Танька, ты не та...

Глеб Бейбарсов подошёл к своему дому в Иваново. Ему внезапно опротивело всё, что было связано с этой девятиэтажкой. «Сейчас поднимусь в квартиру, а там Лиза со своей опекой. Лучше бы вообще домой не возвращался.» — раздражённо размышлял некромаг. Электронный замок открылся от одного прикосновения пальцем. — И дернул чёрт меня опять ключи дома оставить, — чуть слышно процедил сквозь зубы Глеб. Роковой некромаг поднялся на третий этаж и остановился перед дверью, не спеша нажимать на кнопку звонка. Внутренне собравшись, Бейбарсов хотел уже звонить в дверь, но она резко распахнулась. В дверном проёме стояла Зализина. — Глебушка! Что-то ты сегодня долго. А у нас вот дома опять со стиральной машинкой беда приключилась, а ты неизвестно где. Я вся испереживалась, — привычно затараторила Лиза, пропуская Глеба в их однушку. Некромаг, на которого действие Локона уже не распространялось, застонал. Зализину хотелось отправить прямым экспрессом в Тартар, а самому потанцевать на её могилке. — Глебушка, что с тобой? Ты какой-то несчастный, — сказала Лиза, нежно обнимая Глеба за шею. Бейбарсов снял с себя Зализину и прошёл в небольшой зал. — Лиза, нам нужно поговорить. — О чем, Глебушка? — ласково спросила Лизон. — Понимаешь, с некоторого времени действие Локона на меня прекратилось. Я прекрасно осознаю, что никогда тебя не любил, и навряд ли полюблю. Я хотел уйти тихо, но мне кажется, что так будет несколько бездушно. Я сегодня раздобыл одно зелье, которое поможет снять и тебе действие Локона. Ты разлюбишь меня, и я спокойно уйду жить в другое место, подальше от всего этого. Некромаг достал из кармана небольшой пузырёк с синим зельем. Лиза вздрогнула. Губы у девушки задрожали. — Глебусик, что происходит? И куда ты собрался уходить жить? Глебушка, мы же любим друг друга! Или, — глаза у Зализиной сверкнули недобрым ведьминским огнём, — это всё опять Гроттерша? Да? — Причем здесь Таня? — устало отмахнулся Глеб. — Я даже не знаю где она. — Тогда почему наше счастье опять под угрозой? — Лиза! Какое счастье? — взорвался Бейбарсов. — Мы никогда друг друга не любили! Это всё иллюзия! Понимаешь? Иллюзия! Зализина дала Глебу резкую пощечину. Тёмные глаза некромага удивленно расширились. Он начал было поднимать только что материализованную тросточку, но передумал. — Ладно, Лиза. Я ухожу. Окончательно и бесповоротно. Я оставляю это зелье здесь, — сказал Бейбарсов и кинул пузырёк на диван. — Будь счастлива. Глеб развернулся на каблуках и телепортировался из квартиры. Лиза, не веря в происходящее, посмотрела на зелье. Девушка взяла его, и задумчиво посмотрела на пробку, плотно закрывающую горло. «Это во всём Гроттер виновата! И из Ванечки, миленького, всю кровь выпила, и Глебусика сейчас вампирит, кровопийца. Не даёт ей покоя моё счастье!» — решила Лизон, и всё-таки выпила зелье. *** Глеб переместился в уже знакомый лес. Здесь, в течение последних двух месяцев, он строил дом. Бейбарсов хотел поселиться в глуши. Ему нравилось это ощущение одиночества. «Да я прям как Валялкин», — решил тогда Глеб, но быстро отбросил эту мысль, потому что Ванька обитал в маленькой избушке на Иртыше, а Бейбарсов собирался жить со вкусом. Дом, а точнее практически достроенный двухэтажный каменный особняк поражал. Большой, с огромным подвалом, который находился на той глубине, на которую закапывают гробы. Строительство должно было закончиться примерно через два дня. Особняк строила нежить, по чертежам некромага. Оставалось лишь вынести кое-какой мусор, и можно тут жить. На данный момент хмыри укладывали дорожку перед особняком. Некромаг вошёл в особняк. Это был огромный двухэтажный дом, весь охваченный какой- то серостью, но так было только снаружи. Внутри почти все комнаты оказались чёрными. Исключения составляла лишь библиотека, стеллажи которой были сделаны из красного дерева. В том же стиле выполнена и половина верхнего этажа, причём сам некромаг не понимал, для чего ему нужны эти комнаты, но все же был уверен, что поступил правильно. Он уже начал здесь обустраиваться. Библиотека частично была заполнена, и сегодня Глеб перенес