It's like daydreaming

      — Почему Юнхо предложил это? — фыркнул Ёсан, когда они медленно поднимались по самой крутой тропе, которую Хонджун когда-либо видел, — Хонджун? — Ёсан внезапно оказался перед ним, размахивая рукой у него перед лицом.       — Что? — Хонджун нахмурился, глядя на него, прежде чем понял, что он стоит неподвижно.       — Это уже пятый твой абсанс за последние двадцать минут, ты хорошо себя чувствуешь, хён? — тихо спросил Ёсан, выключая камеру. Они сильно отставали от остальных, Хонджун оправдывался тем, что у него слишком короткие ноги, чтобы делать большие шаги, и они должны идти впереди.       — Я не уверен. Я просто чувствую себя не в своей тарелке, но не болен или что-то в этом роде, — признался Хонджун.       — Должны ли мы вернуться вниз? Я позвоню одному из менеджеров, — сказал ему Ёсан, быстро доставая телефон из кармана пальто.       — Нет, я в порядке. Действительно. Я просто устал, Минги храпел прошлой ночью, — он засмеялся, и это, казалось, успокоило Ёсана, который кивнул в знак согласия, снова включил камеру и разговаривал с ней, пока они шли.       Они достигли вершины полчаса спустя, и Хонджун был измотан не только ходьбой, но и постоянным отключением. К счастью, съёмочная группа решила, что после этого они отправятся за покупками, так что машины подъедут и заберут их.       — Хён, Сан придирается к закускам, которые я купил, — простонал Уён с заднего сиденья позади Хонджуна.       — Скажи ему, что тогда он не получит ничего, — сонно пробормотал Хонджун, не желая сегодня иметь дело с Усанами. Хонджун был очень впечатлён тем, что все участники, попавшие в аварию, снова смогли легко ездить в фургонах, не то чтобы у них был большой выбор, поскольку это был их основной вид транспорта. Он немного побаивался, и, пока не сидел у окна, он был, в основном, в порядке. Сегодня был плохой день, но абсансы помогли времени пролететь незаметно.       Сонхва тоже был плохой день. У него было ужасное ощущение в животе, которое говорило ему, что что-то пойдёт не так. Возможно, это было из-за того, что у Хонджуна дела шли не слишком хорошо, или из-за того, что он недавно сменил лекарства от тревожности, но что бы ни творилось у него в голове, это скоро должно было вырваться наружу криком, он больше не мог сдерживать панику.       Все они сидели за длинным столом, Юнхо и Ёсан стояли в конце, жарили мясо на гриле, ужинали и болтали о том, как прошёл их день. Сонхва, который специально сел рядом с лидером, наблюдал, как Хонджун снова ушёл в себя, заметив, как его правая рука, лежащая на бедре, слегка дрожала.       Это было ненормально.       — Пойдём внутрь, — сказал Сонхва Хонджуну, как только убедился, что тот снова может его слышать. Хонджун кивнул, небрежно вставая и прислоняясь к более высокому парню.       — Я не очень хорошо себя чувствую, — сказал Хонджун после нескольких шагов, слова были невнятными, а его глаза трепетали. Сан и Чонхо повернулись на своих местах, обеспокоенно бормоча.       — Хонджун? — Сонхва был на грани панической атаки, но должен был оставаться сосредоточенным, — Ой-ой, — выдохнул он, падая на пол, когда Хонджун рухнул на него. Лидер немедленно начал биться в конвульсиях, мышцы сокращались, когда Сонхва выполз из-под него, убедившись, что Хонджун лежит ровно.       — Выключите камеры.       — Вызовите скорую помощь, — одновременно выкрикнули продюсер и один из менеджеров. Тот же менеджер подбежал к Сонхва, который рыдал, размахивая руками над Хонджуном, не зная, что делать, забыв каждую часть его обучения.       Юнхо, который сразу же оставил гриль, и менеджер опустились на колени рядом с Сонхва.       — Сан, попробуй успокоить его, — позвал Юнхо ближайшего участника, указывая на Сонхва, которому было трудно дышать, широко раскрытые глаза были сосредоточены на друге в припадке.       