с ее телефона, долго пыхтит, пока начнет говорить. И это бесит ужасно каждый день. Она сунула телефон мужу со словами, поговори со своим внуком. И начала агрессивно чистить морковь. Через секунду она вспомнила, что в Вотсапе абсолютно однозначная переписка со Весей. Начала все время посматривать в его сторону. Потом деда потерял терпение и, приторно проговорив в трубку: " Счас бабушка будет!» с облегчением сунул ей телефон, и, с облегчением и радостью Галина сказала внуку: " здравствуй, мой сладкий. Что там у тебя?» Поставила на громкую связь и поддакивала в тему. Бестолково закончился день. Галина улеглась в кровать с улыбкой. Она уже мечтала, чтобы ночь закончилась быстрее и завтра в 7 утра она получит такой поцелуй, от которого захватывает дух, от которого темнеет в глазах и слабеет в тазу. Галина слегка потрогала себя между ног. Веська. Веська доводила ее до безумного блаженства. Веся крепко обняла ее со спины, хватаясь за ее грудь — Галина томно вздохнула. Веся просунула ей руку между ног, обнаружила там маленькую лужицу и Веську накрыла волна возбуждения, она аккуратно вложила два пальца во внутрь и начала медленно делать поступательные движения. Нежно, не торопясь, одновременно второй рукой легонько касаясь клитора. Галина ощущала, как нарастает напряжение внизу живота, Веся не прекращала, Галина схватилась за простыни и с силой кончила. Кончила так, что все нутро ходило ходуном. Галина открыла глаза — темнота, на стене напротив играли синие тени — кусты бугенвиллии за окошком, подсвеченные садовыми фонариками. Галина лежала, удивляясь себе -опять сон с Веськой в главной роли. Галина полежала, чувствуя отголоски оргазма. Потом взяла телефон, нацепила очки, забила в поиске оргазм во сне. «Существуют научные данные, что к 45 годам 37% женщин испытывают оргазм во сне». Прелесть какая, а я порчу им статистику. Ну-ка, дальше «Предшествующая сексуальная стимуляция без полноценной разрядки. та-та-та… внешние сексуальные стимулы…та-та-та…который не закончился оргазмом. Это объясняется тем, что приток крови к половым органам частично сохранился, психика находится в состоянии перевозбуждения». Конечно, я только об этом и думаю, приток крови и перевозбужденная психика, это я… Дожить до 58 лет, ни разу не кончив во сне? А тут раз… Она взглянула на безмятежно храпящего мужа — поженились в 18, и так ничего и не выяснили про себя. За 40 лет половой жизни она не испытывала ни таких ярких оргазмов, ни эмоций, а ведь ей казалось, что это и есть то, настоящее, то что у них было и есть. Веська наверняка кончает во сне, ведь иногда она кончает, даже не прикоснувшись к себе. Странно. А иногда и касается себя, не стесняясь Галины. Галина всегда отводит глаза, ей кажется, что мастурбация что-то очень личное, может даже граничит с непристойностью. А иногда, особенно когда они делают это сзади, она прижимается к Галининым ягодицам … Раньше даже думать об этом казалось неприличным, а сейчас, мысль о Веське, прижимающейся… Все! Галина решительно сняла очки, выключила телефон и уснула — без сновидений, оргазмов и таблеток. Сон оказалася в руку во всех смыслах. Веся крепко обняла ее спереди, прижимаясь лицом к груди и сладко мучая ртом сосок — Галина томно вздохнула. Веся просунула ей руку между ног, обнаружила там маленькую лужицу и Веську накрыла волна возбуждения, она аккуратно вложила два пальца во внутрь и начала медленно делать поступательные движения. Нежно, не торопясь, одновременно второй рукой легонько касаясь клитора. Галина ощущала, как нарастает напряжение внизу живота, Веся не прекращала, чувствуя как распаленная плоть начинает пульсировать и сокращаться на Весиных пальцах, и Веся, не сдержавшись, со стоном кончила сама. И заметила, что Галина внимательно смотрит в ее лицо, искаженное оргазмом. Увидев, что Веся заметила, что она наблюдает — Галина смутилась. Весины пальцы еще были в ней, Веся пошевелила ими и спросила: — Гали, тебе интересно? Галина ответила: — Я не понимаю, что с тобой. Так ты правда кончаешь от того, что проделываешь это со мной? — Да, — краска бросилась Веське в лицо. — Тебе неприятно? Галина, почему ты спрашиваешь? — Приятно, я просто не понимаю. — Я тоже не очень понимаю механизм — что-то в мозгу. — Так ты кончаешь, что ли, от моего оргазма? — уточнила Галина и пожала Весины пальцы. — Когда ты так это формулируешь — я не могу мыслить четко, — честно ответила Веська и потрогала клитор большим пальцем. Галина в ответ вздохнула со стоном и пожала ее пальцы опять. -Галина, ты счас это специально спросила? — Строго спросила Веся и размазала влагу из влагалища по клитору и продолжала касаться клитора большим пальцем, скользнув пальцами внутри. Еще и еще проводила она по клитору большим пальцем. Становилось все мокрее и мокрее. Еще немного и, таким образом, Галина кончит еще раз — Веся почувствовала, как она еще раз обжимает ее пальцы и у Веси вырвался сдавленный стон — Веся прижалась к ее плечу и груди и, кончив, опять поймала ее заинтересованный взгляд. — Как это происходит? — спросила Галина. Веся пожала плечами. — Не знаю. Я знаю только одно — когда я вижу тебя, у меня внутри все дергается, а если уж дотрагиваюсь, то все… Не могу остановиться. Не знаю. Я испытываю... У меня к тебе нереальное влечение, Галина. Галина обняла Весю: — Весенька, Весенька, моя хорошая. Иди ко мне. Галина баюкала Весину голову у себя на груди и не думала ни о чем. Ей хотелось провести в этой квартире, с Веськиной головой на груди и Веськиными руками на талии всю оставшуюся жизнь.