туда ещё кучу чёрномагических книг, а потом принёс все ингредиенты для зелий и ритуалов в подвал. Также некромаг решил завести себе домашнюю зверушку и примерно предполагал, кто это будет. Ещё ему нужно было полностью определиться со своими действиями, касающимися будущего. Но на первом месте стояла всё та же Гроттер. Глеб поднялся в комнату на втором этаже. Нежить, терпеливо работающая, испуганно расступалась при его приближении. Комната Бейбарсова была воистину огромной и самой тёмной во всём доме. Кровать, на которой могли поместиться четверо, была покрыта чёрным шёлковым покрывалом, а рядом разместился не очень большой стол, на котором лежали какие-то книги, но не магические, а обычные. Некромаг подошёл к столу, и решил сделать нечто такое, чего никогда раньше не делал. Глеб решил сделать запись, наподобие дневника. «Сегодня я должен разобраться в себе и своих поступках. Я недавно вспомнил про некий очень интересный артефакт. Жидкое зеркало некромага Тантала. Оно позволяет принять облик любого человека, но лишь в ночное время при полной луне, и из него можно достать нужный тебе артефакт, но только темный. Было бы неплохо принять вид Валенка и прийти к Тане, но потом моя сущность начнет сливаться с сущностью Валялкина, а на кой чёрт мне это надо? Это будет очередной глупый необдуманный поступок. Неужели, история с Локоном меня ничему не научила? Если бы я не давил на Таню, то Лиза спокойно жила бы с Валенком, а я… Впрочем, ещё неизвестно, пришла бы Таня ко мне. Она бы скорее осталась одна, чем приняла меня. Но я не собираюсь бегать за ней. Я не мальчик на побегушках, а бесчувственный некромаг. Это ниже моего достоинства. Она всё равно моя! Таня всегда будет моей. Старуха подарила её мне, но я разрешу ей жить с Валялкиным, хотя она и не знает, какую боль мне этим причиняет…» Бейбарсов отложил чёрное перо и посмотрел на свою тросточку. После последней стычки некромаг завел себе новую. Ничего не поделаешь — привычка. Глеб еще раз посмотрел на свою запись. Немного подумав, роковой некромаг сжёг этот лист. Мысленно он настраивался на ритуал. Бейбарсов спустился в подвал, где лежало всё необходимое для предстоящего ритуала оживления. Глеб хотел оживить себе летучую мышь. Всё-таки для него она являлась наилучшим вариантом на данный момент. За свою относительно недолгую жизнь он уже на память знал все ингредиенты. «А я ведь уже десять лет как некромаг! По крайней мере, если считать со дня, когда старуха украла меня», — неожиданно для себя вспомнил Бейбарсов. На лестнице в подвал послышалось какое-то шуршание. К некромагу кто-то спускался. Глеб даже не удостоился поднять голову для того, чтобы посмотреть на пришедшего. — Что вам надо? — грозно спросил роковой некромаг. — Мы нашли то, что вам нужно, хозяин, — прошептал хмырь. Бейбарсов дал задание паре хмырей найти для него останки летучей мыши. Один из них, очевидно, выполнил задание, и теперь пришёл сообщить об этом. — Отлично. Где они? — Вот. Держите, хозяин, — сказал хмырь, протягивая останки летучей мыши, заботливо завёрнутые в шёлковый платок. — А теперь прочь! — закричал на хмыря некромаг, отбирая у него останки. Глеб достал нужные растения, залил в котел воду из мёртвого колодца и поставил на огонь, постепенно добавляя в него травы. В принципе, ритуал был очень прост, но вместе с этим требовалась невероятная точность произнесения и добавления ингредиентов. Постепенно жидкость стала приобретать вязкость и серый цвет. Тогда Бейбарсов взял останки летучей мыши, бросил их в котел, одновременно начав читать заклинание. Воды в котле становилось всё меньше и меньше. Это мышь впитывала её, и вместе с этим наполнялась отблеском жизни. Когда Глеб дочитал заклятье, останки зашевелились. Теперь на некромага смотрела живая, а точнее оживлённая летучая мышь. Бейбарсов протянул руку, и прикоснулся к ней. — Я назову тебя… Геатейра, — произнес Глеб, каким-то странным, немного ласковым голосом. Этот момент можно было считать ключевым моментом в истории. Сегодня у некромага появилось первое существо, о котором он реально будет заботиться, а возможно даже по-своему любить.