У него были воспоминания о той ночи. Глаза Хонджуна кровоточили, его тело увядало, и Сонхва ничего не мог сделать, чтобы помочь.       — Давай, хён, с Хонджун-хёном всё будет в порядке, — сказал Сан так убедительно, как только мог, в шоке наблюдая, как кровь и слюна вытекают изо рта лидера, его конвульсии нерегулярны.       Как только Сонхва увели, Юнхо сосредоточился на том, чтобы следить за временем, а также убедиться, что Хонджун нормально дышит, не вдыхая слишком много слюны. Через минуту он перестал сильно трястись, но всё ещё был без сознания, конечности слегка подёргивались, когда его эпизод подошёл к концу.       — Одна минута двадцать пять секунд, — сказал Юнхо менеджеру, который сделал пометку в своем телефоне. Юнхо перекатил Хонджуна в исходное положение, убедившись, что он не задыхается и не испытывает проблем с дыханием, поскольку лидер полностью замер, — Хён, ты меня слышишь? — тихо спросил Юнхо, присаживаясь на корточки рядом с Хонджуном, чтобы убедиться, что он будет в поле его зрения, если тот откроет глаза. Его сердце колотилось где-то в горле, всё тело было напряжено, а разум лихорадочно соображал. Но он должен был сохранять спокойствие ради Хонджуна.       Юнхо был единственным участником, оставшимся снаружи, он мог видеть, как Сан, Минги и Чонхо пытались успокоить Сонхва, когда его паническая атака достигла апогея. Уён и Ёсан наблюдали за происходящим из-за стеклянных дверей, оба плакали. Юнхо попытался улыбнуться, хотя и был напуган, давая им понять, что с их лидером всё в порядке.       — Хонджун, у тебя был приступ. Постарайся не двигаться, я знаю, это больно, но ты в порядке, ты в безопасности, — спокойно сказал Юнхо своему хёну, когда почувствовал, что тот начал шевелиться под его руками, зрачки двигались под веками. Он услышал, как Хонджун хрюкнул, полоская рот окровавленной слюной, прежде чем его глаза открылись. Он выглядел очень дезориентированным, пытаясь отодвинуться от прикосновений Юнхо.       — Что случилось? — он говорил невнятно, разум был густым и туманным, рот металлическим и каждая мышца болела.       — У тебя был приступ, полежи ещё немного, — сказал ему Юнхо. Хонджун пробормотал что-то невнятное, казалось, отключился на секунду, прежде чем внезапно выплюнул полный рот крови и грубо закашлялся.       — Сонхва в порядке? — спросил Хонджун минуту или две спустя, когда он, казалось, был в полном сознании, и Юнхо выглядел шокированным.       — У тебя только что был полный припадок, а ты беспокоишься о Сонхва, — сказал Юнхо с недоверием, юмор в его тоне смешивался с гневом. Хонджун не ответил, но он перевернулся на спину и уставился на звёзды.       — Скорая помощь близко, — сказал менеджер.       — Нет, никакой больницы, — Хонджун повысил голос настолько, насколько мог, всё ещё непрочно.       — Это зависит не от тебя. Это был твой первый тонико-клонический припадок с тех пор, как ты начал принимать лекарства, поэтому тебе нужно пройти обследование, — строго сказал ему менеджер и пошёл поговорить с другим персоналом, оставив Юнхо наедине со своим лидером.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Юнхо, когда Хонджун медленно сел, положив руку ему на спину на случай, если ему понадобится помощь.       — Всё болит, — пробормотал Хонджун, шипя, когда попытался перенести вес на руки, чтобы правильно сесть. Хонджун наконец посмотрел Юнхо в глаза, на мгновение он снова смог сосредоточиться, — Оставь меня в покое, — внезапно сказал он, прежде чем уставиться вдаль за Юнхо.       — Хён? — Юнхо положил руку ему на лицо и нежно поддержал его на случай, если тот упадёт навзничь, — У него абсанс, — крикнул он менеджеру, который ждал фельдшеров у ворот дома.       — Хён, я думаю, Сонхва тоже должен лечь в больницу, — обеспокоенно прошипел Чонхо из-за теперь уже частично открытой раздвижной двери.       — Что случилось? — Юнхо запаниковал, ему казалось, что мир разваливается на части.       — Его не перестает рвать, он принял лекарство, обычно к этому моменту он теряет сознание, мы не знаем, что делать, — сказал Чонхо Юнхо с испуганным выражением лица и дрожащим голосом.       — Хорошо, иди и скажи менеджеру, — проинструктировал он Чонхо, и тот немедленно побежал к воротам.       — Он... — услышал Юнхо, как Хонджун прошептал, прежде чем слёзы начали капать, и он лёг обратно, свернувшись в клубок, — Сонхва не в порядке, не так ли, — заявил Хонджун, не ожидая ответа, но Юнхо подумал, что было бы лучше, если бы он продолжал говорить, сохраняя его в сознании.       — Не в данный момент, но он будет, вы оба будете в порядке, — Юнхо пытался быть оптимистом, это было то, что у него получалось лучше всего.       Менеджер подбежал к ним и вручил информационную карточку Хонджуна Юнхо.       — Расскажи им, что случилось, мне нужно проведать Сонхва, — сказал он приглушённым тоном, прежде чем пройти через раздвижные французские окна в дом.       К ним подошло двое мужчин в униформе, Юнхо увидел машину скорой помощи, припаркованную как попало на подъездной дорожке.       — Ким Хонджун, нам нужно провести Вас в машину скорой помощи, чтобы посмотреть, всё ли с Вами в порядке, — сказал один из фельдшеров очень успокаивающим голосом, это даже заставило Юнхо почувствовать себя более непринужденно, — Он ударился головой? — затем спросил он, вероятно, заметив красную лужицу на траве.       — Нет, Сонхва, я имею в виду, наш друг поймал его, но он прикусил язык, — заикаясь, сказал Юнхо.       — Хорошо, могу я посмотреть на это? — спросил мужчина, когда его коллега опустился на колени рядом с Хонджуном, чтобы помочь ему подняться на ноги. Юнхо протянул ему информационную карточку, которую держал, и нервно переступил с ноги на ногу.       — У него и раньше были тонико-клонические припадки, когда он был в коме, но потом — нет, с тех пор, как он очнулся, это было несколько месяцев назад, — сказал им Юнхо, изо всех сил стараясь быть полезным.       — Понятно, значит, у него были только абсансы. Сколько он имеет их в среднем за день? — спросил мужчина, всё ещё читая заметки Хонджуна.       — Обычно около тридцати, я имею в виду, мы не замечаем их все, так что это предположение, но сегодня у него было по несколько каждый час, и подряд, чего раньше никогда не случалось, — сказал Юнхо, когда они начали провожать Хонджуна к неоново-полосатому фургону.       — Хорошо. Как долго длился этот припадок? — спросил другой фельдшер, когда тот, что разговаривал с Юнхо, пробежал вперёд, чтобы открыть заднюю дверь машины скорой помощи.       — Одна минута и двадцать пять секунд, — сказал он мужчине, поддерживающему Хонджуна.       — Это совсем недолго, я в порядке, — вмешался Хонджун усталым голосом.       — Мы тоже так думаем, но нам нужно быть абсолютно уверенными, — сказал фельдшер, усаживая Хонджуна на кровать.       — Я собираюсь проверить другого парня, — сказал первый фельдшер, с которым он говорил, прежде чем убежать с чем-то похожим на кислородную маску. Юнхо очень нервничал, когда прислонился к двери машины скорой помощи, пытаясь сохранять самообладание.       Через десять минут фельдшер сказал Хонджуну, что с ним всё в порядке, но попросил Юнхо следить за его режимом сна. Другой фельдшер вернулся, заявив, что они уложили Сонхва в постель после того, как сделали ему инъекцию чего-то, названия чего Юнхо не расслышал. Он был рад, что ни одному из его хёнов не придётся ложиться в больницу, но также беспокоился о том, что они оба останутся здесь без присмотра профессионалов.       Они сократили поездку, решив отредактировать два отдельных игровых дня, чтобы эпизод занял нужное количество времени. Повезло, что они уже отсняли другой игровой день ранее, готовясь к камбэку, а это значит, что двое старших участников могли немного отдохнуть.